Lost in the fire

«Если тебе больно дышать, открой окно. Твой разум подсказывает тебе бежать, но ты не сможешь уйти.»

Дождь моросил с самого утра. Сеул встретил Джеюна серым небом, шумом улиц и ароматом кофе, доносившимся отовсюду. Всё здесь было другим: высокие здания, люди с усталыми лицами, ритм, будто ускоренный по сравнению с его прошлой жизнью в маленьком городке. В руках у него был зонт и небольшая чёрная сумка, внутри которой сменная обувь, аккуратно сложенные тетради, пенал и письмо из старой школы с рекомендацией. Джеюн всегда был прилежным сыном и учеником. Ему было важно, чтобы всё было правильно, чтобы не подводить ни себя, ни других. Он стоял перед воротами старшей школы «Чунан» с высокой репутацией, элитным контингентом и длинной историей. Мама сказала, что это отличный шанс. — Новый город, новые возможности. Ты справишься. Она улыбалась, но в глазах у неё было беспокойство. — Конечно, мам. Всё будет хорошо. Я не переживаю. Он солгал. Потому что всё внутри него сжималось от осознания, что ему придётся вливаться в новый коллектив. Тем более в большом городе. Люди здесь явно не такие, как в его маленьком городке. Переезд - это стресс. Новая школа - стресс вдвойне. Старые друзья остались вдалеке, как полустёртая надпись на доске. Но Шим умел улыбаться, даже когда внутри было тяжело. Он верил, что если находить больше плюсов, чем минусов, то все будет хорошо. Мир даст ему то, что он излучает. Он не знал, чего ждать от новой школы. Он знал только одно: нужно не выделяться, не спорить и не вступать в конфликты. Джеюн стоял у ворот, сжимая лямки рюкзака. Рядом проходили шумные, уверенные, с наушниками в ушах и телефонами в руках ученики. Шим глубоко вдохнул и зашагал в здание. «Это просто школа и просто люди, Джэюн. Почему так переживаешь? »

***

Дверь в класс открылась будто неохотно, с лёгким скрипом. Джеюн стоял на пороге, чувствуя, как десятки глаз впиваются в него. Некоторые с любопытством, а некоторые с равнодушием, за которым всегда прячется потенциальная жестокость. Учитель, мужчина с усталым лицом и залысинами, поднял взгляд от журнала и жестом пригласил войти. — Это наш новый ученик, — сказал он. — Недавно переехал из Чхунчхона. Джеюн быстро, почти механически поклонился. — Привет! Я Шим Джеюн. Надеюсь, мы поладим! Он знал, что выглядел странно, потому что как-то громко представился. Явно не по-сеульски. Пара человек что-то прошептали, девчонка на последней парте прыснула в кулак. Кто-то лениво рассматривал его с ног до головы. — Можешь сесть у окна, рядом с Ким Сону, — сказал учитель, не особо вникая. Джеюн поклонился и прошёл мимо рядов, чувствуя спиной взгляды. Было страшно, а вот место, где ему нужно было сесть, оказалось совсем не страшным. Ким Сону был милым с первой же секунды. Невысокий, с мягкими чертами лица и теплыми глазами. Он улыбнулся, как будто испытал настоящее облегчение, что рядом с ним теперь кто-то сидит. — Привет! — прошептал он, когда Джеюн опустился на стул. — Я Сону. Джеюн чуть улыбнулся. — Рад познакомиться. Сону кивнул, наклоняясь к учебнику. На мгновение Шим подумал: «может, всё не так уж плохо?» Может, если рядом сидит кто-то тёплый, город не будет казаться таким холодным. После пары скучных вводных фраз от учителя, урок начался. Джеюн старался слушать, но мысли всё время ускользали: к окну, к незнакомым лицам вокруг, к лёгкой дрожи в пальцах. Ким Сону рядом был как будто якорем - время от времени улыбался, шептал под нос шутки и даже одолжил ему ручку, когда Джеюн понял, что оставил свою в другой сумке. На перемене, когда звонок пронёсся по коридорам, как выстрел на старте, большинство учеников сразу сгрудились в шумные группки. Кто-то вышел из класса, кто-то начал громко обсуждать камбэк кпоп группы, а кто-то молча пялился в телефон. Джеюн так и остался сидеть за партой, не зная, куда себя деть. Сону подвинулся ближе. — Ну, как тебе? — спросил он весело. — Не так страшно, как я думал, — честно признался Джеюн, опуская взгляд. — Это пока, — ответил Сону с неожиданно странной полуулыбкой. — Завтра станет интереснее. — Почему завтра? Джеюн заметил, как Сону устремил взгляд на заднюю парту у стены, которая с утра была пустой. — Там кто-то сидит? — спросил Джеюн невзначай, проследив за взглядом Кима. Сону как будто замер на миг, а потом отвёл взгляд. — Ли Хисын. Джеюн моргнул. — А он?.. Пропускает занятия? Сону медленно покачал головой. — Он вернётся. Завтра. Теперь пауза повисла между ними. Ощущение будто в классе вдруг стало холоднее и тише в два раза. — А он…? — осторожно спросил Джеюн, чувствуя, как сердце стучит чуть быстрее, сам не понимая почему. Сону медленно поднял глаза. В них уже не было той лёгкости, с которой он улыбался утром. — Ты не слышал о нём? — Нет. А должен был? — О нём много говорят, — Сону понизил голос. — Кто-то говорит, он человека убил, а другие то, что у него отец мафиози. А ещё говорят, что он никогда не улыбается и что, если ты будешь смотреть на него слишком долго, тебе крышка. Джеюн чуть вздрогнул, будто на него плеснули холодной водой. — Серьёзно? Сону пожал плечами. — Я не знаю. Я с ним не разговаривал. Почти никто не разговаривает. Он как буря, которая может начаться в любой момент или не начаться, но ты всё равно её боишься. Джеюн посмотрел на пустую парту у стены. Аура, конечно, вокруг неё была не особо позитивной. — Завтра? — тихо повторил он. Сону кивнул. — Завтра.

***

Следующее утро выдалось особенно серым. Сеул просыпался с отстранённым гулом машин, и Джеюн всю дорогу в школу шёл с ощущением кома в горле. Сону уже сидел за партой и ел булочку, разглядывая учебник, когда Шим зашёл в аудиторию. Он улыбнулся, как будто между ними уже существовала тихая, тёплая дружба. — Доброе утро, — сказал Ким. — Спал хоть? — Не особо, — честно ответил Джеюн, опускаясь на стул. Он всё ещё помнил, как Сону вчера говорил: он вернётся завтра. Этот день наступил. Класс медленно заполнялся. Люди разговаривали, хохотали, кто-то спорил с кем-то у окна, но в воздухе чувствовалась какая-то странная вибрация. Как будто все чего-то или кого-то ждали. Учитель вошёл, началась перекличка. И вдруг, на имени «Ли Хисын», в классе наступила короткая, резкая пауза. — Пока отсутствует, — пробормотал учитель, делая пометку в журнале. — Ну, не удивительно... Сону украдкой посмотрел на Джеюна. Тот заметил и повернул голову на одноклассника. — Ты думал, он придёт вовремя? — прошептал Сону. — Нет. Он всегда приходил, когда хотел. Если вообще приходил. И всё же, Джеюн чувствовал, как с каждой минутой нарастает напряжение. Будто кто-то медленно тянет струну и она готова лопнуть. Прошло минут десять. Учитель писал формулы на доске. Джеюн уже начал думать, что, может быть, сегодня ничего не произойдёт, и вдруг дверь класса открылась. Все головы одновременно повернулись и затихли. На класс словно опустилась тень. Он вошёл. Медленно, будто шагал сквозь невидимую стену, которую остальные чувствовали, а он нет. Высокий, с прямой спиной, чёрные волосы чуть падали на глаза, лицо было абсолютно спокойным, даже равнодушным. Чёрная ветровка нараспашку, ворот рубашки небрежно расстёгнут. Всё пространство, куда ступали его шаги, будто замирало, а Джеюн не дышал. Это он. Ли Хисын. Их взгляды встретились всего на секунду, но этого хватило для того, чтобы Джеюн почувствовал страх..или интерес? Он не понял. Глаза Хисына, тёмные, холодные скользнули по Джеюну, словно проверяя, стоит ли запоминать это лицо. Он не задержал взгляд надолго, а потом он сел на своё место. Учитель прокашлялся, натянуто улыбнулся: — Рад, что ты с нами, Хисын. Надеюсь, теперь до выпуска. Ответа не последовало. Только лёгкий поворот головы в сторону окна. Джеюн сидел и чувствовал, как сердце колотится в груди. Этот парень, Ли Хисын, излучал точно не светлую ауру. Шим не знал его. Никогда раньше не видел, не слышал имени. Просто чужой, появившийся на пороге, как холодный сквозняк в тёплом помещении. И всё же Джеюн чувствовал, как с того самого момента, как Хисын зашёл в класс, мир слегка сдвинулся. Как будто привычная картинка наклонилась и в углу появилась трещина. Он старался не смотреть. Он даже пытался слушать учителя, честно. Но всё тело подсказывало: сзади кто-то есть. Не просто присутствует, а наблюдает за ним. «Ты же не знаешь его. Почему тебя это волнует?» Он задавал себе этот вопрос снова и снова, пока писал в тетради, делая вид, что полностью погружён в тему, но пальцы сжимали ручку слишком крепко и строчки получались кривыми. Когда раздался звонок, Джеюн все еще чувствовал на своей спине взгляд. Ему казалось, что если он сейчас обернётся, то Хисын всё ещё будет смотреть на него. Он всё-таки обернулся и понял, что ошибся. Хисын сидел спокойно, подперев подбородок рукой, смотрел в окно, абсолютно отрешённый, как будто никто в классе его не интересовал и будто его вообще здесь не было. Джеюн развернулся, но всё ещё сидел на своём месте, словно не решался встать. Сону уже натягивал худи поверх формы, быстро проверяя, не забыл ли телефон. — Эй, — негромко сказал он, обернувшись. — Пошли со мной в столовку? Джеюн поднял глаза. — Ага, — ответил он после короткой паузы. — Пошли. Сону просто и искренне улыбнулся. В этом было странное облегчение. Как будто Джеюн не просто согласился поесть, а сделал шаг к чему-то более настоящему - к дружбе. Они вышли из класса вместе. По пути Сону продолжал говорить про еду, про то, как в прошлый раз в супе плавала сломанная ложка, и как он однажды умудрился пролить соус на рюкзак одноклассника. Джеюн слушал рассеянно, временами кивая, но внутри него всё ещё звенело утреннее напряжение. — У тебя такое лицо, будто ты только что увидел призрака, — фыркнул Сону. Джеюн чуть улыбнулся. — Может, так и есть. Сону прищурился, заинтересованно. — Потом расскажешь. А пока.. кимбап или омлет?

***

Столовая гудела голосами, звуком столовых приборов и скрипом стульев. Джеюн шёл за Сону, пока тот лавировал с подносом еды между столами с удивительным умением, будто знал здесь всех и вся. Джеюн выбрал рис с курицей, Сону - свой любимый кимбап, уже наполовину исчезающий. Первые пару минут разговор шёл о чём-то пустом: об очередной контрольной, смешной опечатке в учебнике истории, мальчике из параллели, который пришёл в школу с двумя разными носками. Джеюну даже стало чуть легче, но потом Сону вдруг замолчал. — Ну? Ты тоже почувствовал, да? — Что? — спросил Джеюн, хотя ответ был очевиден. Сону усмехнулся и сделал глоток сока. — Хисын. Этот тип. Он заходит и воздух меняется. Не знаю, как он это делает, но все это ощущают. Даже те, кто прикидывается, что нет, все равно напряжены. Сону даже оглянулся, на всякий случай, прежде чем тихо продолжить: — Хисына исключили из школы. Он вернулся спустя год. Причина, конечно, неофициальная, но все в округе знают. Джеюн поднял взгляд, не совсем понимая. — Исключили? Почему? — спросил он так же тихо. Сону подал руку и щёлкнул пальцами, как будто это было очевидно. — За драку. Сильно избил кого-то. Прям до комы. Правда, по слухам, тот парень даже не помнит, что с ним случилось. Но это не самое страшное, знаешь. Страшное то, что после этого его просто отпустили. Никаких последствий, никаких настоящих расследований. Как будто это нормально. Закон ему не писан. Джеюн замер. Сону, заметив его реакцию, продолжил, не ускоряя темпа. — Ты не думай, что всё так просто. Он ведь тогда не остановился. Многие говорят, что он вообще не пытался оправдаться или извиниться перед жертвой. — Что за бред... — выдохнул Джеюн, пытаясь осознать сказанное. Сону чуть наклонился вперёд. — Ты не представляешь, какие у него связи, Джеюн. Он вообще не парится из-за того, что творит, потому что знает: люди всё равно боятся лезть. Джеюн почувствовал, как что-то внутри него сжалось. Он больше не был просто наблюдателем. То, что Сону рассказывал, начинало впитываться, как туман, медленно оседая в душе. — И ты... ты с ним не хотел...подружиться? — спросил Джеюн, хотя знал, что этот вопрос туповат. Сону чуть прищурился, будто не веря в то, что Шим действительно это спросил. — Дружить с ним? С ним вообще трудно выстраивать какие-то отношения. Все боятся его. Я тоже не исключение. После таких слухов трудно оставаться спокойным. Джеюн почувствовал, как руки начинают холодеть. Хисын был не просто новым одноклассником для него. Он был тем, кто тянул за собой целую тень, скрытую за молчанием. И теперь этот мир становился всё более сложным и страшным. — И что, ты хочешь сказать, что он может повторить это снова? — спросил Джеюн, почти не веря в сказанное. Сону посмотрел на него, и его взгляд стал немного мягче, но в нем оставался холодок. — Это не совсем так, но...если ты с ним пересечёшься, то будь готов. Он может быть...опасным. Джеюн пытался сосредоточиться на своём обеде, но мысли всё возвращались к разговору о Хысыне. В это время столовая заполнялась еще бОльшим шумом, и Джеюн заметил, как Сону вдруг стал тише, а его взгляд невольно скользнул к двери. И вот, как будто по команде, всё вокруг как будто притихло, когда в столовую вошёл парень, явно не кореец. Джеюн не мог не заметить его: высокий, сдержанный, с серьёзным выражением лица и грацией, которая притягивала взгляды. Но он не был единственным, кто на него смотрел. Всё пространство вокруг как будто сжалось. Сону слегка наклонил голову, а затем быстро вернул взгляд на свою тарелку, чуть покраснев. — Кто это? — спросил Джеюн, не понимая, почему Сону вдруг так изменился. Он почувствовал, что тут есть что-то важное, но не мог понять, что именно. Сону сделал паузу, не сразу отвечая. Он начал медленно размешивать рис в тарелке, будто подбирал слова. — Это... Ники. Старшеклассник. Он учится в последнем классе. Сону поднял глаза на Ники, но тут же снова опустил взгляд, будто что-то от него скрывая. Джеюн заметил, как он слегка напрягся. В этот момент Ники прошёл мимо их стола, не обращая внимания на них, но Джеюн почувствовал, как атмосфера вокруг изменилась, когда он оказался рядом. Он продолжал идти, как будто не замечая никого, но в воздухе оставался его след. Сону в этот момент вздохнул, всё ещё не отрывая взгляда от подноса. Его пальцы слегка сжались вокруг палочек. — Всё в порядке? — спросил Джеюн, не понимая, что именно происходило, но чувствовав, что Сону как-то переживает. Сону резко поднял глаза, а затем улыбнулся, хотя его улыбка была скорее сдержанной. — Всё нормально, — сказал он, но Джеюн уловил в его голосе лёгкую напряжённость. — Просто... он странный, вот и всё. После того как Ники прошёл мимо их стола, Джеюн чувствовал себя немного растерянным. Всё вокруг продолжало двигаться, но в его голове застряли два образа: Хисын и Ники. Каждый из них был частью этого странного мира, где многое скрывалось под поверхностью. Сону не сказал больше ничего о Ники, и Джеюн не стал его допрашивать. Атмосфера в столовой вновь наполнилась обычным шумом, но для Шима всё казалось немного иным, будто его окружала стена, которую он не мог увидеть, но ощущал всем своим существом. Он продолжал есть, но мысли снова возвращались к Хысыну и тем словам, которые сказал Сону. «До комы». Эта фраза не выходила у него из головы. «Не может быть» — думал Джеюн, подбирая ложку. — «Неужели он может быть таким?» Он понимал, что в школе часто бывают слухи, которые разрастаются, как снежный ком, но что-то в словах Сону заставляло его задуматься. Хисын не был тем, кого можно было бы легко понять. Его взгляд, равнодушие и уверенность - всё это было настолько чуждым для Джеюна, что он не мог решить, что именно он чувствует по отношению к этому человеку. Пока Сону был занят своими мыслями, Джеюн смотрел по сторонам, но видел только знакомые лица, каждый из которых был частью этого сложного и многослойного мира. Он не знал, как здесь устроены вещи, не знал, что скрывается за первыми впечатлениями. Он не мог поверить в слухи о Хысыне. Всё слишком странно, чтобы это было правдой, но что-то в его душе подсказывало, что в этих словах было больше правды, чем он хотел бы признать.

***

Джеюн двигался по коридору, слегка отстав от остальных учеников, как обычно. Время между уроками всегда было наполнено суетой. Сону убежал в библиотеку и сказал Шиму вернуться у класс, ждать его там. Джеюн немного блуждал взглядом, пытаясь вспомнить, где именно находится его кабинет, когда вдруг его что-то заставило повернуться, и тут он резко наткнулся на кого-то. На мгновение всё замерло. Джеюн почувствовал, как что-то тяжёлое, почти физическое, повисло в воздухе. Он поднял глаза, и перед ним стоял он. Мгновение, когда их взгляды пересеклись, казалось вечностью. Хисын был высоким, гораздо выше Джеюна, с безучастным выражением лица, как всегда. Он не двинулся с места, но его присутствие ощущалось всем телом. Глаза Хысына, тёмные и холодные, прошлись по Джеюну с такой лёгкостью, как если бы тот был ничем более, чем частью фона. Но, несмотря на это, в их взгляде был холод, от которого Шим невольно поёжился. Он не знал, что делать. Хисын не сказал ни слова, а Шим всё ещё не мог понять, что именно чувствует. Его сердце стучало быстрее, словно он оказался на краю пропасти. И вот, Хисын слегка наклонил голову, по-прежнему не выражая никаких эмоций, и с лёгким движением тела отошёл в сторону, давая Джеюну пройти. — Извини, — произнёс Джеюн, но его голос как-то застрял в горле. Это звучало неубедительно, как будто слова были отголоском его растерянности. Хисын не ответил. Он только коснулся плечом Джеюна, как бы невзначай, но этого было достаточно, чтобы он почувствовал, как холод пробегает по коже. И не только от прикосновения, а от самого его присутствия. Когда Хисын ушёл, Джеюн ещё стоял, как будто весь его мир на мгновение остановился. Он был обманут спокойствием того человека, его безэмоциональное лицо, его холодный взгляд. Всё в этом моменте было слишком резким, слишком нечеловечным. Джеюн почувствовал, как его ноги стали тяжелыми, а сердце продолжало колотиться в груди. Он сделал шаг вперёд, но тут же услышал быстрые шаги, которые становились всё громче, и, прежде чем он успел оглядеться, рядом появился Сону. — Ты в порядке? — его голос был полон обеспокоенности. Сону почти бегом подбежал к Джеюну, обводя его взглядом, как будто проверяя, нет ли на нём следов столкновения с чем-то опасным. Сону быстро взглянул в сторону, где только что стоял Хисын, а потом снова перевёл взгляд на Джеюна. — Ты не пострадал? — продолжал спрашивать Сону, его лицо становилось всё более напряжённым, как будто он думал, что это столкновение не просто случайность. Джеюн только помотал головой, пытаясь собраться с мыслями. — Всё нормально, — сказал он, — Мы просто случайность столкнулись. Сону нахмурился и сделал шаг назад, всё ещё наблюдая за Джеюном. Он явно переживал за него, но это был не просто страх за друга. В его словах звучала какая-то скрытая предосторожность, как если бы он уже знал, что столкновение с Хысыном это не просто случайность. Шим почувствовал, как напряжение не исчезает, и теперь, когда Сону был рядом, он осознавал, что многое из того, о чём рассказывали ему, неосознанно начинает обретать форму. Что же так пугает Сону в этом Хысыне? И почему всё, что связано с ним, кажется настолько опасным?