Мастера флирта

Лиза стояла в ванной комнате и пыталась разглядеть своё лицо в запотевшем от густого пара зеркале. В отражении на неё смотрела уставшая женщина чуть за сорок. Под глазами круги от этих чёртовых круглосуточных съёмок, соблазнительный изгиб губ начал терять форму с годами и расползаться, на шее уже засели две глубокие борозды морщин. Но взгляд всё ещё оставался живым, а благодаря россыпи веснушек, ей давали не больше тридцати. Сносно. Она аккуратными движениями нанесла ночной крем для лица. Хотя какой в этом толк? Сейчас всё равно сотрётся вместе с горячим потом, надеялась она. Натянув для приличия атласные пижамные брюки, она покрутилась у зеркала ещё немного — регулярные занятия в тренажёрном зале давали свои результаты. Они провела ладонями от ложбинки на животе выше, ловя руками свою голую грудь, и слегка сдавила — наверное, это будет именно так. Что ж, пора. Она вышла из ванной и почувствовала, как кожи касается прохладный воздух. По рукам и животу побежали мурашки, заставившие напрячься мышцы пресса. Соски затвердели. Она вошла в спальню, где на кровати сидел Чан. На её кровати. — Ну что, Мистер Австралия, покажешь мне, как сильно ты хочешь вернуться в проект? Чан поднял голову, и на лоб упала тёмная дерзкая прядь. Его зрачки расширились, когда он медленно проскользил взглядом по женской оголённой груди. Она плавно подошла к нему и в одно движение уселась на колени, прогибаясь в пояснице. Чан несмело положил ладони на округлые блестящие атласом ягодицы. Маленький пальчик с длинным ногтем лёг в его ярёмную впадину и проследовал вверх до подбородка — Чан поднял лицо. Бордовый ноготок впился в подбородок. — Это просто секс, — тихо, но уверенно произнес он, посмотрев ей в глаза. — Конечно, — согласилась она по-деловому. Его пальцы сжали упругую попку и придвинули Лизу ближе к себе. Чан посмотрел на её губы, раздумывая, а стоит ли? Помедлив секунду, он опустил губы сразу на её шею и медленно заскользил вниз к ключицам, будто пытаясь распробовать ощущения. Лиза выгнулась к нему навстречу, и Чан почувствовал через ткань майки, как её соски врезались в его грудь. Это возбуждало. В джинсах становилось теснее. Его руки двинулись вверх по обнажённой пояснице, пальцы непроизвольно сжались на тонкой талии, будто поймав добычу в свои сети. Не сопротивляясь, она придвинулась ближе, и в ответ её небольшие ладони скользнули под чёрную футболку, стянув её вверх и обнажив рельефные мышцы его плеч. Едва освободившись от ткани, губы Чана тут же нашли её грудь, опускаясь на твёрдый сосок. Зубы нарочито задели нежную кожу — Лиза ахнула. Но в следующий миг, когда его тёплые губы слишком трепетно коснулись её прохладного плеча, она вдруг резко вцепилась ему в волосы, заставив поднять глаза. — Давай без ненужных никому здесь нежностей. Чан замер, его дыхание обжигало кожу. Медленно ухмыльнулся: — Боишься, продюсер? Её ногти впились в его кожу глубже: — Я боюсь только низких рейтингов. А ты… — она толкнула его на спину, — …просто очередной проект. Зеркало на потолке отразило, как атласные брюки соскользнули на пол — последний элемент декора, падающий перед началом основного действия. *** Прохладный воздух смешивался с вишнёвым паром от вейпа Лизы. Чан стоял в одних боксёрах, прислонившись к перилам небольшого балкончика — его загорелая кожа покрылась мурашками, босые ступни мёрзли на холодном полу, но он старался не подавать вида. — Это ты подсунула мне Феликса? — голос Чана звучал глухо. — В школьной форме. Лиза выпустила дым колечками, наблюдая, как они растворяются над его головой. — Хах, а ты думаешь, только я плету там интриги? Это был его собственный выбор. Как и твой… — её взгляд скользнул вниз по его телу. Чан развернулся, впиваясь ладонями в перила: — Так что? Я выполнил условие. — Возвращаешься в следующем выпуске, — Лиза щёлкнула языком. — Но это должен быть новый Чан. — А чем тебя этот не устраивает? Мне показалось… — он качнул ногой в её сторону. — тебе понравилось. — Оставь свои наивные заигрывания для другого места. Это бизнес. Зрителя нужно удивлять, — её голос стал жёстким. — Тот Чан, что орал, дрался и крушил декорации — уже никого не заведёт. Даже Феликса. Чан стиснул челюсть. — Кстати, он не то чтобы долго страдал по твоему уходу, — Лиза притворно зевнула. — В смысле? — Ну… они ж теперь с Хёнджином живут… вместе, — она поймала его взгляд и ухмыльнулась. — В общем, завтра в эфире увидишь. Не могу всё спойлерить. Чан резко выпрямился: — И что же мне, по-твоему, нужно делать? Лиза хищно улыбнулась: — Шоу нужна свежая драматическая дуга. — Но ты обещала, что я вернусь к Феликсу. Лиза тяжело выдохнула. — К Феликсу. Но перевернём конфликт. Ты заходил как «соседский парень». Милый. Попсовый. Теперь будешь — ледяной ублюдок, — её пальцы щёлкнули перед его лицом. — Стилисты сделают из тебя бомбу. Но вот это… — она ткнула ему в грудь, — …не моргать при виде Феликса — твоя работа. — А если я откажусь? — Чан перевёл взгляд на собственные пальцы, сжимавшие перила. — То есть сдаёшься, не попробовав? — Лиза достала телефон из кармана халата. — Мы же уже переспали. Самая мерзкая часть позади. Или ты планировал вернуться ради него и выть под дверью, пока Хёнджин его трахает? Чан резко отвернулся. — Я не буду его… — …Кровати они уже сдвинули, — перебила его Лиза, будто размышляя. — Хотя, судя по тому ночному видео, им достаточно условий попроще. Чан не ответил, но лицо исказилось в гримасе отвращения. Она протянула ему контакт: — Дам специалиста по ретритам. Три дня — и выйдешь другим человеком. Как раз к следующему испытанию. — Магия Дэвида Блейна? — он зло хохотнул. — На время хватит. Потом, если захочешь, дадим психолога. Для… управления эмоциями. — Гладко стелешь. Фея-крестная, что ли? — Просто хочу шоу. Шоу, которое не будет «как все», — Лиза прищурилась. — А ты зачем возвращаешься? Признаться в любви? Кулаки Чана сжались. — Выяснить… — Чан смотрел себе под ноги, — …отношения. — Вот это мне и нужно, — она поймала его за подбородок, заставляя посмотреть в глаза. — Размажешь его в эфире, а потом забирай. Делай, что хочешь. — Звучит грязно. — Ему полезно спуститься с небес. И лучше это сделаешь ты: опустишь… и сам же бережно соберёшь своего падшего ангела, — её пальцы скользнули по его груди. — Каждый получит своё: ты — Феликса, он — эфирное время, я — рейтинги. Чан посмотрел на огни города. Где-то в этой тьме путались гнев, ревность и что-то ещё. — Договорились, — прошептал он. Лиза торжествующе выдохнула дым ему в лицо: — Умничка. А теперь одевайся и проваливай — завтра начинаем твоё "преображение". Лиза вернулась в комнату, Чан остался в одиночестве. Он посмотрел на свои руки. Они странно дрожали. Но это точно не из-за страха. Просто… предвкушение. Да. Он же вернётся к Феликсу. Значит, всё правильно. *** Чан сидел перед зеркалом в пустой гримёрке, пока остальные участники снимались в испытании с приглашённой звездой. Отражение в зеркале казалось чужим — будто смотрел на старого знакомого, которого давно не видел и теперь не узнавал. Его привычные мягкие волны волос были уложены назад гелем, обнажая резкие скулы и крошечный шрам над бровью, который раньше всегда прятался за непослушными прядями. Тёмный блеск на губах делал их неестественно чёткими. Кожаный жилет на голом торсе подчёркивал каждый мускул, но теперь выглядел не как привычная одежда, а как доспехи. Грузные цепи завершали образ — слишком холодный, слишком тяжёлый, непривычный. Дверь распахнулась. Том ворвался в гримерку, уже на ходу говоря: — Чан, тебя ждут на площадке, голосование начинается… — он замолчал, увидев его отражение в зеркале. — Ого. Чан не ответил. Его пальцы нервно постукивали по ручке кресла. — Что сказал? — он вдруг спросил, не поворачиваясь. Том мягко улыбнулся: — Думаю, ему понравились. Космеи — очень романтичный выбор. Чан кивнул, но не встал. В зеркале его отражение дышало ровно, тогда как настоящие лёгкие сжимались в груди. Он провёл рукой по новым волосам, будто пытаясь стряхнуть этот образ, но гель держал всё намертво. Том сделал шаг назад к двери: — Готов? — Да. Чан резко поднялся, заставив ножки кресла заскрежетать о пол. На секунду в зеркале мелькнуло что-то знакомое — искра в глазах, напряжение в челюсти. Но когда он повернулся к Тому, это был новый "Ледяной король" — прямая спина, холодный взгляд, сжатые губы. — Пошли. Его шаги зазвучали стуком каблуков по полу.