Тёмный и неспокойный день Энби

      Всё было почти готово к пути. Энби взяла напрокат кассету с фильмом и снова надела свой дождевик. Белль взяла ключи от машины. Она успела смириться со своей судьбой. Белль не хотела простудиться из-за этой внезапной услуги, о которой её попросила Энби, поэтому ей нужно было сделать ещё кое-что, прежде чем отправиться в путь. Ненадолго одолжив фонарик Энби, Белль поднялась наверх, в свою комнату, и открыла один из шкафчиков напротив кровати. Внутри было прозрачное пончо-дождевик. Оно не было похоже на те, что можно было купить в магазине 141 всего за несколько денни. Оно было сделано из прочного прозрачного материала и имело зелёную отделку по низу, а также дизайн очень типичного банбу сбоку. Практично и стильно. Белль поспешно накинула пончо на себя, надела свои резиновые сапоги и спустилась вниз, чтобы вернуть фонарик Энби.       — Хорошо. Давай сделаем это.       — Вперёд. Спасибо ещё раз за помощь.       Энби взялась за ручку задней двери, ведущей на парковку. В отличие от входной двери, которую ранее распахнул ветер, более тяжёлая металлическая дверь в сочетании с ветром, дующим прямо в неё, означала, что ей пришлось приложить заметно больше усилий для того, чтобы её открыть. Как только дверь открылась достаточно, чтобы Белль смогла протиснуться наружу, Энби последовала за ней. Дверь захлопнулась за ними, и они побежали к машине.       Видеть погоду из окна — это одно. Но на самом деле оказаться посреди всего этого снаружи — совсем другое. Во-первых, Белль сразу поняла, что на самом деле по ощущениям на улице было не так ветрено, как ей казалось, и она восприняла это как приятный сюрприз. Однако это не означало, что ей не нужно было бороться с ветром, чтобы удержать капюшон пончо на своей голове. Ей приходилось немного наклоняться против ветра на каждом шагу. Хотя погода снаружи была не настолько ужасной, как Белль думала изначально, она всё равно была довольно плохой. Во-вторых, пусть ветер и не был таким уж сильным, как казалось изначально, каким-то образом дождь оказался намного хуже. Белль едва могла видеть свою машину. Каждый её шаг прерывался всплеском воды, которая покрывала ковром всю парковку. За несколько мгновений, которые потребовались, чтобы добраться до машины, каждый дюйм её тела, не защищённый напрямую пончо-дождевиком и резиновыми сапогами, оказался полностью мокрым. Борьба между ветром и её капюшоном означала, что её волосы и лицо тоже пострадали.       Как бы то ни было, как только они обе сели в машину, Белль заметила, что Энби тоже была промокшей до нитки. Возможно, было бы разумно взять одно или два полотенца с собой, чтобы они лежали в машине? Нет. Если подумать, полотенце бы промокло насквозь, пока они добирались до машины, и было бы полностью бесполезно. Белль завела машину, включила дворники на максимальную скорость и была разочарована, но не удивлена, обнаружив, что дворники не особо помогали с видимостью при таком количестве дождя. Да, дополнительные фары на крыше машины немного помогали, однако Белль всё равно было трудно разглядеть что-то большее, чем общие формы и цвета перед стеклом. Ей придётся ехать медленнее, чтобы быть осторожной.       — Наша первая остановка — заброшенная больница на окраине города, — сказала Энби. — Существует городская легенда, в которой говорится, что там можно увидеть свой собственный призрак. Если ты встретишь своего призрака, то умрёшь позже в ту же самую ночь.       — Да ладно тебе, мы обе знаем, что призраков не существует, — машина тронулась, а затем повернулась, чтобы уехать и… Белль уставилась на ворота перед собой. Они были закрыты. — Энби, ты не против?       — Поняла.       Открыть ворота было несложно, но Белль пыталась свести к минимуму время, проведённое на улице. Энби, наоборот, не обращала внимания на бушующие вокруг неё стихии и вскоре вернулась в машину после того, как открыла ворота. Поездка в больницу, о которой шла речь, в основном была посвящена обсуждению того, что именно Энби надеялась выяснить.       — И как это поможет нам разобраться с фильмами ужасов?       — Если я попаду в ситуацию, которая характерна фильмам ужасов, будучи одетой таким образом, то мы сможем понять, почему этот наряд ассоциируется с жанром ужасов больше, чем с другими.       — Я имею в виду… — Белль остановилась перед светофором, на котором горел красный свет. Она указала на лобовое стекло перед собой и на водопады воды, стекающие вниз по нему. — Разве ты хотела бы выйти туда в обычной одежде?       — Это не связано с нашей темой.       — Ещё как связано. Во многих фильмах ужасов плохая погода используется как сюжетный ход или для создания правильной атмосферы. Лично я сейчас чувствую себя больше как в фильме-катастрофе, сидя за рулём машины.       — Именно. Я уже упоминала об этом в видеомагазине. Даже в фильмах-катастрофах, где дождь является основным фактором, персонажи обычно никогда не носят дождевик. В фильмах ужасов дождь идёт не так часто, но почти каждая главная сцена с дождевиком — это сцена ужаса. Это не имеет смысла.       — … Это… так. Но я не уверена, что это полностью так.       — Тогда можешь ли ты порекомендовать мне фильм-катастрофу, в котором есть важная сцена с персонажем в жёлтом дождевике?       — Это довольно специфичный запрос. Я не уверена, что фильм, о котором ты говоришь, существует.       — Именно.       Разговор в основном продолжился вокруг этой темы. Энби настойчиво утверждала, что должна была существовать какая-то связь между дождевиками и фильмами ужасов. Белль пыталась придумать объяснения, которые имели смысл, а Энби копала глубже, чтобы снова вернуться к основному вопросу. Даже при ограниченной видимости было легко сказать, что пейзаж Нью-Эриду постепенно менялся. В конце концов, в поле зрения появилась больница, о которой шла речь.       Даже через лобовое стекло Белль уже могла сказать, что это место давно перешло грань «заброшенности». Скорее, оно уже начало постепенно разваливаться на части. Белль была откровенно впечатлена тем, что это здание до сих пор не снесли. В городе происходили сбои электричества. Небо было тёмным. А Белль сейчас подъезжала к больнице, которая выглядела так, будто процесс её разложения сам по себе мог быть старше её. Она почти начинала понимать, что именно имела в виду Энби. Ключевое слово было «почти».       Как только Белль открыла дверь машины и вышла на улицу, она тут же столкнулась со вторым за сегодня случаем, когда на неё обрушились пули из дождя и ветра. Даже несмотря на то, что её защищало пончо, каждая капля дождя ощущалась как крошечная пуля, которая могла пронзить пончо и всё равно намочить её кожу. Ветер дёргал за край её пончо, даже просто держать его в правильном положении было сложно. Белль не могла поверить, что эта мысль пришла ей в голову, однако в данный момент она завидовала жёлтому дождевику Энби. Он был явно сделан из более плотного материала, что, вероятно, объясняло, почему она казалась такой невозмутимой, несмотря на погоду.       Белль просто успокоила себя мыслью, что обрушившийся на неё водоворот из ветра и воды не должен был длиться слишком долго. Обе девушки поспешили к дверям больницы, только чтобы обнаружить, что у заброшенного здания даже не было дверей; только пустой дверной проём. Больница начала подвергаться небольшому затоплению из-за своего состояния и расположения, однако уровень воды не превышал пары дюймов. Что ещё важнее, ветер дул прямо в дверной проём, из-за чего девушкам пришлось ступить глубже внутрь, чтобы как следует укрыться от непогоды. Они смогли наконец-то снять свои капюшоны. Как только это было сделано, Энби полезла искать что-то в кармане дождевика. На этот раз она достала оттуда пару раций.       — Для тебя, — сказала она, протягивая Белль одну рацию.       — Ээ-э… спасибо? Разве мы не можем просто воспользоваться нашими телефонами?       — Нет. У меня села батарея, пока я тебе звонила. Это единственный способ оставаться на связи.       — Понятно. Подожди! Оставаться на связи? Разве ты не сказала, что я должна следовать за тобой попятам?       — Да. Но это на тот случай, если нас разлучат против нашей воли. В фильмах ужасов совершенно нормально, когда людей, путешествующих вместе, насильно разлучают. Если это произойдёт, мы должны использовать рации, чтобы восстановить связь, а затем встретиться в вестибюле как можно скорее.       — Ты действительно всё запланировала, да?       — Я же сказала, что доверяю тебе свою жизнь, прокси. Но в то же время, согласившись поехать со мной, ты тоже доверяешь мне свою жизнь. Я бы не смогла простить себя, если бы позволила чему-то случиться с тобой, особенно из-за моего любопытства. Кроме того, Николь сказала перед моим уходом: «Если с Фаэтоном случится что-то плохое, пока она с тобой, в мире не хватит денег, чтобы расплатиться за это».       — Оу, спасибо вам обеим за беспокойство.       Энби включила фонарик и пошла по коридору. Белль последовала за ней, размышляя о её словах. Это было сложно судить по тону её голоса, однако Белль уже достаточно хорошо знала, насколько Энби заботилась о близких для неё людях. Тем не менее ей всё ещё не нравилось, что её собираются таскать по всему Нью-Эриду в такую ​​паршивую погоду. И хотя Белль понимала, что Энби была немного странной, ей было слегка не по себе от того, насколько серьёзно она относилась к этому маленькому расследованию. Энби полностью ожидала, что с ними могло произойти нечто прямо из фильма ужасов. И, честно говоря, Энби была так увлечена этой идеей, что у Белль тоже появились некоторые подозрения.       Общая атмосфера заброшенной больницы определённо точно не помогала избавиться от этих подозрений. Даже если не считать небольшого наводнения, это место к настоящему времени было настолько ветхим, что ветер и дождь могли приходить и уходить, когда им заблагорассудится. Вода капала с потолка, а трещины в стенах и отсутствующие окна означали, что некоторые места в больнице подвергались тем же суровым погодным условиям, что и снаружи. Даже в местах, где не было сильных сквозняков, постоянно слышался свист ветра, пробирающегося через узкие пространства. Иногда, в определённых местах, ветер издавал и другие звуки. В какой-то момент Белль могла поклясться, что это был голос, зовущий её по имени. Честно говоря, единственным, что удерживало её активное воображение, было присутствие Энби. Белль сосредоточилась на девушке прямо перед ней, следуя за её белыми волосами и жёлтым дождевиком, и всё было хорошо. Поддержание разговора тоже помогало.       — Ты правда знаешь, как выбирать эти места, не так ли? — нервно спросила Белль.       — Я не понимаю, что ты имеешь в виду.       — Я имею в виду, что это место чертовски жуткое. Я правда чувствую себя как в фильме ужасов.       — Это звучит как комплимент. Если так, то спасибо. Если тебе страшно, можешь держать меня за руку. Николь так делает, когда я включаю фильмы ужасов ночью. У неё очень сильная хватка.       — Нет, спасибо. Или… не сейчас, по крайней мере, — Белль не смогла сдержать себя от того, чтобы заглядывать в разные комнаты, когда они проходили мимо них. Все они были в таком же плачевном состоянии, как вестибюль и коридоры. Старые, тёмные и ветхие. — Как ты вообще узнала об этом месте?       — Я искала городские легенды и слухи на Интерноте и в социальных сетях. Если честно, вопрос о дождевиках и фильмах ужасов беспокоил меня уже долгое время. Я не могла попытаться найти на него ответ, когда впервые об этом подумала, потому что погода была слишком хорошей. Как только я увидела прогноз погоды на сегодня, я поняла, что это мой шанс. Поэтому я начала искать как можно больше разных мест. Затем я сузила круг до тех, которые напоминали типичный сюжет из фильма ужасов.       Внезапно относительное спокойствие было прервано громким писком и таким же громким грохотом. Следующее, что Энби осознала, так это то, что прокси, которая осторожно следовала за ней, внезапно оказалась впереди. Она схватила её за руку, которая держала фонарик, чтобы заставить посмотреть в другую сторону. Именно оттуда раздался тот внезапный звук. И всего на долю секунды Энби увидела виновника. Её единственным желанием было иметь достаточно времени, чтобы получше рассмотреть его, однако она увидела достаточно, чтобы сделать вывод. Источником звука была молодая девушка с такими же белыми волосами и в таком же жёлтом дождевике. Это всё, что Энби успела заметить, прежде чем фигура, как ей показалось, исчезла. Но этого было достаточно.       — Прокси. Ты тоже это увидела, да?       — Да. Ты думаешь, это был твой призрак?       — Скорее всего, — вместо того, чтобы повернуться и пойти обратно в вестибюль, как хотела Белль, Энби пошла глубже. Она продолжила двигаться в направлении предполагаемого призрака, решив довести это дело до конца. — Прокси, держись поближе ко мне.       — Поняла.       Разговор резко прекратился. Остались только свист ветра, капание воды, бесконечный грохот грома и их шаги. Шлёп-шлёп. Шлёп-шлёп. Шлёп-шлёп. Пока в конце концов они не добрались до того самого места, где был замечен призрак. Однако они не обнаружили ничего необычного. Только старые стулья, осыпающиеся стены, мокрые полы и протекающий потолок.       — Что теперь?       — Я не уверена, — Энби приложила руку к стене. — Эта стена в очень плохом состоянии. Смотри, вода течёт сквозь неё как фонтан. Она может рухнуть в любую минуту, особенно при такой ​​суровой погоде. Вот, подержи фонарик.       — Хорошо.       Пока Энби продолжила ощупывать мокрую стену, по-видимому, в поиске какой-то зацепки, чтобы сложить воедино то, что она только что увидела, Белль попыталась дать ей хорошее освещение. Затем, лишь краем глаза, она могла поклясться, что на секунду увидела своё собственное привидение. Однако, когда она обернулась, чтобы посмотреть на него, всё резко сложилось воедино.       — Эм, Энби, можешь сделать шаг или два назад от стены? Я хочу кое-что проверить.       — Хорошо, — как только Энби отступила назад, Белль выключила фонарик. Их обеих окружила полная темнота. Затем Белль снова включила фонарик, и на очень короткое мгновение Энби увидела что-то в стене. Своё отражение в потоке воды с потолка. — О. Я поняла.       — Энби, ты напугала меня до полусмерти, — простонала Белль, сделав несколько шагов назад и рухнув на одно из старых больничных кресел. — Я действительно подумала, что ты увидела призрака!       — Призраков не существует. Ты сама так сказала.       — Тогда зачем мы их ищем, если ты в них не веришь?       — Я не говорила, что не верю в них. Но я не удивлена, что это просто моё отражение.       — Мы можем теперь идти? Это место заставляет меня чувствовать мурашки на коже.       — Да. Я не думаю, что мы узнаем что-либо о фильмах ужасов здесь, раз уж слух о привидениях оказался выдумкой.       Итак, они вдвоём направились обратно в вестибюль. Как бы Белль ни нравилось находиться внутри, в этот момент она была более чем готова снова пройти через ветер и дождь, вместо того, чтобы оставаться здесь. Она никогда не думала, что почувствует облегчение, выйдя на улицу в такую ​​мрачную погоду и борясь с ветром за равновесие и контроль над своим пончо-дождевиком на каждом шагу. И всё же, она была рада оказаться на улице. Всё, что не было напрямую прикрыто её пончо, промокло до нитки. Её волосы были в ужасном состоянии, и каким-то образом она всё равно была за это благодарна.       Если каждая остановка, которую запланировала Энби, будет точно такой же, то им предстоял долгий день.       — Ладно, Энби. Куда дальше?