Сердце Ангела

Глава 12 – Светоч

«Свет не спасает – он лишь помогает, помогает понять сколько тьмы ты готова пройти ради надежды.»

Двенадцатая запись из дневника Вероники

Состояние Вероники вскоре ухудшилось. Она лежала на узкой койке, закутавшись в одеяло, дрожь не проходила. Кожа пылала. Лоб блестел от пота. Она дышала часто, поверхностно, будто что-то пережало ей горло. Грач сидел рядом, промакивал холодной мокрой тряпкой ей лоб и проверял пульс, его лицо было бледным, глаза -усталыми, не спать пару суток даже для него испытание. С каждой минутой ей становилось хуже. -Держись девочка, - шептал он, - просто держись, слышишь? Ответом ему был бред. Сначала тихий, едва различимый, потом всё более отчетливый. Она звала брата. Не так как живых, с отчаянием, будто ее родной человек ее покидает. -Макс.. - губы едва шевелились. - я приду…ты ведь ждешь..ждешь? Слезы смешивались с потом, стекали по щекам. Грач пытался ее утешить, не получалось. - Почему ты молчишь? - ее тело содрогалось от рыданий. - Макс, не молчи! Я же..я же почти нашла..нашла… Грач отвернулся. Он не знал, как отвечать и реагировать на это. Слишком узнаваемо.Слишком похоже на собственные тени. Он слышал как её дыхание менялось -становилось всё быстрее и быстрее. Глаза приоткрылись, зрачки шевелились в разныестороны. - Грач? - позвала она, будто ребенок во сне, щупая рукой воздух возле Грача. – Ты же сказал что не уйдешь. Почему ты ушёл? - Я здесь, Ника. Никуда не ушел. Тише , - Грач тихонько гладил Веронику по,слипшимся от пота, волосам. В бреду мир Вероники раскалывался на множество и множество осколков. То она стояла где-то посреди тумана - густого, белого, непроходимого. Он ее будто засасывает всё глубже и глубже. После вспышка. Перед ней - брат. Он был весь в свете, лицо размыто. Только очертания, что запомнила с самого детства. - Я ждал тебя, - сказал он. - Ты не успела…ты обманула..и я умер…один и я один в этой темноте… Вероника потянула к нему руки, но силуэт брата отдалялся. Она пыталась бежать к нему и когда она уже надеялась его схватить, ее пальцы прошли сквозь силуэт. Силуэт растворился в свете. - Нет! Нет, Саша, подожди! Я успею, я найду артефакт…он поможет тебе! Потерпи, пожалуйста… Свет становился всё грязнее и грязнее. - Этот свет не лечит, Ника, - голос брата глухим. - Он забирает. Из тумана вышел второй силуэт - высокий, темный, сотканная будто из самой тьмы. В глазах свечение, похожее на то, что обычно окружает артефакты. - Ты отдашь его, - сказал он. - Или он возьмет тебя. Вероника закричала, но звука не было. Грудь сжалась, мир пошёл трещинами. Части мира падали вниз, в туман, в них слышались голоса, крики и шёпоты. Брат, Грач, Белова, тот зал в лаборатории. Высокий мужчина в темно синем комбинезоне, рядом с ним мужчина без лица в лабораторном халате и яркая пульсирующая фигура - Angel. Грач в реальности удерживал Веронику, когда она металась в бреду. Тело Вероники выгнулось дугой, зубы стиснулись. - Вероника! - рявкнул Грач, удерживая ее плечи. - Открой глаза! Вероника на миг открыла глаза, Грач не увидел в них ничего, только странный отблеск энергии артефакта, который вытащил ее с того света. Потом всё исчезло. Тело Вероники обмякло, дыхание на миг прервалось. Грач выругался сквозь зубы, проверяя пульс. Пульс был - слабый, но был. Он взял её руку, холодную и липкую, сжал в своих ладонях. - Не смей слышишь? Ты не такая, борись. Артефакт тебе помог, но дальше сама, - прошептал он, наклоняясь к самому уху. Вероника бредила до следующего утра. Она видела, как стены дома Старшего превращаются в металлические корни. Как из-под пола тянуться железные руки - тех, чьи смерти видела. Она слышала, как Грач разговаривает с кем-то, кого уже нет? Слышала, как её собственный голос говорит издалека: “Ты почти у цели. Осталось немного.” Когда рассвело на втором дне бреда, температура упала. Вероника успокоилась, перестала метаться. Тело словно выжгли изнутри - осталась уставшая оболочка. Грач всё так же продолжал сидеть около её кровати, проверил ее пульс, температуру и впервые за эти пару дней выдохнул, расслабляясь. Кризис прошел. На следующие сутки Вероника не очнулась. Раздавалось только редкое, поверхностное дыхание и дрожь. Грач задремал. Обливион изредка заглядывал в комнату, сжимая что-то в руках: датчики, ампулы, блокнот или КПК. Старший приходил ночью. Он то стоял у двери, то приносил Грачу кофе и перекусить. Изредка спрашивал: - Держится? - Пока да. - коротко отвечал Грач. К третьему дню температура спала. Дыхание стало ровнее, кожа перестала гореть. Но сознание не возвращалось. Грач, поспавший пару часов, сидел в полутьме, держа кружку с давно остывшим кофе, и ловил себя на мысли, что сложно в его возрасте уже спать пару часов за трое суток. Он наблюдал, как тень от лампы ложится на лицо Вероники. Она выглядела совсем другой - не той, что сжимала автомат и проходила аномалии. Сейчас - хрупкая, почти прозрачная. Он говорил с ней, хотя были мысли, что это бесполезно. К вечеру пришел Обливион. Тихо вошел, почти не слышно. Лицо -уставшее, в руках КПК и планшет с какими-то записями. - Показатели стабилизировались, - сказал он негромко. - Сердце держится, но активность мозга скачет. Что-то вроде остаточных вспышек от артефакта. - Чего? - мрачно спросил Грач. - Воздействие артефакта. Он задел её сильнее чем мы думали, возможно способствовало что-то…она попадала в пси аномалии или зоны? Грач нахмурился, встал. - Да. Было. Она зацепила краем область пси аномалии. - Хм, тогда объясняет. Артефакт мог среагировать на это. Идеальные условия шок, воздействие пси, перестрелка. Обливион замолчал, Грач посмотрел на Веронику, подошел ближе и накрыл одеяло потуже. - Хватит “мог”. Ей бы восстановиться, а не твои теории. Потом. Когда разговор закончился, Грач прислонился спиной к койке. В комнате пахло металлом, лекарствами и потом. Вероника лежала тихо. Грач еще несколько минут смотрел на стену, позволил себе ненадолго закрыть глаза. Сон пришел быстро, неровный. С обрывками ее слов, артефактом и почему-то силуэтом парня на больничной койке. Он смотрел на него и шептал: “Она еще не готова”. Проснулась Вероника на пятые сутки. Сначала - шум. Далекий, неразличимый. Как будто кто-то шептал за стеной. Потом - свет. Яркий, больно бьющий по глазам. И боль. Глухая вязкая боль. Вероника попыталась вздохнуть глубже - закашлялась. Воздух обжёг горло. Грудь сдавило, будто обмотана проволокой. Она не понимала, где находится, ощущала запах кофе и лекарств. - Тихо…тихо, - знакомый голос. - не дергайся. Она моргнула. Мир медленно проясняется, становился четче, ярче. Глаза уже так не болели от света. Первое что она увидела - Грач. Тот взгляд, уже родной, - усталый, живой. Под глазами - тени. Он чуть улыбался, такой “Грачовской” улыбкой, хоть и выглядело это как чуть приподнятый уголок губ. - Ну привет. Вероника дрогнула - Сколько… - Сегодня пятый день. - Я видела… - голос сорвался. - Он был там. Макс… и свет.. Грач кивнул, не перебивая. Он просто слушал и не спорил. - Отдыхай, - тихо сказал он. - Всё остальное потом. Первые сутки после пробуждения были тяжелые. Тело не слушалось. Пальцы дрожали, даже чашку с водой ей помог удерживать Грач. Грач её кормил, делая вид что не замечает ее раздражения и психов от своей беспомощности. Иногда приходил Обливион, спрашивал о состоянии - что-то записывал, бормотал про удивительный артефакт. Вероника спала урывками. Во сне приходил свет. Он не звал, не говорил, не показывал. Наблюдал. Когда силы немного вернулись, попросила зеркало. Грач нахмурился. - Зачем? - Просто. Хочу посмотреть… Он достал маленькое, треснутое зеркало из её сумки. Подал, не глядя. Она поднесла его к лицу и замерла. Под глазами - синие тени, губы потрескались. но дело даже было не в этом. Глаза. В зрачках лёгкий, почти незаметный отблеск - то ли серебристый, толи белый. - Грач… - прошептала она. - Ты это видишь? Он посмотрел на нее внимательно и отвел глаза. - Это просто свет. Не Беспокойся - Нет. Это не просто... - Сказал - успокойся. - Голос жесткий, приказной. - Не смей искать в этом смысл. Ты выжила — это главное. - Что со мной? - тихо спросила она. - Светоч. Артефакт из той же материнской аномалии, как и твое “Сердце Ангела». Только различие в том, что Светоч выжигает некоторые клетки и заменяет своими. Тем самым исцеляя. У Сердца другой принцип действия», —сказал зашедший Обливион. Грач посмотрел на него, вздохнул и повернулся обратно к Веронике. - Брату твоему не помог бы, он “работает” только на территории Зоны. Сердце же “работает” и в “нормальном” мире. - Значит…я могла умереть. Но это... - Всё. Побочных эффектов не выявлено. Всё хорошо, девочка. Но Грач попал на неплохие такие деньги. Грач хмыкнул, прошел мимо Обливиона и кивнул в благодарность. - Я к Старшему, - сказал Грач и вышел с комнаты. Обливион постоял еще пару минут, убедился, что девочка стабильна и вышел. Она осталась одна. Вероника сидела укутанная в одеяло, слушала как гудит вентиляция. Тело ныло, боль по-тихому отступала. Когда Грач вернулся, Вероника все так же сидела в коконе одеяла. - Старший хочет поговорить. Придет позже. - Со мной? - С тобой. Грач сел рядом, посмотрел на неё внимательно. - Если начнет давить - не отвечай. Просто слушай. Поняла? - А он будет? - Старший, вполне вероятно, но Обливион точно. Они хотят знать, что ты видела, когда артефакт среагировал. Вероника кивнула, молча. Дверь в комнату открылась, Старший вошел первый, следом - Обливион. - Как самочувствие? - спросил Старший. - Неважное, - коротко ответила Вероника. - Но нормально для не мертвеца. Он кивнул, хмыкнув на такой ответ. Потом подошел ближе. - Грач говорил, что в бреду ты говорила про свет. Опиши. - Это не просто свет. - ответила Вероника задумавшись. - Он…словно живой. Чувствует, знает. Смотрит в тебя, будто знает всё, что ты пытался скрыть. Обливион поднял голову. - Ты сказала “Он”. Значит, воспринимала его как существо? - Я не знаю, - Вероника покачала головой. - Может просто отражение моего сознания. Старший переглянулся с Обливионом. Слова повисли в воздухе. - Ты понимаешь, что контакт с малоизученным артефактом мог изменить тебя? - Понимаю. - Если у тебя появятся любые резонансные сны, не твои воспоминания, эмоциональные скачки. Обязательно говорит. - Хорошо. Вероника посмотрела на Старшего. - Старший. Ты же имеешь доступ к внешнему миру? Можешь узнать, как мой брат? - Хорошо. Я сделаю запрос. Узнаем всё. Вероника кивнула в качестве благодарности и упала на подушки. Борясь с желанием заснуть. - Спи, - тихо сказал Грач. Вероника закрыла глаза и провалилась в сон. - Спит, - тихо сказал Обливион. - Пошли. Комната, где совещались мужчины была под землей. Серые стены, карта Зоны, забитая красными и синими метками. На столе планшеты, отчёты, информация. Старший стоял у карты, опершись руками о стол. Обливион - за терминалом, на экране которого дрожал поток данных. Грач сидел, покачиваясь на стуле, с сигаретой, которую так и не зажег. Молчание длилось несколько минут, пока не заговорил Обливион: - Мы получили фрагмент передачи с заблокированного узла под сектором “Север - 2”. Старая частота, еще времен проекта “Орион” и “Angel-01”. Сначала думал бред какой-то, а потом прогнал по программам дешифраторам и выявил текст. О, тебе понравится. “...отчёт номер четыре…объект Angel-01 проявил себя… координаты…Рыжий лес, лабораторный блок “Рассвет”. Старший поднял голову: - Повтори. Обливион еще раз прочитал сообщение. Грач бросил сигарету, подошел ближе к Обливиону. - Как давно эти слова гуляют в сети? - Пару дней. Как я вытащил Вас с того комплекса. - Это совпадение? - Не думаю, - ответил Обливион, - Я пробил остаточные записи по “Ориону”, изучил Ваши документы. Последняя активность Ангела была именно там, самое интересное, что ключ доступа - доктора Ротца. Старший приподнял бровь. - Ротц жив? - Если верить данным - да. По крайней мере, пять дней назад использовал его авторизационный ключ. Грач коротко выругался. - Доктор, который помог сбежать Ангелу, объявляется ровно после того, как мы вскрыли “Сектор С”. Потом симбиоз Светоча и Вероники, совпадает по времени с первым сигналом от Angel - 1. Старший молчал несколько секунд, потом произнес: - Значит связь между артефактом и Вероникой не случайность. Это отклик. -Старший посмотрел на Грача. - Сколько она продержится, если мы двинем её в тот сектор? - После горячки? - Грач покачал головой. - Если идти напрямую - не более суток без нормального отдыха. - Если она действительно связалась со Светочем, но она сможет найти без “потерь” Ангела и Ротца. Артефакты с одной аномалии, они словно “братья”. - Вы хотите её использовать как проводника? Как навигатор? После того, что с ней случилось? - Мы не можем позволить себе упустить Ангела и Ротца, - голос Старшего звучал спокойно, но за этим спокойствием ощущалось давление. Он стоял, глядя на карту, где на сером фоне стояла новая красная метка. – Ты знаешь, что объект Angel-01 знает, где материнская аномалия. Девочка сама пойдет за ним. Артефакт спасет её брата, а мы узнаем ответы. Грач стоял у стены, руки в карманах, взгляд хмурый и жесткий. - Это звучит как приговор, - сказал он. – Она едва очнулась. - Это выбор, - ответил Старший. – И она его уже сделала, когда пришла в Зону. - Я подготовлю группу. Пять человек, включая Вас двоих и Веронику. Маршрут скорее всего через северный гребень. Как раз должны выйти на метку. – Обливион посмотрел по очереди на Грача и Старшего. – Возражений, как я понимаю – нет. - А если данные не верны? – спросил Грач. Обливион усмехнулся устало: - Тогда всё это закончится быстрее, чем начнется. Когда Грач вернулся в комнату Вероники – она уже не спала. Девушка сидела на койке, сжимая в руках погасший Светляк, который отдал ей всю энергию. - Я слышала всё. Я иду, - Она подняла взгляд на Грача. - Тогда собирайся. И приказ: не смей умереть там. - Постараюсь.