Serpente

      — Можешь не привыкать, — фыркнула Гермиона, почти с головой кутаясь в одеяло и отворачиваясь в другую сторону от мужчины. Не то чтобы ей было сильно дискомфортно, их с Малфоем разделяли отдельные одеяла и немалая ширина кровати.       — И что же, ты даже не сбежишь как от тролля? — язвительно усмехнулся блондин.       — Во-первых я планирую доспать, во-вторых ты же знаешь, я выступала в защиту магических существ, в том числе и троллей. — Гермиона несмотря на нахождение так близко с раздражающим ее человеком и правда хотела поспать еще хоть немного. Оставив сокрушения по поводу вчерашней ночи на то время, когда она уже выпьет чай, позавтракает и пообщается со своим котом, — Знаешь, у тебя ведь есть свой дом, чтобы там ночевать.       — Мы в моей квартире, Грейнджер. — ехидно, как умел только он, процедил Малфой.       — Эти пьянки… — простонала ведьма в подушку, спросонья она и не обратила внимания на разницу интерьера этой комнаты с комнатой в доме Нотта. — И как так вышло? Я помню все, кроме того, как мы добирались домой.       — О, за это благодари своего нового друга Теодора, у него возникла блестящая идея продолжить ночь в компании Забини и девушек где-нибудь в баре. Естественно ты отказалась.       — Естественно, - заявила девушка и саркастично добавила – Это ведь все объясняет.       — Ты даже не дослушала. Скажи, тебе всегда жизненно необходимо вставить свою реплику в чужой рассказ или это хобби? — волшебница повернулась к нему лицом, чтобы увидеть его самодовольную ухмылку, впрочем, так и было. Однако помимо ухмылки она увидела на половину расстегнутую спальную рубашку, выглядывающие из-под нее мышцы, тонкие полосы шрамов и тут же пожалела о своем решении повернуться.       — Да, необходимо, продолжай. — ведьма попыталась скрыть заинтересованность торсом мужчины за напускным безразличием. Что давалось с трудом, ведь на щеках проступил румянец, но слава Мерлину, ее собеседник ничего не заметил.       — Пока наши друзья с их блестящей идеей обсуждали куда пойдут, ты уже «клевала» носом в стол и Тео любезно попросил забрать тебя ко мне, ведь их ночь должна была закончиться в компании миленьких симпатичных ведьм.       — Тео попросил? К тебе? Что за бред, у него сто комнат, если не больше.       — Хорошо, я процитирую: Драко, я уверен, что приду не один, может даже совсем не один, не хочу беспокоить прекраснейшую из ведьм. Гермиона в таком состоянии будет совсем одна в моем большом поместье. На мой отказ он сказал: Ты не можешь оставить мою дорогую подругу в беде. На каждое «нет» он находил аргументы и много восхваляющих прилагательных о тебе. Спорить с ним было бесполезно.       — Даже не знаю мило это или смешно, или абсурдно. Хотя скорее все из перечисленного подходит под ситуацию, — слегка улыбнулась своеобразной заботе от Тео Гермиона, — Так и почему мы спим вместе, у тебя наверняка тоже сто комнат.       — Я что, идиот, тащить тебя в мэнор, после всего что там с тобой было. — волшебники задумались, обрывки прошлого то и дело всплывали в воображении, но в этот раз оба тактично об этом промолчали. — Конечно, сейчас он перестроен и все такое, но в любом случае это было бы проблематично. Поэтому мы в моей квартире, здесь, не поверишь, но не сто комнат, — съязвил он, — И уж извини, но спать на диване в своей же квартире я не стал бы. Но и тебе в таком состоянии было бы не особо комфортно там спать.       — Какое самопожертвование. – девушка скрестила руки на груди, взглядом обводя комнату. Светлая, просторная. Ничего лишнего, огромная кровать, шкаф для одежды и небольшой книжный шкаф у рабочего стола.       — Ну что за скепсис, Грейнджер. Как видишь, ты в одежде, на другой стороне кровати и под другим одеялом. — Драко слишком нервировало поведение Грейнджер, кажется она стала еще более подозрительной и раздражающей, чем была в школе.       — Ты прав, извини, — спохватилась Гермиона, он ведь действительно не сделал ничего плохого и даже позаботился о ее комфорте. В какой-то степени. — Так много всего навалилось и плохо сообраю... В общем, неважно.       — Ванная слева, шкаф справа, можешь трансфигурировать себе что-то из моей одежды, но только не трогай левую створку, там мои любимые костюмы и рубашки. Как придешь в себя, кухня прямо по коридору. Нам предстоит о многом поговорить и это еще не считая статьи.       — Спасибо.       Едва за Гермионой закрылась дверь в ванную, она медленно осела на пол. Вихрь мыслей в голове закружил с такой силой, что ведьме пришлось сдерживать рвотные позывы. События последних дней разом обрушились на нее, слезы градом покатились по щекам. Развод, который хоть и произошел по собственной инициативе волшебницы, беспокоил. Правильно ли она поступила, сделав все так резко? Любви как в начале отношений Гермиона точно не испытывала, но может если бы они попробовали еще раз… После ухода из их с Роном квартиры волшебница убедила себя, что она отпустила ситуацию, что она давно хотела развестись, но сейчас предательское чувство вины шептало, что она все испортила. Молчание Гарри. Она знала, что будет непросто с Джинни, а Гарри ее муж, но хоть весточку мог бы отправить. Новый друг, вечеринка до беспамятства, кровать Малфоя, ужин, новая компания, праздник Летнего Солнцестояния, снова кровать Малфоя. Откровенно говоря, ее почти не смущало нахождение с блондином в одной кровати, скорее удивляло и нервировало, как и его реакции на это положение. Во-первых, происходило это каждый раз стечение нелепых обстоятельств, во-вторых, она к нему ничего не чувствовала, чтобы стесняться и все в таком роде. Однако полурасстегнутая рубашка для сна и его тело все-таки смогли смутить девушку.       Гермиона дала себе минут пять, чтобы просто посидеть, остановиться, подышать, затем наполнила ванну, легла и начала успокаивать мысли, раскладывая по полочкам. Первое что пришло в голову, как ни странно - это Малфой. Да, мужчина был определенно красив, высокий, хорошо слажен, элегантен и даже несмотря на все его ехидство и колкости, галантен. Всегда одетый дорого и с иголочки, опрятен, а его платиновые волосы вкупе с серыми как небо перед грозой глазами точно притягивали внимание. Любая девушка, наткнувшись на него в толпе, заинтересовалась бы. Возможно, если бы не их общее неприятное прошлое, то Гермиона могла оказаться в числе этих девушек. Разумеется, не настолько, чтобы «заглядывать ему в рот», но достаточно сильно, чтобы постоянно думать о его глазах. Сейчас она была немного заинтригована новым Драко Малфоем, но не более. Ее удивляло отсутствие ненависти с его стороны и неприязни или большого недоверия со своей.       Закончив приводить себя и мысли в порядок, волшебница вернулась в комнату, открыла шкаф. Гардеробу Малфоя, определенно можно позавидовать, особенно в сравнении с ее собственным, Гермиона мысленно сделала пометку срочно обновить гардероб. Найдя в практически бездонном шкафу длинную черную рубашку более-менее простую на ее взгляд, девушка трансфигурировала ее в платье до колен, убрала немного объема на талии и решила, что этот наряд вполне подойдет для утреннего чая и разговора. Гермиона накинула на волосы привычное заклинание от пушистости и, следуя указаниям Малфоя, прошла прямо по коридору на кухню.       — Я думал, ты снова уснула, — буркнул мужчина, отпивая из чашки какой-то невероятно приятно пахнущий напиток, — Не знаю, что ты пьешь кроме огневиски, — поддразнил он, — Есть чай, кофе, вода.       — Ха-ха, очень смешно, сто баллов слизерину, — ведьма села за стол, — Я буду то же, что пьешь ты, пахнет приятно.       — Кофе с корицей. Винки. — позвал он и перед волшебниками появилась домовая эльфийка, предупреждая возмущения Гермионы Грейнджер «ярой защитницы обездоленных и угнетенных», Драко заговорил, — Винки свободна, она получает зарплату и всем довольна.       — О, миссис Уизли, — обращение эльфийки резануло слух, — Винки рада помочь вам с завтраком! Вы для нас легенда! - Винки протянула руку волшебнице.       — Спасибо, Винки, — Гермиона взяла ручки эльфийки в свои и взглянула в большие, полные восторга глаза, — Я не миссис Уизли, можешь звать меня Гермионой. И еще раз спасибо за завтрак.       Эльфийка похлопотала и на столе появились различные закуски — свежие булочки, круассаны, несколько сэндвичей и вторая чашка кофе для Гермионы. Девушка выбрала небольшую, еще дымящуюся булочку со сладкой посыпкой и с удовольствием откусила, запив кофе. Ее вкусовые рецепторы взлетели куда-то в невесомость, что она, позабыв о приличиях стала быстро расправляться со своим завтраком.       — Надеюсь, теперь ты всем довольна, и мы можем приступить к делам, — Драко также почти закончил с завтраком, исподлобья вглядываясь в лицо волшебницы. — Первым делом, нам нужно как можно детальнее изучить руны, что высветились. Помню, что в Хогвартсе у тебя был этот предмет.       — Да, — ведьма промокнула рот салфеткой и еще раз глотнула потрясающий кофе, — Не так развернуто, в любом случае я планировала начать с этого.       — Что касается связи и древней магии я постараюсь узнать сам, в семьях подобных моей, как бы сказать, хранится много знаний, что недоступны простым волшебникам. То, что случилось вчера требует незамедлительного решения. И еще… Твое проживание у Нотта не слишком удобно.       — Про знания поняла, а что не так с Ноттом? Нам вполне комфортно.       — Я не говорил о комфорте. Не хотелось бы обсуждать образ жизни моего лучшего друга, но он любитель пуститься во все тяжкие. Его поместье огромное и он мог бы переселить тебя подальше от своих комнат, но от Тео иногда непонятно чего ожидать, - Драко вспомнил Италию и то, как ни с того ни с сего Нотт решил, что все должны ходить голыми, обнажая свои истинные намерения и душу. Эту идею никто не поддержал, кроме самого Тео. Тогда всей компании пришлось подчищать воспоминания о голом теле друга, после того, как все протрезвели. - Разумеется, ты можешь и дальше спать здесь, но думаю, что…       — Это определенно бредовый вариант, согласна. Я напишу Гарри, узнаю, что у них происходит и уйду, не беспокойся.       — Грейнджер, — мужчина вздохнул так, словно собирался рассказать ребенку самую базовую вещь, — Я не должен объяснять тебе такую банальщину, но раз твой знаменитый мозг плохо работает, то я поясню. У них своя семья, на подходе второй ребенок, жена Поттера — это сестра твоего почти бывшего мужа. Уверен, что жить сейчас у них как минимум будет некомфортно как максимум глупо.       — Я все это знаю и понимаю, но они мои друзья и не бросят просто так, без объяснений. – Так ли это? пронеслось в мыслях. - И что ты предлагаешь, раз такой проницательный?       — Не знаю, как ты сама еще не додумалась, но просто возьми и сними себе квартиру. Если есть проблема финансовой…       — Нет, никаких финансовых проблем. Я все-таки напишу Гарри, затем займусь поиском подходящей квартиры, а уже потом рунами. Устраивает?       — Вполне. Я буду занят до вечера со статьей, а потом можем пойти посмотреть твои варианты квартир.       — И зачем тебе это? Ты мне ничего не должен.       — О, я знаю, однако так вышло, что я пообещал другу не оставлять его дорогую подругу в беде.       — Я не в беде и в помощи не нуждаюсь. Удачи тебе в твоей работе. - Мужчина проигнорировал ее выпад и скрылся в комнате, что вероятно была его кабинетом. Добавить мыслей Драко про его действия предыдущих и этого дней.       Съев еще несколько булочек, Гермиона огляделась… Кухня-гостиная раскинулась с неспешной роскошью: здесь было где разбежаться глазу и где замедлить время, свет струился в комнату сквозь широкие окна, как будто стремясь согреть неуютно-минималистичное пространство своим теплом. Стены, выкрашенные в мягкий молочный оттенок, пол из светло-серого дерева переливались под лучами утреннего солнца, отражаясь в глянцевых фасадах кухонного гарнитура. На самой кухне возвышался массивный остров, состоявший из цельного светлого мрамора, здесь можно было завтракать, читая книгу, или просто наблюдать за тем, как кто-то другой колдует у плиты, не нарушая покоя. Обеденный стол из того же материала, что и остров, казался слишком большим для одного замкнутого волшебника. Гермиона невольно представила, как во главе стола сидит он, рядом по правую руку от него сидит сама ведьма, по левую его близкие друзья; они о чем-то переговариваются, разносится смех. Девушка постаралась быстрее прогнать этот образ и продолжить осмотр помещения.       Гостиная тянулась к окнам — туда, где сидеть удобнее всего. Большой диван цвета молочного шоколада ждал своего хозяина, предлагая устроиться поудобнее и подумать над очередной статьей для «Serpente». Поверхность деревянного журнального столика поблёскивала в свете дня, а плед, небрежно брошенный на край дивана, добавлял намёка на домашнюю беспечность. Над камином, обрамлённым натуральным камнем, висела большая картина, Гермиона узнала в ней «Звездную ночь» Винсента Ван Гога, может это была хорошая реплика просто для красоты, а мог быть в ней и скрытый смысл, указывающий на характер ее хозяина.       На столе волшебница заметила письменные принадлежности, которых изначально там не было. Позаботился о том, чтобы я смогла написать письмо? И небольшой ноутбук. Тут стоит уточнить, что по прошествии Второй Магической войны технологии и знания маглов стали все чаще перетекать в мир магический. Многие поняли, что маглы живут далеко не в древнем веке, а как раз наоборот — маги словно застыли в некоем средневековье, взять ту же совиную почту, общение через камин, медицину и многое другое. Нынешний министр Кингсли Бруствер активно поддерживал интегрирование магловских технологий. Сложность была в том, чтобы техника и магия сработались, поэтому на интеграцию ушел не один год, и она постоянно дорабатывалась. Так сначала появилось подобие телефонов — простой прозрачный прямоугольник, созданный с добавлением летучего пороха, с функциями каминной связи (в последствии был улучшен, добавились функции чтения новостей), простенькие компьютеры, похожие скорее на печатные машины, изначально созданные только для работников министерства, чтобы сократить длительность обработки и передачи информации между отделами.       На данный момент много вещей было добавлено и переделано под волшебников, в том числе и ноутбуки. Кому-то от этого жить стало в разы проще, ну а приверженцы «старого мира» просто смирились и не пользовались магловскими технологиями, отдавая предпочтение более привычному. Конечно, подобные "телефоны" были у многих волшебников, однако все еще проще было отправить письмо совой, что и собиралась сделать Гермиона. Прежде она проверила свой гаджет, убедившись, что новостей от друзей не было.

«Привет, Гарри. Как ты? Как Джинни и Джеймс? От тебя долго нет ответа, я начинаю переживать. Сейчас я ищу себе жилье, как только найду, нам обязательно нужно встретиться. Мне столько нужно тебе рассказать.

Гермиона.»

      Когда ведьма дописала последнюю строчку, на подоконник приземлился филин семьи Малфой. Птица была опасно красива как тень, рождённая самой ночью. Всё в нём было чёрным — от кончиков перьев до глубины немигающего взгляда, будто он был не птицей, а частью ночи — мудрой, недоступной, почти потусторонней. Даже не укусив девушку, филин благородно принял из ее рук письмо и взлетел. Когда он расправлял крылья, раздался едва слышный шорох — словно кто-то аккуратно перевернул страницу старинной книги. Гермиона ненадолго залюбовалась, пока филин не исчез из виду. Вернувшись обратно за столик, девушка подумала, что неплохо было бы выпить чаю, прежде чем окунуться в поиски идеального пристанища для себя и Живоглота. При мысли о любимом питомце ее сердце болезненно сжалось, но девушка смогла убедить себя, что в большом доме Нотта Живоглот в безопасности и сыт. Тревожить Малфоя ей не хотелось также, как и звать чужого эльфа, потому Гермиона серьезно настроилась сделать все сама. Она довольно быстро обнаружила чайник, заварку, но вот проблема, она понятия не имела как ими воспользоваться — с виду магловские, но что, если зачарованные… Видимо побеспокоить мужчину ей все-таки придется. Ведьма подошла к двери, за которой он скрылся полчаса назад и тихо постучала.       — Входи, Грейнджер.       Что ж, это звучало довольно спокойно, значит он не кинет в меня удушающее за беспокойство.       — Извини, я хотела приготовить чай, но не уверена, как работает твоя техника. — задумчиво произнесла волшебница.       — Это абсолютно магловские приборы, — пояснил мужчина, не отрываясь от экрана своего ноутбука, — Но лучше зови Винки по любому вопросу, пока я занят, она будет тебе рада.       — Ладно, спасибо, — быстро проговорила Гермиона и выскользнула за дверь. Даже не дойдя до кухни она позвала эльфийку.       — Мисс Гермиона, чем Винки может помочь? — очень радостно спросила Винки.       — Я бы хотела чай с бергамотом, если можно. Ты составишь мне компанию?       — Конечно, мисс, только я терпеть не могу бергамот, поэтому выпью с лавандой.       Эльфийка исчезла и через секунду появилась уже за кухонным островком с двумя чашками чая и тарелкой печенья.       — Я знаю, о чем хочет поговорить молодая мисс, — эльфийка лукаво подмигнула Гермионе, — Хозяин Драко очень добрый и очень хорошо заботится о Винки! Даже подарил много платьев, — Винки вскочила и покрутилась вокруг себя, на ней было нежно голубое платье с оборками и милые ботинки в цвет, — А еще он платит так много денег, что Винки не знает куда их деть и просто хранит в своей комнате.       — Почему ты тогда продолжаешь звать его хозяином? — ведьма потягивала свой любимый чай, внимательно изучая эльфийку.       — Привычка. Раньше я вместе со старшей сестрой Тинки заботилась о маленьком Драко, потом случилась кошмарная война. Затем нас, благодаря вам, великая Гермиона Грейнджер, освободили из-под многолетнего угнетения. Тинки выбрала заботиться о миссис Малфой, а я осталась с мистером Драко, он мой любимчик.       — Пожалуйста, не нужно называть меня великой, я сделала то, что должно быть само собой разумеющимся. Одна популяция волшебников не должна угнетать другую. Эльфы по сути тоже маги. – Гермиона не любила, когда ее восхваляли за что-то, и чтобы не спорить с Винки свела тему обратно к блондину - Почему ты осталась с Малфоем?       — Я очень привязалась к мистеру Драко еще в детстве, мы много играли. Сейчас он разрешает мне смотреть магловские штуки, похожие на колдографии и даже гулять с ним по магловским районам, если он туда выходит, естественно невидимой. Но это все равно лучше, чем все время проводить в поместье! Хотя Тинки не жалуется, когда мы общаемся.       — Ты сказала про комнату, но здесь ведь только одна.       — Моя комната в родовом поместье семьи Малфой, и она очень большая для меня одной, так что чаще я остаюсь здесь с хозяином Драко, делаю свою невидимую работу. Иногда подшучиваю, — Винки расхохоталась. Гермиона поняла, что та говорит абсолютно серьезно и улыбнулась. — Ваш чай почти закончился и остыл, я сделаю чашку побольше и оставлю на журнальном столике, а теперь мне пора по поручениям мистера Драко.       — Спасибо тебе, Винки, мне очень приятно с тобой общаться, — искренне улыбнулась волшебница, — До скорой встречи.       — Конечно, зовите еще поболтать, я это люблю.       Винки испарилась вместе с использованной посудой, а на столике возле ноутбука уже стояла чашка обещанного чая и несколько печений. Гермиона принялась за дело. Листая варианты квартир ей все время чего-то не хватало: то кабинет слишком маленький и без полок для книг, то слишком дорогая цена за квартиру-студию, то район неподходящий. Так она просидела несколько часов, настолько погрузившись в поиски, что не услышала, как вернулся филин Драко. Птица приземлилась так тихо и некоторое время наклонив голову за наблюдала за девушкой.       — Ой, прости, пожалуйста, — ведьма отломила кусочек печенья, подошла к филину и предложила ему лакомство. Она ожидала чего угодно — укуса, игнорирования (как любила делать сова Уизли), но точно не того, что филин принял угощение, так еще и дал провести рукой по перьям, которые были мягкими как облако, — Спасибо.       Девушка оставила птицу наслаждаться печеньем, взяла письмо и вернулась в «свой уголок» — таковым она считала место в углу дивана с пледом, ноутбуком и чаем. Волшебница быстро развернула письмо.

«Герми, извини за молчание. Джинни в ярости, что ты не поговорила с ней. Рон уверяет, что брак еще можно было спасти, но ты уперлась и бросила его. Я, конечно, не придерживаюсь такого мнения, но, возможно, тебе стоит с ним поговорить? Я не настаиваю. Сама понимаешь, пожить у нас пока не получится, но мы можем поспрашивать у других, да и Луна скоро вернется из путешествия. Будут новости, я обязательно дам знать. Прости еще раз.

P.S.: Почему письмо доставляет филин Малфоя, я надеюсь, ты не с ним и не вляпалась во что-то опасное.

Люблю, Гарри.»

      По какой-то причине в Гермионе взыграла злость, она подожгла письмо в воздухе и испарила остатки. И это все, что ты хочешь сказать, Гарри? Ни где я была это время ни как у меня дела. Поговорить с Роном? Серьезно? Не настаиваете, но просите. Опять все жалеют бедного и несчастного Рональда, не спрашивая второе немаловажное мнение его жены! И о, да, я именно с Малфоем и, разумеется по уши вляпалась в неприятности! Размышляя об этом, ведьма продолжала комкать конверт из-под письма, что не осталось незамеченным. Как раз не вовремя (или вовремя) в гостиную зашел блондин.       — Плохие новости? — он натянул самую неправдоподобную маску печали на свое лицо.       — Это тебя не касается.       — Ладно, — мужчина спокойно пожал плечами, закатал рукава рубашки и разжег камин. Затем призвал себе бокал вина и опустился на противоположную от Гермионы сторону дивана. — Как с квартирой дела? А с рунами?       Гермиона правда пыталась сдерживать гнев, Малфой же не был причиной ее плохого настроения, но эти вопросы, когда итак все видно… Она слушала его голос — ровный, почти доброжелательный, однако внутри неё всё сжималось, как лист под осенним ветром.       — Все в порядке, есть пару вариантов, сегодня еще можно успеть посмотреть. До рун пока не добралась, попробую завтра со свежей головой. — вдох, выдох.       — Отлично, тогда пойдем смотреть твои варианты? — уголок его губ потянулся вверх. Конечно он видел вспышку ее гнева, к чему сейчас этот цирк.       Его глаза блестели любопытством, будто в ней было что-то, что он обязан разгадать. А ей хотелось только одного — остаться неразгаданной. Она мысленно повторила: Дышать. Медленно, спокойно. Словно заклинание, способное удержать её голос от резкости. Ничего не вышло.       — К черту, — ведьма преодолела расстояние между ними, буквально выхватила бокал из руки мужчины и выпила залпом, — Пусть все летит к черту. И друзья и квартира и Рон Уизли.       — С твоими друзьями и проблемами я помочь вряд ли могу, да и не буду, — ядовито усмехнулся блондин. Ну конечно, чего я еще могла ожидать? — Но помогу с квартирой. Весь этот этаж — мой, тут две квартиры, я не желал никаких соседей и потому просто выкупил этаж. Я чувствую, как ты хочешь кинуть бокал мне в лицо, но не рекомендую это делать. Твой гнев по сравнению с моим лишь маленький брызг.       Гермиона до боли сжимала тонкую ножку бокала, придумывая способы как сделать Малфою больно, чтобы это не завершилось для нее Азкабаном. Но он продолжал говорить. Она — слушала, сжав зубы до скрипа.       — Кроме того, тебе нужно было отвлечься, переключиться хоть на что-то, — наконец, мужчина заметил проблески ясности в ее яростных глазах, — Пока ты отвлекалась, я писал и редактировал статью, что опять же в твоих интересах. И предупреждая вопрос, который я буквально слышу в твоих мыслях, в той квартире нет кровати, дивана и ничего подобного, поэтому вчера ты не могла спать там.       Гермиона резко поставила бокал на столик, искренне желая так же разбить его о голову волшебника. Интересно, если бы не статья, был бы он также добр ко мне? Все это игра, сплошная несуразица.       — Ты как крестная фея, Малфой, появился из ниоткуда, решил столько моих проблем и взамен всего лишь статья? Я тебе не верю. — ведьма тяжело опустилась на диван, скрестив руки на груди.       — Ты же знаешь, что крестных фей не существует да? Я помог просто потому что могу. Просто потому что мне было скучно, а ты внесла хаос в мою привычную жизнь. Так что мы квиты, Грейнджер.       — Так я для тебя развлечение? Шутка? Очень весело проводить время с Гермионой Грейнджер, у которой рушится жизнь, а потом написать об этом. Так, да? — градус разговора накалялся, девушка так и сидела на месте, а мужчина поднялся и теперь стоял прямо напротив нее, они схлестнулись взглядами в немой битве и каждый пытался разглядеть намек на подвох или наоборот, искренность.       — Нет, не так. Я не давал повода для подобных рассуждений обо мне и моих намерениях. – тон мужчины стал жестче, маска доброго самаритянина мигом слетела с его лица. Он увидел нотки стыда на лице ведьмы. Да, Грейнджер, ты знаешь, что я прав, а ты перегибаешь. Насладившись произведенным эффектом Драко продолжил, - Думаю, тебе пора к Нотту, пока он еще трезв, чтобы забрать вещи и свое существо, которое ты зовешь котом. Потом мы посмотрим квартиру.       — Ты командуешь мной. Мне не нравится.       — Я не командую. Я заметил, что ты не контролируешь свои эмоции, а я учился этому с… очень давно. У нас есть общая проблема, которую нужно решить, а значит твой мозг должен начать работать, и я этому с радостью поспособствую. – по обычаю закатил глаза волшебник, - Сейчас из нас двоих я самый адекватный, так что просто сделаем как я скажу, а дальше в своей квартире хоть посуду бей.       Это было неожиданно. Не страннее, чем все события, произошедшие за последние два дня, но все равно выбило Гермиону из колеи настолько, что сиди она сейчас за рулем машины, то непременно слетела в кювет. Она послушала Малфоя во второй раз, почти без пререканий. Очень необычно. Для ведьмы все происходило как в замедленной съемке: они стоят у Нотта, болтают, затем она идет и собирает вещи, не забыв про Живоглота, они прощаются с Тео и вот с Драко Малфоем она стоит на пороге соседней от него квартиры. Мужчина произносит заклинание, чтобы защитные чары пропустили девушку, двери открываются.              Перед Гермионой просторное помещение, практически не обставленное и достаточно похожее на квартиру, в которой она провела весь день. За исключением признаков жизни, разумеется: ни мебели, ни личных вещей, оттого не было и простого домашнего уюта. Малфой что-то говорит, она не слышит, проходит по коридору, проводя рукой по стене, отпускает любимца на пол, который тут же убегает в неизвестном направлении. У меня есть квартира. Временно, но только моя. Ни Рона, ни обязательств перед друзьями. Почти свобода. Почему почти? Это самое «почему» стояло прямо за ее спиной и пыталось что-то сказать. Ведьма вынырнула из своего сознания, чтобы услышать, о чем этот надоедливый блондин ей рассказывает.       — Неужели, я уже начал перечислять сорта цветов, которые выращивает мама. Это ненормально, Грейнджер. Так уходить в себя.       — Думаю, это мои проблемы, так что ты хотел сказать?       — Аренду можешь не платить, считай ты гостишь у меня, как у Нотта, но если очень хочешь, то просто перечисляй приемлемую для тебя сумму на счет Святого Мунго, мне эти деньги не нужны. Мебель можешь выбрать сама, я договорился чтобы Винки купила и перенесла сюда кровать и некоторые вещи для ванной на сегодня. Тебя это устраивает?       — Вполне.       — Учти, я не люблю шум, вечеринки по соседству и точно не буду рад встретить в коридоре кого-нибудь из твоих друзей, — Малфой сделал паузу, — Или бывших.       — Это вряд ли, не беспокойся.       — Необходимые книги по рунам тебе завтра принесет Винки, ты по-прежнему можешь ее звать. Она сказала «молодая мисс очень добрая, я хочу с ней дружить», так что это не моя прихоть. На этом все.       Не дожидаясь от волшебницы благодарности и не удостоив ее прощанием, мужчина скрылся за дверью своей квартиры. Ведьма повторила то же действие, она не нуждалась в том, чтобы прощаться или желать доброй ночи своему соседу. Когда дверь захлопнулась, Живоглот довольно просеменил к хозяйке и потерся о ноги.       — Теперь у нас есть свой временный дом, Глотик, представляешь?       Волшебница не стала растрачивать время на осмотр квартиры, прошла сразу в спальню. Да, Винки постаралась для «молодой мисс» — кровать была почти такая же огромная как у Малфоя, роскошная, из дорогого дерева, но кремового цвета. Не хватает только балдахина. Усмехнулась девушка и сразу наткнулась взглядом на этот самый балдахин. Конечно он не был как из средневековых романов: легкая полупрозрачная ткань, аккуратно закрепленная у изголовья кровати. Гермиона провела рукой по свежему постельному белью и ей сразу захотелось смыть с себя этот день и лечь спать, что она и сделала. Когда она засыпала в обнимку с Живоглотом, ей почудилось, что простыни пахнут парфюмом: кожей, чем-то древесным и пачули. Аромат окутал ее, как и мягкое невесомое одеяло, ведьма крепко уснула.