Прикосновение (Touched)

Он выглядит таким юным, когда спит. Том поднимает руку и убирает прядь волос с лица Гарри, стараясь прикасаться достаточно осторожно, чтобы тот не проснулся. Когда волосы больше не мешают, Том придвигается немного ближе, чтобы лучше рассмотреть шрам. Его необъяснимо влечёт необычная форма, но когда Гарри бодрствует, Том изо всех сил старается не поддаваться искушению. Вряд ли парню понравится, если на него будут пялиться. Том тянет руку, чтобы коснуться шрама, но в последний момент сдерживается. Гарри выглядит таким умиротворённым. И он заслуживает отдыха — после всего, через что он прошёл из‑за Лестрейнджа и Гринграсса. Внутри него с пугающей скоростью нарастает ярость, и он крепче сжимает простыни. Если бы Гарри не был достаточно силён, чтобы сбросить с себя Империус... Но он сделал это. Он справился с этим. Более того, вёл себя так, будто в этом не было ничего особенного. Это заставляет Тома задуматься, на что ещё тот способен — помимо создания телесного Патронуса и беспалочковой магии. Он облизывает губы, позволяя голодному взгляду блуждать по лицу Гарри. По крайней мере, вчерашний день доказал Реддлу, что Гарри более чем заслуживает тех часов, которые он провёл, думая о нём. Любой, кто начинает источать столь сильный запах, как Гарри после того, как его поразило Проклятие Обвинения, должен обладать огромной силой — независимо от того, знает об этом Гарри или нет. Гарри, похоже, вообще ничего не замечает, и не только в том, что касается его собственной магической силы. Все знают, что даже Глава Аврората не имеет права просто так отправить человека в Азкабан, даже если его вина очевидна. И все же Гарри выглядел неуверенным, когда Том поправил его. И потом, он не знал, что я — Главный заместитель Министра. Том до сих пор не понимает, как такое возможно. Большинство журналистов любят упоминать его в своих статьях за его приятную внешность и обаяние. Странно, что Гарри не читает «Пророк» и вообще, похоже, не интересуется политикой. Но, с другой стороны, он знал мое имя. Интересно, что это все значит. Мне показалось, что Гарри откуда-то знал меня, когда я подошел к нему в ту первую ночь. Том улыбается, когда Гарри вздыхает во сне и неосознанно придвигается ближе. Он — одна большая загадка, и Том намерен распутать каждую ниточку, пока, наконец, не поймёт, что творится у парня в голове. Игра стоит свеч, теперь в этом нет никаких сомнений. Обернувшись, чтобы проверить, на месте ли его палочка (в этом плане Том немного параноик), он замечает краем глаза, как с кресла соскальзывает мантия Гарри. Он тянется за палочкой — разумеется, та всё ещё лежит на прикроватной тумбочке — и взмахивает ею. Мантия возвращается на спинку стула, но при этом что‑то выпадает. Книга. Нахмурившись, Том осторожно встает, стараясь не разбудить Гарри, берет книгу и долго смотрит на название. «Путешествия по измерениями: мифы и небылицы». Том медленно открывает книгу и читает вступление, его мозг работает на пределе возможностей. Дочитав вступление до конца, он также медленно закрывает книгу и прячет её обратно в карман мантии. Затем его взгляд возвращается к все еще спящему Гарри. Что ж. Я думаю, мне пора скорректировать свои планы.