Свет мой, зеркальце, скажи....

Кто-то очень меткий и имеющий пистолеты. В любом случае, это был или человек Алвы, или сам Алва. Больше некому. Я считаю, что Мариус (тот гвардеец, что случайно оказался на петушиных боях, когда там был Дикон и Наль и кто потом вмешался в разговор) был человеком Алвы. И когда он увидел, что мальчик ушел один, он каким-то образом предупредил Алву или какого-то стрелка, который следил за Ричардом и смог успеть помочь. В любом случае, спасение Ричарда явно не обошлось без Алвы. При этом Ричард Алве не рассказывал об этом, а когда тот говорит с кардиналом в парке Октавии, то упоминает про покушения на Ричарда — точно четыре, и может быть еще два. Что это за покушения: семерная дуэль (попытка убийства), выстрел из арбалета (когда Алва пожертвовал Моро), что еще? Очевидно разбойники и то, что Эстебан выиграл кольцо и Баловника (это вполне могло привести к дуэли со смертельным исходом для Дика). Что еще? Мазь маниоки, которая пахла как «лавка отравителя», подсунутая Налей и возможно отравленный укус крысы? И есть еще одно упоминание этого момента с разбойниками (косвенно показывающий, что Алва знал то место, которое использовал таинственный стрелок, когда спасал Дикона). «Идти вровень с Алвой, когда тот спешил, и не сбиться на бег было трудно, так что стало не до размышлений. Шум становился громче, потом почти стих – отряд свернул в щель между высокими глухими стенами. Проход живо напомнил Дику место, где год назад на него напала шайка грабителей (!!!). В Олларии было несколько подобных мест – при Раканах Старый город от Нового отделяло «монастырское кольцо», изрядная часть которого позже была снесена. На освободившейся земле выросли аристократические кварталы, но часть аббатств уцелела и была приспособлена под самые разные нужды, а некоторые так и стояли пустыми, дожидаясь своей участи, как монастыри Святого Квентина и Святой Бернарды, между которыми Рокэ вел своих людей. Выхода на Золотую улицу со стороны старых аббатств не было, и Дик не представлял, почему Рокэ свернул именно сюда. Ворон остановился неожиданно. Справа и слева тянулись глухие стены, за которыми темнели старые каштаны. – Перебираемся. Кэналлиец протянул своему герцогу свернутую в кольцо веревку. Бросок, и петля обвилась вокруг толстого обломанного сука. Рокэ поднялся на стену первым, за ним взлетели его стрелки. Через несколько минут сверху свешивалось десятка два веревок с навязанными на них узлами. Ричард торопливо схватил болтающийся конец. Взобраться на не столь уж и высокую монастырскую ограду оказалось довольно просто – в Сагранне приходилось труднее. Солдаты один за другим влезали наверх и прыгали в мокрую от росы траву. Алва, не дожидаясь последних, повел отряд сквозь лабиринт мрачных старинных зданий. Смолкший было шум усилился, впереди замаячила светлая стена. Церковь Блаженного Гэвина, как же он не сообразил!»