Дом странных детей или что значит семья

Лето в Хоукинсе стояло в самом разгаре. Дни были долгими и жаркими, а вечера — тёплыми и полными стрекота цикад. Школьные заботы остались позади, уступив место беззаботному времени. Для Эдди это лето было особенным. Прошёл уже три месяца с тех ужасных событий, когда Векна напал на город. Эдди полностью оправился от ран, а самое главное — он больше не был один. Он и Стив стали парой, и их отношения, начавшиеся в хаосе и страхе, теперь расцветали в уютной и счастливой повседневности. Они проводили много времени вместе, учась быть открытыми друг с другом, залечивая раны прошлого. В этот тёплый летний вечер дом Стива Харрингтона собирался принимать гостей. Стив всегда был тем, кто собирал всех вместе, а теперь, с появлением Эдди, их дом стал ещё более живым. Эдди чувствовал себя здесь по-настоящему своим. На большой, уютной кухне Стива, уже пахло пиццей и чем-то сладким. Первыми пришли дети. Звонок в дверь, и вот уже Дастин, Лукас и Макс врываются внутрь, наперебой рассказывая о своих летних приключениях. Дастин, как всегда, был полон энергии, Лукас пытался быть серьёзным, а Макс, хоть и стала более открытой, всё ещё предпочитала отстранённо наблюдать. Следом за ними появились Майк, Уилл и Оди. Майк, как всегда, был возбуждён, Уилл — задумчив и тих, а Оди, с её недавними переживаниями, всё ещё училась жить обычной жизнью, но рядом с друзьями она чувствовала себя в безопасности. Дом наполнился их голосами, смехом, шутливыми перепалками. Это была их "банда", их странная, но очень дружная семья, которую они создали сами. Эдди наблюдал за ними, сидя на диване рядом со Стивом, и улыбался. Он чувствовал, как невидимые нити радости и счастья обволакивают их всех. Через некоторое время, когда дети уже рассаживались за столом, на кухню зашли Робин и Нэнси. Они пришли, держась за руки, и их улыбки были адресованы только друг другу. Робин, как всегда, шутила и сыпала остротами, а Нэнси, хотя и была более серьёзной, смотрела на Робин с такой нежностью, что сомнений не оставалось — они были влюблены. И Эдди, и Стив были рады за них. Они знали, что Робин давно нравилась Нэнси, и видеть их такими счастливыми было здорово. Компания собралась за большим столом, обсуждая всё на свете — от школьных сплетен до планов на каникулы, от новостей из газет до своих бесконечных партий в "Подземелья и Драконы". Эдди, который раньше был заводилой и главным рассказчиком, теперь был более спокойным, но всё равно активно участвовал в разговорах, обмениваясь шутками с Дастином и поддразнивая Стива. Стив же то и дело бросал на Эдди нежные взгляды, его рука покоилась на колене Эдди под столом. Всё было хорошо. Слишком хорошо, чтобы быть правдой. Вдруг звонок в дверь. Громкий, настойчивый. Все затихли. — Я открою, — сказал Стив, поднимаясь. Вернувшись, он держал в руке конверт. — Эдди, это тебе. — сказал Харрингтон протягивая письмо прямо в руки парню. Эдди взял письмо. Оно было странным. На конверте не было обратного адреса, только неровным, но знакомым почерком было написано его имя. И рядом с именем — маленький, едва заметный символ, который мог означать только одно. Знак Дома странных детей. Сердце Эдди пропустило удар. Он почувствовал, как невидимые нити мира вокруг него мгновенно натянулись, предвещая что-то неладное. — Мне нужно отойти, — наказал он тихо, его голос был странно глухим. Он встал и быстрым шагом направился на кухню, подальше от шумной компании. Все остальные переглянулись, но не стали спрашивать, понимая, что что-то серьёзное происходит. На кухне Эдди дрожащими руками разорвал конверт. Внутри был лист бумаги, исписанный тем же знакомым почерком, который он не видел уже много лет. Это был почерк Мисс Элеоноры, их "мамы" из приюта. Он начал читать, и каждое слово, словно ледяное прикосновение, замораживало его изнутри. "Мой дорогой Эдди, Пишет тебе Мисс Элеонора. Прости, что беспокою тебя после стольких лет, но у меня нет другого выбора. Произошло нечто ужасное. Пустота… она вернулась. Мы думали, что это всего лишь легенда, страшная сказка, которую рассказывали, чтобы дети не уходили далеко от Дома. Но она реальна. И она забрала одну из нас. Малышка Лили…" Слова расплылись перед глазами Эдди. Лили. Самая младшая. Та, что была всего лишь четырёхлетней девочкой, когда он уезжал. Эмпат, способная чувствовать чужие эмоции, такая хрупкая и нежная. Он помнил, как она плакала, когда он и Крисси уезжали, как он пытался создать вокруг неё "защитный кокон" из своих нитей. И теперь её нет. "Пустота…", "чудовище из легенд их детдома". Эдди вспомнил эти истории. В приюте им рассказывали о Пустоте — невидимом существе, которое приходило за «странными» детьми. Оно предала их глаза, чтобы вернуть себе человеческий облик. Это была их самая страшная сказка на ночь, предупреждение. И теперь она стала реальностью. "…она забрала её, Эдди. Мы не смогли её спасти. Мне так больно, дорогой. Я знаю, что ты уже взрослый и у тебя своя жизнь, но я должна была тебе сообщить. Мы собираемся попрощаться с ней. Если ты сможешь, пожалуйста, приезжай. Она всегда помнила о тебе, и о Крисси… С любовью и скорбью, Твоя Мама." Письмо выпало из ослабевших пальцев Эдди, шурша бумагой на полу. Он остался стоять в шоке, словно его ударили по голове. Воздух вокруг него, который только что был наполнен смехом и теплом, теперь стал ледяным и тяжёлым. Он чувствовал, как невидимые нити его мира, только что казавшиеся такими прочными, рвутся, как струны старой гитары. Его разум кричал: Лили. Она мертва. От рук того, о чём они думали лишь как о страшной сказке. В этот момент на кухню зашёл Стив. Он видел, как Эдди замер, бледный, с широко раскрытыми глазами, а на полу лежит смятый конверт. Стив сразу почувствовал, что что-то не так. Его обеспокоенный взгляд упал на Эдди. — Милый? Что такое? — тихо спросил Стив, подходя ближе. В его голосе не было ни капли осуждения, только мягкая забота. Эдди медленно повернулся. Его глаза были полны слёз, но он не издавал ни звука, просто рыдал беззвучно, крупные капли скатывались по его щекам. Его плечи тряслись от горя и ужаса. Он обнял Стива, крепко-крепко, словно ища спасения, и уткнулся лицом в его плечо, пытаясь сдержать подступающие рыдания. Стив обнял его в ответ, крепко прижимая к себе. Он не знал, что произошло, но чувствовал боль Эдди, которая пронизывала его насквозь. — Она умерла… — выдавил Эдди, его голос был хриплым и надломленным. — Лили… она умерла. Я… я должен поехать. Должен попрощаться. Стив ничего не понял, просто крепче обнял его, поглаживая по спине. Он не знал про Лили, но он знал, что Эдди нужна поддержка. Он видел его боль, его чувство вины, его страх. И он знал, что не оставит его одного. — Я с тобой, — мягко ответил Стив, его голос был твёрдым и уверенным. — Мы обязательно поедем. Вместе. Эти слова были бальзамом для израненной души Эдди. "Мы". Он был не один. У него был Стив, и у него были их друзья. Внутри Эдди возникло странное чувство: глубокое горе от потери Лили, но в то же время невероятная теплота от осознания, что он не будет проходить через это в одиночку. Все эти люди, его новая семья, были готовы пойти за ним, куда бы ни вёл этот путь. Они будут рядом. И это давало ему силы.