Как мне отблагодарить тебя?

      Ещё несколько минут они сидели в тишине, прижавшись друг к другу. Прохладный пустынный ветер ласково касался их корпусов, придавая спокойствие.       Нокаут едва заметно повернул голову и взглянул на Бамблби.       — Знаешь, сейчас могло бы быть самое время, чтобы прокатиться, — пробормотал медик с мягкой улыбкой.       Бамблби тихо фыркнул и перевёл взгляд на бота под боком, нежно поглаживая его руку. Этот жест почему-то показался Нокауту особенно тёплым.       — А я думаю, что Рэтчету пора бы завести отдельную папку с твоими жалобами на всё подряд, — с лёгким смешком отозвался Би.       — Как грубо, — притворно возмутился Нокаут, почти невесомо ткнув разведчика в грудь, и также легко рассмеялся. Его оптика на миг задержалась на лице разведчика. — Не думал, что из всех автоботов именно ты будешь таким язвительным.       — Учусь у лучших, — уже тише ответил Бамблби, его оптика нежно смотрела на другого бота.       На мгновение воцарилось молчание, наполненное теплом. Красная и синяя оптика встретились, и вдруг всё будто стало ближе. Рука Нокаута неосознанно потянулась вверх.       — Не думаешь, что ещё рано? — тихий вопрос невольно сорвался с губ Нокаута, прежде чем он успел его осознать.       Оптика Бамблби взволнованно расширилась, в ответ раздался чуть нервный, смущённый писк, а дверцы встрепенулись. Нокаут тепло усмехнулся, покачав головой.       — Всё в порядке, — мягко заверил он разведчика, первым отстраняясь от объятий. — Нам пора возвращаться.       Встав на ноги и стряхнув с себя песок, медик протянул руку, помогая Бамблби подняться. Касание было нежным и бережным, и Би, словно заворожённый, последовал за алым ботом. Они возвращались не спеша. Песок мягко шуршал под шагами, утренний свет ложился на броню тусклыми отблесками. Никто не произнёс больше ни слова.       Только перед входом в центральный зал Нокаут едва заметно выпрямился, снова надевая привычную маску спокойствия. Бамблби коснулся его локтя в последний раз, не останавливая, просто напоминая, что он рядом.       В зале все столпились перед Оптимусом, который держал в руках Звёздный меч и устало кряхтел.       — Жизненно необходимо найти последние четыре артефакта Иакона — омега-ключи, — объявил Прайм, когда голоса автоботов стихли. Выражение на лицевой пластине лидера было ещё более решительным, чем прежде.       Бамблби и Нокаут переглянулись, осознавая, что они вовремя вернулись. По базе вновь прошёл гул вопросов заинтересованной команды.       — К возрождению нашей родной планеты, — ответ Оптимуса эхом отдавался в аудиосенсорах каждого.       На мгновение база затихла, когда боты полностью осознали услышанное, а после наполнилась восторженными возгласами и смехом.       — Собирайтесь, мы отправляемся на Кибертрон!       Вместе с ними и Бамблби воодушевлённо что-то пропищал. Нокаут незаметно перевёл на него радостный взгляд.       — Представляешь, Бамблби, наконец-то цивилизация!       — Но я только что прибыл!       — А помните масляные ванны? Первое, что я сделаю дома, — залезу туда и буду отмокать целый цикл.       — Мне не терпится рассказать Мико, — с глупым смехом произнёс Балкхед.       Арси, до этого блаженно мечтавшая об отдыхе, поникла от сказанного:       — И Джеку...       Осознание пришло и к Бамблби. Он печально пропищал имя своего напарника, уже представляя, как придётся сообщать мальчику эту новость. Нокаут осторожно коснулся плеча разведчика и слабо улыбнулся, когда тот взглянул на него. Рука Бамблби мягко легла поверх руки медика.       — Э-э, Оптимус, — заговорил Смоукскрин, словно переводя тему, — ключи открывают двери. Как они могут оживить целую планету?       — У меня нет никаких данных об омега-ключах, но Альфа Трион знал не мало тайн. У древних были технологии, с которыми не сравнится то, что мы считаем современной наукой, — поведал новичку Прайм.       Команда снова собралась вокруг их лидера, готовая выслушать всё, что Прайм сможет им рассказать.       — Как бы они ни функционировали, можно сказать одно: мы не сможем восстановить Кибертрон без всех четырёх ключей.       — А это значит, ни одного нельзя уступить Мегатрону, — со всей серьёзностью заключила Арси.       — Мы получили от Альфа Триона четыре набора зашифрованных координат, — сообщил Оптимус, поворачиваясь к мониторам с данными. — Логично предположить, что каждый указывает на местонахождение одного из омега-ключей. Я с места не двинусь, пока не расшифрую всё. От этого зависит будущее родной планеты.       И со всей решимостью Прайм приступил к расшифровке данных. Боты, понимая, что разговор окончен, тоже разошлись по базе.       Нокаут с Рэтчетом отошли к рабочему месту старшего медика и занялись сооружением более удобного способа переноски меча Оптимусом. Пока они паяли нужные детали, молодой медик постарался прошептать как можно тише:       — Тебе не кажется, что sweet rims иногда слишком самоотвержен? Будучи Орионом, он был поспокойнее.       Рэтчет хмыкнул, не отрываясь от инструмента в руках:       — Поверь, тогда он тоже был занозой. Просто теперь эта заноза вооружена гигантским мечом и пафосным спокойствием.       Нокаут усмехнулся такому уточнению, слегка наклонив голову:       — Интересно, как это вы с ним вообще ладили, не убив друг друга. Хотя, судя по твоему характеру, это объясняет, почему у него такая стойкость.       Уголки губ старого медика чуть дрогнули то ли от усмешки, то ли от воспоминаний. Похоже, Нокаут попал в точку. Тем временем молодой бот чуть отодвинулся, и, повернув голову, машинально провёл взглядом по залу. В одной из ниш собрались Арси, Смоукскрин и Балкхед с Бамблби. Они говорили негромко, но их фразы время от времени долетали до ушей медика.       — Это странно звучит, но... я не хочу возвращаться, — с тоской призналась Арси.       — Не думал, что мы так быстро привыкнем к новому дому, — согласился разрушитель.       — Нам что, придётся всё это оставить? — Бамблби всплеснул руками, его писк звучал неоднозначно.       — Нет, я не готов расстаться с Мико, — послышалось возражение Балкхеда.       — Здесь у нас друзья, семья.       Рэтчет попытался прервать их сеанс самобичевания:       — Мы всегда сможем им писать, — и вернулся к сварочному аппарату.       Нокаут погрузился в свои мысли, пока руки машинально помогали Рэтчету с работой. Слова словно зацепили что-то под его грудной пластиной.       Своё он уже потерял. Кибертрон давно перестал быть домом. Его старого глупого партнёра тоже давно нет. А Земля... он так и не понял, что для него эта планета. Временная стоянка? Глухой тупик на краю вселенной? Или новый старт, в котором он так отчаянно нуждался?       Он перевёл взгляд на Бамблби — тот стоял чуть развернувшись, с приподнятыми дверцами и, широко раскрыв оптику, слушал планы Рэтчета о перестройке Кибертрона.       Нокаут невольно улыбнулся. А может, дело было даже не в планете.       — Я бы пока не стала строить планы, — решительный голос Арси вернул молодого медика в разговор. — Нужно узнать, где ключи, и добраться до них раньше десептиконов.       — Это не проблема, — впервые отозвался Смоукскрин и махнул в сторону меча. — Теперь у Оптимуса есть Звёздный меч, и Мегатрону определённо конец.       На несколько секунд наступила тишина. Кто-то слегка кивнул, кто-то просто перевёл взгляд на Прайма.       Словно по сигналу, терминал издал короткий писк. Оптимус, до этого сосредоточенный на расшифровке, медленно обернулся к команде:       — Автоботы, я расшифровал первые из четырёх координат. Разделитесь на команды, чтобы я смог послать вторую до возвращения первой.       — Я в первой команде! Кто со мной? — первым отозвался новичок, вновь намереваясь лезть на рожон.       Команда уставилась на него: кто-то удивлённо, недоверчиво, а кто-то как на лишний болт в бампере.       — Я, — твёрдо ответила Арси, хмуря оптограни и направляясь к дорожке моста.       — После вас, сэр... мэм? Командир? — Смоукскрин всё не знал, как обратиться к автоботке, пока шёл за ней.       Глядя на этот сюр, Рэтчет тяжело вздохнул и настроил мост:       — Это будет интересно...       — Очень, — усмехнулся Нокаут, глядя вслед первой команде. — Смоук не слишком тонок.       Когда дорожка моста замкнулась за Арси и Смоукскрином, в зале на секунду стало тише. Команда разошлась кто куда, а Нокаут остался стоять в отдалённой части зала, где они с Рэтчетом недавно работали, по привычке глядя в ту сторону, где только что мигал свет моста.       Бамблби подошёл ближе, чуть повернув голову к медику. Их плечи почти соприкасались, словно так и должно было быть.       — Думаешь, они справятся? — негромко спросил он.       — Она справится. А он... — оптика Нокаута сощурилась, а уголок губ поднялся в усмешке. — Возможно, получит полезную дозу реальности.       Бамблби тихо хмыкнул.       — Ты в порядке? — наконец тихо спросил Би. Вопрос прозвучал просто, но голос был почти ласковым.       — Уже, кажется, да, — пожал плечами Нокаут. — Не каждый день же устраивать спектакли на тему «что у кого болит». То, что сегодня обошлось без разбитых деталей, — можно считать успехом.       — Даже без пострадавшей краски, — подыграл Бамблби. — Это уже серьёзный рост.       Нокаут тепло, но с долей иронии улыбнулся.       — Не хватало ещё устроить сцену прямо перед тобой, шмелёнок. Хотя, вроде как, уже поздно беспокоиться, да?       — Думаю, ты себя уже достаточно скомпрометировал, — весело пропищал Би. — В лучшем смысле.       Бамблби чуть повернул голову к нему после маленькой уютной паузы:       — Кстати, ты говорил, что был самым сложным пациентом. Думаю, сейчас ты просто... самый громкий.       — Прогресс, — фыркнул Нокаут. — Осталось стать самым незаменимым.       — Уже почти, — искренне сказал Би и, чуть поколебавшись, дотронулся до его руки.       Нокаут взглянул на их ладони, потом перевёл взгляд на него, усмехнулся уголком губ:       — Ты заразителен, знаешь?       — Это плохо?       — Это неожиданно. Но приятно, — спокойно отозвался Нокаут и не убрал руку.       Где-то в другой части зала послышался грохот: кто-то, судя по всему, уронил ящик с инструментами.       — Это был Балкхед, — почти одновременно сказали оба.       Они снова рассмеялись.       — Не хочешь немного отдохнуть, пока они не вернулись? — предложил Би, глядя прямо на него.       — Если только ты не собираешься заставить меня смотреть очередной фильм из твоей странной подборки, — с наигранной опаской хмыкнул Нокаут.       — А если именно это и планировал? — с ноткой игривости пропищал Бамблби.       Нокаут прикрыл оптику и с видом великомученика произнёс:       — О, Праймус, пощади... Можно в этот раз «Возвращение живых мертвецов» или хотя бы «Кошмар на улице Вязов»?       После очередной серии писка и щелчков Нокаут подал знак Рэтчету, что они уходят. И после короткого кивка старшего медика два бота направились в жилой сектор базы.

***

      Бамблби и Нокаут появились в зале почти одновременно с ярким выбросом света моста. Они успели обменяться коротким взглядом перед тем, как шагнули внутрь. Пространство словно сразу стало тяжелее. Стоило им сделать пару шагов, как навстречу из яркого свечения вышла Арси. Одна.       — ...а за тем Смоукскрин просто исчез, словно превратился в пыль, — закончила свой рассказ Арси, в скорби склонив голову.       Нокаут с тяжёлым вздохом медленно подошёл ближе, даже не оборачиваясь она других. Он присел перед ней на одно колено, чтобы оказаться на уровне её взгляда:       — Арси, посмотри на меня, — его голос звучал ровно и решительно.       Она сначала не отреагировала, но Нокаут не отступил:       — Это не твоя вина, слышишь? Ты не знала, что может случиться.       — Но я должна была... — запротестовала Арси, наконец взглянув на медика.       — Арси, ты же знаешь этого взбалмошного, неотёсанного болвана, — он покачал головой. — Если бы он действительно собрался к Великой Искре, он бы сделал это более героически.       Оптика Арси расширилась от услышанного, а губы приоткрылись, собираясь вновь возразить, но Нокаут заговорил раньше.       — Ты видела, был ли у него с собой фазовращатель? Помнишь эту прекрасную штучку, которую он опять мог взять с собой? — взгляд медика излучал исключительную уверенность. — А если Смоук его активировал? Или фазовращатель активировался сам? В последний момент его могло просто отбросить в дальнюю часть пирамиды или вообще под неё. А из-за поднявшейся пыли ты могла этого не заметить.       Нокаут мягко улыбнулся, словно давая надежду.       — Этот вредный негодник ещё вылезет откуда-нибудь с пылью на шлеме и начнёт командовать, как будто он командир.       Уголки губ Арси едва дрогнули. Это не было улыбкой, скорее небольшим шагом к ней.       — Ты сделала всё, что могла, — добавил он, успокаивающе погладив по плечу. — Если он всё ещё там, он может просто ждать, когда Оптимус будет сражаться с Мегатроном. И, пока тот будет отвлечён, в нужный момент сможет забрать ключ.       Арси опустила взгляд, её пальцы чуть разжались.       — Спасибо, — тихо сказала она.       Нокаут встал, в последний раз мягко проведя рукой по плечу, и вернулся на своё место к Бамблби.       — Если всё, что сказал Нокаут, правда… — заговорил Оптимус, обводя взглядом команду, — тогда нам остаётся надеяться, что Смоукскрин жив... и всё ещё следует за своим долгом.       Он сделал шаг вперёд, оптикой задержавшись на каждом из автоботов.       — Но мы не можем терять время. Судя по тому, что видела Арси, полагаю, теперь Мегатрон обладает мощью, эквивалентной Звёздному мечу. А значит, только у меня есть шанс вернуть омега-ключ.       — От этого зависит судьба Кибертрона, Оптимус, — напомнил Рэтчет, не сводя с Прайма взгляда. В его голосе была тревожная ясность.       — Знает об этом Мегатрон или нет, — нахмурился Балкхед, сжимая кулаки.

***

      Нельзя было сказать точно, сколько времени прошло после ухода Оптимуса. Но когда поступил запрос на активацию земного моста, вся команда почти мгновенно, в тревожном ожидании, собралась в центре зала.       Прайм появился первым: молча, с поникшими плечами и сломанным Звёздным мечом в руке. Его лицо было всё тем же твёрдым, сосредоточенным, и всё же в тени под гребнем проскальзывала усталость. Рэтчет, не задавая вопросов, мягко коснулся его локтя и жестом предложил пройти в отдалённую часть зала.       Из-за спины Прайма появился Смоукскрин. Он шёл с чуть театральной важностью, шаги — неторопливые, выверенные, как будто он репетировал это появление в уме не раз.       — Смоукскрин, — первым подал голос Балкхед, ещё не совсем веря увиденному.       — И омега-ключ номер один! — с довольной улыбкой объявил новичок, поднимая находку вверх.       Нокаут облегчённо фыркнул, глядя, как Арси чуть расслабила плечи.       — Видишь, Арси? — вполголоса обратился Нокаут к автоботке. — А ты ещё переживала за него.       — Он умеет удивлять, — чуть устало сказала она, но в голосе теплилось облегчение.       Бамблби слабо усмехнулся:       — Ну... в этот раз он и правда справился.       — Появился с ключом в руке и самодовольной ухмылкой, — тихо хмыкнул Нокаут. — Как будто так и было задумано.       — Не всем же стоять с паяльником, — шутливо поддел его Бамблби.       — Ага, кому-то везёт больше, — отозвался медик, глядя на свои инструменты на рабочем месте. — У кого-то — подвиги, у кого-то — инструменты и «Нокаут, подай мне вот это».       — Ты ведь знаешь, что без тебя всё это давно бы развалилось, — мягко отозвался Би и чуть усмехнулся.       Нокаут посмотрел на него искоса, и уголок его губ чуть дрогнул.       — Ты правда умеешь сказать вовремя, — пробормотал он. — Почти как обезболивающее.       Двое ботов только сейчас обратили своё внимание на беседу ботов, которые собрались вокруг сломанного меча. Их радостный вид после возвращения новичка вновь стал удручённым.       — Ты своё оружие получил, а Оптимус утратил, — прискорбно произнёс Балкхед, обращаясь к Смоукскрину, но не сводя взгляда с обломков.       — Баланс сил снова изменился, — продолжила за ним Арси.       — Хотя Оптимусу удалось на один день приобрести силу древних, ему не требуется меч, чтобы быть самым могучим из воинов, — спокойно заверил всех Рэтчет, переводя взгляд на лидера, вновь занятого расшифровкой координат.