Размышления о "Красной Звезде"

      Продолжим пересказ и разбор сюжета повести «Красная звезда».       Глава 9. Прошлое       Оплакивая гибель Летты, Нэтти несколько дней не выходит из комнаты. Главный герой чувствует, что Стэрни затаил на него злобу за случившийся трагический инцидент. Однако со стороны Мэнни и остальных изменений нет.       Леонид продолжает изучать язык марсиан, а также берётся за историю Марса. Учебник истории начинает своё повествование с возникновения Солнечной системы. В этом моменте прекрасно видна разница тогдашних научных представлений и сегодняшних. В Млечном пути уже давно не двадцать миллионов звёзд, Марс не старше Земли (разница незначительна в масштабах миллиардов лет). Все планеты сформировались из единого протопланетного диска: однако в то время считалось, что чем ближе планета к Солнцу, тем позже она образовалась.       Сходство марсиан с землянами объясняется конвергентной эволюцией.       История марсиан шла мягче и проще, чем земная. Были и войны, была и классовая борьба; но войны играли сравнительно небольшую роль в исторической жизни, и сравнительно рано совсем прекратились. Классовая борьба имела намного меньший размах и реже проявлялась в виде столкновений грубой силы. Рабства марсиане вовсе не знали, в их феодализме было совсем мало военщины, а капитализм рано освободился от национально-государственного дробления, приняв глобальный характер, и не создал армий, подобных современным земным. В-общем, историческое развитие жителей красной планеты, вопреки тому, что их дом земляне поименовали именем римского бога войны, шло весьма спокойно и здорово.       Леониду становятся интересны причины такого мягкого течения истории. Он узнаёт, что очень рано все марсианские языки и народы слились в один. Этому поспособствовал и рельеф Марса, лишённый громадных океанов и непроходимых горных хребтов, а также меньшая общая площадь поверхности, наряду с низкой гравитацией. Благодаря этому путешествия на Марсе были куда легче земных. Капитализм тоже развивался весьма своеобразно, сталкиваясь с природными особенностями планеты. Мелкое крестьянство было весьма рано вытеснено крупным капиталистическим хозяйством, и вскоре последовала национализация всей земли. Причина заключалась в высыхании почв, с которым мелкие земледельцы не в силах были бороться. Искусственное орошение являлось необходимостью для большинства местностей, создавая потребность в крупномасштабной организации.       В определённый момент государство, к тому моменту уже вполне демократическое, было вынуждено заняться созданием крупной сети каналов (да, Богданов использовал старую гипотезу о марсианских каналах!). Однако у самой власти не оказалось средств, необходимых для реализации столь грандиозного проекта. Синдикаты капиталистов хотели взять дело в свои руки, но против этого восстал народ, боясь чрезмерного усиления их власти. После долгой борьбы был введён большой прогрессивный налог на доход от земли. Средства, вырученные таким образом, пошли на рытьё каналов. Власть землевладельцев была подорвана, и вскоре свершилась национализация. Марсианские каналы явились двигателем и экономического, и социального развития марсиан.       Эпоха рытья каналов была временем большого процветания во всех областях производства, и затишья в классовой борьбе. Из-за высокого спроса на рабочую силу исчезла безработица. Но когда проект был закончен, и прежние пустыни были освоены, разразился промышленный кризис. По его итогам случилась весьма мягкая по земным меркам социальная революция: капиталисты отдали власть рабочей партии, не попытавшись отстоять власть насилием, и взамен получили большое денежное довольство до конца жизни. Кроме того, многие из бывших капиталистов сыграли крупную роль в организации уже общественных предприятий.       Подобная почти идиллическая картина исторического развития, лишённого массового кровопролития, вызывает у Леонида чувство зависти. Нэтти замечает, что, возможно, завидовать нечему: на Земле противоречия острее потому, что богатства земной природы куда больше, и поток солнечной энергии куда значительнее. Развитие земного человечества мучительнее, но со временем подарит вселенной бОльшую красоту и мудрость.       Глава 10. Прибытие.       Понемногу этеронеф приближается к Марсу. Леонид узнаёт, что растительность Марса отличается своим цветом от земной, в ней доминируют красные и серо-чёрные тона.       Насколько это правдоподобно? Действительно, на планете с очень маленьким световым потоком растительность будет, скорее всего, эволюционировать в сторону роста эффективности поглощения излучения. Поэтому тёмные тона кажутся вполне правдоподобным вариантом [1]. Однако красный цвет растительности для Марса представляется не самым удачным вариантом.       Перед посадкой на Марс главный герой приходит в состояние сильного душевного волнения и смятения. Заглядывая вперёд, это — первая ласточка грядущих проблем.       Этеронеф приземляется (или примарсианивается?), и экипаж выходит наружу. Мэнни и Стэрни несут гроб с телом Летты. Путешественников встречает многотысячная толпа.       Глава 11. У Мэнни.       Леонид поселяется в доме Мэнни. Он отказывается носить защитные очки, призванные спасти от раздражения глаз непривычным ощущением, отшучиваясь тем, что обязан освоиться с миром в цвет его знамени.       К сожалению, растительный и животный мир Марса не описывается, что Леонид обосновывает отсутствием времени на такое описание.       Мэнни живёт в небольшом двухэтажном домике с прозрачной крышей. Так как марсиане любят голубой свет, крыша сделана из голубого стекла. Кабинет и домашняя лаборатория Мэнни расположены на первом этаже.       Вопреки общепринятой марсианской традиции, Мэнни хранит фотографию своего предка, великого инженера, сыгравшего важнейшую роль в строительстве каналов. Предка звали так же, как знакомца главного героя. С тем древним инженером связана драматичная история, изложенная в другой работе писателя, «Инженер Мэнни». Он убил своего помощника, мешавшего проекту, и впоследствии руководил работами из тюрьмы до тех пор, пока не нашёл достойного приемника. Но, когда к инженеру пришёл министр, чтобы сообщить тому о помиловании, гордый инженер внезапно покончил с собой совершив сэппуку.       Весёлые ребята!       Из двух путей настоящий марсианин выбирает тот, что ведёт к смерти.       Леонид высказывает желание посетить машиностроительный завод.       Глава 12. На заводе.       Первым делом Леонид летит на воздушной гондоле в другой город, где живёт Нэтти, по пути любуясь живописными марсианскими пейзажами. Затем вместе они летят на завод.       Завод большой, монументальный, о пяти корпусах. Внутри грохочут огромные механизмы. Ни дыма, ни копоти, ни запаха, ни мелкой пыли — цеха очень чистые и со свежим воздухом. Вся машинерия работает чётко, точно и правильно, приводимая в движение электродвигателями. На заводе Леонид видит сотни работников. Постепенно шум механизмов начинает ему нравится, сливаясь для него в причудливую музыку.       Индастриал-металл, наверное.       От работников требуется присмотр за автоматизированным производством: непосредственное вмешательство требуется лишь в случае неполадок и необходимости перенастройки.       Покинув цех, Леонид посещает здание, где ведётся автоматический подсчёт трудового времени. Можно увидеть, в каких отраслях переизбыток труда, а где — недостаток, и перебросить излишки сообразно потребностям экономики. Марсиане выбирают такое занятие, в котором есть большая потребность, при наличии к нему склонности, и сообщают об этом системе обработки экономических данных. Цифры обновляются каждый час; все подобные здания на планете связаны в единую электронную информационную сеть. И, как уже было сказано, подсчёт ведётся в первую очередь в часах рабочего времени.       По всей видимости, Александр Богданов был первым, кто придумал нечто подобное. По сути, он предвосхитил ОГАС и АСПР [2], так и не реализованные в СССР, а также, в некотором смысле, ряд современных бизнес-решений (электронные системы интегрированного бизнес-планирования). Забавно, что один из исследователей проекта ОГАС тоже носил фамилию Малиновский [3]. Для правильного и полного понимания идей Александра Богданова рекомендуется ознакомление с его трудом «Тектология» [4].       Леонид расспрашивает о том, как работает марсианская экономика. Потребление ничем напрямую не ограничено: каждый берёт сколько нужно, при этом нет принуждения к труду. Работать можно там, где хочется. Большинству работать просто нравится, и производительность труда достаточно высока, чтобы этого хватало на удовлетворение всех потребностей общества. Даже если кто-то съест особенно много, или задержится на работе, в которой существует избыток труда, ничего критичного не случится: хотя возможны случайные колебания в потребностях и производительности отдельных индивидов, на уровне крупных сообществ такие колебания вполне предсказуемы (что вполне соответствует и нашей действительности — иначе невозможно было бы прогнозирование спроса, без которого невозможна работа крупных торговых сетей). Далее идёт довольно длинная лекция о нюансах работы марсианского экономического планирования, которую нет нужды пересказывать: кому интересно, может прочитать самостоятельно.       Остановимся на забавном: после экономической лекции Нэтти рассказывает о необычном психическом заболевании, которому подвержены операторы молотов, из-за любви к индастриал-металлу задерживающиеся на работе дольше положенного. За год до показанных событий механик на другом заводе попытался прыгнуть под молот, впав в особый нервный припадок. Поэтому Нэтти присматривает за всеми любителями больших молотов, чтобы предупредить возможные суицидальные наклонности.       Глава 13. Дом детей.       Далее Леонид, как и подобает всякому приличному посетителю утопии, отправляется исследовать другие объекты социальной и промышленной инфраструктуры, чтобы послушать новые лекции о преимуществах марсианского общества. «Дом детей» занимает лучшую часть города. Такие учреждения есть во всех крупных городах планеты.       Леонид видит большие двухэтажные дома с голубыми стеклянными крышами, сады с ручейками, прудами, площадками для игр и гимнастики, грядками цветов и полезных трав, домиками для ручных животных и птиц.       Нэтти приветствует женщину по имени Нэлла — по сути, свою мать. Нэлла рассказывает главному герою о детском учреждении. Всего в нём около трёхсот детей. Старшие дети помогают ухаживать за маленькими. Для игр и занятий дети группируются так, как им это нравится.       В присутствии главного героя Нэлла разрешает конфликт двух детей из-за игрушечной лодочки, показывая, что им стоит просто играть вместе.       Профессиональных воспитателей в доме детей всего трое. Остальные — это родители тех детей, что проживают здесь, а также молодые люди, желающие изучить дело воспитания. Таким образом, многие родители живут с детьми. Но другие приезжают время от времени на неделю-другую. Отмечается, что отцы реже живут с детьми, чем матери. Есть специальные комнаты, где как родители, так и дети могут уединиться — числом в шестьдесят.       Леонид слушает размышления об индивидуализме и коллективизме. Затем происходит забавная ситуация.       Ребёнок лет шести гоняется за марсианской версией лягушки, и бьёт её палкой, перебив существу лапку. Нэлла выговаривает ребёнка — мальчика зовут Альдо. После чего Нэлла сама ударяет Альдо палкой, и объясняет, что со сломанной лапкой лягушка погибнет. Мальчик решает «починить» лягушке лапку. Нэлла помогает ему сделать шину на лягушкину лапку.       Вечером Нэтти и Леонид идут в гости к астроному Энно из экспедиции, где тот рассказывает им про Венеру. В данном сеттинге это планета джунглей, диких динозавров и ужасных бурь. Однако Венера не только опасна, но и богата полезными ископаемыми и прочими ресурсами. Вместе с другими гостями они начинают дискуссию: возможно ли освоение Венеры, возможно ли преодолеть её опасности?       Увы, по сравнению с реальной Венерой эта планета бурь и динозавров — место вполне гостеприимное.       Самые юные участники дискуссии настаивают на необходимости освоения Венеры, несмотря на все опасности. Надо послать множество врачей, строителей и других специалистов.       Один пылкий двенадцатилетний паренёк даже заявляет:       «Пусть девять десятых погибнет — тут есть из-за чего умереть, лишь бы была одержана победа!»       И видно, что сам паренёк отнюдь не боится оказаться в числе погибших.       Данный аспект показанного мира мы уже разбирали ранее, так что не будем останавливаться на этом.       Глава 14. Музей искусства.       Глава начинается с весьма интересного диалога Леонида и астронома Энно. «- Вот уж никак не предполагал, что у вас существуют особые музеи художественных произведений! <…> Я думал, что скульптурные и картинные галереи — особенность именно капитализма с его показной роскошью и стремлением грубо нагромождать богатства. В социалистическом же обществе искусство развивается повсюду рядом с жизнью, которую оно украшает. — В этом вы не ошиблись! Большая часть произведений искусства предназначается у нас всегда для общественных зданий. <…> А наши музеи искусства — это научно-эстетические учреждения, это школы для изучения того, как развиваются искусства<…>»       По этой логике, например, лучшие станции московского и не только метро — образцы вполне социалистического по своей сути искусства. Подобная позиция представляется мне интересной и правильной — лучше всего, когда искусство украшает общественное пространство, становясь достоянием всех, естественно вплетаясь в ткань повседневной жизни, чем когда остаётся уделом частных коллекций и даже ограниченного числа музеев, будучи противопоставлено обыденности.       Леонид постигает историю развития марсианского искусства, созерцая лучшие произведения всех эпох. Наиболее ему интересна анатомия марсиан. Он отмечает, что половой диморфизм у них куда меньше, чем у людей. При виде скульптур красивых марсианок главный герой начинает испытывать приятное возбуждение.       Интересным моментом является то, что скульптура поздних эпох — цветная, раскрашенная в естественные цвета. Главный герой размышляет, что отклонение от действительности не может быть необходимым элементом искусства, а в случае скульптуры одноцветность является антихудожественным элементом.       Любимые темы новейших марсианских художников — экстаз творческой мысли, экстаз любви, экстаз наслаждения природой и, ко всему прочему, спокойствие добровольной смерти.       Половина музея отведена для архитектуры. Под архитектурой марсиане понимают не только эстетику зданий и больших инженерных сооружений, но также эстетику мебели, орудий, машин, вообще эстетику всего материально-полезного.       Энно замечает, что современная архитектура не допускает уклонения от практического совершенства предметов ради их красоты, потому что подобная красота становится фальшью.       Современные марсиане не ставят памятников великим сородичам, а ставят их только великим событиям. Одним из последних памятников оказывается памятник инженеру Мэнни, далёкому предку того Мэнни, что завербовал Леонида в космические туристы.       Автор словами Энно оппонирует тем авангардистам, которые утверждали, что строгий ритм и рифма — пережиток прошлого, рассуждая на тему, что ритм и рифма гармонируют с ритмической правильностью процессов жизни и сознания. Он рассуждает на тему соответствия цели и средства. По мнению Энно, единственная человеческая свобода есть свобода выбора цели — ведь раз вы желаете цели, то вы неизбежно желаете и средств, которыми она достигается.       Безусловно, в словах Энно много мудрости. В этом и лежит разгадка известного изречения о том, что свобода есть осознанная необходимость. Поставив перед собой цель, мы неизбежно создаём для себя необходимость использования тех или иных средств для её достижения. Таким образом, свобода (выбора цели) порождает необходимость (применения адекватных цели средств). Если человек не осознаёт эту связь, то оказывается в состоянии невольного столкновения с таинственными для него обстоятельствами, оказывается подчинён неосознанной необходимости. Тем не менее, хочется задаться вопросом: разве не бывает так, что одной и той же цели можно достигнуть принципиально разными способами?       Закончив с экскурсией, Леонид и Энно гуляют по саду. Речь заходит о литературе. Энно рассказывает, что наиболее популярны у них драмы, трагедии и поэзия картин природы. Трагедии посвящены противостоянию природе.       «Нет мира со стихийностью природы, и не может его быть. Это такой враг, в самом поражении которого всегда есть новая угроза. За последний период нашей истории мы в десятки раз увеличили эксплуатацию нашей планеты, наша численность возрастает, и ещё несравненно быстрее растут наши потребности. Опасность истощения природных сил и средств уже не раз вставала перед нами <…>»       Здесь мы узнаём о главной беде марсианской цивилизации — нехватке ресурсов, в первую очередь энергетических. Усугубляется проблемой тем, что принципиальной позицией марсиан является отказ от контроля рождаемости. Отказ от «безграничного роста жизни» видится им неприемлемым.       На мой взгляд, именно это — главный изъян и главная слабость марсианской цивилизации.       Энно пылко рассуждает о противоречии между ограниченностью отдельного существа по сравнению с целым, проистекающим из бессилия вполне слиться с этим целым и конечности жизни отдельного индивида. Также делается вывод, что чем жизнь стройнее и гармоничнее, тем мучительнее в ней неизбежные диссонансы.       Леонид выясняет, что однажды Энно задумывался о самоубийстве. От рокового шага его спасло предложение Мэнни принять участие в экспедиции на Землю.       Глава 15. В лечебнице.       Леонид очень устал. После двух бессонных ночей он приходит к Нэтти, и просит о помощи. Его помещают в комнату с приятным запахом и голубым светом, которая должна успокоить расстроенную нервную систему главного героя. Леонид успевает посмотреть на других пациентов. Большинство — это получившие производственные травмы и заработавшие нервные срывы. На деле их не так уж и много — просто в данной лечебнице собраны больные из района с населением более двух миллионов человек. Нервные болезни в основном проистекают из волнений и кризисов половой жизни, а также душевными потрясениями, в частности, обусловленными смертью близких.       Леонид отдельно выясняет, куда помещают буйных. Для таких есть отдельная лечебница. Обсуждается необходимый минимум ограничений в обществе, а также допустимость насилия для самозащиты (в отличие от персонажей ефремовского «Часа Быка», марсиане способны на насилие в целях самозащиты). В марсианском обществе насилие воспринимается не столько как преступление, сколько либо как болезнь, либо как осознанный поступок. Никаких раз и навсегда положенных законов на этот счёт не существует, каждый прецедент рассматривается в индивидуальном порядке. Разумный и здоровый человек в нормальных условиях не станет применять насилие — ненужное и излишнее насилие может исходить только от больного человека.       Есть в больнице и комната для умирающих — кого-то сюда приносят, кто-то приходит сам. По всей видимости, в марсианском обществе самоубийство является весьма распространённым способом закончить свою жизнь. Особенно популярны самоубийства среди стариков, что не могут вынести ослабевания эмоций и чувств, и кончают с собой, не желая дожидаться естественного конца.       Молодость марсиан длится дольше, чем у землян, благодаря особой процедуре переливания крови. Это — одна из любимых идей Богданова, в итоге и приведшая автора к гибели. Александр Александрович был убеждён, что посредством переливания крови между разными людьми, в том числе от молодых старым, и от старых молодым, можно лечить многие болезни и продлевать жизнь. Как это ни странно, многие современные исследования говорят о том, что это даже отчасти верно [5].       А ещё лучше переливать кровь лавкрафтианских монстров, как в Bloodborne, беспроигрышный вариант.       В следующей части мы закончим разбор сюжета и перейдём к анализу наиболее интересных тем и мотивов произведения.