Сердце из песка

      Гэвин меланхолично размешивал сироп в стакане с кофе, дожидаясь, пока разогреются упаковки с сэндвичами на завтрак. Рассматривал Чака. Подперев рукой щёку, тот полудремал за маленьким столиком при мазаганчике, куда с утра зашли за быстрым завтраком.       Чарли максимально был недоволен ранним подъёмом, даже несмотря на то, что спал намного больше Рида: и отъезд на вечеринку проспал, и возвращение. Даже когда его, спящего, Гэвин по матрасу к себе подтянул, чтобы втроём разместиться, не проснулся. Вышло его растолкать только в пять утра. Ворчал, стоя под душем и вычищаясь от своих любовников. Ворчал, натягивая одежду. Ворчал, пока спускались вниз в круглосуточный за перекусом. Ричард, заявивший, что с утра ему нужно просмотреть документы, присланные из гарнизона, в комнате остался. Предупредил, что соберёт вещи и подгонит багги, когда закончит.       Сейчас Чак уже не ворчал: глаза прикрыл и клевал носом за столиком. Опухшие со вчера губы. Пушистые ресницы. Свисающая на бок чёлка. Растрепавшиеся на брови волоски, которые так и хотелось пригладить пальцем. Трогательно торчащие уши. Бледная кожа на шее с выцветающими следами от лап Ричарда…       Рид вздохнул и достал два сэндвича раньше, чем микроволновка начала пищать, завершив свою работу. Поставил на стол поднос с завтраком, пододвигая ближе к очнувшемуся О’Дарку его приторный кофе. Хриплое «спасибо» в ответ — и Чак присосался к стакану. — Не любитель ты ранних подъёмов, да? — И что меня выдало? — буркнул, разворачивая сэндвич. Розовый язык голодно по губам мазнул в предвкушении. — А ты почему вечно такой бодрый с утра? — Привычка. Сержант нас будил, отбивая по жестяной мусорке. — Убил бы… — Угу, — Гэвин свой сэндвич кетчупом полил. С удовольствием зубами впился. — Я привык до обеда спать. Никого в доме нет, никто не трогает. Лучшее время, — Чак мечтательную улыбку тянул. Хитро на Рида глянул. — Но если бы сексом разбудил, то я бы пободрее был.       Гэвин усмехнулся, кофе отпил. — Была мысль. Но ты бы вряд ли оценил такое в пять утра. — Не попробуешь — не узнаешь, глупышка, — хихикнул. Выглядел после кофе свежее.       Про встречу с бароном Рид и Ричард договорились не говорить Чаку, но вот кое о чем другом Гэвин все же планировал спросить. О том, что ещё со вчерашнего вечера его мучило. — Тебе не понравилось вчера? — Что именно? — Секс со мной. Ты хотел, а потом сразу Рика позвал… — Ревнуешь, солнце? — дерзкий оскал и беспокойный взгляд по лицу скользнул. — Думал, что не твоя тема. Тебе вроде похер… — Не ревную. Просто понять хочу, что я не так сделал. Тебе не понравилось? Как будто в процессе всё ок было. Но когда ты кончил, а потом его позвал... — Гэвина это реально беспокоило. Хотелось, чтобы Чаку секс с ним нравился. — Если я что-то не так сделал, то ты бы мог мне сказать сразу. Я бы прекратил. — Забей, Гэви. Какая разница? Оттянулись, оторвались… — Для меня есть разница. Я хочу знать на будущее… — На какое будущее? — фыркнул в ответ. — Найдём ранчо и расстанемся. Финальный же был. Так что похер, забей…       Вроде головой Гэвин это тоже понимал, но внутри всё равно беспокойством свербило. Вдруг вчера лишнее себе позволил и силой заставил Чака с собой быть. Такое ни на одном уровне не желал. Даже в процессе был готов отойти, если бы его остановиться попросили. Это хотел донести до любовника. — Я знаю. Но всё равно хочу разобраться. Что я не так сделал? Ты бы мог сказать — я бы прекратил. — Ёб… Да какой же ты занудный, — Чарли вздохнул, по лицу рукой провёл. — Всё ок, нормально сделал, понял? Я просто Рика дразнил. Изначально был не против с ним ебаться. Просто на место надо было поставить… — Ты сразу меня оттолкнул. Я перегнул где-то? Вроде следил, чтобы тебе хорошо было... Не понравилось? Больно было?       Чак весь скривился. Назад на спинку стула откинулся и на Гэвина прямо посмотрел. Пухлые губы в тонкую полоску вытянулись. Искривились в презрительную ухмылку. — Какой же ты мудак, Рид, — процедил сквозь зубы. — Кончай со своим приколом. Чо добиваешься?       Гэвин ничего не добивался. Он знать хотел для собственного спокойствия, что не навредил вчера. Максимально же хотел нежно и аккуратно, но что-то такое сделал, за что его Чак теперь мудаком называл. Растерялся и нахмурился. — Я знать хочу, что не так было. И никакого прикола нет. Просто скажи. Я не обижусь… — Вот этот прикол, — Чарли рукой на него махнул. — Как будто тебе не похер. Это нахуя? Типа тебе не срать, больно мне или неприятно? И эта твоя как бы нежность и забота! Чо добиваешься? Чтобы расслабился и поверил, а потом ты мне под дых врезал? Может, отвалишь уже и перестанешь прикидываться? — Я не прикидываюсь. Я же говорил… — Пошёл ты!       Чак со стула вскочил, схватил стакан с кофе и на выход пошёл. Попытался автоматической дверью хлопнуть, но не вышло, так что с досады пнул её.       А Гэвин устало вздохнул. Решил больше Чака не пытать расспросами. Действительно, смысла не было: заканчивалась сегодня их история с весёлыми потрахушками на троих. По крайней мере, он попробовал выяснить и убедился, что реально чем-то Чарли разозлил и вчера, и сегодня. В голову О’Дарка влезть не мог, и понять, почему тот так агрессивно проявление заботы воспринимал — тоже. Возможно, что это с прошлым Чака было связано, а этого Гэвин изменить не мог. Как и то, что ему до сих пор не верили.       Дожёвывая сэндвич, посматривал, как за витриной Чарли стоял, допивая кофе. Припарковавшийся багги заметил и на выход пошёл. С О’Дарком в дверях столкнулся. На угрюмое «сиги куплю» кивнул и к тачке направился. Довольно улыбаясь, андроид ему место за рулём уступил, уточнил, где «паршивец». — Сигареты покупает. — Отвратная привычка — никотином травиться. — Его дело. — И тебе не стоит. — Моё дело.       Недовольно вздохнув, андроид на своём месте замолчал. Только хмуро на магазин поглядывал. Минуты через две оттуда Чарли выскочил. На заднее сиденье багги запрыгнул, скатился вниз и завопил: — Едь! Едь! Едь!       Гэвин хмуро на него оглянулся, а потом на магазин, где на пороге застыл продавец с ружьём в руках. Смотрел на машину через прицел. — Оплатить забыл, пацан! — Блядь, — Рид сердито сквозь зубы процедил. — Едь, Гэв! Хули встал? — Какого хера, Чак? — Гони! — Эй! Оплата! — крик раздался со стороны. — Я же вижу, что в багги залёг! Я выстрелю! — Сейчас оплатим! — отозвался Гэвин. — Он не местный! Извините! Чак, блядь, иди заплати, — зашипел сердито. — У меня бабок нет. Гони, Рид! Хули ты? — всё ещё пытался на дне спрятаться, прижимая что-то к груди. — Гони, блядь! — Нехер воровать! Если бабок нет, то не бери ничего! Ты ебанулся?! — Эй! Оплата!.. — Сейчас! — Ричард со своей стороны ответил. Проскрежетал «долбоёб» и из багги выпрыгнул. Направился в магазин, уточняя сумму.       А Чарли нехотя поднялся. Угрюмо на заднее сел и сиденье Гэвина пнул. — Хули тормозил? Я ж сказал гнать… — Хули воруешь? Хочешь, чтобы твою морду у полицаев засветили? Чтобы нас у границы приняли? Ты, блядь, башкой думаешь? — Рид полностью развернулся. Смотрел на дурака, который только что собственноручно чуть себе арест не оформил.       А тот сидел и недовольно губы кривил, раскладывая поверх дорожной сумки свою добычу: пачку сигарет, две банки пива и одну тириума, три сырные сосиски. Из-за такой мелочи всю их конспирацию чуть коту под хвост не пустил. — Ты реально долбоёб, — со вздохом Гэвин волосы на макушке взъерошил. — Сказал бы, что денег нет, я бы дал. — Мне не нужны подачки. Покупать скучно… Эй!       Подошедший Ричард ловко с сумки пачку сигарет сцапал. Процедил недовольно: «Я ж купил» – и на своё место сел. Сорвал защитную ленту, вытащил сигареты и, смяв их, на дорогу скинул. На сердитое «уёбок» позади резко обернулся и ударил кулаком по бедру Чака. Тут Рид даже заступаться не стал — О’Дарк реальную хуйню выкинул и заслужил. Пока они с Риком собственными шеями рисковали, вытаскивая его задницу из передряги, придурок такие финты выкидывал, за которые все трое присесть могли. А Гэвин — даже жизни лишиться, если барон осуществит свою угрозу с «максимальной жестокостью».       В угрюмой тишине багги с места тронулся, направляясь к северным воротам Бордера. Ближе к центру города движение на дороге прилично замедлилось. Припаркованные у обочины грузовики с кузовами, наполненными камнями, вынуждали водителей в один ряд выстраиваться и гуськом друг за другом ехать. Странное городское решение нисколько Рида не волновало до момента появления растянутых над дорогой баннеров. На них горожан и гостей приглашали вечером на очередное повешенье покупателей Рынка Нетронутых. Обещали выступление оркестра, ярмарку и возможность принять участие в казни, используя заготовленные каменные снаряды.       Гэвин прислушивался к ненавязчивому шуршанию обёрток сзади, переживая, как Чак отреагирует на подобные новости. А когда мимо площади с выставленной виселицей и тремя раскачивающимися телами проезжали, то не выдержал и оглянулся. Чарли без особого интереса на площадь смотрел, пиво из банки тянул. Взгляд на себе заметил и протянул Риду вторую. То ли вид трупов его не беспокоил, то ли информация о Рынке ему неинтересна была, но то, что он не нервничал и не паниковал, Гэвина и самого успокоило. Поблагодарил, забирая. — Это ты Рику говори. Он же купил, — хмыкнув, О’Дарк Ричарду тириум протянул. — Не хочу. — Тогда зачем покупал? Я точно пить не буду, — на колени андроиду кинул жестянку, о сиденья впереди облокотился. — Нормальные у них тут развлечения. Не видел в Мирне подобных празднований. — Раньше тоже были, когда полицаи Рынки закрывали. В назидание и для устрашения пользующихся, — пояснил Ричард. — Два года — и ни одного не осталось в городе и округе. — Я помню, — кивнул Гэвин. — Мелким тогда был. Вроде брат твой всегда рычаг дёргал, да? — Когда выскородных казнили, то да. — О, и этих тоже вешали? Прикол! — Перед законом все равны. — Но некоторые равнее, — Чарли фыркнул, сминая жестянку и скидывая её в грузовик с камнями. — У тя брат есть, Рик? Не знал. — Полковник полицейского департамента. — О, Коннор, что ли? Слышал, что та ещё заноза в заднице.       Рик усмехнулся и кивнул. — Семейное у вас, значит, — хихикнув, Чарли Гэвина в плечо ткнул. — А у тебя, Гэв? Чо как по семье? Есть братья? Сёстры? — Нет. Дед был, да сдох, пока я в легионе служил. — Не близки были? — Больше терпели друг друга. А у тебя, Чак? — Все люди братья, вроде как… — Я серьёзно. Есть родные? — Родные? — Чарли задумчиво щёку почесал. — Почти были. Почти родные. Можно, наверно, их так считать. — Что значит почти? — Гэвин даже оглянулся, чтобы удостовериться, что не шутит. А Чак куда-то вперёд смотрел, щёку изнутри покусывал. — Доедем и узнаем, — улыбнулся и подмигнул Риду. — А ты знаком с братом Рика? Встречались? — Нет, не довелось. Вроде старший, да? — Старшая модель, — кивнул андроид. — Ууу, большой брат! Шпыняет тебя, Рики? Отчитываешься перед ним? — Нет, у нас разные зоны ответственности. — Но достаёт, да? Старший же брат. Думает, что умнее и круче тебя? — Заткнись, Чак.       Заметно стало, что Ричард раздражаться начал. Тонкая улыбка губы растянула. Голос чуть тише стал. Пальцем по колену барабанил. — Да брось, солнце. Я ж любя, — хихикая, Чарли его головой в плечо боднул. — Такого славного младшего оболтуса грех не пошпынять, а то совсем от рук отбился. — Ещё раз тронешь, я тебе голову оторву, — мягко, но с совершенно отбитой улыбкой произнес, оглянувшись на засранца. — Мою красивую голову, Рик? — Чарли деланно охнул, к Риду щекой прижался. — Но Гэвин её так обожает. Расстроишь своего любимого, золотце?       Ричард челюстью скрипнул, диодом мигнул и обратно на дорогу развернулся. Неловко стало в багги. Чтобы сбить напряжение, Рид банку с пивом Чаку протянул с просьбой открыть. Наглому глотку даже не удивился. Сам отпил, когда вернули. И рукам, обхватившим за плечи, не удивился, и голове, разместившейся на плече. Пока медленно через город ехали, то не против был, чтобы Чак обнимал. За пределами города планировал напомнить, чтобы держался за раму. Даже приятно стало, что ссора в магазинчике забылась и вернулась былая дурашливость и тактильность. «Отходчивый» — вспомнил слова друга Чарли.       Без проблем прошли пост охраны и через четыре часа прибыли на точку к обведённой Чарли площади. Солнце постепенно нагревало открытую кабину маленькой машины и трёх её пассажиров. Робко прощупывало ранних гостей своими горячими пальцами. Предупреждало, что дальше будет опаснее, что к полудню оно доберётся до самой высокой точки на небосводе — и тогда никто не сможет укрыться от его жарких объятий. Оно иссушит воздух, раскалит поверхности, выжжет всё, до чего дотянется. Не пощадит никого: ни мелкий колючий кустарник, цепляющийся ломкими корнями за хрупкий песок, ни юркую ящерицу, пытающуюся укрыться в тени багги, ни глупых путников, ищущих среди песков верную дорогу. Яркие блики слепили глаза — солнце приветствовало гостей в своём песочном чистилище.       Первая отворотка с накатанным песком привела к ржавым амбарам с выцветшим логотипом зерновой компании. Ничего живого тут не было. Ничего, хоть сколько-нибудь напоминающего жилое здание, тут не находилось. — Не оно!       Гэвин это и без пояснений Чака видел. Оглянулся и выкрикнул из-под банданы: — Есть смысл дальше по дороге ехать?! Было такое по пути?!       В тёмных очках, которые О’Дарк у рыжего солдатика получил, да с банданой на пол-лица, было не понятно, что думал. Голову склонил, рассматривая строение. Капюшон от пыльника поправил. — Нет! Вроде нет! — Так «вроде» или нет?! Ты можешь чётче давать координаты?! — из-за усиленно работающего охлаждения внутренней системы Ричард раздражённым выглядел. — Точно нет! Не было!       Рид с картой сверился, развернул машину перед ангаром и обратно на основной путь выехал.       По второй отворотке дольше ехали. Добрались до прогнившего остова ветрогенератора. Сами лопасти виднелись рядом, двумя ребристыми краями торчали из песка. — Мельница была?! — Ричард с вопросом посмотрел. — Что это?! — Блядь, ветрогенератор! Энергию вырабатывать! С лопастями! — Старый! — Гэвин назад обернулся. — Такие сто лет назад использовали. Было?! — Нет! Стойка с панелями для солнца была, но уже на территории. Такого дерьма по пути не было! — Ясно…       С тяжёлым вздохом пришлось принять факт, что по наезженным дорогам дальнейший поиск вестись не будет. Следовало вглубь ехать. — Логичнее с этого квадрата начать, — Ричард пальцем очертил ближайшую зону.       Прикрикнув, чтобы Чарли крепче держался, Гэвин съехал на плотный песок. Большей частью ровно ехали, но местами багги качало на занесённых песком камнях.       Пока Рид вперёд вглядывался, его попутчики по сторонам посматривали, выискивая какие-нибудь постройки. — Что-то ещё там есть знаковое? Деревья? Вышки? — Оранжерея крытая в доме! Ворота деревянные! — Охуенно, — пробормотал Ричард.       Три часа провели на солнцепёке, прежде чем въехать на высокий бархан. С него удобно было большую площадь осмотреть, чтобы не тратить время и газолин на бессмысленную езду. За спиной осталось три исследованных квадрата, а в запасе ещё два часа до выезда обратно к городу. — Ворота! — Ричард рукой указал на точку вдалеке. За насыпью не рассмотреть было, что за ними располагалось. Да с такого расстояния Гэвин и не видел. Потребовал у Чака из сумки бинокль. — Оно! — конечно, перед тем, как Риду передать, тот и сам в бинокль глянул. — Сломанные?       Два металлических столба виднелись. Железная вывеска, что между ними крепиться должна была, на ребре стояла рядом. — Чинят, — уверенно заявил Чарли. — Оно! Точно там! Погнали!       Поставив точку на карте и проверив время, Гэвин к нужной локации направил их машину. Полчаса по ровному песку — и уже различал потрескавшуюся краску на металле, почти прозрачные буквы на пластине: «Ранчо Эванса».       Ричард руку на колено Гэвина положил. Сжал. Неожиданный жест от андроида не вызвал раздражение. Рид больше удивился, глянул искоса с вопросом. Рик странно бровями дёргал, глазами указывал на табличку. Словно намекал. Что-то знакомое в написанном названии было. Гэвин попробовал вспомнить, проезжая искорёженные ворота.       «Ранчо Эванса». Эванс…       В голове всплыл голос Ричарда: «Его художник местный купил — Реймонд Эванс». — Ох, бля, — пробормотал, вглядываясь вперёд. — А где?.. А как?.. Ближе… — Чарли на своём месте в полный рост встал. Пришлось скорость снизить. — Какого хера?!.. Это… — из багги выскочил и, спотыкаясь, помчался вперёд к тому, что осталось от дома после пожара. — Чак?! — Рид машину остановил. Рука Ричарда по колену похлопала. — Подожди, Гэвин. Дай ему время. — Он сюда хотел? Тут его друзья?.. — Были. Видимо. — Тот, кто его купил?!       На это Рик плечами пожал.       А Чарли застыл возле двух почерневших столбов, что, видимо, раньше служили опорой для парадных дверей. В шоке оглядывал занесённое песком пепелище, стискивая в руках очки.       Двое его спутников из машины вышли, рядом встали. — Чак? — Да как так-то?! — в отчаянии капюшон пыльника стянул, обеими руками волосы взъерошил. — А куда?.. А где все?.. — Погибли в пожаре, — резко обернулся на голос Ричарда. А тот спокойно кивнул, заложив руки за спину. — Девять лет назад пожар был. Мистер Эванс погиб… — А мистер и миссис Ли? — огромные зелёные глаза с надеждой смотрели. Блестели влагой в уголках. — Не знаю. Кто это? — Работали тут. Прислугой. Мистер Ли чинил всякое, готовил, а миссис Ли убирала, стирала… — Прислуга тоже погибла вместе с хозяином. Три трупа.       Чарли обратно к остаткам дома развернулся. Руки безвольно по бокам повисли, плечи опустились. Словно уменьшился весь. Стоял перед разрушенным домом, в который с самой Мирны стремился, и молчал. — Ты к ним сюда ехал? — Гэвин аккуратно шаг вперёд сделал. — К мистеру и миссис… — ...Ли, — кивнул. — Они выкупить меня хотели у Эванса. Деньги копили, — глухо голос звучал. — Должны были через три месяца… Срок такой был… Десять тысяч… Чтобы я с ними остался… — Родные, да? — Рид мягко руку на плечо положил. Поддержать хотел.       Понял теперь прекрасно и откуда Чарли планировал деньги взять, и откуда такую цифру называл, и почему именно сюда рвался. Прислуга хотела привезённого с Рынка мальчика выкупить у хозяина. Но каким-то образом пожар или ещё что-то помешало этому. И Чарли у барона оказался. Может, тот предложил Эвансу больше. Может, ещё какая напасть случилась… — Хорошими были. Правда. — Чарли на Рида посмотрел. Улыбка покрасневшие от солнца щёки тянула. В глазах печаль застыла. — Мистер Ли готовил охеренно. Меня учил. — Он указал вправо, где остатки чугунной плиты торчали из песка. — Тысячу рецептов супа знал. Однажды даже сварил из семечек. — Хмыкнув, Чак глаза потёр. — Говорил, что только из них, но я тогда уже разбирался немного. Там стопудово тыква эта ебучая была... А вот тут — кладовка с запасами, — Чарли смело внутрь шагнул. — Пять шагов от двери.— Замер и направо повернул. Руками обвёл пустое пространство, запорошенное песком. — Тысяча полок с пакетами, коробками банками. И все подписанные! У него всё чётко было! Шесть шагов, — отсчитал дальше. У того места с плитой встал. — И кухня. Тут тоже всё чётко. Три шага сюда — и постирочная миссис Ли. Порошком воняло пиздец. Как постирает, то на весь дом несло. Но мне нравилось. О! Вон там под лестницей она пылесос хранила, веники. Лестница на второй этаж. — Указал вверх, оборачиваясь к своим слушателям. Глаза безумным восторгом лучились. — Там спальни были. До моей — два шага, до Эванса — семь шагов. Туда заходить нельзя было. Миссис Ли сама там убирала. На первом этаже их комната — отсюда семь шагов, а от двери семнадцать — там их спальня была. Большая кровать, тумба с фотографиями. Их сын в чёрной рамке. — Он указал на пустое пространство. — Погиб от укуса змеи в моём возрасте. Тут шкаф с одеждой. Его тряпки мне до двенадцати подходили. Шляп у миссис Ли до хера было! Все в коробках!..       Чарли тараторил, размахивая руками. А Гэвин на Ричарда оглянулся с немым вопросом. Тот рядом стоял, плечами пожал. Тоже не понимал, что происходит, но слушал, не перебивая. — Три шага — и мастерская. Шесть шагов от двери. Тут много полотен Эванса стояло. Эскизы вон там, — направо указал. — Залежи высохшей краски. Пиздец как сложно старую с половиц оттирать. А здесь — всё свежее, в работе. Глаза эти ебучие. Моих много рисовал, — Чарли говорил все быстрее, почти словами захлёбывался. — Бесило так. «Сиди», —говорит, — «пока солнце красиво светит». И смотрит, смотрит. И двигаться нельзя. Хуй знает, чего не фоткал. С фотки ж рисовать проще. Вот здесь он сидел. Тут его тренога мольберта стояла. Знали бы вы, как долго он цвет намешивал. Во у меня терпения было! — хохотнул даже. — А здесь — оранжерея. Всякой зелени до жопы. Душно. Влажно. Но типа хоть так выйти. На улицу же нельзя. Четыре шага. А тут гулять можно было среди горшков. И смотреть через стёкла. Еще четыре шага. Сюда он мой мольберт поставил. Учил. Я долго сидел, но уставал. Скучно. Решил, что если рисовать буду, то удобнее. Кувшины. Бананы. Ненавидел всё это. Но миссис Ли нравилось! Я её как-то нарисовал! В рамку повесила к себе в комнату. Эванс даже показывал мои рисунки, когда приезжали покупать у него. Говорил, что хорошо. Но никто не покупал. Только…       Чарли резко замолчал и на месте замер. Стоял посреди пепелища, судорожно руки перед собой стискивая. Улыбка в нервный оскал вытянулась. В огромных глазах страх застыл, словно что-то перед собой увидел. Или кого-то… — Чак? Ты как? — Рид аккуратно внутрь шагнул. Подойти хотел.       Сзади что-то прожужжало. В чёрную деревяшку рядом впилось, выбивая золу. Гэвин резко обернулся, выхватывая пистолет. Ричард со своим на месте застыл. Будто судорога по всему пластиковом телу прошла. Выпрямился и грузно на песок упал, словно подкошенный. — Рик?! — Гэвин к андроиду подскочить хотел, но череда выстрелов возле ног песок взрыхлила. — Чо?..       К Чарли кинулся. За руку схватил и потянул за собой, прячась за остатки каменной кладки. Вниз дёрнул, пригибаясь. — Чо?.. Гэв?..       Чарли на колени рухнул. Глазами хлопал, будто только очнулся. — Пригнись, Чак. Под обстрелом!       Тот сообразил, быстро к стене прижался. Кольт из кобуры вытащил. А Гэвин аккуратно из-за стены выглянул, высматривая стреляющих. Только лежащего неподвижного Ричарда видел. Видел, как того периодами мелкая дрожь била. Кто-то в Рике андроида издалека признал и электропулей приложил. Если бы к нему пробраться вышло, да снять ненавистного жучка с тела, то андроид перезарядиться смог бы и очнуться.       Гэвин попробовал высунуться, но тут же обратно нырнул — прямо перед носом три пули пролетели. — Суки… — Кто? — Не вижу. — Потрошители? — Вряд ли.       Те бы гурьбой напали. С криками для устрашения. А тут снайпер работал. И хороший — понимающий, в кого и чем стрелять. Рид внимательно по сторонам оглядывался, выискивая, куда можно перебраться, чтобы самому снайпера высмотреть или, как минимум, с линии огня уйти. Но кругом, как назло, было лишь одно пустое пространство блядского песка. Как на ладони у стрелка были. Разве только… — Попробую с плиты дверцу снять, — Чака за руку сжал, привлекая внимание. — Прикроюсь и до Рика доберусь. Сниму жучок. Потом до узи и уберу снайпера. Сможешь прикрыть? — Как это? — Из кольта стреляй, чтобы на себя огонь переманить. Не высовывайся. Чисто из-за угла пали. И не всё сразу. Выстрел — он тебе ответный. Считай до пяти и выстрел. Должно хватить. — А в кого целить? — Ни в кого. Просто стреляй. Справишься?       Чарли кивнул. Уверенное «да» прохрипел. Рид и сам не вполне верил в свой план, но другого быстро придумать не мог. Врасплох застали. Бодро улыбнулся, Чака по щеке огладил. — Повеселимся, Чак? — Ебанулся? Какое же это…       Не дал договорить. Вперёд наклонился и в губы чмокнул. — Тогда потом повеселимся. Готов? — Ты обещал, Гэв, — шальная улыбка лицо растянула. Кивок подтвердил готовность. — На счёт три. Раз, два…       Рёв мотора внедорожника вспорол воздух. Большой бронированный бас из-за песчаной насыпи выехал.       Автоматная очередь прошла по остаткам пожара справа от укрывшихся. Гэвин аккуратно из укрытия глянул, опасаясь, что Ричарда изрешетили, но нет — в воображаемую оранжерею Чарли пули улетели.       А из машины высыпали трое, в бронежилетах и с автоматами. Один к Ричарду подскочил и под челюстью нажал, доставая деактивирующую андроида флеш-карту. Двое других взяли на прицел остатки стены, где Гэвин и Чак укрывались.       Через пару секунд с другой стороны вездеход вырулил. А из баса — в бронежилете прямо поверх рубашки— вышел барон Дарк. — Мистер Рид! Сложите оружие и отпустите Чарли!       Гэвин с протяжным ругательством воздух выпустил, а Чарли с места рванул.