Новая эра, или Хочешь изменить мир — начни Гарри Поттера

– Ну что, – произнес он, – готова начать новую жизнь? Том усмехнулся. – Пора браться за дела, – произнес он. – Пора, – согласилась Гелия.  – Для начала нам необходимо тебя легализовать в этом времени и что-то решить с твоим образованием. Моя сестра не может быть необразованным гриффиндорцем. Да и мне надо что-то решить с Хогвартсом. Не думаю, что смогу долго притворяться перед Дамблдором. Да и сокурсники заметят разницу в моём поведении, и  молчать они не будут, да и с жильем что -то решать нужно, исчезновение моих магловских родственников вызовет вопросы, а жить в лачуге Гонтов даже после избавления от Морфина и ремонта в ней не лучшая идея. Гелия попыталась улыбнуться, но улыбка получилась натянутой и неуверенной. – Том, боюсь, что проблема не только в этом, – добавила она, с тревогой глядя на него. – Ты явно не смотрел на себя в зеркало. Том с сомнением взглянул на нее, словно не понимая, что она имеет в виду. Затем, вздохнув, он незамедлительно наколдовал зеркало. Увиденное отражение его порадовало, но в то же время и озадачило. Несмотря на то, что Волдеморт превыше всего ценил силу, но и тщеславие не было чуждо ему. В отражении он рассматривал красивого мужчину примерно 25-30 лет. Аристократические черты лица, густые блестящие черные волосы, греховный рот, изогнутый в саркастическую усмешку. Том был действительно красив, он был повзрослевшей версией своего юного "я". Правда, также прослеживались неуловимые черты, делавшие его похожим на Гелию. Нельзя было сказать, что именно в них было одинаково, но общие черты прослеживались и определенно указывали на то, что они были близкими родственниками. «Это магия, – подумал Том. – Магия крови, связавшая нас воедино. Но как это отразится на моих планах? Смогу ли я сохранить свою индивидуальность, или она постепенно растворится в этой связи?» – Что ж, тем более у нас возникает новый вопрос: что с этим делать? – Гелия вопросительно взглянула на Тома, ожидая его решения. – У тебя есть какие-то варианты? Том усмехнулся, словно предвкушая интересную игру. – Да, у нас их несколько, – ответил он, отходя от окна и приближаясь к Гелии. – Во-первых, все зависит от того, что мы хотим получить в итоге. Мы можем за определенную сумму галеонов просто получить бумагу, удостоверяющую нашу личность. Это даже не будет особо дорого. Бумажка, правда, только на территории магической Англии. Чтобы получить бумажку с международным статусом, придется заплатить несколько больше и обратиться во Францию. За гораздо большую сумму можно получить бумаги, делающие нас какими-либо родственниками утерянных древних родов. Их полно в Испании, Польше… Но весь минус этих бумаг в том, что это ничего не значащие бумажки, и при какой-либо проверке они покажут, что не имеют под собой никаких оснований. Да, в лицо нам никто ничего не скажет, потому что доказать их незаконность почти невозможно. Однако наш статус будет немногим выше, чем у отребья из Лютного переулка. Если мы заплатим еще больше золота, то мы сможем даже получить кровное вхождение в один из этих несчастных родов. Эти гранды, польские паны… они всегда были нищими, и это никак не изменилось с годами. Что в наше время, что в прошлом, что столетия назад мы без проблем смогли бы войти в какой-нибудь род. Кровное вхождение в чужой род, это тот метод который часто использовали аристократы, чтобы скрыть наличие грязнокровок в своей родословной . Но это тоже не наш вариант. – Почему? – удивилась Гелия, приподняв бровь. – Из-за денег? – Нет, деньги – это не проблема, – отмахнулся Том, словно речь шла о чем-то совершенно неважном. – А в чем тогда проблема? – спросила Гелия, сгорая от любопытства. – В их количестве? Или, точнее, в их отсутствии? – Отсутствие или наличие денег не является проблемой, – раздраженно сказал Волдеморт, бросив на нее испепеляющий взгляд. – Неужели ты думаешь, что я настолько глуп, чтобы позволить каким-то деньгам встать на моем пути? – Я что-то о тебе не знаю? – спросила Гелия, прищурившись и внимательно изучая его лицо. – У тебя где-то припрятан клад? – Клад действительно есть, – признался Том, усмехнувшись. – Но припрятал его не я. Я знаю множество мест с утерянными сокровищами, из которых без проблем смогу раздобыть деньги. Как я думаю, ты понимаешь, что снять проклятие для меня не является проблемой. – Тогда в чем же сложность? – спросила Гелия, начиная терять терпение. – Почему мы не можем просто купить себе новый род и забыть обо всем этом? – А в том, – ответил Том, понизив голос и наклоняясь к ней, – что если мы войдем в один из этих родов, мы окажемся под властью главы этого рода, что не есть хорошо. Я не привык подчиняться кому-либо, и не собираюсь начинать сейчас. К тому же, самое главное, вхождение в чужой род заставит прерваться наш собственный. Гелия нахмурилась, задумавшись над его словами. Она прислушалась к себе, пытаясь понять, что чувствует по этому поводу. И вдруг осознала, что Том прав. «Смерть не оценит, – подумала она. – Она не оценит, если род ее вассалов, прервется из-за нашей глупости». – Да и к тому же, – продолжал Волдеморт, словно прочитав ее мысли, – эти рода не будут иметь на территории Британии никакой силы. Именно поэтому я не воспользовался этим вариантом в прошлом, а попытался доказать свое родство со Слизерином хотя бы косвенно, через артефакты: кольцо и медальон, и ссылался на родство с Гонтами через мать. На основании этих доказательств я получил право обратиться в совет и провести воззвание. Увы, но древний артефакт не дал мне титул Гранд-лорда или Ленд-лорда , и я не смог претендовать на имена Гонтов и Слизеринов, но титул лурда у меня все же был, и это не смотря на наличие у меня отец-магла. - И это еще один из вариантов дающих нам законную легитимизацию. Заплатим мы за это то же конечно не мало, но полученные в ходе ритуала свидетельства, будут иметь приоритетный статус. - И как это произойдет? Появится какой-то "волшебный" дух и огласит наши имена и в дополнение презентует нам стопку удостоверений личности?- с сомнением поинтересовалась Гелия. -Во имя Магии как можно так уничтожить образование- Воскликнул Том- Надеюсь Смерть уделить особое внимание душе старого маразматика за, то во что он превратил некогда лучшую школу магии. - А отвечая на твой вопрос, нет ни какой дух не появится, но в тронном зале, где происходит заседание Палаты Лордов есть осколок магического алтаря, на котором приносили кровную клятву все маги еще во времена Оберона, и на котором произносят клятвы вступления в этот статус и поныне. Ты же не думала, что лордом может именовать себя кто угодно?. - А разве нет? -Ну разумеется нет, и наче каждый встречный именовал себя лордом, взять хотя бы знакомых тебе Уизли и того же Дамблдора. Ну а я как ты помнишь в отличие от них тогда иначе носил титул Лорда Волан-де-Морта. - Я думала, что ты просто приставил этот титул к своей анаграмме и все. Том скептически взглянул на нее: "То есть ты на полном серьезе считала, что я просто придумал себе пафосное имя и заставил всех себя так называть, и гордые аристократы это молча проглотили?" -Ну да, ведь ты был очень сильным, да и твои идее были им близки- Под конец своей речи Гелия окончательно смутилась и уже почти шептала, а Волан-де-Морт разразился оглушительным смехом -Я конечно польщен дорогая сестра твоим высоким мнением обо мне, но увы это не так, титул лорда мне даровал "Камень Короля", когда я прошел воззвание, ну а имя действительно выбранная мной анаграмма моего имени. После воззвания магия закрепляет твое имя и статус и сменить его невозможно, и все твои потомки будут его носить, но у всего есть лазейки и анаграмма одна из них, ведь по сути мое имя осталось неизменным. - Этот способ хорошо зарекомендовал себя в прошлом и подошел мне, но увы не подойдет тебе. -Почему? - Чтобы это объяснить придется окунуться немного в историю. Не кто не знает точных дат, все крайне приблизительно, но примерно две тысячи лет назад потомок Юлия Цезаря и одной из сидхе, с помощью чар своей матери смог, объединить домены разных магических правителей и соединил их алтарные камни в один артефакт. , и стал править всеми магическими доменами приняв имя Оберон. Как и почему прежние маги позволили это неизвестно, но факт остается фактом - Оберон стал верховным королем создавшим королевский домен. Дальше было много всего: и интриги, и множество войн в том числе и самими сидхе и фейри, но тем не менее Магическое королевство развивалось и прекрасно существовало, до тех пор пока пятьсот лет назад не прервался род Оберона и королевский домен не разлетелся на куски из которых и был создан, тажа участь постигла и алтарный камень. Но главное не это, а то что на продвижение тысячелетий королевский алтарь хранил в себе кровь всех кто когда либо приносил на нем присягу, и он всегда узнает ранее испитую кровь. Да лордом нельзя стать бродяге с улицы, но если ты несешь в своих жилах хоть каплю благородной крови, алтарь ее узнает, и отзовется на твой призыв. А там уже все будет зависеть от силы и чистоты твоей магии- он либо признает тебя одарив именем предков или даровав новое, либо отринет навсегда лишив тебя и твоих наследников носящих твою фамилию взывать к нему. - А как это вообще происходит?- с любопытством спросила Гелия. - Ты кладешь на алтарь Специальную книгу , затем на глазах всех лордов, окрапляешь ее и алтарь своей кровью, после чего просто ждешь. Если Алтарь сожжет книгу, то результат отрицательный, и ни ты не твои потомки больше не смогут к нему обратится, если книга осталась цела, но прогнозировалось алтарем - то это значит, что маг не принят, но его потомки могут в будущим повторить ритуал. Ну а если камень принял мага- То в книге появится написанная кровью и магией родословная и имя его рода. Все просто и наглядно. - И что все дети аристократов проходят эту процедуру? - Нет это нужно только для создания книги рода, когда она уже есть с нее просто делают магический слепок и он является доказательством личности мага. Для этого не нужно обращаться в палату, это делают у себя дома в алтарных залах. - А почему мы не можем использовать этот метод раз он уже сработал один раз?- удивилась Гелия - Из-за тебя моя дорогая, только из-за тебя. - Объясни, я не понимаю. - Все просто ты сама представилась мне как Гелихризум Певерелл, и сказала, что это имя тебе даровала Смерть, и что ей не понравится, если имя ее вассалов исчезнет, а значит войти в мой род ты не сможешь, а без этого у тебя не будет соответствующих документов, и ты не сможешь претендовать не на статус не на имущество. - А если я то же проведу воззвание, то что тогда? - А ничего хорошего, Поттеры… -Что Поттеры?- не поняла Гелия - В момент создания книги все маги находящиеся в совете должны ознакомиться и засвидетельствовать факт создания книги. И там будут Поттеры- твои прямые предки– печально произнес Том. – Они могут обвинить в краже линии крови, так как твоих родителей не существует в отличие от ныне здравствующего поколения семьи , и которые будут значится как твои прямые родители. Или же тебя могут потребовать тебя как младшую кровь в род, а это равносильно рабству. Гелия поежилась, представив себе такую перспективу. Она не хотела быть чьей-то марионеткой, она хотела быть свободной. – Еще Блэки, – сказала Гелия, словно вспомнив что-то важное и неожиданное. – Блэки? – переспросил Волдеморт, нахмурившись и вперившись в нее взглядом. – Что ты имеешь в виду, когда Дорея вышла замуж она перестала восприниматься магией как Блек? – Во мне не только кровь и магия Поттеров, но еще и Блэков, – пояснила Гелия, глядя ему прямо в глаза. – Сириус Блэк, мой крестный, усыновил меня кровью на алтаре своего рода. Том замер, словно громом пораженный. Он молча смотрел на Гелию, пытаясь переварить услышанное. «Блэки, – подумал он. – Один из самых древних и влиятельных родов Англии. И эта девчонка связана с ними кровными узами. Это может быть как преимуществом, так и серьезной проблемой». – Каким это образом? – спросил Волдеморт, наконец, нарушив молчание. В его голосе звучало недоверие и любопытство. – Ты же была признанным ребенком рода Поттер. – Не совсем так, – ответила Гелия, вздохнув. – Сириус рассказывал, что, в отличие от моего отца, моя мать не настолько верила Дамблдору, из-за чего начала подозревать, что, возможно, живыми они из противостояния с тобой не выйдут. И тогда у Сириуса могли возникнуть проблемы с тем, чтобы оформить опеку надо мной. Они долго думали, как это сделать, и Сириус предложил провести обряд усыновления, так как брак моих родителей на тот момент не был подтвержден на алтаре. Я являлась бастардом, и моим опекуном перед лицом магии была моя мать. Она и дала согласие. Он усыновил меня. У меня даже было второе имя, данное мне крестным, или, точнее, моим отцом, все как положено в заветах Блэков: Арктур- звезда в созвездии Волопаса. Уже позже и произошло мое признание Джеймсом Поттером, буквально за пару недель до своей гибели, Джеймс признал их брак с Лили на алтаре Поттеров. Тогда же и произошло мое признание в присутствии Сириуса, который выступал свидетелем, незаметно для моего отца дал и свое согласие в ритуальном зале. Джеймс Поттер так и не узнал, что у его ребенка было два отца. Воспоминания о Сириусе вновь опечалили Гелию. Она вспомнила его смех, его заботу, его любовь. И боль от его потери вновь пронзила ее сердце, словно острый кинжал. – Тем более, – сказал Волдеморт, прервав ее грустные мысли, – Блэки – это не те, с кем я хотел бы дополнительно вести противостояние. Их влияние слишком велико, а их методы слишком непредсказуемы. - И что же тогда нам предлагаешь сделать? Нам нужна легитимизация, причем подтвержденная кровью. Том задумался на мгновение, барабаня пальцами по каминной полке. Его взгляд был устремлен в никуда, словно он пытался найти ответ в глубинах своего разума. – Остался всего один вариант, – произнес он, наконец, нарушив молчание. – Точнее, два, но в итоге они сводятся к одному: обратиться к Фейри. Их связь с кровью сильна, и они могут помочь нам решить эту проблему, к тому же как я говорил ранее первый алтарь помогли создать именно они. – И к кому именно хочешь обратиться? – спросила Гелия, сгорая от любопытства. – Можно обратиться к гоблинам, – ответил Том, пожав плечами. – К гоблинам? – переспросила Гелия, удивленно вскинув брови. – Странно, я не знала, что Гринготтс оказывает подобные услуги. – Причем здесь Гринготтс, Пот…Пэверелл – исправился Волдеморт, бросив на нее быстрый взгляд, полный раздражения. – . Гоблины есть не только в Гринготтсе. Если бы ты внимательно слушала уроки истории, ты бы знала, что гоблины – это один из дворов, подчиненных ситхам, Неблагому Двору. Это отдельное королевство гоблинов. Гринготтс – один из небольших кланов, служащих королю гоблинов. Есть еще один вариант: обратиться непосредственно к кому-то из ситхов, но цена за их помощь будет огромной. Я говорю отнюдь не о золоте. – …Оба эти варианта имеют свои плюсы и минусы, – произнес Том, нарушая тишину. Его голос был ровным и бесстрастным, но Гелия чувствовала, какое напряжение скрывается за этой маской. – Я не знаю, какой из них лучше. Гоблины кровавы и жестоки, их цена будет измериться кровью и плотью. Ситхи же очень коварны, и боюсь, их цена будет гораздо выше той, которую они запросят изначально. Я не знаю, смогу ли я соперничать в хитрости с такими интриганами, чей опыт исчисляется многими тысячами лет. Он сделал паузу, задумчиво глядя на пламя. – Причем я не вижу разницы в цене, которую нам придется заплатить Светлому или Темному Двору. В чем-то Темный Двор будет даже, наверное, честнее. Ты сразу ждешь от него подвоха. Светлый же будет прикрываться иллюзиями. Собственно, как и всегда. Свет часто прячет свою грязь за своим ослепительным блеском и чистотой, тьма же ничего не скрывает и все выставляет напоказ. – И какая, по-твоему, будет цена? – спросила Гелия, с тревогой глядя на Тома. – Ну, с гоблинами все просто: плоть, кровь и много-много золота. Они это любят больше всего, – ответил Том, усмехнувшись. – Темные Ситхи – кровь, секс и какая-либо услуга, возможно, какой-нибудь темный артефакт. Светлые же… Хм… Ну, это обязательно будет что-то безумно дорогое. Секс они его любят так же, как и Темный Двор, и долг. И далеко не факт, что мы будем в состоянии этот долг оплатить. Когда-нибудь… Гелия задумалась, перебирая в памяти все, что знала о Фейри. Варианты, предложенные Томом, были один хуже другого. – Да, варианты так себе, – произнесла она, поморщившись. – Наверное, самый честный из них – вариант с гоблинами, но описания, которые я помню еще со школьной скамьи, всячески отталкивают меня от этого варианта. – Вариант с темными Ситхе еще хуже, а Светлых я отметаю сразу – слишком дорогая цена в итоге получится, – поддержал ее Том. Гелия тоже замолчала, погрузившись в раздумья. В голове мелькали обрывки знаний, почерпнутых из книг и рассказов. И вдруг, словно вспышка молнии, в ее памяти возникла идея. – Том, – произнесла она, с удивлением глядя на него. – Не знаю, откуда я это знаю, но к Темному Двору относится еще Двор Слуа. – Слуа? – переспросил Том, нахмурившись. – Дикая Охота? Ночные ужасы? Да, они… Хм… Странно, я не знал, что в лекции Хогвартса добавили тему про Двор Слуа и его ужасы. А как же их излишняя кровавость? Неужто Дамблдор пересмотрел программу обучения? Или в какой-то веке Бинс решил внести разнообразие? А раньше, насколько я помню, он отдавал предпочтение только гоблинам и их войнам, как между собой, так и с нами. – Нет, это не Дамблдор, – ответила Гелия, с тревогой глядя на Тома. – Это воспоминания… которые достались… Я не помню, откуда мне достались эти воспоминания. Ее голос дрожал, и в глазах появился страх. – Том, что происходит? Том тут же подошел к ней и обнял ее, стараясь успокоить. – Все хорошо, – прошептал он, нежно поглаживая ее по волосам. – Все будет хорошо. – Том, я начинаю забывать… Но я не знаю, что я забываю! Я схожу с ума! – Нет, – твердо ответил Том. – Скорее всего, это Смерть. Так она стирает границы. Она же предупреждала, что постепенно у тебя появится знания и опыт, которых ты не получала, знания другой личности. Возможно, так оно и проявляется. – Другая личность… Чья личность? – спросила Гелия, с ужасом глядя на Тома. Том понял, что Гелия начинает забывать о том, что основой для ее души послужил кто-то другой. Он решил не рассказывать ей об этом, чтобы не пугать ее еще больше. – Возможно, это те знания, которые Смерть дала тебе, – ответил он, стараясь говорить как можно спокойнее. – Она же предупреждала, что что-то изменится, что у тебя изменятся вкусы и предпочтения. Возможно, это проявляется так. Гелия немного успокоилась, прижавшись к Тому. – Да, возможно, ты прав, – прошептала она. – Так, о чем я хотела сказать? Да, при Неблагом Дворе есть еще Двор Слуа. Насколько я помню, их королем является Шолто, Властелин того, что происходит между. Как я помню из описания, которое где-то прочитала, он Ситхе-полукровка. Он не столь изощрен, как чистокровные Ситхе, не столь жесток, как Слуа, но достаточно разумен, чтобы можно было с ним попробовать провести переговоры и о чем-то договориться. Том задумался, обдумывая слова Гелии. – Что ж, возможно, ты подсказала верное решение, – произнес он, наконец. – Потому что варианты, которые рассматривал я, они еще менее перспективны. Давай остановим свой выбор на Слуа и их короле Шолто. – Итак, – произнес он, – что мы знаем о Шолто? Гелия нахмурилась, пытаясь вспомнить все, что знала о короле Слуа. – Шолто, Властелин того, что происходит между, – начала она, – Ситх-полукровка, как я уже говорила. Он правит Слуа, Дикой Охотой, ночными ужасами. Он не столь жесток, как его подданные, он ценит порядок и справедливость, но понимает их по-своему. Он любит загадки и головоломки, и не терпит лжи. Он может помочь нам, но цена будет высока. И мы должны быть готовы заплатить ее. Том кивнул, соглашаясь с ней. – "Слуа, также известные как Дикая Охота- Продолжила Гелия- являются одним из самых опасных и непредсказуемых дворов Неблагого Двора. Они обитают в местах, находящихся между мирами, в тенях и кошмарах. Их король, является загадочной фигурой, чьи мотивы и цели не всегда понятны. Слуа известны своей жестокостью и любовью к охоте. Они преследуют своих жертв, не давая им ни единого шанса на спасение. Они питаются страхом и отчаянием, и их появление всегда предвещает беду." Волдеморт усмехнулся, глядя на Гелию. – Что ж, твои знания достаточно обширны, – произнес он, – теперь осталось только выяснить, есть ли от них какой-либо толк. На это понадобится время и деньги, но, по крайней мере, у нас уже есть какой-то план. Гелия нахмурилась, с сомнением глядя на Тома. – А если моя информация не подтвердится? Волдеморт вздохнул, словно ему надоело обсуждать этот вопрос. – Что ж, тогда будем рассматривать вариант с гоблинами. Уж лучше эти кровожадные монстры, чем хитрые Ситхе. Гелия задумалась, перебирая в памяти все, что знала о Слуа и их короле. – Если информация, которой я обладаю, действительно верна, то я знаю, чем мы сможем заинтересовать Шолто. – И чем же? – Волдеморт изящно приподнял свою тонкую бровь, демонстрируя нескрываемый интерес. В его глазах мелькнул озорной огонек. – Я знаю его будущее, – ответила Гелия, понизив голос, – но я также знаю будущее всего Неблагого Двора. Как я предполагаю, эта информация может пригодиться даже королеве Андаис. – И что же это? – настаивал Том, пытаясь вытянуть из нее информацию. Его взгляд скользнул по ее лицу, задерживаясь на губах. – Я не хочу пока об этом говорить, – отрезала Гелия, стараясь не обращать внимания на его флирт. – Одна из магических особенностей королевы – она слышит все, что произошло во мраке. Я бы не хотела, чтобы эта информация до нее дошла раньше времени, к тому же, если она не подтвердится… А вот если эта информация дойдет до королевы, что ж, еще один столь сильный враг нам не нужен. – Пожалуй, ты права, – согласился Том, признавая ее правоту. – Дом моих магловских родственников не защищен от магии, это не древний менор с алтарем и кровной защитой. – Что ж, пока я буду собирать информацию, надо что-то решить с нашими деньгами, а также с местом, где мы будем жить. Как я понимаю, остаться в этом доме ты не пожелаешь? – сказал Волдеморт, обращаясь к Гелии и обводя взглядом мрачные стены поместья Реддлов. Гелия передернула плечами, словно ее коснулось что-то отвратительное. – Том, я готова принять многое и понять, но ты меня извини, я не хочу жить в доме, где ты убил своих родственников. Как-то это не вселяет комфорт. Волдеморт усмехнулся, глядя на ее решительное лицо. – Ты слишком трепетно относишься к смерти этих маглов. – Том, я не хочу это с тобой обсуждать, – отрезала Гелия. – И я не горю желанием ночевать в доме, где были трупы. Я скорее предпочту ночевать где-нибудь в лесу под сосной. – Гелия, ты как всегда категорична, – произнес Том, покачав головой. – Но твой максимализм меня умиляет. Не переживай, мы прекрасно сможем переночевать в отеле. У меня достаточно галеонов для этого. Волдеморт усмехнулся, предвкушая ее реакцию. – Но они нам не понадобятся. Мы остановимся в магловском отеле. – Откуда у тебя магловские деньги? – уточнила Гелия, с подозрением глядя на Тома. – Ох, Гелия, ты так наивно проста, – ответил Волдеморт, закатив глаза. – Простое заклинание, и я могу забрать все деньги из любого магловского банка. Гелия осуждающе взглянула на него, скрестив руки на груди. – Откуда этот взгляд? – спросил Том, приподняв бровь. – Не переживай, я не собираюсь грабить людей на улицах. Я даже их пытать не буду. Я просто и без затей проникну в магловское хранилище и возьму все, что нам нужно. Гелия задумалась, обдумывая его предложение. – А что мы будем делать с магловскими документами? – спросила она. – Никто не поселит нас в отель без документов. – Милая, Империо никто не отменял, – ответил Том, пожав плечами. – Взмах палочкой, и нас не только поселят в лучших апартаментах, еще и все будут считать, что мы – семья королевской крови. – Том, я против того, чтобы ты так бездумно применял запрещенные заклинания на магглов, – возразила Гелия, нахмурившись. Она еще хотела что-то сказать, но Том, останавливающим жестом, поднял руку. – Гелия, я прошу тебя, не стоит так сильно давить на меня. Я никогда не буду считать маглов достойными чего-то, кроме места наших слуг. Но, ради тебя так уж и быть, согласен делать вид, что проявляю к ним какие-либо элементы уважения, но это максимум на который я готов пойти, так что прошу тебя, не стоит на меня давить, или тебе не понравятся последствия, и я не желаю, чтобы мы ссорились по столь ничтожному поводу. В конце концов, мы же семья, и должны находить компромиссы. После чего Волдеморт поклонился Гелии и протянул ей руку, помогая подняться с дивана. – И раз уж мы направляемся к магглам, – сказал Том, – нам следует озаботиться внешним видом. Если мой вид еще может сойти, то твое безусловно элегантное и прекрасное платье явно не вписывается в современную магловскую моду., - азатем перейдя на парселтанг прошипел-Хотя, признаться, мне бы хотелось увидеть тебя в нем еще раз. – И раз уж мы направляемся к магглам, – сказал Том, – нам следует озаботиться внешним видом. Если мой вид еще может сойти, то твое безусловно элегантное и прекрасное платье явно не вписывается в современную магловскую моду. Затем, перейдя на парселтанг, прошипел, наклоняясь к ней так близко, что его дыхание коснулось ее щеки: – Хотя, признаться, мне бы хотелось увидеть тебя в нем еще раз… И не только увидеть. Гелия почувствовала, как кровь прилила к ее щекам, и невольно смутилась. Ей было сложно привыкнуть к этим внезапным проявлениям… чего-то, похожего на желание, со стороны Тома. Ее сердце забилось быстрее, а в животе запорхали бабочки. После чего, взмахнув палочкой, Волдеморт трансфигурировал платье Гелии в изящный клетчатый костюм, подходящий по периоду 1948 года. Костюм состоял из приталенного жакета с широкими плечами и юбки в складку, длиной до колен. Ткань была плотной, шерстяной, в мелкую клетку серого и коричневого цветов. Жакет застегивался на две пуговицы, обтянутые той же тканью, что и сам костюм. Воротник был небольшим, отложным, а на груди красовался небольшой кармашек. Юбка, благодаря складкам, создавала эффект легкости и воздушности, подчеркивая стройные ноги Гелии. Волдеморт окинул ее оценивающим взглядом и, вновь перейдя на парселтанг, прошипел, прищурившись: – Ты прелестна… Как всегда. Затем добавил, уже на английском: – Но не хватает мелких деталей. После чего трансфигурировал свой носовой платок в изящную шляпку, которую протянул Гелии. Шляпка была небольшая, круглая, из черного фетра с изящной сеточкой. Она крепилась к волосам с помощью небольшой гребенки и кокетливо сидела на голове, придавая образу Гелии завершенность. Драгоценности, которые были на Гелии, так и остались неизменными: что серьги в виде милых черепков, что изящная диадема. – Моя дорогая, боюсь, твои драгоценности придется снять, – произнес Том, с сожалением глядя на украшения. – Современный мир слишком консервативен, чтобы демонстрировать подобные украшения. Затем, вновь прошипев на парселтанге, добавил, приближаясь к ней вплотную: – Но, уверяю тебя, я позабочусь о них… И о тебе. После чего наколдовал небольшой ридикюль, который протянул ей. Ридикюль был из черной кожи, с небольшим ремешком и застежкой-кнопкой. Он был достаточно вместительным, чтобы поместить туда самые необходимые вещи. Затем помог снять серьги и нежно выпутал диадему из ее волос, попутно помассировав голову кончиками пальцев. Гелия чуть не замурлыкала от удовольствия, и Волдеморт, видя это, позволил себе самодовольную усмешку. Ему явно нравилось играть с ней, пробуждая в ней те чувства, о которых она старалась не думать. Наконец, он достал из воздуха пару черных кожаных перчаток и, взяв ее за руку, медленно и чувственно надел их на нее, поглаживая каждый пальчик. После чего, создав перед ней зеркало, предложил полюбоваться на себя. Гелии понравился этот образ. – Что ж, теперь я думаю, можно заняться и нашим временным обустройством в этом мире, – произнес Том, с довольной улыбкой глядя на Гелию. – Как ты переносишь аппарирование, моя дорогая? – Не очень хорошо, – ответила Гелия, поморщившись. – Мне она не нравится, но ради необходимости могу ее выдержать. – Что ж, надеюсь, моя компания скрасит тебе эти неприятные мгновения, – пошутил Волдеморт, притягивая Гелию к себе чуть ближе, чем необходимо. Взмах палочкой, легкий хлопок, и они перенеслись, и лишь запах озона, напоминал о том, что в этой комнате всего мгновение назад находилось два волшебника.