Эльф в плену роз

      Ибо поведал Чжаню, как колдун оставил его умирать в розовых шипах, пока тот не согласится стать его. Тяжкое решение созрело в сердце Чжаня: отправить эльфа к его народу, где тот будет в большей безопасности, нежели рядом с ним. Ибо не хотел расставаться с Чжанем, ведь за столь короткое время успел полюбить его. Как известно, эльфы, подобно лебедям, создают пару на всю жизнь.       Чжань сжал зубы, чувствуя, что каждый вдох отзывается болью в груди. Эльф, стоявший рядом, смотрел на него глазами, полными тревоги и чего-то большего, чего Чжань не решался назвать. — Ты должен уйти, — прошептал Чжань, его голос хрипел, словно ветер, бьющийся о голые ветви деревьев. — Если ты останешься… то он найдет тебя…       — Я не оставлю тебя... — прервал его Ибо, тон был тверд, словно кремень, но сердце предчувствовало: расставание будет вечным. Пальцы эльфа коснулись руки Чжаня, и тепло Ибо проникло в его кожу, словно магия, стремящаяся исцелить не только раны, но и душу.       — Ты не понимаешь, — Чжань отстранился, его сердце сжалось от боли, не имеющей отношения к физическим страданиям. — Он убьет тебя. Или сделает что-то гораздо хуже. Ибо шагнул ближе, их дыхание смешалось в едином порыве.       — Я не боюсь его. Я боюсь потерять тебя. Чжань замер, его взгляд утонул в бездонных глазах эльфа. В них отражались его собственные страхи, его собственные сокровенные желания.       — Ты не понимаешь, что значит быть со мной, — прошептал Чжань, его голос был едва слышен. — Это не просто опасность. Это проклятие.       — Я знаю, — прервал его Ибо, его губы были так близко, что Чжань ощутил их обжигающее тепло. — И я выбираю это проклятие. Чжань закрыл глаза, чувствуя, как мир вокруг них растворяется, оставляя лишь их двоих. Его рука дрогнула, когда он поднял ее, чтобы коснуться нежной кожи лица Ибо.       Ибо ушел, а на его глазах блестели слезы, словно роса на лепестках утренней розы.       Прошло достаточно времени, и живот Ибо округлился, знаменуя новую жизнь.       Ибо почувствовал, как его живот напрягся под тяжестью бремени. Он стоял перед отцом, чей взгляд был холоднее зимнего ветра, пронизывающего стены дворца.       — Ты позор нашего рода, — прошипел отец, его голос рассекал тишину, словно отточенное лезвие. — Лекарь Джи Фу избавит тебя от этого выродка.       — Он не выродок, — возразил Ибо, его голос дрожал, звуча непоколебимой решимостью. — Этот ребенок плод моей любви. — Ты смеешь перечить мне? — отец надвинулся, и его рука, словно молния, обрушилась на щеку сына. Ибо почувствовал вкус крови во рту, но не опустил взгляд. Вместо этого он развернулся и бросился к двери, его сердце билось, как барабан, возвещая о неминуемом бегстве.       Он мчался по бесконечным коридорам дворца, казалось, сами знали путь. Каждый шаг отдавался эхом в его ушах, словно стены шептали: «Беги, беги, пока не поздно».       Ибо вырвался на свободу, в объятия ночи, которая встретила его, как старая подруга. Луна, словно свидетель его побега, освещала путь.       Ибо знал, что впереди его ждет нелегкий путь, но он был готов. Он не мог позволить отцу уничтожить то, что стало частью его самого. Его рука легла на живот, и он почувствовал слабое движение внутри. «Мы будем бороться вместе», — прошептал он, его голос был тихим, но полным решимости.       Он исчез в ночи, оставив позади дворец и все, что когда-то называл домом. Теперь его путь лежал в неизвестность, но его любовь и решимость должны были стать его проводниками.       Лес был густым, словно завеса из изумрудного бархата, скрывающая все тайны в своих глубинах. Ван Ибо бежал, его сердце билось в такт с тревожным шепотом ветра, который, казалось, предупреждал его об опасности. Его руки инстинктивно легли на живот, где под тонкой кожей теплилась новая жизнь — жизнь, которую его отец, король эльфов, считал позором.       Вдалеке показался дом — скромное убежище, где его ждал любимый. Сяо Чжань. Человек, который не боялся бросить вызов всему миру ради него. Ван Ибо ускорил шаг, чувствуя, как его тело начинает сдавать под тяжестью усталости и страха.       Дверь распахнулась, и Чжань появился на пороге, его глаза мгновенно наполнились тревогой.       — Ибо… что случилось? Как ты здесь? — Чжань шагнул вперёд, цепляясь за косяк. На Ибо не было королевских одежд – лишь грязь, царапины и следы слёз.       — Отец… он хотел… — Ибо сглотнул, чувствуя, как подкашиваются ноги. — Он приказал избавиться от нашего ребёнка.       Чжань поймал его, когда тот пошатнулся. Губы эльфа дрожали, а пальцы впились в ткань его рубахи.       — Я не позволю. — Лекарь прижал его к себе, вдыхая запах страха и усталости. — Никто не тронет тебя. Никто.       Ибо закрыл глаза, чувствуя, как сердце Чжаня бьётся в унисон с его собственным.       — Они придут за мной… — прошептал он.       — Пусть попробуют. — В голосе Чжаня зазвучала сталь. Он провёл рукой по животу Ибо, ощущая под пальцами лёгкий, едва заметный жар.       Эльф вздрогнул, но не отстранился. Напротив — прижался ближе, чувствуя, как тело лекаря отвечает на его дрожь.       Где-то вдали завыл ветер, предупреждая о буре. Но сейчас им было все равно.       Сяо Чжань прижал ладонь к животу Ибо, чувствуя под пальцами тепло и едва уловимое движение.       — Он толкается, — прошептал он, прижимаясь губами к тонкой ткани рубашки. Ибо закусил губу, подавляя дрожь. – Но я хочу тебя…       — Тебе нужен покой, — проворчал Сяо Чжань, целуя выпирающую косточку таза, — но не уточнял, какой именно. Ибо застонал, когда горячее дыхание коснулось внутренней стороны бедра.       — Ты… — он вцепился в волосы лекаря, — совсем испортился. Сяо Чжань лишь усмехнулся, чувствуя, как под его ладонью живот напрягается от учащённого дыхания.       — А ты разве не любишь, когда я забочусь? — он провёл языком по чувствительной коже, наслаждаясь сдавленным вскриком Ибо. Тень от занавески скользила по их телам, смешиваясь с прерывистыми вздохами.       — Подожди… — Ибо выгнулся, когда пальцы Сяо Чжаня нашли нужный ритм, — я не… не уверен…       — Тогда просто расслабься, — прошептал Сяо Чжань, чувствуя, как дрожь под его пальцами становится всё сильнее. После этого сексуального контакта у Ибо открылось кровотечение, Чжань с трудом остановил его и категорично заявил, что до родов никакого секса. Ибо нахмурился, но согласился. Он слишком дорожил этим ребенком. Тяжелый воздух наполнился запахом меди и пота. Ибо прижал ладонь к животу, чувствуя, как под пальцами пульсирует живая, тревожная боль.       — Хорошо.

***

      Темный лес шептал за спиной колдуна, цепкие ветви хватали его за плащ, будто молили остановиться. Он шагал вперед, не обращая внимания на шелест листьев под ногами – его цель была близка. Еще мгновение, и он окажется у него во власти. Тень, словно голодный ястреб, набросилась на Ибо, вырвав его из объятий полуденного солнца. Ибо, словно застигнутый врасплох олень, замер, блаженная истома мгновенно сменилась настороженностью. Где-то в глубине долины раздался тихий треск сухих веток, и сердце Ибо, словно загнанная птица, бешено заколотилось в груди. Чжань ушел всего лишь на несколько минут, а мир вокруг уже успел сгуститься, наполниться невидимой угрозой. Фигура в тени, словно сплетенная из самой тьмы, медленно вырисовывалась перед ним. Ее очертания были размыты, словно акварельный рисунок, попавший под дождь. Глаза, казалось, горели холодным, неземным огнем, пронзая Ибо насквозь. Страх, ледяной змеей, обвился вокруг его сердца, парализуя волю. "Ты знаешь, зачем я здесь, Ибо," - прошелестел голос, словно сухие листья, гонимые ветром. Ибо сглотнул, чувствуя, как пересохло во рту. Он знал. Знал, что однажды этот момент настанет. Используя колдавскские чары колдун похитил эльфа. Мрак подвала давил на сознание Ван Ибо, когда он пришел в себя. Холодные железные цепи впивались в запястья, оставляя багровые полосы на нежной коже. Он попытался пошевелиться, но тяжесть в животе напомнила: внутри него – дитя, их с Сяо Чжанем дитя, и сейчас оно в опасности. Заскрипела дверь, и в подвал вошел колдун. Его длинные пальцы с черным лаком скользнули по животу Ибо, заставив его содрогнуться.       — Как трогательно, — прошипел он, — мой старый враг подарил тебе такое сокровище… Ибо стиснул зубы, но страх сковал горло. Колдун наклонился, и горячее дыхание обожгло ухо:       — Ты думаешь, он найдет тебя? Я позаботился, чтобы твой возлюбленный искал не в том лесу… Цепи звякнули, когда колдун потянул за них, прижимая Ибо к холодной стене. — Но не волнуйся, — его голос стал сладким, как яд, — я не трону ребенка… пока.       Ладонь скользнула ниже, и Ибо зажмурился, чувствуя, как предательская дрожь пробежала по телу.       Где ты, Сяо Чжань?