Serendipitous ( Удачный случай )

***

      — Я хочу, чтобы ты проследила за ней, — сказал Сантос своему партнеру. Офицер Александрия Макки. Они были партнёрами с тех пор, как себя помнили, во время работы в ФБР. Они работали вместе над бесчисленным количеством дел. Но ничего подобного этому. Почти год назад офицер специального агента Сантос был повышен до должности руководителя оперативной группы по вирусам и смертельным заболеваниям. Он был исключительным в своей работе во всех отношениях. Но это не означало, что это не имело цены.       Офицер Макки осталась позади. Ее не повысили, так как инцидент со снайпером, который произошел почти 10 лет назад, помешал ей продвинуться по службе из-за ее гнева и репутации, которую она создала себе после стрельбы. Скажем так, у них двоих была история. И несмотря на то, что ее не повысили, она все еще была очень предана своему старому партнеру. Несмотря ни на что.       — Преследовала? Она же просто сержант полиции. Какой еще вред она могла нанести?! — задалась вопросом Маки.       — Не надо! — он покачал головой, говоря это.       — Недооценивай ее, — сказал Сантос.       — Ладно… — сказала Макки. Она была так смущена, знала, что его случай был чем-то другим, но не понимала до конца, почему ее коллега так долго держал руку на этом случае.       — Алекс, извини. Это…       — Все, что произошло с той ночи, было очень много. Мне пришлось принять трудное решение той ночью. Эта женщина и ее коллеги — это нечто иное. Что-то, чего я никогда раньше не видел, — объяснил он.       — Я понимаю, конечно, ты это знаешь, — улыбнулась она ему.       — Это был трудный выбор, но ты сделал то, что было правильно для общего блага человечества. Так что в ту ночь погиб один пожарный. Ты сэкономил миллиарды, на мой взгляд, — она подбадривала его.       Но Сантос все еще выглядел обеспокоенным чем-то.       — Если бы все было так просто, — сказал он.       Алекс снова задумался, что еще тут замешано. Жена? Его работа? Или что-то похуже?       — Что вообще происходит с женой Нэша? Какова ее история? — спросила Маки, взяв на столе Сантоса файл об Афине и ее прошлом. Сантос покачал головой на вопрос.       — Она нечто особенное. Очень профессиональная, упрямая. Когда она что-то ищет, она как собака с костью. Вот именно поэтому я хочу, чтобы за ней следили, — сказал Сантос.       — Ты думаешь, она верит что ее муж жив? Я имею в виду, она выглядела довольно расстроенной, когда была здесь, — сказала Макки.       Как будто кто-то скорбит, — сказал Маки.       Или как кто-то притворяющийся, — сказал Сантос.       — Я имею в виду, не пойми меня неправильно, она определенно скорбит об отсутствии мужа. Но я боюсь, что информация которую я ей дал и вынудил лгать. Я дал ей подсказку о правде, — сказал Сантос.       — Как будто она когда-нибудь сможет это сделать, — усмехнулся Маки.       — Я серьезно, Алекс! — снова сказал Сантос.       — Ладно. Боже, мы проследим за ней на всякий случай, — вздохнул Маки.

***

*Афина*       Всю дорогу домой живот Афины скручивало и выворачивало. Она не чувствовала себя так плохо с похорон.       «Мне просто нужно домой», — сказала она себе, продолжая ехать. К тому времени, как она добралась до дома, который они с Бобби строили, уже становилось темно. Грант снова почувствовала себя плохо, когда въехала на подъездную дорожку. По какой-то причине она не смогла собраться с силами, чтобы вернуться в квартиру, которую они делили.       Хотя она часто жаловалась на это. Она просто не могла. Там они с Бобби жили с тех пор, как их дом подожгли. Она чуть не умерла той ночью, но вместо этого он спас ее. Как она когда-нибудь оправится от этого? Она схватила сумочку, останавливая слезы на глазах, и начала открывать дверь в недавно построенный дом.       Но как только она это сделала, она поняла, что дверь уже открыта. Закрыта, но не заперта? Афина знала, что она заперла за собой дверь, когда изначально уходила. Так что это и тот факт, что у них с Сантосом был тот леденящий душу разговор. Она была на грани. Сержант почувствовала свою талию, а затем свой пистолет, когда медленно на цыпочках прошла через свой дом. Кто-то был здесь. Они должны были быть.       Затем, были шепот голосов и движение вокруг, которые она слышала из своей гостиной. Она пошла на цыпочках немного быстрее, продолжая идти туда.       — Кто бы ты ни был, выходи сейчас же! — крикнула Афина, вытаскивая пистолет и указывая в сторону гостиной. Только чтобы быть встреченной своими друзьями и детьми.       — Ого, Афина! — первым сказал Эдди.       — Мама, все в порядке, это только мы, — сказала Мэй, вставая с дивана. Афина быстро убрала пистолет, глядя на всех них. Может, она просто параноидальная.       — Мэй? Гарри? — спросила Афина, оглядываясь вокруг. Там были все. Ее дети, Майкл и Дэвид, Хен и остальные 118.       — Фина, ты в порядке? — спросил Хен.       — Раньше я была в порядке, а потом пришла домой и увидела вас, — сказала Афина, указывая на них. Казалось, они все пришли, чтобы зайти и посмотреть, как у нее дела. Похоже, Майкл тоже готовил.       — Мы просто были по соседству и подумали, что, может быть, нам стоит зайти. Устроить себе милый семейный ужин, — объяснил Майкл.       — Я думаю, я бы предпочла, чтобы все остальные позвонили, прежде чем приходить. Кроме того, я не могла ничего есть с тех пор, как случилось то, что случилось, — раздраженно сказала Афина.       — Ну, мы не думали, что ты приедешь сюда с оружием наготове, — сказал Чимни.       — Прости?! — она усмехнулась. Он был последним человеком, которого хотелось видеть сейчас.       — Я думаю, Чим пытается сказать, что мы просто хотели убедиться, что с тобой все в порядке, — сказала Мэдди.       — Да, Афина. Ты отдалилась. Не отвечаешь на наши звонки, — добавил Хен.       — Ладно, и что?! Я была занята. И не хочу показаться грубой, Мэдди, но мне кажется, что Чимни может говорить сам за себя, — сказала она, опуская сумочку. Все переглянулись с обеспокоенными выражениями лиц.       — Знаешь, ты права, — сказал Чимни.       — Нет…       — Нет, Чим не делай только хуже, — сказала Мэдди, пытаясь остановить его.       — Что хуже?! В последний раз, когда я проверяла, я как раз возвращалась домой. Никто не говорил вам всем приходить сюда! — сказала Афина.       — Мама, мы просто волнуемся, вот и все. Ты ни с кем не разговаривала с тех пор, как мы вернулись из Миннесоты, — сказал Гарри.       — Послушай, Афина, мы просто хотим заботиться о тебе и убедиться, что с тобой все в порядке. Так же, как это сделал бы Бобби, — сказал ей Чимни.       — Отлично! — усмехнулась Афина. На мгновение она почувствовала головокружение, глядя на всех. Ее сердце забилось быстрее, и в тот момент, когда Бобби заставил ее почувствовать волну эмоций. Потому что она знала, что это правда. Она была далека.       — Еще одна вещь, которую он не может сделать! Интересно, почему это так?! — сказала Афина, оказавшись лицом к лицу с Чимни. Он был слишком ошеломлен, чтобы говорить, в течение месяца он думал, что именно поэтому она хотела держаться от него подальше в последнее время. Но тот факт, что она сказала это и подтвердила это. Это сломало его. Потому что он чувствовал то же самое. Как будто это была его вина.       — Ладно, давайте все успокоимся. Афина, ты должна сесть, — сказал Майкл.       — Майкл, это мой дом, я буду делать все, что захочу! — рявкнула она, немного споткнувшись.       — Мама?! — сказала Мэй, подходя к ней.       — Афина, ты выглядишь неважно» — сказал Эдди, тоже направляясь к ней.       — О, ладно, я в порядке. Мне просто нужно…       Афину стошнило на пол. Все смотрели на нее, но, всё же начали помогать, как будто ничего не произошло. Для них это было подтверждением того, что смерть Бобби была для нее гораздо более тяжелой, чем она показывала.       — Фина, когда ты в последний раз пила воду? Или ела что-нибудь? — спросила Хен, решив, что, возможно, отвезти Афину в больницу будет правильным решением. Ей было так плохо от всего, что она решила не сопротивляться. Она не могла ничего сделать, чтобы помешать им забрать ее.       — В ту ночь 118 и семья Афины остались с ней на ночь в больнице. Врач сказал, что у нее обезвоживание и ей понадобится внутривенное вливание. Они хотели оставить ее на ночь для дальнейшего наблюдения. И Мэй дала на это согласие, и Афине стало лучше.