Аукцион.

Хуа Чэн закончил военное обучение. Он пробыл там ровно год, пока королевская семья не распалась, а все люди стали принадлежать новым правителям. А что Се Лянь… После того случая с уксусом змеи скорпиона, лекарство, сделанное лекарем только приостановило распространение яда. А спас его Фэн Синь, что успел принести нужные травы. Но кто ж знал, что после всего этого, Се Лянь полностью пропадет. Хуа Чэн слышал слухи про Ци Жуна. Мол, сумасшедший двоюродный брат забрал бывшего принца. Но хотелось бы, чтобы это было последним вариантом. Шло время. Хуа Чэн задумал занять пост повыше, чтобы добиться хоть какой-то нужной информации. Он не мог без Се Ляня. Принц — как его наркотик, что один раз попробовал, и больше не можешь остановиться. Во время службы они часто общались. И Хуа Чэн не смог забыть всё это просто так. Ему 18. Прошло три года с пропажи Се Ляня. Слухи всё ещё летали по стране и некоторые говорили, что видели Его Высочество с Ци Жуном на главной улице. Но как только Хуа Чэн приезжал туда, место пустовало. За это время парень смог потрудиться и добитьсяся справедливости у своего отца. Да, было трудно. Он долго боролся, физически и морально. Получал новые травмы, позорился перед народом и чинами выше, но не хотел останавливаться. Каждый раз, когда он хотел умереть, в голове вспоминался «он». — Хуа Чэн, — раздался спокойный голос со стороны, пока мужчина стоял возле стены и попивал вино. Он решил взять себе новое имя, так как Хунхун-эр — даже именем назвать нельзя. К нему подошёл парень его роста, с длинными чёрными волосами и золотыми глазами. Мин И. — На кого ты пялишься? — Вон тот, — Хуа Чэн махнул головой на молодого человека в толпе. Белые одежды, чёрные волосы и ничем не выделяющиеся лицо. Один раз увидишь — и забудешь вовсе. — Это кто? — В белом? — они с Мин И познакомились на одном из банкетов, когда Хуа Чэн устроил бунт против отца. С тех пор и общаются помаленьку, пытаясь выстраивать и деловые отношения. — Инь Юй. У него не очень богатая семья, но он сам по себе чистоплотный, поэтому так выглядит. Хуа Чэн странно хмыкнул. Может, алкоголь ударил в его голову, а может он просто сошел с ума… Но уже через час, а может и то меньше, Хуа Чэн прижимал Инь Юя к стене, зверзки целуя. Его глаза странно бегали туда сюда по его лицу, словно в приступе ярости. Он видел его. Только его. Но как это объяснить другим?.. — Да стойте же вы! — Инь Юй уткнул руки ему в грудь, наклоняя голову вниз чтобы Хуа Чэн не достал до него. — Я вас впервые вижу! — Да я тебя тоже. — ответил Хуа Чэн и укусил его за шею. -------§------ Эта интрижка с Инь Юем продлилась недолго. Хуа Чэн быстро осознал тупость и обсурдносьь своих действий. Он резал своё тело, несколько дней ничего не ел, тщательно промывал рот, лишь бы скрыть следы своей «измены». Хоть Се Лянь и никогда не знал о его чувствах, Хуа Чэн всё равно чувствовал будто изменял ему. И это было настолько отвратительно, что словами просто не описать. И почему люди предают своих партнёров? Ужасно. — Градоначальник, информация о таком человеке не найдена. — семья Инь Юя разорилась от слова совсем. И до сих пор чувствующий вину Хуа Чэн решил взять его себе в помощники. В глаза друг другу первое время было трудно смотреть, но они быстро отпустили прошлое. — Спасибо. Можешь идти. — Инь Юй кивнул и покинул кабинет. Хуа Чэн чувствовал себя хуже некуда. Мысли с каждым днём поедали всё больше, а осознание что он может никогда не встретить своего любимого человека разрывали сердце на мелкие кусочки. Он просто не знал что делать. Но где-то краем уха Хуа Чэн слышал о затмении моральной боли. А именно, заменение её физической. В столе у него всегда лежали ножи, на случай внезапной опасности. Сам не понимая, что делает, Хуа Чэн не контролировал своё тело. Он медленными и глубокими движениями вырезал имя Се Ляня на своей руке. Легче не стало. Из глаз медленно стали течь слёзы и он вновь ощутил себя маленьким мальчиком. Он был один. Паника быстро охватила его. Началась дрожь, участилось дыхание, а слёзы так и текли. Он просто не мог остановить весь процесс, поэтому хватал себя за волосы как ненормальный и оттягивал их вверх, желая прийти в себя. Кровь с руки залила весь локоть и медленно капала на пол. — Почему… — он тихо бормотал, находясь уже в состоянии шока. Маленькая красная серёжка лежала в его столе там же, где он взял ножи. Бусина привлекала внимание своим ярким красным цветом. — Почему ты не со мной?.. ----------§---------- Се Лянь словно просто моргнул, но жизнь пролетела перед глазами. Он снова оказался в доме Мин И. Просто стоял перед ними, пока Хуа Чэн нахмурился от непонимания. — Карась, объяснишь? — Хуа Чэн повернулся в сторону Мин И. И его взгляд явно не сулил ничего хорошего. — Не знаю. — коротко ответил Мин И, сжимая кулаки и пытаясь скрыть своё беспокойство. Он кинул короткий взгляд на Ши Цинсюаня, пока тот сам стоял в ступоре. — А кто знает? — Се Лянь издал нервный смешок. Если он не один видел эту дичь, то точно не сошёл с ума. Хотя… Это чувство давно душило его. Он таки и ждал, пока головушка подведёт его. Голос сорвался на крик. — Что за дичь только что произошла?! — Гэгэ, можешь убить парня в чёрном, — легко ответил Хуа Чэн и отступил на шаг. Он знал что Се Лянь ничего ему не сделает. Но так принц хотя бы сможет выпустить свой гнев с помощью чужих слов. Понять такой метод трудно, но он действующий. — Я спокоен… — он сделал глубокий вдох, пытаясь перевести дыхание и больше не кричать. Се Лянь нервно потёр свои ладони, тем временем как Цинсюань крутился за Се Лянем как обеспокоенная матушка. — Господин… — Тихо промямил Цинсюань. — А может, вам чаю?.. — Да я этот ваш чай!.. — Хуа Чэн резко закрыл Се Ляню рот ладонью, шепча на ухо успокаивающие слова. Он не хотел, чтобы Се Лянь волновался о чём-то. А тот, кажется, увидел нечто… Страшное. — Мы, пожалуй, поедем, — со спокойной улыбкой Хуа Чэн повёл Се Ляня на выход. Но даже так, Мин И слышал в его голосе всемирную угрозу. Он знал Хуа Чэна давно. И знал, что он так их с Цинсюанем не оставит. Давно уже можно было догадаться об их проникновении. Просто кто-то тянул время с раскрытием. Дверь закрылась. Цинсюань резко забегал по комнате, чуть ли не вырывая свои волосы. — Нам конец! Собиратель цветов под кровавым дождём уничтожит нас! В пепел сотрёт! Что будет?! Брат меня убьёт.? Зачем ты вообще переместил нас туда?!.. — Хватит орать, — холодно отозвался Мин И. Он не бегал как Цинсюань, хотя в голове у него царился хаос похуже. — Всё из-за тебя. — Я то что?! — он подбежал к Мин И и схватился за его рукав. — Мин-сюн, пожалуйста, придумай что-нибудь… — Хорошо. — Для Мин И эти слова давались с трудом. Сколько раз он уже решал проблема младшего Ши. А ведь ему это уж точно не на руку… Даже ничего не ответив, Мин И грубо оттолкнул Ши Цинсюаня и ушёл на второй этаж. Молодой Ши остался один. Он глянул на дверь, через которую ушли Хуа Чэн с Се Лянем и улыбка тут же спала с его лица. Он глянул на свои руки, где из-под одежды виднелся нож. Ну, план не получился. Кто-то помешал ему. Но зачем? Внезапно прозвучал знакомый голос. Ши Уду. — И что это было? Молодой Ши повернул голову и посмотрел в пустоту. Собеседника не было видно, но он его слышал. — Я правда не знаю. — Ши Цинсюань даже не открывал рот для разговора. — Это был не Хэ Сюань. — Неужели ты стал ему доверять? — насмешливо спросил Ши Уду. Он будто высмеивал младшего Ши. — Ещё чего, — Ши Цинсюань прошёл дальше в зал. Он медленно оглядывал стены, всматриваясь в картины на стене. — Просто… Он тоже волновался. Хуа Чэн не пощадит никого из нас. — Он даже пальцам нас тронуть не сможет. Кто он такой против магов? — Я всё равно немного волнуюсь, — Ши Цинсюань остановился возле одной из картин. Он всматривался в глаза нарисованного мужчины, словно загипнотизированный. — Мало ли, что этот чокнутый сделает. Ши Цинсюань замолк. Ши Уду тоже ничего не говорил. Он чувствовал беспокойство брата. Но не понимал из-за чего точно. Хуа Чэн? Или же… Мин И. Который является Хэ Сюанем. Но об этом никому знать необязательно. Младший Ши провёл рукой по ткани картины и грустно улыбнулся. То что он чувствовал — было что-то ему запрещённое. Он знал всё про Хэ Сюаня и его план. Знал, что тот хочет отомстить его семье. Знал, что Мин И уже мертв. Но что ему оставалось делать? Первым выпустить когти. Ши Уду всё продумал до мелочей. Но недавно в их плановых этапах произошел сбой. Учитель приказал привети Се Ляня живым. После приказали ранить его. Что происходит — знает один чёрт. — Цинсюань. — раздался спокойный голос Хэ Сюаня за спиной и Ши Цинсюань вздрогнул. Он быстро натянул улыбку и повернулся к нему, заканчивая разговор с Ши Уду. — Что такое, Мин-сюн? — слова наполнены ложью. Но по другому нельзя. Они оба друг другу лгут. И оба думают, что ни один не знает их планы. — Прости. Я был слишком резок. — Ши Цинсюань недовольно сверкнул глазами. Лицемерие. То, что будет всегда в их отношениях. — Ничего. Ты же знаешь, я на тебя никогда не обижаюсь! — он с громким смехом подошёл ближе и обнял Хэ Сюаня, сжимая руками его спину. Последний стоял как вкопанный, не делая абсолютно никаких движений. Младший Ши уткнулся носом в его волосы и прикрыл глаза. Как же он устал… -----§----- — Гэгэ, что ты увидел? — осторожно спросил Хуа Чэн уже в карете, пока Се Лянь сжимал свою голову от плохих воспоминаний. — Всю свою жизнь. Буквально… Ужасное чувство. — он скривил лицо, но уже не плакал. Слёзы будто закончились. Не было даже шума в ушах или других посторонних звуков. — Хочешь рассказать мне? — Хуа Чэн осторожно и медленно положил свою большую ладонь на руку Се Ляня и погладил его запястья. Он смотрел на него с искренним беспокойством в глазах и чувством бесполезности. Се Ляню стало не по себе. Он отвернул от него голову и нахмурился. Впервые за долго время к нему относились так хорошо. И это было… Приятно. Но также страшно. Он боялся, что Хуа Чэн просто наиграется с ним и выбросит. Он ведь может надоеть ему со своими проблемами. Со своим здоровьем и прошлым. Се Лянь слишком… Сложный. Он не знал, могут ли с ним справиться другие. Но… Он просто хотел внимания. — Я… Не успел Се Лянь договорить, как карета пошатнулась и кучер громко вскрикнул. Се Лянь ухватился за Хуа Чэна и удивлённо поднял голову. Мужчина отвечал ему тем же удивленым взглядом. Но Се Лянь заметил в нём что-то ещё… Что-то более… Страшное. — Что такое? — мягко спросил Се Лянь у Хуа Чэна, пока тот начал яростно сжимать его руки. — Ничего. — лишь кратко ответил он, хотя испарина на лбу говорили совершенно о другом. В голове внезапна вспомнилась самая главная его катастрофа. Дыхание участилось, а руки задрожали. Он не отпускал Се Ляня ни на секунду, словно боялся что тот тоже может прогнать его. Снова. — Мы знаем что вы там! — крикнул кто-то на улице и постучался в дверь кареты. — Хуа Чэн, отдай принца! Дверь распахнулась внезапна. На ступеньках стоял Се Лянь, а сзади него сидел Хуа Чэн. Его Высочество выглядел… Злым. Зато улыбка была как никогда натянута, а глаз подёргивался. — Что вам нужно, генералы? — невинно спросил Се Лянь, наклоняя голову и рассматривая Му Цина с Фэн Синем. — Ты. — буркнул Му Цин и потянулся к нему рукой. Хуа Чэн внезапно схватил Се Ляня поперёк живота и притянул к себе на колени, пряча его от чужих глаз. Несмотря на своё состояние, он пытался изо всех сил защитить Се Ляня. И его взгляд казался диким. Генералы оба напряглись словно увидели какое-то опасное животное. Но ни один не собирался сдаваться. — Хуа Чэн, — начал Фэн Синь с ноткой презрения в голосе. — Ты совсем озверел. — Как был зверёнышем, так и остался. — внезапно их страх перед ним куда-то пропал. Может, потому что они теперь знали о своей безнаказанности перед Хуа Чэном. Се Лянь просто не даст их убить. — Завали ебало. — тихо, словно шёпотом рыкнул Хуа Чэн. Он закрыл лицо Се Ляня и прижал его к своей груди. Как же Хуа Чэн мечтал убить этих двоих прямо сейчас. Но его и правда останавливал Се Лянь. Он никогда не сделает ему больно. Никогда. А если всё-таки такое произойдет… Можно смело совершать самоубийство. Хотя… Хуа Чэн же обещал Се Ляню умереть от его меча. — А что такое? — специально провацирующим тоном спросил Му Цин. Он видел все его чувства. Видел, как тот бесится. — Не хочешь, чтобы Его Высочество понял что ты просто сумасшедший маньяк? — Эй, — Фэн Синь дёрнул «недруга» за плечо и напряжённо глянул на него. — У нас проблемы. Оба посмотрели на небо. Му Цин задержал взгляд на фигурах в небе и прищурил глаза, хватая свой меч. — У всех нас. На землю приземлились несколько мутантов. Се Лянь пытался выбраться из объятий Хуа Чэна, но тот держался его и вдыхал аромат волос словно воздух. Он обречённо выдохнул. Из их диалога Се Лянь практически ничего не слышал. Голову ему зажали крепко. А вот Хуа Чэн заметил названных гостей и сразу попытался прийти в себя. Он усадил Се Ляня на своё место и положил руки ему на плечи, нервно поглаживая. — Гэгэ, тебе нельзя сражаться… Посиди тут, хорошо? Я хочу решить твою проблему. Решить проблему. Се Ляню так давно не говорили. Обычно всё и везде решал он. А тут появился человек, который хочет сделать это за него. Но что ещё оставалось, кроме как кивнуть. — Придется нам поработать вместе. — Хуа Чэн закатил глаза, в точности повторяя движения Му Цина, чем очень его выбесил. — А сам чего? — фыркнул Фэн Синь, на что Хуа Чэн лишь спокойно наклонил голову. — А вы одни сможете справиться с этими тварями? — пока они вели диалог, несколько полумертых существ кинулись на них. Хуа Чэн с Му Цином достали мечи, пока Фэн Синь приготовил стрелы. Такие нападения у них случились довольно часто. Но у королевства всегда были стражи, которые охраняли их от нечести с того мира. Но тут нет никого. Поэтому придётся справляться самим. Хуа Чэн бросился в бой первый. Совсем недавно он был готов рвать волосы на своей голове из-за этих чёртовых воспоминаний. А сейчас нужно было как-то выплеснуть свою злость. Взмах меча, и голова монстра падает ему в ноги. Так ещё десятки. Поляна постепенно окрашивалась в красный цвет крови мертвых, а Се Лянь мог только с раскрытым ртом наблюдать за происходящим. Он никогда не видел Хуа Чэна в гневе. Только в самом начале их знакомства, когда мужчина отрезал руку Ци Жуна. Но тут всё было ещё более страшно. Он резал врагов без капли колебания, марая руки и одежду в чужой крови. Теперь то Се Лянь увидел его натуру. Хуа Чэн не был добрым человеком. Но это не значит, что он должен быть злым. Му Цин с Фэн Синем тоже не отставали. Но они больше работали в паре, словно шли в комплекте. Фэн Синь стрелял в головы травей, иногда пробивая насмерть. А если не получалось, их добивал Му Цин. Давно Се Лянь не видел этих двоих в бою. Как же он хотел присоединиться к ним… Самое больное для Се Ляня — беспомощность. Он не может ничего. Одно движение и его тело снова начнёт кровоточить. А может, Хуа Чэн ошибался? Он никогда не сможет снова сражаться? Никогда не почувствует тяжесть меча в своей руке? Никогда… Больше не встанет со своими бывшими друзьями и слугами на одну сторону? — Се Лянь! — Ваше Высочество! — Гэгэ! Крикнули сразу три голоса. Се Лянь вздрогнул и медленно повернул голову. Его глаза расширялись. Троица тяжело дышала, пытаясь успокоиться после такой жестокой битвы. Их одежда запачкана кровью, но взгляд направлен только на Се Ляня. Они словно щенки все вместе с беспокойством рассматривали принца. Честно… Се Ляню это нравилось. Его уголки губ медленно приподнялись вверх. — Мы едем? — спросил Се Лянь, решив просто проигнорировать их внешний вид. — Ты поговоришь с нами? — с лёгкой надеждой глянул на него Фэн Синь. Се Лянь поджал губы и отвёл взгляд. Он точно не знал какое решение будет правильно, но всё-таки решил слабо кивнуть. Генералы в раз тяжело выдохнули и пошли в другую сторону, мол, они на конях. Хуа Чэн залез в карету и сел напротив Се Ляня, вжимаясь в спинку сиденья и чувствуя себя как никогда грязным. Се Лянь обречённо покачал головой. Он взял его руки в свои и размотал бинты на собственном запястье. Сейчас ему хотелось защитить. Пожалеть. Просто помочь. Быстро завязав бантик на его ладони, Се Лянь улыбнулся и посмотрел Хуа Чэну в глаза. Он до сих пор чувствовал себя заворожённым этим взглядом. Хуа Чэн был… Прекрасен. Даже с кровью на руках, этот жестокий по слухам собиратель цветов под кровавым дождём не упал в его глазах. Это было просто невозможно. — Ты смотришь на меня так, словно хочешь съесть целиком. — неловко посмеялся Хуа Чэн, отводя взгляд. И было понять, красное его лицо или это кровь? — Я просто очень голоден, — Се Лянь хитро сверкнул глазами. Он положил руку на колено Хуа Чэна и чуть сжал его пальцами, следя за его реакцией. Хуа Чэн сделал глубокий вдох, желая ощутить чуть больше этого касания. Они смотрели друг другу в глаза. Но в окно постучались. — Эй, голуби недоделанные, — недовольно фыркнул Му Цин, проезжая на лошади. — Флиртовать потом будете. Сейчас нужно на разговор настраивается. — Согласен, — кивнул Фэн Синь с другой стороны кареты, также смотря на них. — Ваше Высочество, будьте сдержанней. На самом деле, они просто ревновали Се Ляня к Хуа Чэну. Ну, или недоверяли ему. Какого лешего возле принца крутится какой-то чёрт?!