Cross the Rivers of My Mind

Они едут в Малайзию на фанмитинг, что очень здорово. Ган любит путешествовать, для него это шанс ощутить новое. Он может примерить другие наряды и почувствовать атмосферу города. Пока они там, они получают сценарий для эпизода “Наше небо”. Это будет обновлённый эпизод о жизни Пика и Рома после того, как Пик выпустился. Ган читает дальше, и там говорится о смене тел. Увидев это, он в предвкушении смотрит на Оффа. Да. Это будет забавно сыграть. Пик ворчлив и предан. Один из моментов сценария, который зацепил Гана, – это когда Ром-ас-Пик приходит в офис, и никто из коллег Пика не знает о Роме. Ган думает, что это печально, что они так долго вместе, а люди в их жизни не знают об этом. Ган старается не думать об этом слишком часто. В конце концов, он свободен, и он не часто ходит на свидания. Люди, по опыту Гана, не видят в нём перспективу для свиданий. Он притягивает, знает, что привлекателен, и у него даже есть друзья, с которыми он время от времени переписывается, но свиданий не так много. И это, наверное, хорошо, учитывая, насколько тайными они должны быть. Рома это беспокоит, но он не может пожаловаться, а когда Ган думает о том, как Рому живëтся, у него болит голова. — Это весело, — говорит Офф, глядя на Гана поверх сценария. Офф смотрит на него чаще. Ган предполагает, что это для подготовки игры "Нашего неба". Они снимают "Школьных рейнджеров", и когда Ган оборачивается, Офф уже стоит рядом. Когда Офф разговаривает с репортëрами, он смотрит на Гана. Ган не уверен, как это влияет на его ракурсы, но Офф привлекателен со многих сторон. Гану приходится быть более осторожным, если свет падает на него слишком сверху вниз, то кажется, что у него огромные мешки под глазами. Так что, возможно, Офф экспериментирует со своими ракурсами. В любом случае, Гану это нравится. Ему нравится, что когда он смотрит на Оффа, то Офф иногда смотрит на него в ответ. — Тебе просто нравится, что в нём есть темперамент, — говорит Ган. Они лежат на кроватях в своей комнате. Ган лежит на животе, а Офф – на спине, держа в руках свой планшет. Офф переворачивается на бок. — Это, конечно, бонус. Ган смеётся, уткнувшись лицом в подушку, чтобы заглушить звук. *** Подготовка к "Нашему небу" интересна тем, что им не нужно проводить семинары. После двух сезонов они стали лучшими в мире экспертами по этим персонажам. Вместо этого Ган и Офф встречаются для совместных репетиций в здании GMM, выкрадывая комнату на несколько часов. Они читают реплики, которые им предстоит сыграть, но каждый из них читает реплики другого. Ган обращает внимание на то, как Офф читает реплики, пытается понять, как бы Пик сказал то или иное. Он держится прямее, спокойнее. Он хмурится и говорит глубже. Он чувствует, как ворчливая энергия Пика захватывает его. Откровение. Ган знал, что у него хорошо получится изображать Пика, но изображать Рома сверхъестественно. Когда Офф впервые произносит "Пик" чуть придыхающим голосом и наклоняет подбородок, чтобы посмотреть вверх сквозь ресницы, Ган теряет персонажа. Он начинает хрипеть, откровенно ржать и упирается руками в колени. — Почему ты смёёшься? — спрашивает Офф всё тем же голосом, мягким и широко раскрытым взглядом. — Пи'Пик? — П-папи, — говорит Ган. Он не может дышать от смеха. — Кто такой Папи? — спрашивает Офф, наклоняя голову и делая глаза ещё шире. — Я Ром. — Нонг’Ром, — признаёт Ган со слезами на глазах. Он поглаживает Оффа по голове, и тот слегка пригибается, чтобы он его мог погладить. — Ты очень хороший. Офф вскидывает подбородок и улыбается. Откровенно говоря, он унижен, но в нём всё ещё есть та озорная энергия Оффа, и Ган не может перестать смеяться. Офф дуется и вырывается, и у Гана начинаются судороги, но он не хочет, чтобы он останавливался. И тут открывается дверь. Это Тэй. Ган подбегает и обнимает Тэя. — Тэй! Папи слишком смешной. Офф выходит из образа. — Эй, почему Тэй получил объятия? А меня не обнял. Ган неуверенно оглядывается через плечо на Оффа. — Потому что они тебе не нравятся? — Он тебя раскусил, — говорит Тэй. Офф бросает на Тэя взгляд. — Понимаю, как это бывает. *** Они ещё не сняли эпизод "Наше небо", но уже получили сценарий для пилотного трейлера "Теории любви". Ган знал, что проект будет готов, но всё же получить сценарий – это огромный восторг. Это их сериал. Он будет только о них. Ган решает, что всем актёрам нужно поужинать вместе, чтобы отпраздновать это событие. Он приглашает и членов съемочной группы, и все они отправляются на барбекю из свинины. Горелки дымятся, и иногда они заставляют Гана моргать от дыма, если он подходит к ним слишком близко, но ему нравится готовить для людей. К тому же так он может урвать несколько кусочков для себя. Но он также так счастлив, что они все здесь, что хочет всех чем-то угостить. — Поешь вкусной свинины! — говорит он и кладёт немного на тарелку Нин. Она улыбается, немного расплываясь в улыбке. — Спасибо. — А может, и сильно, потому что она наклоняется и целует Гана в щёку. Раздаётся всеобщее улюлюканье, очень добродушное. — Ладно, ладно, — говорит Офф с другой стороны от Гана. Он ухмыляется, так что Ган готов к тому, что он будет шутить. — Линн флиртует с Ту, — говорит он, и это совсем не то, чего ожидал Ган. Он думал, что Офф скажет что-нибудь о нелепости поцелуя Нин с Ганом. Офф обнимает Гана за талию. Ган чуть не роняет щипцы. — Терд принадлежит Кхаю. — Офф всё ещё ухмыляется, но его взгляд устремлён на Гана. Ган не может отвести глаза. Его дыхание становится всё более поверхностным. Только через секунду он понимает, что все над ними подшучивают. Эрт откидывает голову назад и гогочет. Майк бросает в Оффа свёрнутую салфетку. — Отличный материал, — говорит Пи’Икс, всегда остающийся режиссером. — Где моя камера? Сейчас мы начнем снимать трейлер. Он начинает похлопывать себя по карманам. Офф отдёргивает руку, когда он поворачивается, чтобы пошутить с ним. Лицо Гана кажется горячее, чем гриль. Ган сосредоточен на свинине, возвращаясь к ней и следя за тем, чтобы поворачивать её равномерно. Он входит в ритм и позволяет разговору поглотить его. Он пьёт, и ест, и готовит. Что это было! Что сделал Офф? На всё уходит какое-то время. Гану всё здесь очень нравится, и он не хочет, чтобы они уходили, но даже у него заканчиваются отговорки, чтобы в конце концов их остановить. И напитки и выпивка кончаются. Их осталось совсем немного, и Ган подумывает о том, чтобы его подвезли. Или он может пойти в клуб и посмотреть, не подвезет ли его кто-нибудь домой. — Пи'Ган, — говорит Эрт, вырывая Гана из его размышлений. Ган машет ему рукой. — Не называй меня так. — Они одного возраста. Когда Эрт улыбается, его глаза морщатся. — Хорошо. — Ган улыбается ему в ответ. — Могу я задать тебе вопрос? Ган кивает. Он устраивается в своём кресле, а Эрт подтягивает его поближе. — Для роли они хотят, чтобы мы с Вайтом образовали связь. — А, — говорит Ган, оглядываясь по сторонам. — В этом есть смысл. — Он на секунду задумывается над тем, что это значит. — Поздравляю. Эрт наклоняет голову. — Да. Я немного нервничаю. — Почему? Ты уже делал это раньше. — Именно поэтому. Я не знаю, почему порвалась последняя связь. Что, если и эта порвётся? Я не хочу, чтобы компания считала меня проблемным. Ган это понимает. Никто не хочет быть обузой для компании. Эрт придвигается ближе. — Все говорят о вашей связи, о том, как вам удалось её наладить. Есть ли у тебя какие-нибудь советы, что-нибудь, что могло бы помочь? — Эрт – спокойный человек, но Ган слышит, как в его словах проскакивают нотки раздражения. Ган понимает. Но в то же время Ган чувствует себя обманщиком. Его связь тоже разорвана. Будто неправильно, что кто-то пытается соответствовать стандартам. Это лживо. — Не думаю, что ты можешь что-то сделать, — говорит Ган. Лицо Эрта немного опускается. — Эрт, ты не виноват в том, что твоя связь порвалась. Я не думаю, что ты сделал что-то плохое. Эрт на секунду опускает взгляд. Когда он поднимает взгляд, его лицо становится светлее. Он садится выше. — Спасибо. Ган поднимает брови. — Я ничего не сделал. Эрт улыбается и качает головой. Когда Ган возвращается домой, ему приходит сообщение от Оффа: “Ты имел в виду именно то, что сказал Эрту?” Ган оглядывает свою комнату, словно Офф собирается выскочить из-за большого игрушечного жирафа. Он и не подозревал, что Офф подслушивал. “Да”, он пишет в ответ, “не так ли?” Крист и Сингто не захотели своей связи и были вынуждены её разорвать, Тэй и Нью не придали этому значения. На взгляд Гана, нет никакой закономерности в том, как они работают. Нет смысла напрягаться. *** Пилотный трейлер "Теории любви" охватывает большую часть сюжета, хотя Ган слышит, что в финале будет дорожная авария или что-то в этом роде, что может быть забавным. Он не уверен, что они смогут снять всё это за один день из-за большого количества локаций, и он оказался прав, когда получил листы с раскадровкой, и им потребовалось два дня. Сценарий – это большой вызов, потому что Терд проходит через столько эмоций на протяжении всего сериала. Он тоскует, он счастлив, он плачет. Но поскольку съёмки начнутся в декабре, сценарий уже готов, и Ган может читать его заранее, чтобы получить немного больше информации. Некоторые вещи не поддаются пониманию. Например: —Майк, почему ты без рубашки в этой сцене? — Персонаж Майка бьёт персонажа Оффа – Кхая за то, что тот грубо обошёлся с персонажем Гана – Тердом. Почему в этой сцене присутствует полуобнаженная натура, для Гана не очевидно. Майк пожимает плечами, скрещивая руки на груди. — Режиссёр велел. — Справедливо. Режиссёр сказал, но это ещё не всё объясняет. — Представляешь, Кхай не понимает, что Терд к нему пристаёт, он буквально вытаскивает большие плакаты, на которых написано, что он ему нравится, — говорит Ган. Это настолько пошло, что ему приходится сжимать пальцы ног в ботинках, чтобы не захихикать. — Никто не может быть настолько глупым. Бойд фыркает. Он – сотрудник GMM, но работает на съёмках до тех пор, пока они не закончат, так как хорошо знает Гана и Оффа по многолетней работе. — Что? — Ган чувствует, что этим взглядом они что-то говорят. Бойд говорит: — Дорогой, ты очень плохо распознаёшь, когда люди с тобой флиртуют. Ган, который прошлой ночью завёл новое знакомство, знает, что это неправда. — Нет, неправда. Просто ты никогда не видел, чтобы ко мне приставали. — Ган смотрит на Оффа в поисках поддержки. — Скажи ему. Офф гримасничает. Он смотрит между Ганом и Бойдом. Бойд скрещивает руки. — Не думаю, что мне стоит врать, — говорит Офф. Ган шипит, указывая на Оффа. — Кто ко мне приставал из тех, кого ты видел? Да ладно, этого никогда не было. Офф начинает гримасничать, пожимать плечами и отступать. Ган вскрикивает и бежит за ним. *** Это было утром. К 11 часам Ган устал. Они снимают сцену, где Терд и Кхай сидят за столом, пока Терд перечисляет различные факультеты, а Кхай говорит, что он цеплял девушку из каждого. Каждый раз, когда режиссёр кричит "снято", Гану кажется, что его струны обрывают. Он сползает на пол. — Ребёнок очень устал?— спрашивает Бойд. — Да, — отвечает Ган, приоткрывая глаз. Бойд стоит рядом, поэтому Ган переваливается на него, опираясь своим весом на грудь Бойда. Он слегка хнычет. Бойд гладит его по волосам, нежно, не портя укладку. — Я принесу тебе воды. — Ган поднимает голову, чтобы отпустить его. — Эй, — говорит Офф. — Ты можешь опереться на меня. Офф сидит на столе рядом с ним, и Ган видит, что он опирается на руки сзади. Потом до его мозга доходит, что говорит Офф. — Это что, прикол? — Неужели Офф собирается уронить его ради комедии? — Ты устал. — Я часто устаю, — говорит Ган. Они работают по многу часов, и Ган быстро сжигает энергию. Офф пожимает плечами, признавая правоту. Но он не берёт свои слова обратно. Ган осторожно склоняет голову на плечо Оффа. Под белой тканью полиэстера ему тепло. Ган вдыхает. Парфюм Оффа уже почти выветрился, а рубашку он носит так давно, что запах стирального порошка полностью вытеснил его естественный запах. Ган вдыхает его. Он старается не быть слишком заметным. С Оффом, как правило, не получается. Он тянет его для объятий, будто они позируют для фотографий, но это не так. Всё происходит медленно, и Ган чувствует, как расслабляется, как один за другим разжимаются мышцы на его спине. Когда их снова вызывают на площадку, у Гана портится настроение, но он умудряется улыбнуться Оффу, когда тот, спотыкаясь, уходит. — Эй, приходи ко мне после, — говорит Офф в день, когда они выступают в прямом эфире. Ган предполагает, что речь идёт о предстоящей вечеринке “Весёлой ночки с ОффГанами”, поэтому не задумывается об этом. Однако когда он приходит к Оффу, Офф оказывается настолько странным, что Ган начинает чувствовать, как его начинает передергивать. Даже без подсказки понятно что что-то не так. На Оффе ребристая чёрная водолазка с короткими рукавами, обтягивающая плечи, а причёску он уже сделал? Ночью? Ган недоумевает, что происходит. Офф подводит его к дивану, усаживает, а затем вскакивает и уходит на кухню, после чего возвращается с двумя стаканами воды. У Гана возникает искушение достать телефон, чтобы скоротать время, пока Офф не разберётся, со своими нервами, но что-то подсказывает ему, что сейчас не стоит. — Хорошо, — говорит Офф, он улыбается. Ган сосредотачивается на нём, слушая. — Я хочу тебе кое-что сказать. Офф потирает руки о бёдра. — Хорошо, Папи, — говорит Ган. Он слушает. — Ты мне нравишься, — говорит Офф. Офф просто не... Он не мог. Ган моргает. Когда он открывает глаза, Офф всё ещё сидит и смотрит на него с ожиданием и волнением. Значит, ему это не показалось. Точно. Что ж. Странно. Ган понимает, что смотрит на Оффа. Он должен что-то сказать. К сожалению, когда он открывает рот, то выдает: — Нет, не нравлюсь. Офф хмурится. Он явно не ожидал такого ответа. — Да, нравишься. — Нет, не нравлюсь, — повторяет Ган, очевидно, придерживаясь этого подхода. Офф щиплет себя за нос. — Ган... Ган говорит за него. — Я был в твоём сознании два года, я знаю, что ты чувствуешь. Я определенно тебе не нравлюсь. — Ган, может, и не знает многого, но это ему известно. — Иногда чувства меняются, — говорит Офф. Твои, нет, — хочет сказать Ган. Эмоции Оффа очень стойкие и стабильные. — Когда? — Он укажет на недостатки аргументов Оффа здесь, а потом Офф возьмёт свои слова обратно, и всё будет без проблем. Офф отвечает быстро, как будто он подготовился к этому ответу. Ган интересуется, есть ли у него сценарий, вживается ли он в свою роль. — Я не знаю точно, когда это началось, думаю, это медленно развивалось, но помнишь, на твоём дне рождения? — Офф пришёл и принёс торт, это не было запланировано. — Я закончил своё расписание, а потом понял, что хочу быть там. Мне пришлось спросить себя, почему. После этого всё встало на свои места. Дело в том, что было очень приятно, что Офф пришёл, это сделало Гана счастливым. Но Ган также прекрасно понимает, что поддержка друг друга на мероприятиях – это работа. Ган делает гримасу. — Я же сказал тебе, — говорит Офф, начиная раздражаться, — что это растёт со временем. Ган уговаривает себя не терять самообладания. Если Офф раздражён, это не значит, что Ган должен быть раздражён. Особенно когда Офф так явно смущён. Он принимает спокойный и уверенный тон. — Думаю, если бы это случилось, я бы заметил. — В конце концов, никто не следит за Оффом внимательнее, чем Ган. Офф фыркает. — И что это значит? — спрашивает Ган, упираясь кулаком в бедро, так как ему немного не удается сохранять спокойствие. — То, что ты буквально самый невнимательный человек в мире, когда дело доходит до того, чтобы понять, что ты кому-то нравишься. Бойд тоже так сказал! Какого чёрта? Над Ганом насмехаются. — Назови хоть один случай, когда кто-то был увлечен мной, а я пропустил это. — Это цепляет Оффа. — Синг, — быстро говорит Офф. — Он явно заигрывал, а ты даже не догадывался. — Ган качает головой. С Сингом весело, но он не кокетничал. Он предлагает Оффу попробовать ещё раз. Офф колеблется. Потом говорит: — Не мне говорить. Это только убеждает Гана в том, что он всё выдумал. — Ага, — скептически говорит Ган. Офф проводит рукой по волосам. — Я совсем не так представлял себе этот разговор. — Ган поднимает бровь. — Я думал, ты будешь счастлив, потому что ты в … эээ. Ну, вот и всё. — Я знаю, кто я и что я чувствую, — ледяным тоном говорит Ган. — И раз уж ты это знаешь, то не стоит со мной шутить. — Лицо Оффа принимает разные формы, губы то сжимаются, то разжимаются, то сжимаются. Ган вздыхает. — Слушай, это был долгий день. Почему бы мне просто не пойти домой, и тогда мы оба сможем хорошо выспаться. — Ган выпивает стакан воды. — Увидимся завтра на съёмках. *** Ган едет домой. Он считает, что справился с этим так хорошо, как только можно было ожидать. Он сказал Оффу, что ценит их партнерство, и не набросился на него. Он надеется, что всё устроит так, что, когда Офф придёт в себя, будет легко вернуться к нормальной жизни. Он говорит себе об этом до тех пор, пока не почистит зубы. После этого он впервые благодарит себя за то, что связь разорвана, и Офф не может почувствовать его рыданий. *** Проснувшись утром, Ган достает из холодильника нефритовый ролик и проводит им по маскам под глазами, которые он ассиметрично нанёс, чтобы побороть отёчность после плача. Он приходит на съёмочную площадку оптимистично заряженным. Они знают, как играть этих персонажей, и работают вместе уже достаточно долго, так что личные дела не должны стать проблемой. Из-за большого количества ночных парковых сцен им придется снимать сериал не по порядку. Они собираются снять их за одну ночь, поэтому делают как можно больше домашних сцен. Итак, они начинают с утренней последовательности с Ромом в теле Гана и Пиком в теле Оффа. Пик убирает хлопья для Рома, а Ром накрывает на стол. Затем они заново накрывают на стол и делают это снова, только Ром в теле Оффа, а Пик в теле Гана. Теперь Пик не может дотянуться до хлопьев. Наступает момент, когда Офф наклоняется над Ганом, чтобы дотянуться до коробки и опустить её вниз. Их глаза встречаются, и у Гана наступает момент полного единения. Их персонажи ведут себя именно так, как должны, они такие, какими были бы, если бы жили вместе много лет. Они подходят друг другу. Губы Оффа изгибаются, но Ган не отводит взгляда. Это краткий миг, но он затягивает. Он оставляет тёплый завиток в животе Гана даже после того, как они объявляют “снято”. Ган качает головой и шлёпает себя по щекам. Ему нужно отвлечься. Это доброта не для тебя, говорит он себе, а для Пика. Но всё равно приятно. Он ловит себя на том, что смотрит на Оффа, которому поправляют макияж. Он видит, что Офф смотрит прямо на него. Офф стоит неподвижно, чтобы визажисты могли выполнять свою работу, но его голова слегка наклонена. После этого они разыгрывают несколько глупых сцен, в которых Офф преуспевает, а Гану приходится изо всех сил сосредоточиться, чтобы не засмеяться и не испортить дубль. После трёх дублей, где они бегают друг за другом и падают, они закончили и могут переходить к следующему. Ган расправляет плечи. — Вот, — говорит Офф. Ган поднимает глаза. Офф протягивает ему бутылку с водой. Она принадлежит Гану, персонал наклеил на неё маленькую этикетку с его именем. Его большой палец инстинктивно закрывает две буквы. Даже после всего этого, тот факт, что он делает это настолько важную работу, что может попасть в основной состав, вызывает у него восторг. — Спасибо, — говорит Ган. Он хочет пить. И тут его осеняет. Это же снова притворство. — О. Он оглядывается по сторонам в поисках чего-нибудь, что можно предложить Оффу. Протягивать нечего. Поэтому он просто улыбается. Офф улыбается в ответ. Он вскидывает подбородок и слегка приподнимает брови. — Ты репетируешь роль Рома? — спрашивает Ган, потому что это было так похоже на Рома. Офф наклоняется и кладёт руки на колени. Он вдыхает и выдыхает. — Видишь, вот что я имел в виду, когда говорил, что ты не замечаешь. — Что... ты имеешь в виду… — Ган собирает всё в кучу. Это он флиртует? Он чувствует, как пылают его щёки. — Но нет, ты никогда не делаешь такого выражения, когда флиртуешь. Я видел, как ты флиртуешь раньше, но это не так... вот почему я подумал... — он сказал то, что думал. Офф повернулся и посмотрел на Гана. — Ты не видел достаточно близко. — Он ухмыляется. Ган моргает. Ладно. Что ж. Это тот флирт, который он помнит. Румянец Гана должен быть достаточно ярким, чтобы его было видно сквозь тональный крем. Он толкает Оффа. Так как он крепкий и находится низко, он не сильно смещается. — Пи'Офф! Мы на работе! Ган отхлебнул воды и выпил примерно половину, пытаясь остыть и успокоить сердце, которое тоже бьётся неконтролируемо. Он также использует это как прикрытие, чтобы подумать. Флиртующий Офф уничтожил его высшие мыслительные процессы, но если он переведёт дух, то сможет разобраться во всем. — Ладно, — говорит Ган, закручивая крышку. Он совершает ошибку, когда смотрит на Оффа. Тот по-прежнему смотрит на него, даже не корчит глупых рожиц. От этого у Гана мутнеет в глазах. Офф выпрямляется. — Видишь? Я вчера не шутил над тобой. Ган качает головой. — Это не имеет смысла! Офф вскидывает руки вверх. — Что не имеет смысла?! — Я же говорил тебе, я знаю, что ты чувствуешь. — Ган тычет указательным пальцем в середину груди Оффа. Его футболка мягкая. — Это все очень неожиданно, и... Ган задумался. Он прищуривается. Вовремя. Они только что сняли трейлер "Теории любви". Они снимают эпизод "Наше небо". А в "Нашем небе" Пик и Ром действительно влюблены. Если бы Офф готовился к этому, он бы вжился в образ. Офф склонен выносить персонажа за пределы сцены, чтобы не мешать ему готовиться. — Мы должны думать о том, что это может быть эмоциональный перенос от того, что мы действительно вжились в образ. Когда ты вживаешься в образ, ты действительно вживаешься в него. — Ты очень сложный, — говорит Офф. И уходит. Ган потирает грудь и говорит себе, что именно этого он и хочет.