Жон Арк - Trace On

Шумная толпа студентов заполнила столовую, но за столом команды RWBY царила относительная тишина. Подносы с едой уже стояли на столе, а Жон, занявший место рядом с Руби, всё ещё крутил вилку в руках, будто надеялся, что в ней найдётся ответ на вопросы, терзавшие его голову. - Ты хорошо справился! - еще раз подметила Руби с яркой улыбкой на лице. - Урса хоть и иаспрастраненный вид, но довольно сильный! А ты его бац! Он на секунду отвлёкся, чтобы взглянуть на своего лидера. - Да, спасибо. Думаю мне просто повезло. - Ну не скажи. Хоть сначала ты и двигался как вялая лапша, но потом словно стал другим человеком. - сказал Янг слегка усмехнувшись. - Ну зе, скажи Вайс-крем, ты согласна? Сама же Вайс только нахмурилась когда услышала то, как назвала ее блондинка. - Не зови меня больше так. - взгляд Вайс казалось мог бы заморозить целой озера, прежде чем та просто вздохнула, слово бы прогоняя все раздражение. - Но я согласна с ней. Это было....приемлемо, Арк Жон неловко усмехнулся, почесав затылок. — «Приемлемо» — это почти как комплимент, да? — пробормотал он, вяло ковыряя вилкой кусочек курицы. — Спасибо, я… постараюсь не разочаровать. — Главное — не умереть, — вдруг тихо сказала Блейк, не отрывая взгляда от своей тарелки. Голос был отстранённым, почти безэмоциональным. — Это хорошее начало. Руби нахмурилась, бросив на неё косой взгляд, но ничего не сказала. Жон опустил глаза. Внутри всё ещё всплывали образы из сна: тяжесть клинков в руках, горящий горизонт, отчаянное «Я сделаю это… даже если никто не верит». Голос был не его — но он чувствовал его в собственной груди. Он отодвинул поднос, словно еда стала слишком тяжёлой. — Всё в порядке? — тихо спросила Руби, склонив голову. Жон кивнул, стараясь не смотреть в глаза. — Просто не выспался. Наверное, нервы перед первым днём. — Тебе приснился кошмар? — поинтересовалась Янг, подперев подбородок рукой. — Что-то вроде… — выдавил он и быстро добавил: — Ничего важного. Ерунда. — Если ерунда мучает тебя весь день, то это уже не ерунда, — сказала Блейк, наконец подняв на него взгляд. Тихий, тёмный, почти настороженный. — Что ты видел? — Я… — Жон замолчал. Он не мог описать это. Не мог объяснить, почему его мучает этот сон. Не мог объяснить так, чтобы при этом не выглядеть сумасшедшим. — Ничего особенного, — солгал он наконец. — Просто...монстры, ужасы и все такое разное. Самый обычный кошмар. — Звучит «вдохновляюще», — фыркнула Вайс, вернувшись к еде. — Постарайся, чтобы на следующем уроке тебя не парализовал сонный ступор. Янг закатила глаза. — Не обращай внимания. Она говорит "я волнуюсь за тебя"… только на языке айсбергов. Руби слегка коснулась локтя Жона и улыбнулась мягко: — Если вдруг захочешь поговорить — мы рядом, хорошо? Он кивнул, слабо улыбаясь. Но внутри он все никак не мог успокоиться. Жон сжал вилку крепче. Что бы ни значил этот сон, он знал одно — это был не просто сон.

***

День прошёл… ну, нормально. Немного суматохи, немного неловкости, много нового. Лекция у Ублека — сплошной поток слов, в которых Жон улавливал только каждое третье. Вайс вечно ворчит, Янг шутит, Руби улыбается, а Блейк… как будто вообще в другой вселенной. После столовой всё смешалось в одну размытую картинку: коридоры, задания, разговоры. Всё казалось чуть громче, чуть ярче, чем он привык. Но при этом — приятно. Как будто он здесь действительно нужен. Хоть немного. К вечеру все просто валились с ног. Душ был почти как спасение — горячий, тихий, наконец-то один. А теперь — кровать. Темнота. И мысли. Сон всё ещё не отпускал. Эти образы, чувства… они будто прилипли к нему. Жон перевернулся на бок, уставился в потолок. — Ладно, завтра подумаю. Сейчас хотя бы попробую выспаться, — пробормотал он себе под нос и закрыл глаза. Пусть эта ночь будет попроще. Он очень на это надеялся. Если так будет продолжаться каждый день, то Жон бы уверен что очень скоро просто свалится без сил в один прекрасный день. Сон снова пришёл тихо, как будто вполз в сознание, растворяя стены общежития в мягком лунном свете. Жон сидел на веранде старого японского особняка, босыми ногами касаясь прохладных досок. На нём было простое кимоно, лёгкий ветер трепал рукава, а вокруг царила та редкая тишина, что появляется только в самом сердце покоя. Он смотрел вперёд, на сад, где лениво покачивались стебли трав, и говорил. Голос был ровным, спокойным… детским. Но не его. И всё же — родным. — Тогда я стану героем вместо тебя!. — Слова слетели с губ без сомнений. — Раз ты не можешь быть героем потому что взрослый, тогда я буду героем! И тогда он услышал тихий голос в ответ. - А... Вот как. Спасибо... Широ. Не было ни гнева, ни боли. Только усталость. И какая-то странная решимость. Это было так странно. Словно бы человек которому принадлежали это слова, уже давным давно выгорел и от него осталась лишь оболочка. Мир сместился — и вот он уже старше. Руки крепче, взгляд спокойнее. Он стоял на кухне, готовя ужин, и каждый его жест был отточен, привычен, как будто за плечами годы. В воздухе пахло приправами и жареным мясом. Он что-то тихо напевал себе под нос, и вдруг понял — ему спокойно. За спиной, в полутени, кто-то сидел. Он не видел лица. Только силуэт — мягкий, немного склонившийся вперёд. Иногда доносился голос, но слова оставались размытыми, так словно они говорили под водой. Её имя он не слышал. Но знал, что она — рядом. Постоянно. Тихая часть его жизни, его покоя. Он почувствовал, как это тепло наполняет его. Не как награда, не как финал. А как… цель. Ради которой и стоит быть героем. Не ради себя. Ради других. Ради неё. Ради того, что было потеряно, и что он всё ещё может защитить. И когда сон начал таять, когда веранда исчезла, а запахи растворились, Жон всё ещё держался за это чувство. Он не знал, чью жизнь видел. Но она отзывалась внутри него сильнее, чем любая мечта. Жон проснулся не сразу. Первое, что он почувствовал — это лёгкое тепло на щеке от солнечного луча, пробившегося сквозь окно. Затем — странное ощущение пустоты. Словно он что-то забыл и никак не мог вспомнить, что именно. Он пролежал ещё несколько минут, уставившись в потолок, пока вокруг него сонная возня соседей по комнате начинала набирать обороты: кто-то зевнул, кто-то уронил тапок, Янг, судя по звукам, опять пыталась в полусне найти свой свиток. — Вайс, скажи честно… у тебя что, будильник встроенный? Зачем нас нужно было будить в.... 6 утра!? — пробормотала Янг с постели. — Нет. Просто я умею спать нормально. В отличие от некоторых. — Не переживай, я зато умею выглядеть сногсшибательно даже с утра. — Сногсшибательно лохмато — не считается, — спокойно отрезала Вайс. Жон едва улыбнулся, сев на кровати. Ему было странно легко. Сон всё ещё оставался в памяти — мягкий, тихий, как забытая мелодия, которая вдруг застряла в голове. Он не чувствовал тревоги, как раньше. Наоборот. Было даже немного грустно, что проснулся. Широ… Имя всплыло само собой. Он не знал никого с таким именем. Не знал и девушку, что была рядом с ним в том сне. Но почему-то чувствовал, будто они были важны. Как будто… это был не просто сон. Скорее — чужая память. Или даже жизнь. — Доброе утро, — сказала Руби, заглянув к нему через кровать, уже одетая и с расчёской в одной руке. — Ты выглядишь… не как зомби! Успех! — Спасибо, я… сегодня правда спал лучше, — кивнул он, потерев глаза. — Даже слишком хорошо. — Ну, вот и отлично. Может, и Вайс наконец перестанет шипеть при виде тебя. — Я не шиплю. Я сдержанно наблюдаю, — донёсся голос с другого конца комнаты. — Это ты называешь сдержанно? — Это я называю терпением.

***

Столовая Бикона снова была полна голосов, смеха и звона подносов. Шумное утро, как всегда. Но за столом команды RWBY царила привычная полупроснувшаяся тишина. Все были здесь: Руби, Янг, Вайс, Блейк и конечно же Жон. Он молча ковырял вилкой яичницу. Еда была горячей, с виду аппетитной, но... какой-то пустой. Вчера ему показалось, что еда в Биконе удивительно вкусная, а сегодня — будто ест картон. — Что, не голоден? — спросила Янг, откусывая от тоста с джемом. — Второй день, а ты уже сдаёшься? Жон пожал плечами, не отрывая взгляда от тарелки. — Вроде ем, а как будто впустую. Всё какое-то… пресное. — Это потому что ты не приправил своей харизмой, — хмыкнула Янг и подмигнула. — Я вот каждый раз добавляю щепотку обаяния. И завтрак заиграл! — Сомневаюсь, что твоя харизма идёт в комплект с омлетом, — заметила Вайс, не поднимая глаз. — Хотя, возможно, именно она делает вкус хуже. — А ты попробуй поулыбаться за завтраком, а не только стрелять взглядом в мюсли, — фыркнула Янг. — Мои мюсли никому не мешают, в отличие от твоих комментариев. — Девочки… — Руби вздохнула, глядя на Жона. — А ты точно в порядке? — Я спал… хорошо. Даже слишком. Но будто что-то забыл. И теперь всё кажется немного не таким. — Ты говорил, что тебе что-то снилось? — тихо спросила Блейк. Она сидела, обхватив руками кружку с чаем, и смотрела прямо перед собой, в никуда. Жон кивнул. — Да. Но это не был кошмар. — Хочешь поделиться? — предложила Руби, наклонившись вперёд. — Ну, это был просто обычный сон. Где я просто готовил, а рядом кто-то был. Ничего особенного - О, неужели это тот самый "приятный кошмар" у парней, где им сниться их девушка мечты. Неужели я? - сказал Янг, явно подшучивая. - Ой, да ну тебя, отстань. Янг усмехнулась, а Руби снова посмотрела на него внимательно, по-доброму. — Ну, если что — мы рядом. Просто помни об этом. Он слабо улыбнулся. — Я знаю. Спасибо. Жон снова посмотрел на еду. Пресная, безвкусная, почти как воздух. Но теперь это его не волновало. Всё это было мелочью. Потому что внутри него всё ещё жил сон. И чувство… будто он начал вспоминать что-то, что даже не знал, что забыл. Имя — Широ — звенело на грани сознания, будто давно забытая песня. Но сейчас наверно было не время думать об этом. - Что у нас на повестке дня? - Гримология, Изучение Праха и под конец Боевой класс. Жон тяжело сглотнул. Первые два занятия не представляли из себя абсолютно ничего сложного. Может быть Изучение праха был немного сложным из-за того что этот класс был наполовину химией. За что реально переживал Жон, так это боевой класс у мисс Гудвич. Он был без понятия как победил Урсу в классе Порта, но не думал что сможет повторить этот же подвиг в боевом классе. Поэтому он решил пока что не думать о своих снах и сосредоточиться на делах насущных. Ведь если эти сны действительно что-то значат, то они продолжаться и он в конце концов, получит свой ответ. А сейчас главное было выжить в боевом классе и желательно не опозориться перед всей академией.

***

Два первых занятия прошли непозволительно быстро и легко, словно бы в преддверии чего-то плохого что их ждало в боевом классе. Боевой класс начался, как и ожидалось, с молчаливого напряжения в воздухе. Просторная тренировочная арена была освещена ровно настолько, чтобы отблески металла в оружии казались особенно угрожающими. Жон стоял среди других первокурсников, чувствуя, как между лопатками стекает холодный пот — не от жары, а от предчувствия. — Добро пожаловать, первокурсники, — голос Глинды Гудвич разрезал тишину как нож. — Сегодня мы будем работать в парах. Цель: оценить ваш стиль боя, работу с Орой и, конечно, умение адаптироваться к противнику. Она пронзительно оглядела ряды студентов. — Это не схватка на выбывание. Это не цирковое выступление. Это — обучение. Но если вы слабы, мир не даст вам второй попытки. Некоторые сглотнули, кто-то поправил оружие. Жон старался дышать ровно, хоть сердце билось в груди как бешеное. — Пары уже составлены. — Глинда подняла планшет. — Первый бой: Блейк Беладонна против... Жона Арка. Жон едва не выронил меч, услышав своё имя. Он поднял взгляд и встретился глазами с Блейк. Та уже шагала вперёд, спокойная, как всегда, будто услышала не своё имя, а погоду на завтра. В её взгляде не было враждебности, но и сочувствия — тоже. Чистая сосредоточенность. Тишина перед бурей. — Удачи, — прошептала Руби, коснувшись его плеча. — Мне скорее чудо нужно, — пробормотал он в ответ и направился вперёд, чувствуя, как ноги становятся ватными. Он остановился напротив Блейк на арене. Вокруг — круг студентов, шепчущих, переговаривающихся. Кто-то фыркнул, кто-то тихо рассмеялся. Все знали насколько сильна была Блейк. Видеозапись с камер во время посвящения которые можно было найти на форуме академии ясно показали уровень ее мастерства. Но он не мог позволить себе думать об этом. Не сейчас. Он вытащил свой меч, разминая пальцы на рукоятии и развернул ножны, превратив их в щит. Он знал, что не сравнится с Блейк в скорости, технике или даже в базовом умении. Но что-то внутри — остаток сна, может быть? — подсказывало: сохраняй спокойствие. Как только их свитки были подключены к арене и уровень их ауры высветились на таблоидах, Глинда взмахнула плетью. — Начали. И всё двинулось. Блейк не спешила нападать. Она двигалась плавно, почти кошачье — ни звука, ни резкого движения. Жон сделал шаг вперёд, затем ещё один, стараясь держать меч перед собой. Ему казалось, будто весь мир стал медленным и в то же время слишком быстрым. Она метнулась вперёд, и он едва успел выставить клинок. Удар отдался дрожью в руках, а следующий — по ногам — сбил дыхание. Он отскочил назад, чудом не потеряв равновесие. Блейк не давала ни малейшей передышки. Её движения были изящны, будто она танцевала с тенью. Каждый удар был выверен, точен и смертоносен. Жон блокировал один, уворачивался от другого, но это было как защищаться от дождя с ложкой — бесполезно и обречённо. — Ой, — кто-то из толпы вскинулся, когда Блейк нанесла режущий удар сбоку. Жон закрылся щитом, но импульс от удара отбросил его на шаг назад. Он закашлялся, чувствуя, как аура погасла на несколько процентов. Дыхание сбилось, а тело ныло, как после изнурительной тренировки. Только это было ещё не концом. Блейк не торопилась добивать. Она выжидала. Наблюдала. - «Она изучает меня. Как хищник,» — понял Жон и сглотнул. Щит тяжёлый, меч — ещё тяжелее. Его хватка дрожала. Он рванул вперёд — глупо, необдуманно. Просто потому, что стоять и ждать было ещё страшнее. Меч пронёсся по воздуху, разрезая пустоту — Блейк уже была в стороне, уклоняясь с поразительной лёгкостью. В ответ — короткий удар в бок. Ещё часть ауры исчезла. Он даже не понял, когда она атаковала. — Ты можешь сдаться, — голос Блейк был мягким, почти сочувственным, но в нём не было насмешки. — Это ведь всего лишь тренировка. — Я… я в порядке, — прохрипел Жон, поднимая щит чуть выше. Он чувствовал, что дышит как после спринта, а прошло всего ничего. Ещё один обмен. Клинки скрестились. Жон почти попал — почти! — но Блейк, словно вода, ускользнула, оставив за собой пустоту и ещё один удар — в плечо, потом под колено. Жон упал на одно колено и закашлялся, стараясь не выронить оружие. Толпа уже почти притихла. Где-то в углу Руби кусала губу. Вайс скрестила руки и что-то прошептала, явно недовольная. Ян хмыкнула: — Он хотя бы держится. Это уже… ну, немало. Жон поднялся. Как-то. Не потому что мог, а потому что нужно. И тогда Блейк пошла в наступление всерьёз. Он блокировал один, два удара, но третий пробил защиту. Меч вылетел из рук, звякнул о камень и покатился в сторону. Щит вывернулся из пальцев. Он упал, ударившись плечом о пол арены, и лежал, не двигаясь. Профессор Гудвич еще не дала сигнал об окончании боя. Конечно, ведь это был боевой класс. Тут все сражались пока аура не достигла ды хотя бы нижней жёлтой точки. А аура Жона все еще было тверда в зеленой части. Явное доказательство тому насколько огромный запасы его ауры, что даже после всего этого избиения, все что он потерял так это 8% своей ауры. Если бы самой Блейк пришлось пережить столько ударов, то ее аура уже давно была бы на средней жёлтой, а то и даже красной зоне. Жон с трудом поднял голову. Всё тело болело, дыхание сбилось, руки дрожали. Он чувствовал, как металл щита всё ещё холодит кожу через перчатку, но сознание вдруг зацепилось за другое. Меч. Его меч. Он перевёл взгляд и увидел, как клинок лежит на камне, освещённый тусклым светом… в ту секунду, когда он посмотрел на него, мир… щёлкнул. Будто бы всё вокруг на мгновение исчезло — шум, толпа, даже боль. Вместо этого пришло зрение, ясное, как лёд. Жон видел поле боя, но не это поле. Он увидел мужчину — блондина, в старинных доспехах, не таких как у охотников сейчас, а тех, из эпохи Великой войны. Меч — тот самый, его меч — сверкал в руках воина, а щит ловко отражал удары сразу трёх врагов, окруживших его. Жон почувствовал это. Не как сон, не как галлюцинацию. Это была память. Он знал этого человека. Хотя никогда не видел. Это был он — Юлиус Роланд Арк, его прадед. Герой войны, боец, выстоявший, когда другие падали. Человек более известный как Меч Короля. Меч в его руках рассекал воздух, движения были не грациозны, как у Блейк, а прямые, простые, но в каждом был вес, намерение, цель. И он побеждал. Сцена исчезла так же внезапно, как появилась. Жон будто очнулся от удара током. Он лежал на полу, но теперь взгляд его был другим. — ...что это было?.. — пробормотал он, не для кого-то, а просто потому что не мог не спросить. Он протянул руку и сжал рукоять меча. И на этот раз металл был тёплым. Как будто отвечал. Блейк сделала осторожный шаг вперёд, приподняв клинок. Она ждала, что он сдастся. Любой здравомыслящий новичок сдался бы. Но Жон поднялся. Медленно. Без бравады, без фраз. Он просто встал, поднял щит и меч и снова встал в стойку. — Ты… — начала Блейк, чуть нахмурившись. Она не закончила. Просто сжала рукоять крепче. Гудвич, заметив это, не вмешалась. Она наблюдала. Жон сделал шаг вперёд. Неуверенный. Потом второй — уже твёрже. Он знал: не станет быстрее Блейк. Не станет сильнее. Но сейчас он помнил, как дрался его предок. Просто держаться. Просто не падать. Он уклонился от удара — неуклюже, едва-едва, но успел. Щит перехватил встречный удар, и он шагнул ближе. Один раз, второй. Меч опустился вниз — не удар, а попытка, скорее, ощутить ритм. Блейк удивилась. — Не сдаётся, — выдохнула Вайс. — Ну, теперь уже интересно, — хмыкнула Ян. Руби, не сводя взгляда с арены, улыбнулась. — Вот теперь он точно держится. Жон хмыкнул, попеременно усиливая хват то на мече, то на щите, дабы чувствовать их в полной мере. Он пытался анализировать движения Блейк, предугадать, сделать ход чтобы нанести хотя бы один удар. …Он не ожидал победить. Даже не мечтал об этом. Всё, чего он хотел — доказать, что может стоять. Что он не просто статист, не «ошибка академии», и не мошенник. Что он тоже достоин быть здесь и учиться. А Блейк… Блейк с интересом наблюдала. Она не расслабилась, но и не наседала, как в начале. Вместо добивания — анализ. В ней явно проснулся исследователь. Противник, который не сдается, заслуживает хотя бы уважения. Она не хотела разгромить его. И в какой-то момент они начали по-настоящему сражаться. Он начал блокировать. Не всегда — но всё чаще. Его движения стали чуть быстрее, чуть точнее. Удары по-прежнему были тяжёлыми, неуклюжими, но они начали преследовать цель. Не просто взмах меча — но расчёт. Намерение. Щит однажды проскользнул по клинку Блейк и сбил её темп. Не удар, не победа — но её глаза расширились. Жон почти сразу поплатился за это — удар в бок, снова потеря ауры — но теперь она знала, что он тоже может удивить. Он начал двигаться. Не просто защищаться — но двигаться. Ближе. Правее. Уклон. Поднятие щита под углом. Простые вещи, но с его огромной аурой они имели смысл. Удар — блок щитом. Контрудар — даже если не попал, заставляет отступить. Простая, тяжёлая, упорная тактика. Тактика выживания. Словно бы он стал живым бастионом. — Хм… — профессор Гудвич наконец заговорила, шепотом. — Кажется он не совсем безнадёжен. Блейк снова атаковала — комбинация из трёх быстрых ударов, но Жон каким-то чудом успел поставить щит на последний, отбросив искры от столкновения. Он зашатался, но не упал. — Он правда успел? — прошептала Вайс. Жон видел, как Блейк нахмурилась. Не потому что злилась — наоборот. Она впервые за бой выглядела так, словно была вынуждена напрячься. Чуть-чуть. Совсем немного. Но всё же. — Ты… — начала она и всё-таки договорила. — Лучше чем я думала. Жон лишь хрипло усмехнулся. — Наверное, спасибо. Блейк качнула головой. Уважительно. Потом вновь пошла вперёд. На этот раз бой был коротким. Её выпад был слишком быстр. Её тень — ложная копия ее Проявления — отвлекла Жона, и настоящий удар обрушился сбоку. Удар — щит в сторону. Ещё удар — клинок вылетел из рук. Последний — по плечу. И его аура вспыхнула оранжевым. Ниже порога. Бой окончен. Глинда взмахнула плетью. — Достаточно! Зал затих. Блейк отступила на шаг, опустив клинок. Затем, что удивило всех, протянула руку Жону. — Ты молодец, — тихо сказала она. — Лучше, чем думаешь. Жон, шатаясь, поднялся на ноги. Принял её руку. Он выдохнул и позволил себе слабую улыбку. — Спасибо. И ты… ну… ты была просто невероятна. Она кивнула. И это тоже была форма уважения. А в толпе Руби, сияя, захлопала первая. Янг присоединилась. Потом Вайс — нехотя, но всё же. И вскоре весь класс аплодировал. Глинда не улыбнулась — но её глаза чуть смягчились. Она сделала пометку в планшете, глядя на Жона. — Потенциал. Поддержка командной формы. Неустойчив, но обучаем. Интересно. Затем он посмотрел на двух студентов которые стояли перед ней. - Мисс Беладонна, мне вам нечего сказать. Вы были хороши, не лезли без нужды и старались анализировать своего врага и действовали соответственно. - Глинда сделала еще несколько пометок, прежде чем перевести свой взгляд на Жона, который слегка напрягся от взгляда ее изумрудных глаз. - Что касается вас Мистер Арк, то вы сильно улучшились во второй половине боя.. Хотя ваша работа ног оставляет желать лучшего, пусть вы и обладаете большими запасами ауры, должна сказать чтобы вы поработали над своим телом. Вам критически не хватает силы, скорости и самое главное выносливости. Жон только кивнул, принимая ее совет близко к сердцу. - Хорошо, студенты, можете быть свободны. Жон вернулся к друзьям, тяжело дыша. Вайс вручила ему бутылку воды, молча. Ян хлопнула по плечу — осторожно, но с одобрением. Руби… обняла его. — Ты был невероятен, — сказала она. — И ты держался. Ты… ты был как рыцарь!!! Он засмеялся, слабо, но искренне. — Спасибо, Руби.