Злой Дозор

Сегодня светлый выглядел почти прилично: джинсы, белая рубашка. Только вот вязаный жилет в ромбиках поверх, место которому с успехом нашлось бы в музее, на выставке, посвящённой советскому быту, вызвал у Филиппа неконтролируемый вздох. - Что-то не так? - забеспокоился Жальцев. - Всё в порядке. Пока. Здесь. А рюкзак вам зачем? Светлый поправил на своих плечах лямки небольшого чёрного рюкзачка и гордо сверкнул очками: - Практика показывает, что запасы не повредят. Желаете ревизию провести? На сей раз Жальцев всё-таки наделал бутербродов. Но наверняка не для себя, а в неистребимом светлом стремлении накормить всех голодных, во всех существующих мирах. К ним, опять же, минералка, шоколад и аптечка. - Ещё бы палатку, пару спальных мешков и туристическую горелку, - сказал Филипп, но совсем беззлобно. По большому счёту ему было плевать, что ещё удумает его спутник, - Ах да, кастрюля и чайник. - Ох, - будто бы спохватился Жальцев, - Как-то не подумал. В следующий раз обязательно. А вот фонарик... - Господи, - тоскливо посмотрел на него Филипп, - Фонарик-то вам зачем? Мы же не на неделю идём. Поворот, щелчок броши, укол. Чужой мир встретил их яростным проливным дождём, промозглым холодом и небом, таким чёрным от туч, что возникло сомнение во времени суток. Это случилось так неожиданно, что оба пригнулись, рефлекторно и безуспешно заслоняясь ладонями от непогоды. - А вот про зонтик я как-то не подумал! - Евгений говорил громко, пытаясь перекричать стихию. - Компас! - напомнил Филипп, - Быстрее! Небо прочертила от верха и до самого горизонта жирная, ветвистая молния. Грянул такой раскат грома, что подошвами оба прочувствовали, как вздрогнула земля. - Сейчас! Пару минут всего! - Жальцев задрал рукав левой руки, прикрывая компас правой ладонью. За пару этих минут Филипп успел вымокнуть до нитки. Наконец, услышал разочарованное: - Ничего. Пусто. И что этого светлого больше огорчает? Отсутствие следов инквизитора или то, что побродить по миру не выйдет? - Уходим! - велел Филипп. Он дождался момента, когда в его руку привычно вцепились крепкими пальцами, и повернул навершие броши... Попробовал повернуть - безуспешно. - Чёрт! - выругался он. - Что такое? - его беспокойный спутник попробовал тоже взглянуть на брошь. - Понятия не имею! - Выйти и зайти снова? - Жальцев глупо хихикнул. Это у него от нервов, что ли? Филипп неодобрительно покачал головой, но совету попробовал последовать. Поворот назад, бесполезный щелчок. Укола не было. Ладно. Успел подумать, не сломает ли он этими манипуляциями всю систему? Но уж очень хотелось побыстрее убраться подальше от ледяного дождя. Опять поворот в нужном направлении... И яростная световая вспышка прямо в не ждавшие такого глаза. Филипп вскрикнул, взмахнул руками, когда земля ушла из-под ног. Мир кувыркнулся, и шарахнул его со всего маху спиной о камень. Затылку тоже досталось. Голова загудела, совсем растворяя его в пространстве. Могло быть и хуже, - успел подумать Филипп, - Хорошо, что успел хоть чуть-чуть сгруппироваться. Но откуда тут камень? Асфальт же был? А потом стало темно. * * * - И чё делать? - А хрен его знает. Пусть шеф решает. Это было первое, что услышал Филипп, когда сознание стало возвращаться, медленно, неохотно. Брошь! - хватился он в первую очередь. Но тут же успокоился, ощутив её в судорожно стиснутом кулаке. Жальцев! - этот страх шёл вторым номером. И пространство вокруг себя он просканировал ещё до того, как открыл глаза. Вокруг мелькали тени и звёздочки искр. А возле него, совсем близко, находились, судя по всему, четверо... нет, уже пятеро иных. Тёмных. И ни одного! светлого. - Слышь, мужик, ты откуда тут взялся? Теперь он узнал голос, но ушам не сразу поверил. Может, потому что хозяин голоса явно не узнавал его самого? - Где... я? - прохрипел Филипп. Собственный голос болью отдавался в затылке. Ах, да, он же ушибся при падении. Спиной ещё... Стоило об этом вспомнить, как весь позвоночник заныл, засаднил. Ну что же, Авиценна нам в помощь. - У друзей! - весело ответили ему. Зрение прояснилось, лишая последних сомнений. Сперва он увидел только радужно-полосатый идиотский пиджак, а потом уже прямо перед ним оказалось лыбящееся лицо Шагрона. Ему протянули руку, Филипп сел, ухватившись за неё и опершись другой ладонью о ледяной мраморный пол. Стены были знакомы, как и потолок. Кроме Шагрона, имелись ещё пара-тройка знакомых лиц, имён правда не вспомнилось. В отдалении толклась группка любопытных. За окном, большим, солнечным, по другую сторону дороги высилось шестиэтажное здание с лепниной и крохотными балкончиками, мимо которого он каждый день проезжал по Тверской, чтобы припарковать машину на площадке за углом. Так было удобнее. Филиппу захотелось вновь потерять сознание. Это был с детства знакомый офис Московского Дневного Дозора. * * * Нет, его не скрутили силой или заклинаниями, но взгляды двоих охранников - незнакомых боевых магов, были достаточно красноречивы. Жизнерадостный Шагрон тоже не отставал ни на шаг, пытаясь расспрашивать, но раз за разом получал односложные ответы. Филиппу надо увидеть местного Завулона, поговорить с ним. Попытаться убедить его найти Жальцева, при этом не очень вдаваясь в подробности. И не позволить отобрать брошь! Весь путь по зданию был похож по ощущению на одну из тех дурацких компьютерных игр с поиском аномалий. Стараясь позабыть о мокрой одежде и хлюпающих ботинках, Филипп считал сходства и отличия. Там - розетка в стене, которой не было, здесь - на подоконнике горшки с цветами, а вот тут через приоткрытую дверь видно, что жалюзи не голубые, а светло-зелёные. Незнакомые любопытствующие лица, и их куда больше, чем знакомых... У самого кабинета Завулона он сбился со счёта. Да, кабинет находился в том же коридоре, за той же дверью без какой-либо таблички. Но вот войдя внутрь Филипп оторопело замер, и в сомнениях, не сдержавшись, перекинул вперёд волосы и стал отжимать с хвоста воду. Смахнул ладонью остатки капель со лба. Носовой платок ведь тоже наверняка мокр и бесполезен. Ох, наделает он тут грязи! Но кабинет! Филипп же в нём вырос, можно сказать! Здесь пространство наполнено светом, и никаких задёрнутых накрепко портьер. Книжные шкафы с идеально чистыми стёклами, чёрно-белые фотографии по стенам. На столе ничего лишнего, а то, что есть, сложено так ровно, будто выверяли по ниточке. Где идиотский спиннер с бриллиантами? Где статуэтка Дилюка на заказ изготовленная известным мастером? Где ручной эспандер с лиловыми рукоятками, и пара кастетов из чистого серебра? Стена, на которой всегда висел гигантских размеров монитор - пуста. Кресло, вот, вроде то же, но возле него ни одной игровой приставки не валяется. А это что - камин?? Настоящий?? Неприметная тень сбоку шевельнулась и хозяин кабинета оказался в поле зрения. Филипп замер, напоминая себе: это другой мир, не тот, где светлые стали рабами. А Завулон, вот, почему-то такой же, в сером костюме и строгой рубашке. Только будто осунувшийся, посеревший какой-то. Он смотрел так... Филипп знал учителя достаточно, чтобы примерно понять этот взгляд. Кажется, непредвиденный посетитель отвлекал главу Дневного Дозора от апокалипсиса, на который уже куплены билеты в первый ряд, и даже программка имеется; прикончить сразу, чтобы не отвлекал? хотя, есть ещё время задать пару вопросов; но на ответы всё равно плевать. - Полотенце? - спросил этот иномирный Завулон, протягивая озвученное. От пустого голоса мороз ещё сильнее загулял по коже. - Спасибо, - сказал Филипп, приняв, вытер руки, промокнул хвост. И чихнул, - Я не отказался бы полностью переодеться, но разговор не терпит отлагательств. - Подождёт. Завулон махнул ладонью, не поднимая руки, и его подчинённые мгновенно вымелись из кабинета, все, до единого. А Филиппа поманили подбородком к двери в стене между шкафами, которую он сперва вообще не увидел. За дверью оказалась небольшая ванная, с душевой кабиной и санузлом. Ещё был шкаф с солидным запасом одежды, в которую ему предложили переодеться, на выбор. С тем дверь закрылась. Хозяин остался ждать гостя снаружи. Обыскивать пришельца никто не стал. Интересно. Это хорошо, - подумал Филипп, роясь в шкафу, - Есть время обдумать всё, что можно сказать. Хотя, это же - Завулон. Он легко ломает все схемы и планы, вводя собеседника в ступор и лишая опоры, вытягивая недосказанное, уличая по оговоркам. Филиппа тоже пытался научить, но... Это был один раз из немногих, когда наставник был действительно разочарован. Он поджал губы, опустив уголки вниз, вздохнул, серые глаза смотрели не на Филиппа, а куда-то мимо. "Ну что же, ты не обязан уметь всё на свете, верно, мальчик?" И хлопок по плечу, вроде ласковый, но ужасно обидный. Филипп - мальчик, и не важно сколько ему лет. Он никогда не научится. Он излишне простой и недостаточно тёмный. Только вот сейчас надо из кожи вон вывернуться! Справиться! Найти Жальцева и вернуться домой. Брюки (удивительно) оказались впору - здешний Завулон не имел слегка распущенного на любимых вкусностях брюшка. И какое же чудо - сухие носки и ботинки, если прочувствовать на собственных ступнях! Рубашку он выбрал тёмно-синюю, хорошо подошла. А вот пиджаки узковаты. Что ж, обойдёмся без пиджака. Мокрую одежду он запихнул в пластиковый мешок, что нашёл в одном из ящичков стенного шкафа. Наскоро просушил волосы феном. С тем покинул ванную. На столе Филипп увидел уже ждущий его кофе, замечательно горячий, ароматный. Кажется, этот Завулон знал толк в подобном. В отличие от наставника Филиппа, который с удовольствием, огромными стаканами, поглощал бурду из автоматов. Немногословный хозяин кабинета указал Филиппу на кресло у камина, сам оставшись стоять у окна. Пришлось соответствовать. Спешки не любил, как выяснилось, ни один из уже знакомых ему Завулонов. Кофе и на вкус оказался потрясающим. Но быстро кончился. А камин в кабинете, с живым, тёплым пламенем, уже не казался Филиппу такой дикой затеей. Пауза всё длилась. Наконец, Завулон шевельнулся, сделал пару шагов, сел в своё кресло за письменным столом. - И откуда вы? - спросил он, будто в продолжение давно ведущегося разговора. - Издалека, - чего-то такого Филипп и ожидал от него. Придется попотеть, чтобы справиться. - Это я понял, - голос был безэмоциональным, как у автомата, - И то, что вещь в вашем кармане ещё более... издалека. А на шее... На это я бы посмотрел поближе. То есть, он знает о броши? О её происхождении? - Филиппа обдало холодом, - А Клык на шее, заговорённый учителем? Знал ли он, накладывая чары, где рискует оказаться ученик, и не было ли это таким приветствием его незнакомым двойникам? Таким знаком - этот наш. - Если вам понятно - примерно - откуда я, то вы знаете, кто мне подарил амулет, - сказал Филипп, - Я прошу о помощи. - А взамен? - Завулона будто и не интересовал разговор, как сам торг и его результаты. - Чего вы хотите? - бросил на пробу Филипп. Его собеседник не походил на иного, которому что-то вообще нужно. Угадал. Ему то ли предложили, то ли велели: - Рассказывайте.