Злой Дозор

За час с лишним Филипп успел обойти все местные аттракционы раза три. Сложность состояла в том, что привлекать к себе внимание было никак нельзя. А потому он изо всех сил делал скучающе-созерцающий вид. Узнать успел немногое. Например, что деньги здесь точно такие же, как и в его мире. А из купленной газеты стало ясно, что время между мирами разнится всего на два дня. Разумеется, за два дня такого страшного переворота произойти никак не могло, и в плане будущего он мог быть относительно спокоен. Но выяснять у местных, как давно здесь подобное положение вещей, Филипп опасался. Однако рассказать Завулону о такой возможности обязательно надо. Вот только бы отыскать своего пропавшего напарника, да успеть унести отсюда ноги! Всего павильонов здесь было двенадцать. Первый, стоящий у главных ворот, очевидно занимала администрация "фестиваля" (названия у мероприятия не имелось, но очевидно, все и так знали, зачем тут собираются тёмные). Время от времени в серо-синем шатре исчезали различного вида маги, одни или с рабами. Выходили в разном же настроении, от радостно-пьяненького до негодующего. К участию предлагались почти все известные виды спорта, вплоть до шахмат. Но самым популярным и престижным развлечением считались бега, на которые выставлялись, без ограничений, рабы любого возраста и пола. А поскольку опытным путём хозяева давно успели выяснить, что сытый и небитый раб бежит гораздо быстрее заморенного голодом и покалеченного, то и выглядели здешние пустышки довольно прилично. Именно на бега приезжали сюда гости со всей страны, не реже раза в два месяца. Они не обязательно участвовали, но успешно общались, налаживали связи. Прямо на глазах Филиппа, на стометровке был поставлен рекорд в десять минут. Счастливый хозяин без стеснений трепал своего раба за щёки и называл красавчиком. Вполне возможно, что точно так же он поступал бы и выставляя питомца на собачьи бега, но выглядело такое отношение весьма позитивно. Хозяин победителя был приглашён на вручение главного приза через час у павильона номер 1. Филипп качнул головой и пошёл дальше. Жальцев вряд ли выбил бы стометровку, хоть за двадцать минут. У павильона номер 4, раскрашенного в голубой и розовый, он заметил уже виденного им оборотня. Его маленькая рабыня сидела на скамейке у входа, горько плакала и переобувала свои пуанты на кроссовки. - Ну не реви, - уговаривая, бухтел хозяин, - Чё ты? Потренируешься, через месяц опять участие возьмём, и порвёшь их всех нафиг. Ну не реви, слушай. Хочешь, я тебе Ризовского на неделю найму? Да хоть Цискаридзе! А ещё, я слышал, в Питере Джамаля видели. Только уточнить, кто у него сейчас хозяином. - Джамаля? - девочка шмыгнула носом и подняла глаза, - Он живой? - Выясню, - солидно пообещал оборотень. А потом стянул с себя кардиган и замотал в него свою рабыню с головы до ног. Несколько раз Филипп видел в толпе типа в кожанке. Встречались ещё тёмные с жёлтыми повязками на руках, но уже попроще. Наверное поэтому история с побоями больше не повторялась. Проходя второй раз мимо лавки с попкорном, он застыл в лёгком шоке. За прилавком орудовала ведьма Таисия (здесь, в этом мире, впрочем - бывшая светлая)! Бледная, худая, как и все пустышки, коротко остриженная, но вполне узнаваемая. И не только по внешности. Очередной покупатель, забирая пакет с готовым попкорном, сказал ей что-то резкое. Она в ответ зыркнула из-под ресниц и что-то ответила. Пустышка - местному хозяину жизни! Что сказала, Филипп не слышал, но тёмный маг подавился очередной своей репликой и поспешил прочь. Филипп устал и проголодался. Он не представлял себе, как вернётся в свой мир без Жальцева. Что скажет? Как объяснит его отсутствие? И потому упрямо сканировал местность, выискивая в толпе знакомое лицо. И надо же! Вдруг обнаружил его, неподалёку от первого павильона. Филипп так обрадовался, что даже задуматься не успел об отсутствии у того наколдованного ошейника. Да в этот момент вообще всё на свете перестало иметь для него значение! Протолкавшись через толпу, он впился в руку напарника, боясь что тот снова ускользнёт в никуда. - Евгений Александрович! - он рывком развернул беглеца к себе, - Какого черта я должен вас искать?? И замер. На него со сдержанным недоумением смотрел тёмный. Вне всяких сомнений, этот Жальцев был тёмным, как увиденная чуть раньше Таисия - бывшей светлой. - Простите? - местный Жальцев поправил свободной рукой свои очки. Да, теперь Филипп видел, что и костюм на нём гораздо темнее, и галстук синий в белых крапинках. Но самое главное - взгляд. Смотрел он совсем иначе, уверенно, с лёгким даже превосходством, и совсем не сутулился больше. Пришлось спешно выпускать чужого иного из хватки и искать объяснения: - Иззвините, - слегка замялся Филипп, соображая на ходу и сводя замеченное ранее в общую картину, - Я просто в растерянности. Мне предложили к вам обратиться. У меня... раба украли. - Прямо-таки украли? - кривя бледные губы, удивился местный Жальцев, - Вы уверены? - Ну... Или он сам заблудился. Звучало беспросветно глупо, но уж тупить, так по полной. - Такой ценный раб? - а ехидство-то в обоих мирах у него одинаковое. - Ох, вы не представляете, - буркнул Филипп в сторону. - На соревнования выставляли? - Ннет. Нет. Я в первый раз. Присмотреться пока, что к чему. Филипп перепугался, что с него потребуют доказательство законности присутствия здесь. Что там полагается в виде пропуска? - Ну-ну, - серые глазки за стёклами в дорогой оправе сверлили его насквозь, - Не переживайте, найдётся ваш раб. До конца мероприятия... - тёмный Жальцев глянул на наручные часы, очень похожие на компас, - ещё три часа. А до той поры на вход-выход у нас строгий досмотр. Сами понимаете, побегов мы допустить не в праве. Сейчас что-нибудь придумаем, - и позвал за спину, - Михей! Филипп уже даже не вздрогнул, увидев здоровяка, выходящего из первого павильона. Точь-в-точь такой, каким он его помнил. Только серьга в левом ухе теперь с аметистом карата на два, не меньше. - Вас, простите, как зовут? - запоздало уточнил Жальцев. И что делать, если в этом мире и его двойник имеется? - Филипп, - всё-таки пришлось сдаться, - Филипп Бельгер. Он впервые в жизни представился фамилией своего родного отца. И внутренне возненавидел себя за это. Но фамилия, так запомнившаяся всем иным в его мире, здесь никакого эффекта не произвела. Жальцев только кивнул, принимая информацию, и обратился к Михею: - У нас в отстойнике кто-нибудь имеется? - Трое, - лениво отозвался здоровяк, - Как никогда. - Ну, - ласково улыбнулся Жальцев, - Вот видите. Я думаю, кто-то из потерянных рабов как раз ваш, бесценный, и будет, - и добавил, - Михей, проводи господина Бельгера. Пришлось топать куда-то в сторону защитно-камуфляжной палатки, следом за широкой спиной своего провожающего, собственными лопатками ощущая прожигающий взгляд из-за очков. - Они шельмы, каждый раз кто-то да норовит сбежать и потеряться, - добродушно поясняли Филиппу, откидывая простой полотняный полог почти армейской палатки, - Сидят потом, как партизаны, делают вид, что ни хрена не помнят, с кем пришли. А хозяева с ног, поди, сбились. Вот, как вы. В палатке было светло и тепло. Рабов действительно оказалось трое, но никто из них не был Жальцевым, на что Филипп очень надеялся. Хотя, уже подозревал, что выйдет всё по итогам куда серьёзнее. Один из рабов, совсем молоденький, не старше двадцати пяти, забившись на стул в тёмном углу, уминал за обе щёки халявский бургер с такой скоростью, словно его могли отобрать в любую секунду. Другой попросту бессовестно дрых на скамейке, возле большого стола, так сладко, будто это самая мягкая постель в мире. Третьего сейчас перевязывал тёмный целитель. Это был тот самый раб, который не сумел отжаться в двадцать пятый раз. Ватно-марлевая нашлёпка на его правом ухе пропиталась кровью, пальцы на правой руке были синими и распухли. - Я обязан спросить, - почти не обратив внимания на вошедших, сказал рабу целитель, - Имя твоего хозяина и причины травмы? Это для отчётности. Никакого белого халата на маге не было и в помине, лишь простые брюки и серый пуловер. Нос с горбинкой, седина на висках. Уровень почти пятый. Избитый с тревогой глянул на Филиппа и Михея, и опустил глаза. Ему совсем не нужны были свидетели возможных откровений, за которые он дополнительно получит по возвращении к хозяину. - Моего здесь нет, - быстро сообразил Филипп, - Идёмте. Может быть, есть ещё способ его найти? И двинул на выход. Он успел заметить усмешку своего провожатого, явно догадавшегося о причинах такой торопливости. Михей привёл его назад, к главному павильону. И как раз вовремя, чтобы Филипп успел увидеть того самого стража порядка в коже. Льдистые глаза смотрели на Жальцева, пока он докладывал вполголоса: - Две машины. Прямо из аэропорта. Жальцев слушал с беспокойством. Соображал что-то, поглядывая на автостоянку за пределами ограждения, где яблоку негде было упасть, не то что ещё одной машине встать. - Пусть их, - наконец решил он, заметив возвращающегося Филиппа, - Мы своё дело сделали. Вряд ли Завулону очень надо на награждении присутствовать. Последнее было на грани слышимости, но Филипп уловил. И забеспокоился ещё сильнее. По какой причине Завулон может явиться на местное дикое мероприятие в глубинке? Не за его ли рабом? Тьфу! Уже и сам втянулся! - Что с Серапином? - льдистые глаза кожаного мимоходом проехались по Филиппу, оставляя ощущение изморози на щеке. - Ох, что ты, Юра, - ответил Жальцев, - Зачем нам Серапина Мироновича беспокоить. У него сейчас инквизитор в гостях. После расскажем. Тут Жальцев сделал вид, что только заметил подошедших. Выглядело это слишком фальшиво, чтобы поверить: - А, вот и вы, господин Бельгер! Ну что? Не нашли? - Нет. Филипп напряжённо мотнул головой. У него появилось чёткое чувство, что он угодил в смертельно опасную ловушку. Мелькнула мысль - наплевать на Жальцева и успеть сбежать самому. А потом вернуться и попробовать выцепить... Ага, - уныло подумал он, - Выцепить. То, что останется в застенках Спецотдела Инквизиции от единственного светлого в этом мире, всё ещё имеющего магические силы. - А у нас тут ещё один раб завалялся! - подтверждая его опасения, жизнерадостно сообщил Жальцев, - Может, хоть этот - ваш? Он махнул рукой, подавая какой-то знак пустоглазому тёмному, которого назвал Юрочкой. Тот кивнул другому парню с повязкой на рукаве. Из павильона с большой зелёной цифрой 2 над входом, ещё двое в повязках вывели за подмышки мужчину, с крепко связанными за спиной руками и холщёвым мешком на голове. И это уже, вне всяких сомнений был - его светлый Жальцев. А в арку деревянных, празднично обмотанных цветными лентами ворот как раз входила самая странная компания, какую Филипп ожидал бы здесь увидеть. За спиной Завулона, непривычно одетого в строгий, с иголочки костюм и дорогое пальто, любопытно озирался по сторонам Антон Городецкий. На шее Городецкого блестел плотный, будто из множества пластинок состоящий - ошейник раба.