Охотничий взгляд

Кайори вдруг рванулась вперёд, словно очнувшись от собственных слёз. Резко схватив пистолет, она вскинула его, наводя прямо в грудь Нираги. Пальцы дрожали, глаза полны слёз, губы приоткрыты в беззвучном крике. Выстрел. …И тишина. Щелчок. Пусто. Пистолет предал её так же, как и всё вокруг. Кайори выдохнула со стоном — то ли от облегчения, то ли от отчаяния. В её глазах была пустота, в которой ещё недавно пылала ненависть. Нираги на секунду замер, а потом… Мелькнул улыбкой. Но не той, язвительной, дерзкой — в ней не было радости, ни превосходства. Лишь кривое, почти болезненное движение губ, которое больше напоминало горечь. — Я же тебе сказал… — тихо выдохнул он, не приближаясь, — это не я. Он смотрел на неё спокойно, не прячась, не защищаясь, и впервые — не отводил взгляд. — Разве ты не видишь? Она… она сама на себя руки наложила. Он кивнул на простыню, скомканную в уголке кровати. Там, едва заметно, лежала записка — изломанный клочок бумаги, исписанный спешащей рукой. — Я не успел, — добавил он хрипло. — Она уже всё решила, когда пришла сюда. Я думал, она просто снова хочет… знаешь… внимания. Но в её взгляде уже не было света. Кайори медленно, почти механически, обернулась. Пошатываясь, подошла к записке и подняла её. Пальцы дрожали, чернила были смазаны. Но слова читались: «Я думала, это игра. Хотела любить. Хотела, чтобы хоть здесь это было возможно. Но я ошибалась. Прости, Кайори. Я… не справилась. И да, я беременна. Он не виноват.» Кайори замерла. Весь воздух вышел из её лёгких.