Serpente

      Гермиона собиралась в библиотеку Малфой-мэнора, перебирая в голове варианты, с чего можно начать. Книги о магической связи, о древней магии, о предназначениях или о значениях рун. Все это не изучить за пару дней, а решать проблему надо было срочно: во-первых, они не могут постоянно спать вместе, волшебников едва можно назвать друзьями, во-вторых, ей так надоела боль в руке и ощущение жжения вдали от руки Малфоя. Сегодня девушка решительно настроилась найти как можно больше зацепок. В качестве наряда она выбрала удобные черные брюки и простой серый топ, как это модно называлось кроп-топ. Ей придется рыться в лабиринте книг не один час, так что эту одежду она сочла удобной.       Быстро перекусив завтраком, оставленным для нее Винки, девушка перенеслась к воротам мэнора.       Ворота возвышались над ней словно башни, опорные столбы с орлами-наконечниками, посередине большой герб семьи и сами ворота, переплетающиеся будто винные лозы. Девушка опасливо коснулась их, но ничего страшного не произошло, ворота пропустили ее так же, как и двери в дом. Двери были выполнены по подобию главных ворот, отличал их только материал — дорогое темное дерево, тяжелое и «малфоевское». Войдя в дом, ведьма первым делом применила чары обнаружения, чтобы убедиться, что она тут одна, затем дошла до библиотеки, идеально помня путь. Как и сказал Малфой, стоило ей обеими руками коснуться дверей — они распахнулись перед ней, приветливо пуская в «святая святых» дома.       Начать Гермиона решила все-таки с книг о древней магии, как она действует, ее природа и насколько она мощная. Хотя и без книг понятно, само словосочетание «Древняя магия» дает ответ на некоторые вопросы волшебницы, но ей необходимо было убедиться. Полдня она провела за несколькими книгами, сравнивая данные, выявляя несостыковки и обобщая информацию. В полдень появилась Винки и накормила Гермиону обедом. Как ни странно, обычно отказывающаяся от перекусов девушка почувствовала себя лучше и с новыми силами принялась за работу, иногда проговаривая мысли вслух.       — Источник магии, хранитель магии, магические послания. Вот! — Кожу ведьмы обдало жаром, она с трепетом перевернула страницу.

      «Послания магии всегда туманны и не обращены к чему-то конкретному. Чаще всего зашифрованы до тех пор, пока тот, кому выпало послание, не совершит определенное действие, ведущее к разгадке. Однако послания крайне важны, поскольку древняя магия — это сам источник магии современной и будущей. Испытания, возложенные на получившего послание, могут быть опасны. Испытуемый должен как можно скорее понять смысл послания, в ином случае сначала его ждет наказание, затем магия от него отказывается, передавая послание другому волшебнику».

      — Мерлин и Моргана, — Гермиона сорвалась и с грохотом закрыла фолиант, хотя всегда бережно относилась к книгам, — Мы уже поняли, что есть наказание и что потеряем магию. Должно быть еще хоть что-то, — с толикой надежды ведьма открыла следующий фолиант.       В нем было описано примерно то же, однако голову девушки все-таки посетила одна мысль. Ни в одной из книг не говорится о рунах. Возможно, наше испытание как раз их расшифровать и понять значение? От этой мысли ведьме скрутило живот, она уже пыталась, руны как руны, ничего примечательного, кроме того, что они засветились одновременно. Одновременно. Отбросив от себя книгу (опять же к собственному удивлению), девушка добралась до стеллажа с фолиантами о рунах. Взяв пару древних и несколько более современных, она вернулась на место.       — Руны, руны, руны… Кеназ, Эйваз — нет, все не то. А что, если их противоположить. Кеназ-Иса, Уруз-Хагалаз, Феху-Эйваз, Гебо-Дагаз. Получается: Огонь, факел — Спокойствие и холод. Жизненная сила, формирующая сила — Неконтролируемая энергия и разрушение. Динамическая сила, сила зарождения на ее основном уровне — Вечность, цикл жизни и смерти, перерождение. Дар, обмен энергий, партнёрство и созидание — Пробуждение, прорыв через перемены. — Неужели хоть что-то, — девушка тяжело выдохнула, — Возможно, есть вариант, надо рассказать Драко.       Стоп, что? Драко? Какому нахрен Драко. Малфою и точка. С чего бы мне называть его по имени? Глупость.       Волшебники уже привычно ужинали в квартире Малфоя, где Винки приготовила слишком праздничный ужин персон на 10, но никто ее не винил, Винки есть Винки. Гермиона, кажется, уже к ней привыкла и успела привязаться.       — Я вижу по твоим глазам, что у тебя есть информация, — все тем же холодным, но более мягким голосом проговорил мужчина, — однако, давай сначала поужинаем, я весь день в работе.       — Понимаю прекрасно, я не против. — Гермиона была рада переключить внимание с проблем на стоящий перед ней и ароматно пахнущий жульен.       После ужина волшебники все-таки переместились в гостиную, сначала ведьма посетовала на то, как мало информации доходит до наших дней, на что получила твердый ответ: «Не все семьи так заботятся о книжном наследии». Затем она магией создала подобие школьной доски и со всей скрупулезностью выложила те данные, что за сегодня ей удалось обнаружить. Малфой молча слушал, отвлекаясь лишь на то, как брюки обтягивали ноги волшебницы каждый раз, стоило ей наклониться, и как она смахивала волосы назад, когда те «ползли» ей в глаза. Прекрати. Ты что, подросток в пубертате?       — Так что есть шанс, небольшой, но есть, — закончила свою речь Гермиона, — точнее, не шанс, а идея.       — И что ты предлагаешь. — он не переставал смотреть на девушку.       — Нам надо в хендж. Я думаю, если мы одновременно коснемся противопоставленных рун, то что-нибудь произойдет.       — Грейнджер, — Малфой вздохнул с небольшим раздражением, упер локти в колени и взъерошил волосы, — Ты же понимаешь, да, что случиться может не обязательно что-то положительное?       — Разумеется, я знаю, — она не отводила взгляда от его волос, которые так хотелось пощупать. — Но другой зацепки у нас нет, как и времени, если я правильно поняла.       — Хорошо, мы пойдем туда, но ни шагу от меня, — что это? Снова забота? От Малфоя? — Надеюсь, там будет этот старикашка, я бы с радостью применил на нем легилименцию, ну или кулаки, — мужчина поднялся, все его тело было напряжено. Ведьма сделала слишком опасный и опрометчивый шаг, на который только была способна. В последнее время я поступаю слишком легкомысленно. Гермиона подошла к Малфою, взяла за обе руки.       — Гнев тебе ничего не даст, только может доставить проблем. Даже если там будет этот старик, то мы ничего не добьемся, как сказано в книгах, «послания туманны».       — Скажи, Грейнджер, — он посмотрел ей прямо в глаза, — ты сейчас в своем уме?       — Да, абсолютно. — ее сердце бешено забилось.       — Потому что я, кажется, не совсем, — волшебник сказал это с отчаянной полуулыбкой.       Мужчина обхватил ее лицо обеими руками и спокойно поцеловал. Так, как целуют свою первую юношескую любовь или как целуют друга в щеку. Гермиона поглубже зарылась рукой в его волосы, а второй обхватила талию и прижалась ближе, сокращая и без того крохотное расстояние. Как давно ей хотелось прикоснуться к нему всем телом? Она не знала. Он не знал. Целомудренный поцелуй очень скоро перерос в порыв страсти и огня, не встретив сопротивления, Драко поцеловал глубже, их языки переплетались как змеи. Мужчина оттягивал ее нижнюю губу зубами, на что в ответ девушка томно вздыхала. Гермиона целовала его шею, чувствуя тот самый аромат — его аромат, ей хотелось им пахнуть. Оба не помнили, в какой момент оказались на диване, руки Драко исследовали бедра, талию девушки. Ведьма впивалась руками в его плечи, продолжая гладить его волосы и губами спускаться от шеи к ключицам и обратно. И вот одновременно произошло два события: Гермиона прикусила нежную бледную кожу на шее волшебника и сразу перекрыла боль влажным поцелуем, а Драко прикусил мочку ее уха — оба издали протяжные стоны и резко остановились. Девушка вскочила с его колен, ошарашенно заглядывая в серые глаза. Оба хотели задать вопрос и оба решили его не задавать.       — Ты даже не будешь пытаться анализировать и объяснять этот момент логически? — ухмыльнулся блондин.       — А ты? Не закроешь разум окклюменцией, как делаешь всегда, стоит мне оказаться рядом?       — Туше. Давно заметила? — Драко пожал плечами.       — Давненько, на самом деле это видно по глазам, если присмотреться.       — Значит, присматривалась.       — Возможно, немного. — Гермиона саркастично улыбнулась. — А ты, значит, закрывал разум, чтобы не думать о том, что только что случилось или могло случиться когда-нибудь?       — Возможно, немного. — Драко вернул ей ее же ответ, приправив «малфоевской» ухмылкой. — Обсудим?       — Да, но не сейчас, — ведьма быстро поднялась, поправила одежду. — Сейчас самое важное проверить мою догадку.       — Ловлю на слове, Гре-ейнджер, — он растянул ее фамилию, и для нее это прозвучало как-то странно сладко. — Хендж, так хендж.       Все происходящее в этой гостиной было абсолютно абсурдно. Никто из них не проявлял никакой симпатии друг к другу, по крайней мере явно. Только мысли, только рассуждения в голове, взгляды друг на друга. И вот к чему они привели. С одной точки зрения все можно описать банальным влечением красивого мужчины к красивой женщине, с другой… Они не знали, что с другой. Драко давно закрыл свое сердце от женщин после Астории, используя их лишь в качестве «для здоровья», а Гермиона… Гермиона все еще была замужем, но с Роном она ничего подобного не чувствовала. Конечно, Малфою она сказала, что не будет анализировать, но мыслительный процесс был запущен еще в момент, когда их губы встретились. Возможно, это действие магии и связи. Странно, непонятно, но приятно. Решила для себя волшебница.       Необычно до одури, Мерлин, храни Нотта. Подумал про себя Драко, и между его бровей залегла морщинка, он вспомнил, что друг тоже пробовал на вкус губы Грейнджер. Что это? Ревность? Да ну нахрен.

***

      В лесу было темно, не как в прошлый раз, огоньки не светились и линии магии не струились по округе, было тихо. Тихо настолько, что казалось — подумай о чем-то и собеседник непременно услышит. Волшебники шли спокойно, рядом, медленно приближаясь к монолитам, между которых по-прежнему горел огонь, но не такой, как в праздник — слабый, еле дающий каплю света. Драко первым вошел в скопление монолитов, Гермиона сразу за ним, пламя, по-видимому почувствовав их присутствие разгорелось.       — Я все еще не думаю, что это хорошая идея, — полушепотом сказал блондин.       — А я в который раз повторяю, что других идей нет, — также шепотом ответила девушка

***

. — С каких рун начать, вот об этом я не подумала. — Ведьма достала блокнот с переписанными рунами и их противоположностями. — Я думаю, надо начать с жизненной силы и разрушения, то есть Уруз-Хагалаз, затем: сила зарождения и вечность Феху-Эйваз, дальше: дар, обмен, партнерство, созидание и прорыв через перемены, пробуждение Гебо-Дагаз, ну и закончить Кеназ-Иса.       — Почему в конце именно эти руны?       — Сам подумай: Кеназ — Факел, абсолютно позитивный огонь воли, противоположен Исе — спокойствие, энтропия, холод, лед. Это словно точные описания нас самих.       — Ты думаешь, буквально говоря, все должно закончиться на нас?       — Да, думаю, да. Снова придется резать руки?       — Конечно, куда без этого, — слегка печально сказал мужчина, доставая клинок, — Рукой в крови касайся нужной руны.       — Мы должны одновременно.       — Я понял, ты касаешься, и сразу я.       Так они и поступили — те руны, которых они касались одновременно, постепенно загорались, когда очередь дошла до Исы и Кеназа, волшебники помедлили, но уверенный взгляд ведьмы и ее резкое касание к руне решили за мужчину. Он коснулся Исы. Руны вокруг них засветились, как в день солнцестояния, пламя вспыхнуло точь-в-точь, как тогда. Медленно Гермиона подошла к Драко, они скрепили руки и вошли в пламя. В этот раз оно быстро погасло, хендж освещали только руны, какое-то время ничего не происходило.       — Я не понимаю, — с печальным вздохом Гермиона присела на пол хенджа, — Это же работало, так почему.       Драко как раз подошел к ней, намереваясь поднять с холодного камня, как середина хенджа начала углубляться, уводя вниз огонь и создавая подобие винтовой лестницы.       — Вот оно, — вскрикнула ведьма, чуть ли не кинувшись вниз, ее ловко остановил блондин.       — Мы не знаем, что там, и нестись сломя голову не самая хорошая идея. — снова он привел ее разум к адекватности.       — Ты прав. Опять. — Раздраженно закатила глаза ведьма. — Переждем какое-то время, но все равно спустимся туда, иначе не узнаем, что этой магии от нас надо.       — Разумеется. — Волшебники прождали около десяти минут, убедившись, что оттуда не выползет виверна или плотоядные слизняки. — Я впереди, ты иди сзади. Надеюсь, не надо объяснять причину.       — Не надо, — фыркнула волшебница, зажигая факел, висящий у входа в подземелье. О, как же она ненавидит подземелья.       Волшебники аккуратно спускались по полуразрушенным каменным ступеням, останавливаясь при каждом шорохе или падении камней. Гермиона осматривала, хотя вернее сказать, ощупывала холодные стены, даже не представляя, что хочет там найти. Малфой уверенно шел впереди, на его лице забавно играли отблески от факела, девушке хотелось его коснуться, но она прекрасно знала, что не время и не место, поэтому попыталась закрыть сознание, как это делал сам Драко. Спустя какое-то время ступени стали шире и ниже, вскоре волшебники встали на твердый пол в форме круга. Первым делом они осмотрелись на предмет опасности, заклинаниями проверили наличие ловушек или темной магии, затем немного расслабились. Мужчина невербально поджег все факелы, окружавшие территорию.       — Честно, я в замешательстве, — процедил блондин, по привычке поправляя волосы, — Я ожидал как минимум гидру или тайное собрание, или…       — Перестань, — ведьма хоть и не боялась, но оставалась предельно осторожной, внимательно осматривая каждый камень у каждой стены, — Буду признательна, если ты поможешь. Возможно, есть скрытый проход или вроде того.       В этот момент сверху посыпались обломки ступеней, несясь прямо на голову девушке. Драко среагировал молниеносно, притянув ее к себе за руку и поставив щит.       — Спасибо. — Только успела сказать она, как пространство вокруг них засветилось светло-голубым светом, они даже не обратили внимания, что взялись руками с ритуальными порезами.       Не опуская щита, волшебники тихо наблюдали, что произойдет дальше. Свет был мягкий, скручивался в линии, очертания чего-то. Так продолжалось две минуты, пока свет окончательно не приобрел очертание человека. Очень старого человека, тянущего к ним руку.