Сердце Ангела

«Зона меняется. Сегодня они пели не просто, чтобы убить - а будто кто-то дирижировал ими. А чужие смотрели так, словно знали, зачем мы здесь.»

Тринадцатая запись из дневника Вероники

В комнате еще пахло лекарствами, легким запахом пота и металлом. Вероника медленно поднялась с койки - ноги слушались с трудом, мышцы будто были налиты свинцом. Она аккуратно положила угасший артефакт на кровать, где лежали лишь смятые бинты. Грач уже аккуратно рассортировал все на столе: оружие, патроны, запасные магазины, медицину и провизию. Вероника стояла, слегка покачиваясь, ноги дрожали, но упрямство держало её прямо. На столе лежала её старая куртка - темная, пропитанная кровью и порохом и рюкзак, полупустой. Она протянула руку к рюкзаку, руки дрожали. - Дай, - сказал Грач. Он подошел, легко отодвинул её в сторону и стал укладывать вещи. - Фильтр запасной, аптечка громоздкая, у тебя есть слёзы. Аптечки у Лирика, гранаты тоже оставь. Не знаю, где ты успела их взять. - А если без аптечки худо будет? - спросила Вероника тихо. - Тогда уже будет поздно. - Он не поднял взгляда. - Собирайся по уму. Смотри на своё состояние и доверься группе. Ты всё не сможешь предусмотреть. Вероника молча кивнула. Потянулась к своей куртке, грач цыкнул. Вышел с комнаты, вернулся через пару минут с потрепанной, но хорошей курткой. Вероника покачнулась, Грач успел ее подхватить. - Голова кружится, - прошептала Вероника. - Сядь. - приказ. Грач протянул ей флягу. - Пей. Не экономь тут воду. - Всё в порядке. Я в порядке Грач. - Враньё, - коротко бросил Грач, подхватив рюкзак Вероники и став проверять его : крепления, лямки, вес. - Отлично. Рюкзак не перегрузил. Когда Веронике немного полегчало, Грач помог надеть ей бронежилет, подтянул ремни, застегнул карабины. - Вот так. Снаружи слышались голоса. Старший о чём-то коротко говорил с Обливионом. За металлическим ящиком кто-то чинил затвор - звук сухой, отрывистый. Когда они вышли, воздух был влажный и прохладный. На площадке стояли двое - знакомый медик и еще один незнакомый боец отряда Обливиона. Первым их увидел Обливион, коротко поздоровавшись с Вероникой, подозвал своих ребят. - Знакомьтесь. Лирик - медик, бывший военный полевой хирург. Стреляет отлично, медик тоже первоклассный для этих мест, - Обливион показал рукой на худого мужчину лет тридцати с усталым лицом, с потрепанной сумкой, в форме темно синего цвета с красным крестом на руке. На ремне свободно висел автомат Натовского образца.  - И Саган - пулемётчик. Говорит он немного, но человек надежный. Саган, массивный, с короткой стрижкой и лицом, покрытым старыми ожогами, коротко кивнул, глядя на Веронику с прищуром. - Выжила значит. Это хорошо. - Еще не совсем, - ответила Вероника. - Главное - не давай повод тебя оставить там. Грач посмотрел на Сагана, тот хмыкнул и отвернулся. - Не обращай внимание. Он просто не любит, когда в отряде кто-то чужой и кого приходится прикрывать, - Лирик мягко улыбнулся. - А ты любишь? - спросила Вероника. - Только если шанс выжить более пятидесяти процентов. - Лирик пожал плечами. - Пока процент в твою пользу. Вероника кивнула. Грач проверил еще раз снаряжение Вероники. - Проверить фильтра. Патроны. Десять минут на сбор. Старший подошел ближе к группе, в руках держа карту, покрытую линиями и отметками. - Всё на месте. Выходим, двигаем через северный гребень. Первая точка - старый поселок.  Далее через лес - сторожка лесника. Вероника в центре, Грач страхует. Старший убрал карту в гермоупаковку и посмотрел на всех по очереди. - Задача ясна? Возражений нет. Если данные не совпадут - действуем по ситуации. Вероника поправила капюшон, взяла автомат. Металл был холодным, руки чуть дрожали, но она упрямо смотрела вперед. - Готова, - сказала она тихо. Обливион первый шагнул, остальные двинулись за ним. Саган - чуть позади и сбоку, Лирик с другого боку, перекладывая аптечку ближе к руке. Старший замыкал. Когда уже немного отдалились от дома Старшего, Вероника обернулась. - Вперёд, Ника, - сказал Грач негромко. - Там узнаем, верно ли мы идем. Зона встретила их тишиной. Не той обычно, где слышен шелест деревьев, где где-то вдалеке воет мутант или слышаться выстрелы. Зона была будто мертвой, словно прошедший выброс вычистил всю территорию от жизни. Под ногами шуршала чёрная глина, мокрая и скользкая. Вероника шла между Грачом и Лириком. Дышать было тяжело – воздух плотный, с металлическим привкусом на губах. Каждый вдох давался с трудом. Рюкзак резал плечи. Ноги дрожали и не хотели идти, но она старалась идти ровно, без остановок, со скоростью группы.  Грач шел впереди – не оборачивался на нее. Но почему-то Вероника была уверена : он слышит ее каждый вздох, каждое неуверенное движение. Обливион вел группу молча. Уверенно. Его шаги были точными. Он будто чувствовал дорогу, практически не глядя обходил трещины, аномалии, что притаились за кочками. Иногда коротко поднимал руку, группа останавливалась. Тогда Саган выставляя пулемёт чуть вбок. Он двигался медленно, но с уверенностью того, кто уже не раз выходил из таких мест живым. Изредка перекатывал плечами, прислушиваясь к звукам - то ли ветер, то ли кто-то рядом. Лирик держался ближе к Веронике. Проверял её взглядом, будто невзначай. - Пульс нормальный? - спросил негромко, когда они сделали короткую остановку. - Почти, - ответила она, с трудом улыбнувшись. - Только в голове шумит. Он вынул из кармана серебристую капсулу, кинул ей. - Вкус мерзкий, но поможет. Вероника проглотила таблетку. Саган фыркнул: - Лирик, ты всех своих пациентов доводишь до передозировки или только красивых? - Только тех, кто не ноет, - парировал Лирик спокойно. - И не стреляет на каждый шорох. - Шорохи - это предупреждения, - буркнул Саган, проверяя пулемёт. – Лучше перебздеть, чем недобздеть. - Хватит. Разговоры - потом, - строго сказал Старший. Вероника вдруг ощутила, что задыхается. Мир вокруг будто сдвинулся - деревья расплылись, вокруг потемнело. На миг ей показалось, что впереди стоит человек - бледный, прозрачный, с чем-то светящимся в груди. - Светоч… - выдохнула она, неосознанно. - Что? - Грач мгновенно обернулся. - Ничего. - Она моргнула - и фигура исчезла. Только пыльное облако, поднятое ветром. Он посмотрел на неё пристально. - Галлюцинации - это не «ничего». Если повторится - говори. Поняла? Она кивнула. Но не сказала, что слышала ещё и голос - тихий, почти родной. «Не иди туда…» Через полчаса они добрались до обломков старого моста. Металлические балки торчали, ржавые, почти сгнившие. Вода под ними еле шевелилась, мутная и плотная. Обливион подал знак. - Переправа здесь. Держим дистанцию пять метров. Не трогать перила. Проводка мертва, но фон есть. Саган прошёл первым - тяжело, осторожно. Его шаги глухо отдавались по настилу. Лирик помог Веронике перейти, когда доски под её ногами скрипнули. Он ухватил её за локоть. - Осторожно. Дальше хуже. - Скоро Рыжий лес? - спросила она. - Нет, мы еще переночуем в более-менее безопасном месте, - ответил он. - Сталкерские стоянки еще никто не отменял. Когда они спустились на другой берег, Обливион остановился и развернулся к группе. - Привал. Десять минут. Саган сел на поваленное бревно, закурил, прикрыв ладонью огонёк. - Зря взяли девчонку, - сказал он достаточно громко. - Слаба она. С первого рывка сгорит. Грач поднял взгляд, медленно, без слов. –- Повтори, - сказал он спокойно. Саган ухмыльнулся, но взгляд отвёл. - Да шучу я. Просто реалист. - В Зоне реалисты умирают первыми, - сказал Обливион, проверяя дозиметр. - Остальные хотя бы пытаются верить. Вероника молча сидела на камне, сжимая в руках автомат. Руки были холодные, дыхание сбивалось, но внутри - странное ощущение. Грач присел рядом. - Пей, - сказал он, протягивая флягу. Она сделала глоток. - Всё нормально. Просто… - Пройдёт. - Он откинулся на камень рядом. - Главное - не слушай, здесь всё может тебе лгать. Думай своей головой. Вероника кивнула. Она думала что за голос она слышала,и где-то в глубине - она узнала голос брата. После короткого привала они двинулись дальше. Воздух становился плотнее, будто насыщался чем-то невидимым - статикой, шёпотом, тревогой. Дозиметры едва слышно потрескивали, стрелки колебались в зелёной зоне, но ощущение чужого присутствия нарастало. - Осталось пять километров, - сказал Обливион, сверяясь с картой на ПДА. - Стоянка у старого резервуара. Держим строй. Вероника шагала рядом с Грачом. Ритм их шагов совпадал. Она не спрашивала, куда и зачем - просто смотрела вперёд, и думала, как не отстать. Грач шёл, как всегда, чуть впереди и левее - чтобы перекрывать сектор. В руках автомат, палец у спуска, голова слегка наклонена: слушает. Первым насторожился Саган. - Что-то не так, - глухо сказал он. - Слышу, как будто... песня. Вероника тоже уловила - не звук, а намерение звука, как вибрацию прямо в мозг. Мягкое мурлыканье, вытянутое, гипнотическое шло откуда-то из-под земли, под их ногами. - Контакт, - коротко бросил Обливион. - Шесть, может, восемь. Рассыпься! Мир взорвался движением. Из-под плит и из-под покосившегося асфальта вырвались коты-баюны - тени с глазами, полными синего света. Они двигались бесшумно, волнами, будто плыли по воздуху. Уши прижаты, тела длинные, гибкие, хвосты дрожат, как антенны. И снова - песня. Только теперь громче. Не звук - волна. Веронику будто ударило током. На миг всё исчезло - дорога, бетон, люди. Перед глазами - картинка: брат, больничная палата, его рука на её запястье и голос. «Ты не успела...» - Стоять! - голос Грача прорезал иллюзию, как нож. Она моргнула - и снова реальность. Осмотрелась. Первый кот уже прыгал на Сагана. Пулемётчик успел среагировать - очередь, визг, фонтан грязи и крови. Но за ним вылетели ещё трое. Обливион работал хладнокровно, короткими сериями. - Грач, право, я беру левый фланг! - Принято! - крикнул тот. Вероника заняла позицию рядом с ним - чуть ниже, контролируя тылы. Они двигались как единое целое: он прикрывал, она добивала. Один взгляд - и уже понимали, где нужен огонь, где движение. Баюны были не просто быстры - они думали. Каждая тварь выбирала цель. Одна прыгнула не на Грача, а прямо на Веронику - в прыжке изогнулась, и вдруг на долю секунды она увидела в её глазах человеческое лицо. Девочку. Маленькую, с глазами как у неё. «Не стреляй…» - прозвучало прямо в голове. На миг палец на спуске дрогнул. И тут же рядом короткая очередь Грача - тварь разорвало в воздухе. - Не смотри им в глаза! - рявкнул он. - Они читают, Вероника! - Поняла! - отозвалась она. - Не дают сосредоточиться! Пси-воздействие давило сильнее. Лирик сжал голову руками, опустившись на одно колено. Старщий прикрывал поплывшего медика, работая четко, будто коты для него обычные мишени в тире. - Их уже больше! - прохрипел Лирик. - Чую… чёрт, будто в мозг лезут! Саган всё ещё держал фланг, но его стрельба стала неровной. Он выругался - и вдруг дал длинную очередь прямо в землю. - Саган! - Обливион резко обернулся. - Контроль огня, мать твою! - Оно в голове! - заорал тот, - оно мне шепчет, что я уже мёртв! Грач метнулся к нему, ударил прикладом в плечо. - Соберись! Ты жив, понял?! ЖИВ! Кот выскочил из-под плиты прямо между ними. Вероника не думала. Один выдох - и короткая очередь. Голова твари исчезла, оставив только чёрный шлейф пара. Грач посмотрел на неё, коротко кивнул: - Вот так. Работай. Они сместились к обломку стены, прикрывая остальных. Баюны кружили, не решаясь приблизиться - пели сильнее, создавая эхо. Воздух вибрировал, пыль поднималась столбом, будто само пространство ломалось. Вероника почувствовала, как кровь приливает к вискам. Шум стал гулом. Она уже не слышала пуль - только биение сердца и голос Грача: - По моему счёту. Раз. Два… Он выстрелил. Она - следом. Очереди легли крестом, пересеклись в воздухе. Две тени рухнули одновременно. Обливион добил последнего одиночным выстрелом в голову. Тишина. Лирик поднялся, тяжело дыша. - Пси – воздействие остаточное. Мигрень обеспечена. Саган сел прямо на землю, вытирая лоб. - Эти тварюги… они в мозгу у меня рылись. Я видел мать, клянусь… Обливион коротко глянул на него: - Запомни: всё, что они тебе показывают, - ложь. Вероника стояла рядом с Грачом, обжигая руки о ствол автомата. Он посмотрел на неё с тем самым спокойствием, что было у него только после боя. - Неплохо, - сказал он. - Ты научилась. - А ты - как всегда, - ответила она. На лице мелькнула усталая улыбка. - Работаем, - буркнул он и кивнул. - Ещё километр до стоянки. Неплохо нас кошки погоняли. Держись рядом. Когда они двинулись дальше, ветер поднял пыль с тел баюнов. В ней ещё слышалось что-то - тихое, еле различимое мурлыканье, уходящее вглубь земли. Вероника обернулась, прежде чем ступить дальше. Ей показалось - среди мёртвых тел один кот всё ещё дышит, глядя прямо в неё. Синие глаза мерцнули в последний раз, и где-то внутри снова прозвучал тихий голос: «Ты …» Она резко отвернулась. Грач заметил движение, ничего не сказал. Только сжал плечо. Они пошли дальше - к сталкерской стоянке, где, возможно, они смогут отдохнуть. Они дошли до стоянки под вечер. Старый ангар, обвалившийся наполовину, ржавая цистерна, пара перекошенных бочек, укрытых брезентом. Когда-то здесь, видимо, был пункт ремонта техники - теперь лишь укрытие от ветра. Саган первым бросил рюкзак, нарубил ножом веток и палок, развел костер и сел прямо на землю у костра. - Никогда не думал, что услышу, как кот поёт мне колыбельную, - проворчал он. - И чтоб мне сдохнуть, если это было приятно. Лирик усмехнулся вяло, проверяя аптечку. - Приятно до тех пор, пока мозг не закипает. У меня уши до сих пор звенят. Вероника села ближе к костру. Её слегка знобило. Огонь потрескивал, освещая лица рыжими бликами. Саган возился с банкой тушёнки, Лирик наливал воду в котелок. Грач сидел чуть поодаль, чистил оружие - как будто только так можно было сбросить остатки адреналина. Старший стоял у входа в ангар, курил. Дым уходил вверх, растворяясь в темноте. - Баюны, - произнёс он негромко, будто самому себе. - Но не те. Обливион поднял взгляд. - Ты тоже заметил? - Ага. Не их территория. - Старший бросил окурок в пыль. - Мы шли северной кромкой, они сюда не заходят. Никогда. Грач кивнул. - Слишком много для случайного выхода. Стая из двенадцати - такого не бывает Лирик, помешивая кипящую воду, добавил: - И пси-фон у них как будто синхронизированный. Обычно эти тварюги поют вразнобой, а тут - частота одна. Как будто кто-то дирижировал. Вероника тихо произнесла: - Может, кто-то их направил. Саган фыркнул: - Ага, Зона решила, что мы слишком расслабились. - Не шути, - бросил Обливион. - Я видел, как они действовали. Координация, не животная. Кто-то, или что-то, усилило их. Пауза. Костёр потрескивал. В темноте ветер шевелил листву деревьев. Старший сказал глухо: - Зона меняется или что-то её меняет. Всё чаще вижу, что границы старых ареалов рушатся. Мутанты идут туда, где раньше выжигало. Аномалии мигрируют. Даже небо… - он глянул вверх. - Оно стало ниже. Никто не ответил. Все чувствовали то же самое. Вероника, обхватив колени, тихо спросила: - Это плохо? Грач ответил после короткой паузы: - Да. Когда Зона меняется, люди просто подстраиваются. Или умирают. - Он протянул ей кружку с кипятком. - Пей. Она взяла. Тепло обожгло пальцы. Саган поднял голову: - Кто идёт? В темноте послышались шаги. Не спешные. Обливион сразу поднялся, автомат в руках, ствол вниз, но палец рядом со спуском. - Контакт. Справа. Из тени показались фигуры - восемь человек. Одеты добротно, почти чисто. Комбинезоны с нашивками старых группировок, но уже выцветшие. Впереди шёл высокий сталкер с чёрной повязкой на руке. Он поднял ладонь. - Свои. Не стреляйте. Старший кивнул Грачу - тот опустил ствол, но настороженность осталась. - Проходили мимо, - сказал сталкер. - Видим свет, решили зайти. Мы не враждебны. - Восемь стволов - и ни одной винтовки вниз, - заметил Грач хмуро. - Похоже, миролюбие у вас стрёмное. - Осторожность, - спокойно ответил тот. -Сейчас, в этих местах, кто угодно может вылезти. Старший шагнул ближе. - Садитесь. Огонь общий, место найдётся. Гости заняли дальнюю сторону костра. Один - широкоплечий, с тату на шее - достал из рюкзака банку консерв, другой - раскрыл карту. - Мы шли с востока, - объяснил их лидер. - Цель - найти безопасный проход через Рыжий. Для новичков. Старые маршруты горят, а мы ищем обход. Саган тихо усмехнулся: - Забота о новичках - нечастое дело для таких, как вы. Тот ответил с ледяной вежливостью: - Мы просто делаем свою работу. Лирик переглянулся с Вероникой. Обливион, не отводя взгляда, уточнил: - А работа - чья? - Свободных. - Мужчина улыбнулся. - Нам платят за исследование проходов, ничего больше. Старший молча кивнул, но взгляд задержал дольше, чем нужно. Это не от «Свободы». Слишком организованы, слишком молчаливы. Грач подбросил ветку в костёр. Искры взлетели, отразившись в его глазах. Он наклонился к Веронике и тихо сказал: - Не нравится мне это. Они говорят о Рыжем, но врут. - Думаешь, за нами? - Не за нами, - пробормотал он. - Скорее за теми, кого мы ищем. Сигнал был в общей сети Вероника кивнула едва заметно. Тем временем Саган уже пытался разговорить гостей: - Ну и как там? Один из сталкеров, молчаливый, с пустыми глазами, ответил: - Сталкера говоря, что Рыжий шепчет теперь. По ночам. Иногда зовёт по именам. - Зовёт? - переспросил Лирик. - Да. Но если отзовёшься - потом не найдёшь дороги обратно. Костёр догорал медленно. Искры поднимались вверх и гасли в холодном воздухе, как крошечные кометы. Разговоры стихли. Даже Саган перестал ворчать и просто сидел, глядя в огонь. Старший смотрел на небо - тяжёлое, низкое, будто нависало над ними. - Хватит. Отбой по очереди, - сказал он спокойно. - Ночь длинная. Гости кивнули. Кто-то уже растянул спальник ближе к стене ангара, другой, не снимая бронежилета, устроился у входа. Они держались спокойно, слишком спокойно - и это настораживало. - По двое на смену, - распорядился Старший. - Первые - Грач и Саган. Потом Обливион с Лириком. Вероника хотела было сказать, что тоже может встать в караул, но Грач сразу оборвал: - Нет. Тебе отдыхать. - Я не устала, - возразила она. Он посмотрел так, что спорить расхотелось. - Не в усталости дело. Сегодня хватит, - произнёс тихо, но твёрдо. - Твоя смена - утром. Она сжала губы, кивнула. Лирик протянул ей одеяло. - Спи. Вероника молча легла ближе к стене, рядом с её рюкзаком. Грач сидел у костра, методично чистил затвор. Саган стоял в тени, зорко глядя в сторону темнеющего коридора между плитами. Пришлые сталкеры говорили между собой шёпотом, почти не двигаясь. Их лидер всё ещё не ложился - просто сидел и смотрел в пламя, как будто что-то считывал. Старший подошёл к Грачу, наклонился. - Никому не верим. До утра - полный контроль. Грач кивнул, не отрывая взгляда от огня. - Понял. Ночь сгустилась окончательно. Костёр вызывал лишь крошечный остров света в бесконечной тьме. Где-то далеко, на границе слышимости, прокатился низкий гул - будто Зона вздохнула. Вероника еще не спала, но и не могла открыть глаза. Она слышала, как за пределами света кто-то идёт, шуршит пеплом, как Саган негромко ругается, как Грач встаёт и делает несколько шагов вдоль периметра. Пришлым не доверяли. И только когда костёр осел до углей, и тьма сомкнулась окончательно, Веронике показалось, что из-за стены ангара кто-то тихо напел ту самую мелодию баюнов - едва слышно, как шёпот сна. Грач повернул голову в ту сторону. Но никого уже не было.