Часть 14 Артур тёмный маг
15 сентября 2025 г., 08:53
Глава 14 (исправленная версия)
— Люмос, — протянула Белатриса, взмахнув палочкой, и на её конце вспыхнул ослепительно-белый шар, отбрасывая длинные, пляшущие тени на стены древнего коридора.
Эм, да. А я как-то об этом не подумал, — мысленно признался я, наблюдая, как свет озаряет мрачные, покрытые паутиной своды. Мы с Мавис могли видеть в темноте как при свете дня, но о них — я как-то не подумал. Хорошо ещё, что Кассандра не навернулась с какого-нибудь обрыва или не споткнулась о груду костей, валявшихся под ногами. Тридцать минут плутаний по бесконечным, похожим друг на друга каменным коридорам могли закончиться плачевно.
Мы двигались в зыбком круге света от заклинания Белатрисы. Воздух был спёртым и пыльным, пахнущим вековой плесенью, камнем и чем-то ещё — сладковатым и гнилостным, что заставляло морщиться. Где-то вдали с тихим шелестом осыпалась порода, и каждый такой звук заставлял Кассандру инстинктивно сжимать рукоять меча, а Мавис — вздрагивать и прижиматься ко мне. Морриган же шла бесшумной поступью тени, её жёлтые глаза, казалось, видели в полумраке даже больше моих, а на её губах играла лёгкая, насмешливая улыбка наблюдателя, следящего за интересным спектаклем.
Наконец коридор расширился, выведя нас в огромный зал с высоким потолком, терявшимся в темноте. И здесь, в свете «Люмоса», мы увидели группу гномов во главе с Торином Дубощитом. Они стояли спиной к нам, заслоняя что-то — или кого-то — в центре своего кольца. Их бороды были всклокочены, а в руках они сжимали топоры и алебарды, готовые к бою. Услышав наши шаги, они разом обернулись, и на их лицах отразились ярость и недоумение.
Я не стал церемониться с ними. Не было ни времени, ни желания вступать в переговоры с теми, кто всё равно видел в нас лишь новых врагов. Пока Торин открывал рот, чтобы что-то выкрикнуть, я поднял руку.
И девять стрел чистейшей тьмы, холодных и беззвучных, вырвались из магического круга у моей ладони. Они пронзили воздух и с тихим, влажным звуком вонзились в грудь девяти гномов. Они даже не успели понять, что произошло. Лишь успели широко раскрыть глаза, и их мёртвые тела рухнули на каменный пол, издавая глухой стук. Торин, стоявший чуть в стороне, застыл в ошеломлённом безмолвии, не в силах пошевелиться.
Воздух наполнился резким запахом крови и озона. Подойдя к уже бездыханным телам, я быстро окинул их взглядом и понял — хоббита нет. Бильбо… Видимо, он уже ускользнул и направился к Сердцу Горы. Время поджимало.
Не обращая внимания на подавленные возгласы позади, я принялся обыскивать трупы. Эльфийские клинки, красивые и смертоносные, висели на поясах у павших. Я отстёгивал их один за другим, холодная сталь приятно отдавала холодом в ладони. Вся операция заняла не больше минуты.
Позади раздался сдавленный вздох. Я обернулся. Мавис смотрела на меня широко раскрытыми, полными ужаса глазами. Она прижала руки ко рту, и в её взгляде читалось чистое, ничем не разбавленное отвращение к произошедшему убийству. Морриган же, напротив, смотрела на меня с холодным, почти клиническим интересом учёного, изучающего эффективный метод умерщвления. Её губы были плотно сжаты, но в уголках глаз читалось некое подобие одобрения точности и быстроте исполнения.
— Великолепно… — прошептала Белатриса, и в её голосе звучала неподдельная, почти чувственная нотка восхищения. Её тёмные глаза блестели в свете заклинания, следя за каждым моим движением. — Так быстро… так элегантно… Без лишних слов, без дурацких монологов. Просто… быстрая и безмолвная смерть.
Кассандра молча наблюдала за происходящим, её лицо было бесстрастной маской телохранителя, оценивающего ситуацию. Лишь лёгкий кивок выдавал её одобрение моими действиями.
Собрав клинки и сбросив их в своё пространственное хранилище, я вытер ладонь о плащ трупа Торина Дубощита. —Пошли. Нам нужно найти хоббита до того, как он разбудит дракона, — сказал я, уже направляясь вглубь зала, в ту сторону, куда, как я предполагал, скрылся Бильбо.
Свет «Люмоса» колебался на стенах, освещая наш путь вглубь горы, оставляя позади лишь тишину и тёмные пятна на камнях.
Через десять минут осторожного продвижения вглубь горы мы вышли на край огромного зала, от которого перехватывало дух. Это был легендарный Сокровищный зал Эребора. Зрелище было одновременно ослепляющим и подавляющим. Бесконечные дюны из золотых монет, слитков и украшений уходили в темноту, теряясь у дальних стен. Гигантские колонны, высеченные из цельного камня, подпирали сводчатый потолок, терявшийся в высоте. Между грудами сокровищ поблескивали самоцветы размером с кулак — рубины, изумруды, сапфиры, отражавшие тусклый свет. Повсюду валялись изысканные, но искореженные драконом артефакты: разбитые статуи, позолоченные арфы с порванными струнами, доспехи, расплющенные чудовищным весом.
И посреди этого мёртвого великолепия лежал Смауг. Огромная, размером с высотку ящерицу-переростка, тварь с крыльями, похожими на кожаные полотнища кораблей. Его чешуя цвета старого золота и кровавой бронзы медленно поднималась и опускалась в такт мощному дыханию. От него исходил жар, как от раскалённой печи, а в воздухе стоял сладковато-приторный запах серы, золота и звериной плоти.
Он был сосредоточен на маленькой, едва заметной фигурке, которая металась у его морды — скорее всего, Бильбо. Хоббит, зажав в руке золотое кольцо, что-то лепетал, пытаясь то ли задобрить, то ли обмануть дракона. Этой отвлекающей болтовни мне и было нужно.
Не тратя ни секунды, я шагнул вперёд, отстранив Кассандру, жестом приказав остальным отойти и сохранять тишину. Я поднял руки, чувствуя, как по моим жилам струится леденящий холод тёмной магии. Передо мной в воздухе закрутились, сплетаясь в сложнейший узор, фиолетово-чёрные линии, формируя магический круг невиданной сложности и мощности. По сути, та же печать, что я использовал для «Копий тьмы», только во много раз больше. Он светил неестественным, поглощающим свет сиянием, и от него исходила тихая, зовущая воронку в никуда песня небытия.
Я начал наполнять его своей маной до предела, который мог выдержать магический круг. Внутри всё горело и замерзало одновременно. Это заклинание, «Болид тьмы», было одним из сильнейших в моём арсенале — им я мог стереть с лица земли целую крепость с её гарнизоном. Энергия вытягивала из меня все силы, каждая клетка тела непривычно ныла, но я продолжал концентрировать мощь.
И вот оно сорвалось с места. Не с грохотом, а с противоестественной, пугающей тишиной. Сгусток чистейшей тьмы, холодной и безвозвратной, пронзил воздух и вонзился в бок дракона.
Раздался не крик, а оглушительный, яростный рёв безумной боли. Но результат заставил моё сердце сжаться. Заклинание, которое должно было испарить его, лишь на четверть пробило его тушу, раскрошив чешую и плоть, обнажив рёбра и пышущее жаром нутро. Чудовищная живучесть и магическая сопротивляемость дракона были запредельными. Его шкура прочнее самых прочных стен, — промелькнула у меня мысль.
Но удача всё же была на нашей стороне. «Болид тьмы», хоть и ослабленный, смог задеть приличный кусок сердца дракона. Эм, да, мой болид, способный уничтожить крепость, пробил всего четверть туши ящерицы-переростка. А тем временем Смауг замер,его гигантское тело содрогнулось в последней судороге. Огонь в его глазах погас, сменившись стеклянной пустотой. С оглушительным, буквально сокрушающим уши грохотом, который заставил содрогаться всю гору, он рухнул на бок, погребая под собой целые дюны сокровищ.
Я едва устоял на ногах, мир поплыл перед глазами. В ушах звенело, каждое дыхание давалось с трудом. Тратить сразу больше половины своего резерва было глупой идеей, но сражаться в открытую с этим «ящером-переростком со встроенным огнемётом» у меня не было ни малейшего желания.
— Ты как? — Кассандра тут же оказалась рядом, её голос был полон беспокойства. Она поддержала меня, и я почувствовал, как её рука твёрдо легла мне на спину.
— Нормально, — выдохнул я, хотя мой голос прозвучал хрипло. — Но вам, девчата, лучше прибить хоббита и забрать у него одно золотое колечко.
И тут же, как будто по моей команде, из-под хвоста рухнувшего дракона раздался отчаянный, оборванный крик. Мы обернулись на звук и увидели Бильбо. Он был придавлен кончиком массивного хвоста Смауга, его ноги беспомощно дёргались.
Прежде чем кто-либо успел что-либо сказать или сделать, Белатриса, с лицом, искажённым восторгом предстоящего убийства, резко взмахнула палочкой. —Фьендо! — прошипела она.
Кроваво-красная молния вырвалась из кончика её палочки и с резким, трескучим звуком впилась в грудь хоббита. Тельце Бильбо дёрнулось, его широко распахнутые, полные ужаса и непонимания глаза на мгновение встретились с моими, а затем потухли. От его груди потянулся лёгкий дымок.
Воцарилась мёртвая тишина, нарушаемая лишь потрескиванием остывающего драконьего тела и тяжёлым дыханием Белатрисы. Она с наслаждением наблюдала за своим деянием, медленно опуская палочку. Морриган молча подняла бровь, оценивая эффективность заклинания. Мавис, бледная как полотно, снова прижала руки ко рту, её глаза были полны ужаса. Кассандра лишь молча сжала губы, её взгляд был более практичным.
Перед тем как мы начнём разграбление сокровищницы, я бы вам, девчата, посоветовал поплавать и хотя бы съесть кусочек сердца дракона. По опыту магов моего мира скажу, что это очень полезно. Правда, я не знаю, получите ли вы такую же неуязвимость, как Сигурд, или как я в своё время — повышение физических и магических показателей. Но настоятельно советую вам устроить заплыв в крови дракона абсолютно голыми. Будь этот дракон из моего мира, вы точно бы получили что-то полезное, искупавшись или съев его сердце. Но как со средиземскими тварями — я не в курсе. И чтобы вас не смущать, я пока пройдусь по сокровищнице подальше от туши дракона, чтобы вы могли спокойно поплавать в его крови.
С этими словами я направился за тушу Смауга, прихватив по пути эльфийский клинок и Кольцо Всевластья с бездыханного тела Бильбо. Искать в этой громаде сокровищ один-единственный камень было архи сложной задачей. Хотя… вроде бы сегодня я видел в магазине том заклинаний «Ясновидение» из мира Скайрим. Стоило оно всего 250 фантазий. В магазине системы я нашёл этот том и сразу приобрёл, а затем же применил.
Перед моим взором тут же проявился слабый, но видимый след магии — туманная золотистая нить, ведущая чуть в сторону от хвоста Смауга. Пять минут ходьбы по колено в золоте, затем ещё три минуты интенсивного разгребания монет руками — и Аркенстон, или просто Сердце Горы, был у меня в руках. Он пульсировал тёплым, живым светом, отбрасывая блики на окружающие сокровища.
Повернувшись, я заметил сидевшую на золотой горе Мавис. Она с любопытством наблюдала за тем, как Белатриса, Кассандра и Морриган, сбросив всю одежду, погружались в тёмную, дымящуюся кровь дракона. Их вещи аккуратно лежали неподалёку. Мой взгляд заметила вампирша, и, смущённо улыбнувшись, она превратилась в летучую мышь, подлетела ко мне, а затем снова приняла человеческий облик.
— Что, не купаешься? — спросил я, смотря на её нерешительную мордашку.
— Э-э-э… я как-то не хочу плавать в крови, — ответила она, отводя взгляд. — Это как-то… мерзко. Да и пахнет сильно. Я лучше посижу тут, посмотрю за вещами.
В этот момент из кровавой купели послышался влажный хлопок — Белатриса с наслаждением шлёпнула ладонью по поверхности, обрызгав всех вокруг.
— Ощущение просто божественное, малышка! — крикнула она Мавис. — Кровь ещё тёплая! Прям как горячая ванна! Только полезнее!
Кассандра, обычно такая сдержанная, на этот раз с тихим вздохом удовольствия погрузилась в багровую жидкость по плечи, закрыв глаза. Её кожа, казалось, впитывала могущество дракона, становясь ещё бледнее и прочнее. Морриган же сидела на краю, по шею в крови, и с академическим интересом изучала свою ладонь, на которой затягивались мелкие шрамы и царапины.
— Любопытный алхимический эффект, — произнесла она задумчиво. — Кровь явно обладает мощными регенеративными и укрепляющими свойствами. Жаль, образцы нельзя сохранить.
Я усмехнулся, поворачиваясь к Мавис. —Ну, если захочешь присоединиться, я тебя не остановлю. А я пока поищу ещё что-нибудь полезное в этих грудах. Кричи, если что.
С этими словами я снова углубился в море золота, оставив девушек наслаждаться их необычным, но, несомненно, эффективным спа.
