Кошмары в чёрном дыме

Она словно была под водой. Слышала, видела, чувствовала, но всё расплывалось, звуки смешивались. Слышала Лера лишь отдаленный зов: «Лера, Лера, Лера…» Кричал любимый и самый красивый для неё голос. Она открыла глаза. Эвелина сидела рядом, трясла за плечи. Вот только, заметив полосы на руке, остановилась, непонимающе посмотрела. Взяла конечность и стала осматривать, трогать, а когда поняла, что это не рисунок, и почувствовала слишком сильный жар Леры, забеспокоилась. — Это что? — она посмотрела ей в глаза, и Лере, возможно, показалось, но в них что-то отражалось. Что-то высокое, худое, уродливое. Беспросветно тёмное, чёрное. Нет. Ей не показалось. За ней (Лерой) стоит тень, не издавая ни одного звука, но что-то в ней отличало от других. Что и почему, она понять не могла, в глаза бросилось одно. За почти 2 минуты тень не пошевелилась ни на миллиметр. Но почему она не двигается? Эвелина, видимо, заметила тот ужас в глазах Леры и посмотрела ей в глаза огляделась, затем непонимающе посмотрел Лерке в глаза. — Что такое? — Лера тоже оглядывается и видит, что там, где в отражении стоит тварь, в "реальности" пусто. "Опять!" — взвыла она. Вот почему они любят появляться в отражении? — Ничего… показалось, — соврала она. Для начала нужно сказать Эвелине о том, что Лера в больнице лежит с температурой и давлением. — Пошли, а то мы тут как лакомый кусочек в центре поля сидим. *** Идя по полю, они заметили: сегодня тихо и пусто, вот прям совсем! Ни звуков, ни теней. Пустота. — Пустовато сегодня, — озвучила очевидное Лера. — Ага… Даже непривычно, а где наш марафон? — сказала Эвелина. Лера улыбнулась. — Кстати, милая, ты себя нормально чувствуешь? Бледная какая-то. Леру немного трясло, голова кружилась, было трудно удержаться на ногах. Последние температуры, как же она ненавидит это состояние беспомощности! Но пришлось отвечать. — Да, температура, давление… Как обычно, в общем, — она надеялась, что Эвелина не спросит про конкретные показатели. Но когда что-то шло по её плану? — Точно всё нормально? Какая температура? Давление? И вообще, что за хрень у тебя на руке? — «Ну всё, попала…» — проведала в голове мысль. И что ей ответить? «Ну там температура почти сорок, а давление чуть ли не двести»? Да нет, чушь какая-то. — Ну это… Температура 38, а давление я что-то не помню уже, — попыталась обойти неприятную тему Лера. Конечно же, не получилось. Это же Эвелина! Она за километр чует, если Лере плохо! — Что с рукой? — будто между делом спросила Эвелина и посмотрела ей в глаза потом на руку. Было видно её беспокойство, но не возрастёт ли оно, когда Лера скажет правду? Она пыталась что-то придумать. Не вышло. Мысли как назло путались, она не смогла бы и предложения выговорить. «Что делать? Отшутиться? Соврать, что рисунок? Эвелина не поверит, не дурочка», — обречённо подумала Лера. Решилась сказать хоть что-то, потянуть время до своей казни. — Долгая история… Потом скажу, — она хотела убежать и спрятаться. В голове захохотал голос опять: «Опять убегаешь? Насколько же ты жалкая!» Лера думала, что голос продолжит издеваться, но нет, он замолк. «Чего замолчал?» — считай в пустоту спросила Лера. Ответа не было. Она не понимала, почему что голос, что Эва молчат. В такой тишине они и дошли до убежища. Там тоже тихо слишком. Народу хоть отбавляй, 6 человек. Люсия сидела в углу вместе с Цолвардом. Они почти молчали, лишь изредка перекидываясь фразами. Фенелия делала что-то из травы, кажется. Лера подошла ближе. Фена плела венки или браслеты. Зелёные полностью из травы с мелкими вкраплениями полевых цветов. — Красиво… — пробубнила она. Фенелия обратила на это внимание. Осмотрела с ног до головы. — What? — Она отложила недоплетенный венок и встала на ноги огляделась. Фенелия стала трогать и двигать спаслет на своей руке. "Нервничает…" — Beautiful… — она замялась. Вот почему именно сейчас Лера не знает слов английских? — Эм… — Она просто тыкнула пальцем в уже сплетённые венки. Карие глаза Фены блеснули счастьем. Но радость исчезла так же быстро, как и появилась, сменивший какой-то загадочной и нечитаемой эмоцией. — Thank you, Lera, — её глаза оглядели всех присутствующих и Кейт одиноко сидящую за столом с кистью в руках и Люсию с Цолвардом. Она будто собралась с мыслями и задумчиво сказала. — Something is quiet today, — и стала ещё тревожнее. Зрачки забегали. Её явно что-то беспокоило. «Ну не тишина же», — подумала Лера. — Yeah… — сказала она и скривилась. Голову будто схватили в тиски. В ушах поднялся гул, сердце забухало сильнее. Она облокотилась на Эвелину, иначе упадёт. Эва обняла ее и обеспокоенно спросила о самочувствии. Лера отвертелась. Но с огорчением заметила, что Эвелина то ли расстроилась, то ли вообще обиделась. Наклонившись к уху, Лера прошептала виновато: — Не злись, солнце, со мной всё нормально, — и прижалась ближе поцеловала в лоб. Эвелина не отвернулась, наоборот обняла крепче и слегка улыбнулась. Их прервала раздраженная Фенелия. — You again! Not up to it right now! — обычно она радовалась когда их видела, но не сейчас. Разозленная, но и тревожная она уселась обратно на траву и игнорируя девочек продолжила плести венок. Лера не стала что-то ей говорить не любила она конфликты. Взяла за руку Эвелину и пошла к одиноко сидящей за столом Кейт. Та устроившись поудобнее на стуле рисовала яркие, казалось, фантастические цветы. Они были похожи на сирень или цветущую вишню, маленькие, яркие и хрупкие. Растрёпанная ссутулившись выресовывала каждый лепесток каждую линию, казалось одна ошибка и она руки себе отрубит. Лера заинтересованно посмотрела на рисунок через плечо Кейт. Лерка по-настоящему восхитилась этим рисунком, специализируясь на лекарственных растениях, она их по-настоящему полюбила. Не решивший отвлекать её Лера вместе с Эвой отошел в сторону и облокотился на корни, увлекая Эвелину за собой. Они просто молчали. Эвелина уложила свою голову Лере на плечо, та зарылась в каштановые волосы носом. В убежище воцарилась тишина. Абсолютная. Но и ей не дали долго просуществовать. Громкий протяжный звук нарушил относительный покой. Он был похож на плач тысячи людей. Их будто убивали, снимали кожу, сжигая волосы, вырывая ногти. Они истошно кричали, хотелось задать уши руками. Эвелина чуть ли не подскочила, зажмурилась и прижалась к Лере. Кейт вышла из транса, чуть не упав со стула от неожиданности, но буквально через мгновение заткнула уши. Фенелия вскрикнула, по её щекам покатились слезы, она была очень чувствительна к звукам. Люсия ударилась головой об один из корней. Слишком сильно дёрнулась от испуга. Цолвард лишь вздрогнул и скривился. В голове запульсировали мысли одна за другой. Лера не успевала ухватиться ни за одну. Голова закружилась или от звуков, или от мыслей — она сама не поняла. Среди всего этого гомона Лера услышала тот самый голос твари прямо в голове: «Иди туда, где плачут тени», — не сказало, а приказало оно. Рука заболела, запульсировала, хотелось кричать. Её будто опять бросило в жар, но теперь ей казалось, что там не сорок градусов, а все двести, тело буквально горело. «Куда?!» — спросила она у твари, а та опять повторила: «Туда, где плачут тени!» — громче, оглушительнее, так что даже в ушах зазвенело. Не по своей воле встала, сделала шаг, второй, третий, и вот уже она выходит из корней древа. И опять шаг, ещё шаг и ещё. Каждый из них был сделан не ей. Лера пыталась сопротивляться, но, как и в той белой комнате, не получилось. Другой голос опять начал свою «песню», как же она достала: «ничтожество! ничтожество! тряпка!» Она хотела остановиться, даже замедлиться не получалось: «жалкая! Жалкая! Жалкая!» Хохочет голос. Леру начало тошнить. «Да завались ты!» Но голос не замолк, стал только громче и отвратительнее. За ней бросилась Эвелина, позже и Кейт. Они бежали за ней, хватали за руки, но Лера вырвалась и шла дальше. Она хотела отрезать себе руки. Она посмела толкнуть Эвелину, за это нет прощения. Внутри кричала совесть и сожаление ей пытаются помочь а она толкает но разве её будет спрашивать тварь? Нет. «Да почему именно я?! Куча людей есть!» — обречённо спрашивала пустоту Лера. «Молчи-и!» — протянула тварь. — Лер! Лера! Куда ты, блять?! — кричала Эвелина. Схватила её за руку и тут же отдернула пальцы. Они покраснели. Ожог. Она вскрикнула, потрясла рукой, но упорно пошла дальше. — Scheiße! — Кейт уже просто смирилась и шла за ней, изредка матерясь, ничего не понимая. Крики с каждым шагом становились всё громче и громче, заходили в самое сердце, желая остаться там навсегда. Туман сгустился, и… Лера резко остановилась, её отпустило! Но звук был невыносимый, она посмотрела себе под ноги, там словно трещина в земле, огромная и глубокая. Именно из неё исходил этот крик ужаса. «Здесь плачут тени…» — сказал голос. И что он, что другой замолкли, будто в скорби «И замолчали, бляха, ни вопросов, ни ответов». Из трещины исходил слабый сине-фиолетовый свет. Такой же, какой влился в её руку, а её, кстати, не отпустило… Вокруг было пусто, на каждой части трещины была кровь запёкшаяся, чёрная, старая. Главное — туман, он крутился водоворотами, закручивал в себя этот крик сознания навеки. Эвелина и Кейт сравнялись с ней. Эва посмотрела ей в глаза будто с опаской. Кейт пыталась отдышаться. — Милая, а… — фраза Эвелины повисла в воздухе, когда множество рук поднялись из трещины и через пару секунд пропали. Кейт и Эвой отшатнулись назад, а Лера опять не смогла. «Чувствуешь?» спросила тварь, которая теперь, наверное, часть её. «Что чувствую? Больно мне!» огрызнулась Лера. Вдруг её рука сама собой поднялась над трещиной. «Глупая-я девка…» По венам будто текло что-то кроме крови, и оно показалось. Свет появился из самой ладони, такой же сине-фиолетовый, как в трещине. Было странно. Ни больно, ни приятно, просто абсолютное ничего. Свет осветил трещину. Леру затрясло: внутри были десятки… Нет! Сотни тварей! Они сгрудились в позе эмбриона и кричали. Эвелина сделала шаг вперёд и осталась стоять. Ей было страшно, не удивительно. Лера бы и сейчас сама убежала, дай ей волю, но кто её даст? Никто. «Помоги! Помоги! ПОМОГИ!» — кричала тварь в голове. «Помоги нам! ПОМОГИ!», — умолял он. «Ты должна помочь! ИНАЧЕ СТАНЕШЬ КАК МЫ!» — прокричал голос и затих… Лера не могла обработать эту информацию. Мозг перегрузился. «Стану такой же?..» Ей хотелось прямо сейчас развернуться и бежать. «Отпусти!» — взвыла она, но нет, не отпустили. Кейт и Эвелина встали рядом с Лерой. Шок играл в их глазах свои композиции. Увидев то, что творилось внизу, Кейт тут же отпрыгнула. Эвелина же схватила руку Леры и шокированно уставилась в глубину. И тут в голове Леры повторилась старая фраза твари: «Как только ты поймёшь, кто мы, ты поймёшь всё»