Тьма внутри

В глазах Марии все плыло, голова раскалывалась от невыносимой боли, а чья-то назойливая болтовня лишь усиливала это ноющее чувство, отдающее в висках.  Она попыталась пошевелиться, но не могла заставить тело двигаться. Руки были крепко привязаны к стулу, а слабость сковала каждую клеточку. — Где я? — прошептала она едва слышно, пытаясь сфокусировать взгляд. Комната, в которой она находилась была тёмной. Лишь свет пламени, доносящийся из камина, освещал пространство вокруг. — Доброе утро, соня. Мария поморщилась, стон досады сорвался с её губ при звуке этого голоса. Она мысленно молилась, чтобы всё это оказалось лишь дурным сном, и она проснулась в своей постели. Открыв глаза, она увидела перед собой владельца этого голоса, которого мечтала никогда больше не видеть. Мария, глядя на социопата, невозмутимо уплетавшего что-то из тарелки, попыталась вырваться из плена. Но тщетно. Кай усмехнулся, довольный собой. Сердце бешено колотилось в груди. От одного вида этого парня её охватывал леденящий ужас. Он был явно не в себе. Мария считала его сумасшедшим психом. Во время их первой встречи она бы никогда не подумала о нём в таком ключе. Но как только она осознала, кем Паркер является на самом деле, по телу пробегали мурашки. Это была их очередная встреча, на которую Мария уже и не надеялась. Но если в прошлые разы ей чудом удавалось вырваться из его цепких лап, то на этот раз парень явно что-то от неё хотел. Не зря ведь приковали к стулу. Внутри всё сжалось от страха, к горлу  подступали слёзы. В голове роились тысячи вопросов, чего он пытается добиться от неё. Но упрямство и необъяснимая храбрость не позволяли ей сломаться. Она смотрела ему прямо в глаза, стараясь скрыть свою панику. Главное — не показывать страх. — Паркер, клянусь, если ты меня не отпустишь, то… — она не успела закончит, так как парень сделал это за неё.  — То что? О, дай-ка угадаю, выпьешь из меня всю кровь? — его злобная улыбка, в которой виднелось безумие, мигом испарила остатки её смелости. — То ты сильно об этом пожалеешь. — договорила всё таки свою фразу Мари.  — А я тебя прям боюсь, аж дрожу от страха, смотри, — он задрал рукав кофты и показал руку, издеваясь над девушкой. — Даже мурашки побежали. — Не шути со мной. — Знаешь, в первую нашу встречу ты нравилась мне больше. — он принял серьёзное выражение лица, возвращаясь в блюду в своей тарелке — Была более приветливой, особенно когда впилась в мою вену. — А тебя я вижу так сильно это задело? Не устаешь мне об этом напоминать. Извини, что нанесла тебе травму, может, психолога посоветовать? Он ухмыльнулся на её колкую фразу, и сложив руки у лица внимательно изучал девушку, то как она умело прятала свой страх. — Не знаю, какая ты мне нравишься больше: когда злишься или когда боишься меня. — усмехнулся парень с её язвительного тона.  — Ты социопат, тебе никто не нравится. — Справедливо. — Знаешь, может, мы уже перейдем к той части разговора, где ты объясняешь мне, зачем я здесь? — С радостью. — он взял бокал. — Понимаешь, во мне течет огромная сила. Нет, это, конечно, круто, я просто в восторге. Но она переполняет меня, я не могу совладать с ней в правильной форме. Раньше я никогда не забирал столько магии.  Мария закатила глаза от того как парень быстро разговаривал, радостно заявляя о новой силе, которой он завладел. — Я не горю желанием тебя понимать, если честно. — она «мило» ему улыбнулась, всем видом показывая как ей плевать. — Да, тот мужик тоже так сказал. — Какой еще мужик? — настороженно спросила Мари, глядя на него уже с опаской.  Кай дожевав пищу, стал вытирать руки об салфетку, быстро повествуя свою историю о том, как вломился в ресторан. — Он все возмущался: «Эй, у тебя на плече мертвая девушка, тебе нельзя сюда заходить». Ну, я пытался его усыпить, но вышло так, что я превратил его кровь в кислоту, а потом, кажется, сломал позвоночник. Он поднял голову и с улыбкой на лице посмотрел на девушку, словно рассказав самую светлую историю. — Ты не в себе. Просто больной. — В итоге вышло как-то так. Тело того бедолаги, о котором Кай всё это время рассказывал, вдруг возникло прямо перед лицом девушки. Она отшатнулась и зажмурилась от ужаса. Здесь она не могла скрывать своих эмоций и своего страха. Она стала тяжело дышать, пытаясь не смотреть на труп перед собой. А Паркер смеялся с этой картины.  Непрошеные слёзы потекли из глаз, и она отвернулась, чтобы не смотреть на труп и на Паркера, который ни капли не жалел о содеянном. — Тебе не понравилось? Ничего, обещаю, тебе будет не так больно, как ему, — немного подумав, он добавил — Наверное. — Что? Ты о чём это? — здесь уже Мари стала заметно переживать за себя.  — В отличие от него, ты воскреснешь обратно. Тебе нечего бояться. — Нет, Паркер, ты не посмеешь. — она слышала как дрожал её голос и пыталась вразумит его о том, чтобы он не делал того, что собирался — Ты ведь не станешь ничего такого делать? — Соглашусь, ты симпатичная. Знаешь, у меня есть вкус в девушках. Но я, если ты ещё не поняла социопат. И не будь мне плевать, я бы запал на тебя. Но у меня в приоритете другие планы. — Кай, пожалуйста… Он молчал. Словно что-то обдумывая, он глядел на, то как она смотрела на него молящим взглядом, боясь пошевелиться. — Ты меня утомила. Пожалуй, избавлю себя от ненужной сцены, когда ты начнешь рыдать и молить о том, чтобы я тебя не трогал. — Мерзкий ублюдок, — решив, что его не переубедить слезами, она не сдержалась в порыве угрожать парню — Если ты хоть пальцем меня тронешь, я лично верну тебя в тот ад, из которого ты вылез. — Тут я запала бы на тебя ещё больше. — он вновь одарил девушку своей ухмылкой — Как бы не было, удачи тебе в этом. Он снова применил на ней своё заклинание, и девушка потеряла сознание. *** Что за чёрт?  Первое, о чём подумала Мария, как только открыла глаза.  В прошлый раз она была привязана к чертову стулу простой верёвкой, а в этот раз ей повезло меньше. Её повесили на железных цепях, сковав запястья по обе стороны.  Мария взглянула на потолок и зажмурилась от яркого света, резавшего глаза. Голова ныла от пульсирующей боли, тело было слабее, чем когда-либо, и ко всему этому она умирала от ужасного голода. — Где это я? — прохрипела она, откашливаясь. Такое чувство, будто она не разговаривала целую вечность. — Ты задаешь одни и те же вопросы, когда просыпаешься. Снова этот мерзкий и надоедливый голос, от которого хочется просто умереть, лишь бы больше никогда его не слышать. — Нет, — жалобно протянула она, всё ещё надеясь, что это кошмар. — Только не это. Мария надеялась, что не увидит парня перед собой, но, к сожалению, не всегда мы получаем то, чего хотим. Она бросила на Паркера испепеляющий взгляд, а тот в ответ лишь отвернулся к ней спиной.  — Школа, ты шутишь так? Юмор у тебя так себе.  Мария вспомнила, что проснулась не первый, не второй и даже не в третий раз. Этот псих пытал её, и девушка сбилась со счету, сколько раз она умерла от его «тренировок». Используя Гилберт как подопытного кролика, он пытался научиться контролировать огромную энергию, которую получил, высосав её из земли Мистик Фолс. — Ненавижу тебя, чёртов псих. — Как мило. Ты говоришь это уже в одиннадцатый раз. — Перестань уже, хватит! — прикрикнула на него Мария, жутко злясь и мечтая придушить его. — Ты достаточно поиздевался, отпусти меня. Паркер подошел ближе, держа что-то в руке, игнорируя её просьбы и мольбы, чтобы он перестал истязать её. Кай убрал локон волос, падающий на лицо, позволяя себе получше рассмотреть девушку. Пока он смотрел на неё изучающим взглядом, Гилберт глазами показывала всю свою ненависть. Он поднял руку, помахивая перед ней пакетом донорской крови. Мария недоверчиво смотрела на него, не понимая, чем вызван такой щедрый жест с его стороны. Но ощутила, то как сильно она хотела есть. — Ты, наверное, голодна. Знаю, тебе по вкусу кровь из моей вены, но довольствуйся тем, что есть. — Спасибо, но твои подачки мне не нужны. Я не буду пить, — она попыталась наброситься на него, но цепи не позволяли этого сделать. Лишь приблизившись почти вплотную к его лицу, она процедила: — Лучше отпусти меня! — Я же знаю, что ты голодна, — не обращая внимания на ее буйный нрав и реплики, он снова предлагал ей поесть. — Бери, пока я добрый. — Они найдут меня, и тогда тебе мало не покажется, — скорее себе, чем ему, пыталась доказать девушка. — Хорошо, как скажешь, — совсем не взволнованный тем, что её друзья придут спасти подругу, он спокойно смотрел на неё. — Ты будешь пить или нет? — Да подавись ты сам этой кровью! — Грубая ты, — он развернулся и стал отходить от Марии. В этот момент в голову девушки пришла мысль. Она остановила Паркера, и он довольно развернулся, словно знал, что она не устоит. — Передумала? — Ну живая я тебе всё-таки нужнее. Он подошёл л и протянул пакет, поднеся трубочку к её губам. Мария недоверчиво посмотрела на него. Есть с его рук намного страшнее чем из его руки.  — Ну же, давай. Она послушалась его и хотела было прикоснуться губами к трубочке, но внезапно впилась клыками в кожу парня, находящаяся рядом с её лицом. Она стала высасывать кровь, ощущая, как приятное чувство расплывается внутри, но не в том количестве, чтобы наестся. Тот вскрикнул и отшатнулся на несколько шагов назад, хватаясь за руку. Мария, ощутив прилив энергии, смогла использовать свою силу и, потянув цепи, сломала их. Выбравшись из плена, она бросилась бежать. Зная эти коридоры, Мария всё равно ощущала себя словно в ловушке. Она не знала, где спрятаться, и просто бежала подальше от социопата. Тот злобно направился на поиски Гилберт, пока его кровь стекала на пол. Он не был в ярости и злости, но все равно смеялся. Для него это была игра, и он явно был уверен, что станет победителем. Словно отдавшись воспоминаниям, его нахлынуло чувство дежавю, то, как он восемнадцать лет назад искал своих братьев и сестёр, чтобы убить их. Прятки — его любимая игра. — Зря ты усложняешь, Мари. Тебе все равно не скрыться от меня. Я найду тебя! Девушка забежала в кабинет химии. Она пыталась открыть окно, но тщетно. Все окна и выходы были заблокированы магией. Сзади послышался голос Паркера. — Нашёл, — злорадно произнес он, заходя в кабинет. — Быстро, конечно, я немного разочарован. Думал, продержишься чуть больше. — Не подходи ко мне, я воткну свои клыки тебе в шею, а потом сверну её. — Да брось, ты не станешь этого делать. — Почему же? — Духу не хватит. — Мы можем это проверить, — бросая ему вызов уверенным тоном, проговорила девушка. Он злобно оскалился, посмотрев на её руку. В голову пришла мысль, которую он тут же стал воплощать. — Мне кажется, или солнце тебя печёт? — Что? — не поняв сразу, о чем говорит парень, она взглянула на руку, ощущая боль. Ее палец, на котором красовалось кольцо, стало жечь кожу. Оно расплавлялось. — Нет, Кай, не делай этого, прошу, не надо! Девушка рухнула на пол, отчаянно пытаясь что-то сделать. Мари не обращала внимания на боль, причиняемую плавящимся кольцом. Она с блеском слёз в глазах смотрела на парня, моля его остановить заклинание, но было поздно, украшение быстро превратилось в бесформенную массу. — Вижу, это была дорогая тебе вещь? Мария смотрела на свой палец, пропустив мимо ушей злорадные слова парня. Не веря, что украшения больше нет, по щеке скатилась одинокая слеза. Да, это была дорогая вещь. Она сглотнула комок обиды в горле и поднялась с пола, прожигая взглядом Паркера, который нахмурил брови. Он был немного удивлен тем, что девушка стояла на лучах солнца и не сгорала, не пыталась спрятаться в тени. — Значит, я не угадал с аксессуаром? Прости, мне жаль, — нагло лгал Кай, совсем не мучаясь совестью за то, что лишил Марию ее вещи. Гилберт, не глядя на него, пыталась унять дрожь и не расплакаться. Она попыталась вновь совершить побег, подбежав к нему со скоростью вампира, чтобы повалить и убежать, но в тот же миг послышался хруст сломанной шеи. Паркер снова её переиграл. Кай небрежным взмахом руки свернул шею Гилберт. Тяжело вздохнув, он неспешно подошел к её бездыханному, временно мертвому телу. С спокойствием социопат подхватил Мари на руки и понес в другой конец школы. В просторный спортзал, идеально подходящий для продолжения его "тренировок". Положив её на пол, он принялся привязывать запястья девушки грубой верёвкой. — Когда ты без сознания, нравишься мне гораздо больше, — прошептал он, зная, что она его не слышит. Простым движением убрав локон волос за ухо, он пристально разглядывал её лицо. Кай не мог не отметить, что Гилберт была дарована хорошенькая такая внешность. Пока она находилась без сознания, её можно было долго рассматривать.  Кожа её была светлой, волосы шоколадного оттенка напоминали шёлк, красиво падая на плечи, а под длинными ресницами прятались карие глаза. Кай ничего не ощущал, глядя на неё. Чувства были ему чужды, но он признавал красоту, которой наделена Мари. Но было кое-что другое, что так увлекало в ней парня. Эта её храбрость, попытки доказать ему, что она не боится, но при этом весь её взгляд кричит о том, как ей страшно. Его забавляло это, было интересно наблюдать, то как девушка реагирует на него. Стоит ли говорить о том,  как она высказывается, не пугаясь выдать очередную язвительную реплику в его адрес?  Взгляд скользнул ниже, остановившись на изящной ключице, и он провёл по ней пальцами, случайно коснувшись кулона, висящего на тонкой цепочке. Кай ухмыльнулся, осознав, почему девушка не превратилась в пепел под лучами солнца, когда он уничтожил её кольцо. Магия, очевидно, таилась в этом украшении. Спустя какое-то время Мария пришла в себя и поморщилась, вновь увидев перед собой ненавистное лицо. Парень сидел напротив, подперев щеку рукой, с привычной издевательской улыбкой. Паркер не сводил с неё пронзительного взгляда, хищно прищурив глаза. — Даже не надейся, я больше не собираюсь это повторять, — произнесла она измученно, зная, что он жаждет вновь услышать те самые слова, которые она твердила ему последние одиннадцать раз. — Подловила. Признаюсь, я действительно на это рассчитывал. — Я по-прежнему тебя ненавижу. И моя ненависть растет с каждой минутой! — Мне льстит это, ты же знаешь? — Я знаю, что до безумия хочу тебя убить, — она отчаянно дернулась, пытаясь освободиться от верёвок. – Почему я до сих пор здесь? — А вот это уже ты мне должна сказать. Ты же весь день твердила, что твои друзья обязательно тебя спасут. Но что-то я их не вижу. Неужели в пробке застряли? — Что я должна сделать, чтобы ты меня отпустил? — Не знаю… Хотя есть пара интересных мыслей, – он загадочно улыбнулся, сверля её взглядом, ожидая, что может вообразить в своей голове Мари. – Фу, нет! – Мари скривилась, представив себе, что он мог иметь в виду. Он же довольно заулыбался, получив ожидаемый эффект — Даже не смей думать об этом. — Да ты извращенка, — усмехнулся Кай. Мари закатила глаза, поняв, что он просто издевается над ней. — Кай, отпусти меня. Пожалуйста, прекрати всё это. Я устала. — О, нет, только не надо снова давить на жалость. — Разве ты уже не получил, что хотел? Сколько ещё ты собираешься меня здесь держать? — Мне просто скучно. — пожав плечами, беззаботно ответил парень. — Скучно? Я тебе игрушка что ли? — Когда ты уйдешь, я снова останусь один. А так хоть есть с кем поговорить. Ты забавная. — А ты не в себе! — Спасибо, я знаю. — Я больше не скажу тебе ни слова. Буду молчать, пока тебе не надоест. — Серьёзно? Ты действительно будешь просто молчать? — удивился он такому детскому решения проблем. Она ничего не ответила, твердо решив не произносить больше ни звука. Кай, слегка разочарованный её молчанием, вздохнул и не отрывал взгляда от девушки, что начинало её пугать. Кай держал палец в воздухе, тихо нашёптывая заклинание. Он обводил им в воздухе, словно что-то рисуя. Мария почувствовала жжение на щеке, как будто кто-то проводил по её коже иглой. Она ощущала кровь, что потекла по тому месту, где почувствовала боль. Парень подвинулся к Мари, от чего она тут же отшатнулась. Но парень всё равно приблизил свой большой палец к лицу девушки, став им вытирать оставшийся след от крови. Гилберт смотрела на него с опаской, тяжело дыша от его касаний. Его лицо было слишком близко, её сердце колотилось как бешеное. Их глаза встретились, в одних горело безумство, в других испуг смешанный с неизвестным чувством. Кай отпустил глаза ниже, с глаз на губы, а с губ на шею. Он отпустил пальцы на ключицу, проводя по ней узоры. — Кай, остановись. — не выдержав больше ощущать эти касании на коже, она попросила прекратит, вызвав лишь улыбку на его лице. Он насладился зрелищем, заставив её сердце учащённо биться. — А говорила, будешь молчать. Парень потом коснулся кулона. Вернув глаза обратно к её, он усмехнулся. — Хитро, магия ведь в этом миленьком украшении? Мария не ответила, настороженно следя за его действиями и надеясь, чтобы он ничего не сделал с её подарком от Тайлера. Лишь когда он наконец отдалился от неё, девушка облегчённо выдохнула. — А мне нравилось, когда ты огрызалась, — оперевшись руками о щёки, он пытался заставить её говорить — Может уже выдашь очередную фразу о том какой я плохой? Гилберт по-прежнему молчала, глядя куда угодно, только не на него. — Знаешь, я могу и сам с собой поболтать. Восемнадцать лет в одиночестве, думаю, для меня это не проблема. Девушка удивленно посмотрела на него. Эти слова заставили Мари снова нарушить своё обещание о том, что она больше и слова не промолвит. Неужели он пытался заставить её пожалеть его?  — Ты хочешь, чтобы я тебя пожалела? Бедный мальчик, запертый в тюрьме без единой души. Тебе, наверное, было так тяжело. Смотри, я даже прослезилась немного.  — Соглашусь, моя история не может оставить равнодушным, – съязвил парень. — Только вот интересно, а почему с тобой так поступили? — продолжала свою тираду девушка — Ах да, ты же сошел с ума и убил всех своих братьев и сестёр! — Согласен, я не ангел. — Пошел ты, Паркер! Не надо давить на жалость и притворяться, что тебя это задело. Ты больной на голову, твоя мания величия затмила разум, и ты пошёл на убийство! Ты заслужил это. — Ты правда так считаешь? — А разве нет? Тебе место в той тюрьме из которой ты пришёл. Такие, как ты, должны быть изолированы от общества. — Тебе следует замолчать, иначе… Паркер не на шутку стал ощущать ярость, злясь со слов Мари. — Нет уж, я выскажу всё, что думаю, раз ты итак хочешь убить меня — она приблизилась телом, настолько насколько это было возможно, глядя с ненавистью. — Думаю, твой отец поступил правильно, не убив тебя, а засунув в тот мир, обрекая на вечные мучения. — Хватит! — мощный выброс магической энергии разметал всё в спортзале. Мария зажмурилась от внезапного грохота. Открыв глаза, она увидела Паркера, чьи глаза горели яростью. Но, как ни странно, она не испугалась. Сглотнув, она осмелилась заговорить: — Убьёшь меня? Он приблизился к ней вплотную. Мари стала ощущать его дыхание на своё лице, то как оно обжигало её кожу, как и его дальнейшие слова.  — Легко, наверное, осуждать злодеев? Лучше посмотри на себя. Уже вечереет, а ты до сих пор здесь, со мной. Знаешь почему? Потому что у тебя нет друзей, Мария. Они есть у твоей сестры, а у тебя никого нет. Он решил поступить примеру девушки, задев ту за живое. Семья — слабость каждого из них, и каждый это знал. Мари отвечала ему тем же гневным взглядом, признавая в глубине души, что он прав. — Ты никто, чтобы говорить обо мне. — Ты тоже, но смело изливаешь свои мысли обо мне. — Мы разные. — Зато одинаково одиноки. Посмотри на себя, чем ты хуже меня? Я чувствую это. Какая-то тьма внутри тебя, и когда-нибудь она вырвется наружу. Покажет твой истинный облик. Он посмеялся прямо ей в лицо, наслаждаясь, то как девушка спрятала взгляд.  — Посмотрим, как ты будешь рассуждать о моей тьме, когда увидишь свою. — Да что ты несёшь? — раздражённо произнесла она, вернув свои глаза к нему.  — Правду всегда неприятно слышать. Твоя реакция лишь доказывает, что я прав. — Ты ошибаешься. — Увидим. Бросив в последний раз свой суровый взгляд, он встал с колен и, освободив её от веревок при помощи маги, направился к выходу из зала, оставляя девушку одну. Мария смотрела ему вслед, пытаясь осмыслить его слова и убедить себя, что он нёс чушь.