A Time for Us

В тени шатров и тяжёлых деревянных лавок, где запах свежеиспечённого хлеба смешивался с сыростью утреннего тумана, среди гомона торговцев и звонкого переклика глашатаев, пронёсся вихрем Томас Трюмпер. Темноволосый наследник, с дерзким огнём в карих глазах, ловко скользил между прилавками, уворачиваясь от мешков с зерном, цепляясь подошвами сапог за скользкую брусчатку. В зубах у него блестело красное яблоко, сорванное с торгового лотка столь стремительно, что возмущённый купец ещё не успел осознать своё поражение. — Проклятый мальчишка! — гремел его голос, пронзая суету утреннего рынка. — Вернись сюда, ворюга! Но Томас лишь рассмеялся, откинув голову назад и откусив кусок яблока с явным наслаждением. Словно ветер, он проносился вдоль рядов, оставляя позади лишь его же собственный смех и звуки поспешных шагов торговца, тщетно пытающегося нагнать юного виконта. Среди толпы мелькали женские силуэты — торговки, дочери ремесленников, служанки. Томас ловко лавировал между ними, не преминув подмигнуть одной из дам, чей румянец стал мгновенным подтверждением успеха его шутливого кокетства. Сворачивая в узкий переулок, он резко затормозил, оказавшись среди друзей. Громкий хохот раздался в ответ на его появление. — Вот ты даёшь, Трюмпер! — раздался низкий голос Георга, коренастого парня с ярко-зелёными глазами, чья смуглая кожа ловила утренний свет. Георг хлопнул Томаса по плечу, его ухмылка была широкая, а взгляд — наполненный заговорщическим огнём. — А если тебя поймают? — Меня не ловят, — самодовольно отозвался Томас, отряхивая плащ. — А что, если нам нужно кое-кого поймать? — загадочно продолжил Георг. Томас вскинул бровь. — Ну же, говори. — Завтра бал-маскарад в замке Каулитцев, — прошептал Георг, но в его словах звучало предвкушение. — Что, если мы проберёмся туда? Наступила короткая пауза, затем на губах Томаса появилась та самая ухмылка, за которую его друзья были готовы следовать в любое безрассудство. — Ну что ж, похоже, нас ждёт очередное прекрасное приключение. Георг хлопнул его по спине, остальные переглянулись, в глазах каждого светился азарт. И Томас Трюмпер не мог устоять перед вызовом.

***

По узким улицам города тянулся их путь, пересекавший гулкие площади, где расхаживали старики в длинных плащах, торговки перекликались над грудами фруктов, а гонцы пролетали, неся важные известия к домам знати. Утренний воздух ещё хранил влажную свежесть, но уже чувствовался жар грядущего дня. Томас шагал впереди, лениво отрывая от яблока последние куски и с азартом поглядывая по сторонам, словно искал очередную забаву. Позади него, чуть развалившись в походке, шёл Георг, время от времени поправляя плащ и ведя неторопливый разговор. — Итак, — начал он, ухмыляясь. — Каулитцы. Что мы знаем о них? Томас фыркнул. — Что их род славится угрюмостью и снобизмом. Георг рассмеялся. — И что в их семье нет никого симпатичнее доброй упряжной лошади! Томас прыснул, скрывая смех в рукаве, а остальные поддержали разразившийся смех, наполняя улочку живым весельем. Но тут Густав, миловидный пухлый светловолосый мальчишка с ореховыми глазами, робко вмешался, чуть запинаясь: — Вообще-то… говорят в точности наоборот. Георг с ухмылкой повернул к нему голову. — Ах, да? Густав сглотнул, но набрался смелости. — Говорят, миледи Элизабет необычайно красива, — произнёс он. — Да и её брат… На этих словах Томас резко остановился и перевёл взгляд на Густава. — Брат? — Вильгельм, — кивнул Густав, потупив взгляд. — Говорят, что его красоту не сравнит ни одна девушка. Томас не сдержался и громко рассмеялся, запрокинув голову. Густав покраснел, переминаясь с ноги на ногу. — Я просто… передаю слухи. Томас, наконец, выдохнул, но во взгляде его появилась задумчивость. — Красавец, говоришь, — протянул он, откидывая надкусанное яблоко в сторону. Георг наблюдал за ним с интересом. — И что ты собираешься делать с этим знанием? Томас медленно развернулся к друзьям, а в его карих глазах вновь заплясало что-то бесшабашное. — А если проверить? Георг усмехнулся. — Проверить? — На спор, — Томас хитро улыбнулся. — Сорвать маску с молодого графа Каулитца, чтобы убедиться, что все эти легенды — просто глупая болтовня. Парни переглянулись, а затем с новой волной смеха поддержали безумную идею наследника Трюмпера. Ночь обещала больше, чем просто праздник. Она готовилась стать ночью дерзкого вызова.