Дело о любви, письмах и слепоте (а ещё - немного о котлетах)

      — Это просто месть и попытка нажиться! — Сообщил недовольно Ион и был полностью уверен в своём предположении.       (Не то чтобы прежде не находилось слишком умных личностей, жаждущих пощипать пёрышки из бюджета Отдела на основании «тяжелейших моральных терзаний».)       …А во вторник на стол Начальника Отдела легло второе письмо. Из той же самой адвокатской конторы.       Со вторым иском.       Так что Лилейник решил не дожидаться среды — и гипотетического третьего иска — и решил наведаться в адвокатскую контору, из которой пришло оба «письма счастья».       — Моя ошень, ошшень рат Ваш приход! — Заулыбался-оскалился эаль, — Вы приходить ножками, моя экономь на курьер в Ваш Отдел!       По той искренней радости, по взбудоражено подёргивающемуся кончику чужого хвоста (в чехольчике! с золотым шитьём!) и по тому, как долго трясли его руку, Лилейник понял — господин Сев ам Тарнэи собирается ощипать его до последнего пухового пёрышка.       — Вторая иск иметь другой пострадавшая, и обвинений делать иные! И обвиняемый другая!       — А почему тогда письмо мне пришло?       Эаль едва не растаял от градуса вежливой радости, которую сам же и излучал.       — Так Ви есть Начальник Отдел! А обвинений поступать на имя Ваш подчинённый! Согласно закону номер 175369, поправке 19Ф от три тысячи девятого месяца по старому исчислению, работодатель нести полная ответственность за поступки подчинённых в рабочее время!       Лилейник понял одно — это будет очень тяжёлая неделя.       — У меня много подчинённых. Не могли бы Вы быть так любезны и назвать имя того, кого обвиняете?       Радость у эаля чуть поутихла.       — Ээ, нет! Согласно поправке 998А к закону 175369 от три тысячи девятого месяца по старому исчислению, мы не мочь называть имя обвиняемый, если он наёмный сотрудник. Так что Вы начальство господ крылачеств?       — Начальство. — Со скрипом согласился Лилейник.       — Вооот! — Адвокат приподнял и указательный палец, и кончик хвоста, спрятанный в чехольчик. — Значит, Ви и есть обвиняемый в столь щекотливый ситуаций! Но Ви можеть не иметь переживаний больная голова! Моё агентство с большой радость предоставлять квалифицированный услуг Ваш сторона сделки! За небольшой прайс!       …Этот «небольшой прайс» составлял восемьдесят страниц мелким шрифтом, но вот уж точно — услуги были и вдоль, и поперёк квалифицированными и первоклассными.       Эали. Что с них взять.       — Хорошо, ладно, — сдался Лилейник, — могу ли я хотя бы узнать имя второй пострадавшей девушки?       — Девушки? — Приподнял брови хвостатый адвокат, и будто мышкующая лиса зарылся в бумаги на своём столе. — Нет, пострадавшая не девушка.       — …Женщины? — Поправился Начальник Отдела, испытывая неприятную неловкость.       Эаль озадаченно заморгал.       — Вторая пострадавшая не есть женщина. Вторая пострадавшая — галерея «Амантори».       Лилейник понял, что ещё чуть-чуть — и у него задёргается глаз.       …Что это за галерея и что там вообще произошло?!       И кому, кому нужно выщипать перья за неподобающее поведение?!       — Амантори. — Повторил Джар. Чуть нахмурился, вспоминая. — …А это случаем не та галерея, где девушка Иона работает?       — И в чём их обвинения? — Любопытно уточнил Вольф.       Лилейник, не убирая влажное полотенце от лица, наощупь нашёл папку на столе и сдвинул в ту сторону, где, судя по звуку, находился первый хирург Отдела.       Зашелестели многочисленные бумажные листки. Послышался сладкий сюпающий звук, закончившийся кашлем.       — …Обвинение в срыве подготовки к выставке?! — Откашлявшись, возмутился Вольф. — Они там головой ударились все?       Не меняя позы и не открывая глаз (за семь часов общения эаль вытряс из него всё равновесие, и даже четвёртая чашка кофе не помогла успокоиться), Лилейник чуть развёл руками.       — Предлагаю ощипать Иона и его перьями заплатить для досудебного прекращения дела и удовлетворения пострадавших сторон. — Абсолютно спокойно произнёс Лилейников заместитель. — Хватит на две хорошие компенсации.       — Так тебе хвостатые и позволят! У них в контракте пунктик, что пострадавшие забрать заявления уже не могут!       Джар думал не очень долго.       — …Хорошо, две хорошие компенсации и взятка эалям.       — У Иона столько перьев нет! — Справедливо возмутился Вольф.       — Возьмём и за это ощипывание, и следующую линьку авансом. …Что? Я пытаюсь разрядить обстановку.       — Разряди обстановку и позови сюда Иона. — Вздохнул Лилейник, снимая с лица полотенце. — Я хочу услышать его версию произошедшего.       — И откусить ему голову? — Шёпотом уточнил Вольф, с поджатыми губами продолжая читать «краткое описание» второго случая «преступления». — Если что, я пришью потом назад.       — По ситуации.       — Ничего я не срывал. — Упёрся крыльями Ион. — Я вообще в Амантори хожу к Катисе, и то лишь когда у неё обед или она уже уходит с работы!       — Может, ты случайно выбросил что-то, что принял за мусор, а оно было каким-то высокохудожественным образцом современного искусства? — Уточнил Джар самым нейтральным тоном.       Его эмоции понять было можно — он недавно был вынужден присутствовать на открытии одной галереи, где ему вручили огромную книгу с фотографиями всех «художеств», которые там были.       На толстой ламинированной бумаге, с позолоченной обложкой.       …И с фотографиями трехсот девятоста двух мышей, сидящих на схематично нарисованных эрегированных органах размножения.       Так что да, боль Джара успели испытать все, кто получал в руки эту самую «книжку с искусством».       — Я вообще там ни к чему не прикасался, кроме кофе! — Вспыхнул Ион.       (Судя по лицу, ту самую «книжку с мышками на членах» он тоже успел полистать и впечатлиться по самые кончики перьев.)       — Ну не мог же владелец галереи увидеть тебя, вдохновиться и быстренько придумать обвинение?! Может, ты там кому-то на ногу наступил? Давай, вспоминай, или я полезу! — Пригрозил Вольф.       Крылатый раздражённо засопел.       — …Да не делал я ничего. Ну, просто сказал одной дуре, что она слишком хитросделанная, раз обманом занимается…       — Каким обманом?       Ион цокнул языком и сцепил ладони в замок.       — Три недели назад у Катисы был день рождения, и я пригласил её в… На выходные в один курорт, с горячими источниками. Её, всех её родных и знакомых с работы.       — Из галереи Амантори?       — Оттуда. — Кивнул крылатый оперативник. — Катиса жаловалась, что из-за подготовки к выставке все нервные бегают, и хотя она там работает уже три месяца — так и не смогла познакомиться с главным мастером. Так что я посчитал и решил, что такой отдых будет прекрасным способом пообщаться, потому что Катиса раньше занималась другой работой, и Амантори — её первая галерея, а главный мастер — вечно занятый человек…       — И что произошло?       — Угадайте с трёх попыток. — Вздохнул Ион и дёрнул сложенным крылом. — Приглашение главному мастеру забрала одна хитрая идиотка, которая в галерее появляется в лучшем случае раз в неделю!       — Иииии? — Поторопил Вольф.       — Я ей на это указал. Но я не устраивал никаких скандалов и даже голос не повышал! Просто сказал о её поступке владельцам галереи, чтобы они по возвращении её уволили, и аннулировал оплату за её приглашение на курорт.       — И всё?       — И всё. — Кивнул Ион. — Вот Рянка и решила отомстить! Наверняка она сорвала выставку сразу после увольнения, а свалила всё на меня!