Королева Игр

♟♙ ♚♛ ♙♟

      Ин Хо шёл по коридору, провожая госпожу в золотой маске пантеры в её VIP-комнату. Рука девушки лежала на его согнутой в локте руке, её пальцы слегка сжимали серую ткань плаща. Дойдя до апартаментов, Ведущий открыл дверь и вежливо отступил в сторону: — Прошу, госпожа. Дженнифер задержалась на пороге, повернувшись к мужчине. Её губы тронула улыбка, в которой не было ни капли тепла: — Будьте добры, зайдите, господин Ведущий. Хочу с вами кое-что обсудить. Ин Хо на мгновение замер, лёгкое напряжение пробежало по его плечам. Тем не менее, он переступил порог, прикрыв за собой дверь с тихим щелчком. Комната была выдержана в тёмных тонах. Шёлковое постельное бельё на огромной кровати, небольшой стол с глянцевой поверхностью, на котором стояла бутылка коньяка и один бокал. В воздухе пахло парфюмом и... чем-то порочным. — Присаживайтесь, — Дженнифер указала на небольшой кожаный диван у стены, а сама направилась к столику. Ин Хо опустился на диван, наблюдая, как девушка наполняла хрустальный стакан коньяком. Затем с напитком в руке Дженнифер опустилась рядом с ним на диван. Слишком близко. Она покачивала стакан в руке, заставляя янтарную жидкость плескаться о стенки. И начала говорить. Хвалила Игры, их организацию, его гениальные идеи. Её слова текли, как мёд, но Хван слышал за ними лишь пустую лесть. Он молчал, позволяя ей вести эту игру. Но постепенно её комплименты сменились на что-то более личное. — Вы так напряжены, господин Ведущий. Вам бы расслабиться... — прошептала Пантера, её пальцы с острыми ногтями коснулись края его серого плаща. — Власть — это так прекрасно, но даже у самых сильных бывают... моменты слабости. Или... потребности. Он всё понял. С первого намёка. Это был не разговор, а предложение. Грязное и примитивное. Пальцы с длинными ногтями, похожими на когти, нашли застёжку его серого плаща. Щёлк. Затем следующую. Щёлк. Плащ слегка разошёлся, и Ин Хо почувствовал, как ногти девушки запустились в щель, коснувшись ткани его чёрной рубашки. Словно прикосновение хищницы, готовой взять свою добычу. Затем свободной рукой Дженнифер сбросила свою золотую маску пантеры на чёрное шёлковое покрывало кровати. Её лицо было красивым и абсолютно пустым. Взгляд девушки упал на чёрную маску Фронтмена. Она коснулась её края, палец медленно прошёлся по холодной поверхности от виска к линии челюсти. — Можете оставить свою, — небрежно сказала она. — Мне всё равно, что под ней. Ин Хо потянулся к своей кожаной перчатке, намереваясь снять, но Дженнифер была быстрее. Её пальцы перехватили его руку. — Не утруждайте себя, — равнодушно прошептала она. Хван понял, ей не нужен был человек за маской. Ей нужен был Фронтмен. Символ. Образ. Сладкий момент власти над тем, кто держал в страхе весь остров. Прежде чем он успел отреагировать, Дженнифер ловко перекинула ногу через его бёдра и устроилась на нём верхом. Чёрное платье задралось, обнажив кружевные подвязки, впивающиеся в её бёдра, и тонкие чулки. Её руки скользнули за спину, и послышался звук молнии. Платье плавно поползло вниз с её плеч и упало на талию, обнажив грудь, прикрытую лишь чёрным полупрозрачным бюстгальтером. Сквозь тонкую ткань отчётливо проступали ареолы сосков. Ин Хо медленно поднял руки в перчатках и положил ладони на голую кожу бёдер девушки. Он чувствовал, как под его прикосновением напряглись мышцы. Дженнифер начала двигать бёдрами вперёд-назад с нарастающим темпом, и её промежность с давлением тёрлась о его член, который всё сильнее наливался кровью, упираясь в ширинку серых штанов. Дыхание Ин Хо за маской стало глубже, тяжелее. Он мог бы остановить это. Сбросить её с себя, встать и уйти. Но не сделал этого. Та ядовитая смесь ярости, проклятой ревности и уязвимости, которую оставила в нём Ирэн, сбила его с толку. Ему нужно было заткнуть эту дыру, заглушить. И безэмоциональный секс с этой женщиной, которая явно хотела его, казался идеальным громоотводом. С низким рыком он впился пальцами в перчатках в ягодицы Дженнифер, сжимая упругую плоть с такой силой, что она ахнула от неожиданной боли и удовольствия. Он приподнял её и с силой вжал обратно, заставив её проехаться по всей длине его уже твёрдого члена, туго натянувшего ткань брюк. На губах Пантеры расплылась торжествующая, порочная улыбка: — Да... — выдохнула она, её губы почти касались чёрной маски. — Вот так... — не слезая с мужчины, она наклонилась к стоящей у дивана тумбочке, достала из верхнего ящика презерватив и протянула его Фронтмену. — Только с этим. Не хочу неприятностей. Ин Хо взял упаковку. Одним движением расстегнул ширинку брюк. Разорвал руками упаковку, не снимая перчаток, и натянул резину механическим движением на свою уже свободную от ткани плоть. Дженнифер тут же перехватила инициативу. Её пальцы обхватили его ствол, она направила головку к своему входу. Медленно, наслаждаясь моментом, она опустилась на него, принимая всю длину внутрь себя. — М-м-м... — вырвался у неё протяжный стон. Она сразу начала раскачивать бёдрами, насаживаясь на член. Ин Хо было плевать на эту женщину. Она решила использовать его тело для своего удовольствия, а он использовал её, как холодный душ, чтобы остудить пожар в груди. Каждое движение Дженнифер, каждый её стон были не более чем инструментом, чтобы стереть из памяти образ той, что, вероятнее всего, прямо сейчас трахалась с испанским ублюдком. Хван сел глубже в диван. Его руки в перчатках скользнули с бёдер девушки на её талию, помогая ей двигаться на нём. Дыхание за маской стало тяжелее. Пальцы Дженнифер принялись за пуговицы чёрной рубашки Фронтмена. Она не стала расстёгивать её до конца, лишь освободила достаточно ткани, чтобы обнажить мужскую грудь. Затем обе её руки скользнули под рубашку, ладони прижались к горячей коже, а острые ногти впились в его плечи и лопатки. Дженнифер намеренно царапала кожу мужчины, проводя глубокие борозды, которые наверняка оставят багровые полосы. На её губах играла хищная улыбка. Она метила его. Знала, что другая женщина увидит эти следы, и это доставляло ей особое, извращенное удовольствие. Ин Хо резко выдохнул от боли. В ответ он начал двигать бедрами, уже не пассивно принимая её ритм, а диктуя свой. Резкими, мощными толчками снизу он вбивал член, заставляя входить до самого дна. Пантера впилась ногтями в мужские плечи ещё сильнее, её тело выгнулось в дугу наслаждения. Голова откинулась назад, обнажая шею. Её бедра встречали яростный ритм, она двигалась навстречу, принимая его удары с таким же ожесточением. Комната наполнилась влажным звуками и прерывистыми стонами. Рука Дженнифер рванулась вверх, ногти впились в шею Ин Хо, вонзались в горло. Когти вдавились в кожу, оставляя полумесяцы у кадыка. — Заставь меня кончить, — прорычала Пантера в чёрную маску. — Сейчас же. Она не просто любила грубость — она требовала её, растворялась в этом коктейле из боли и удовольствия. И Фронтмен давал ей то, что она хотела. Его бедра задвигались в бешенном ритме, вгоняя член в самую глубину лона. Тело девушки затрепетало, внутренние мышцы судорожно сжались, выжимая из неё хриплый стон оргазма. Её ногти другой руки впились в плечо Ин Хо так глубоко, что могли проступить капли крови. Хван не стал сдерживаться. Не было причин продлевать это. С низким, приглушённым рыком он достиг пика. Его тело на мгновение окаменело, а затем судорожно вздрогнуло, изливаясь в презерватив, спрятанный глубоко внутри женщины. Цель была достигнута, демоны изгнаны. Дженнифер резко поднялась с мужчины, опускаясь на диван рядом с ним, и облегчённо откинулась на спинку. Она протянула руку к забытому стакану с коньяком, стоявшем на тумбочке рядом, и резко опрокинула его до дна. Её тело было покрыто тонкой плёнкой пота, на бёдрах краснели точки от пальцев. Ин Хо стянул с себя использованный презерватив, перегнулся через подлокотник и бросил свёрток в металлическое мусорное ведро у дивана. На его серых штанах в районе ширинки было влажное пятно, оставленное женщиной. Но ему было всё равно. Он застегнул брюки и откинулся на спинку дивана, прикрыв на мгновение глаза. Пантера повернула к мужчине голову, её губы растянулись в довольной улыбке. Она провела языком по верхней губе, смахивая каплю коньяка. — Спасибо, господин Ведущий. На этом всё. Фронтмен молча поднялся с дивана, застегнул рубашку, скрывающую свежие царапины, затем застегнул серый плащ. — Отдыхайте, госпожа, — произнёс Ведущий и вышел из VIP-комнаты, не оглядываясь. Дженнифер осталась сидеть на диване, её взгляд блуждал по роскошной, погружённой во мрак комнате. Она медленно облизала губы с выражением глубокого удовлетворения. Её пальцы коснулись нежной кожи на бёдрах, где остались следы. О да. Помимо кровавых игр на арене, она только что открыла для себя новое, не менее увлекательное развлечение — игру интриг и страстей, где ставки были не жизни игроков, а души тех, кто считал себя хозяевами ада. И она намеревалась играть в неё с превеликим удовольствием.

♟♙ ♚♛ ♙♟

      Ведущий шёл по коридору, расписанному в стиле тропических джунглей. За ним следовали гости в золотых масках. Под их ногами стелился мягкий ковёр изумрудного цвета. Подойдя к резной деревянной двери, стилизованной под вход в старинную беседку, Фронтмен пропустил внутрь VIP-персон. Гости вошли и заняли места вокруг стола с яркой изумрудной поверхностью, напоминавшей малахит. Официанты в чёрных масках начали выносить тарелки с изысканными блюдами. Одна официантка в короткой чёрной юбке поставила блюдо перед Кевином-Быком. Тот, не стесняясь, поднял руку. Шлёп! Официантка замерла на мгновение, ощущая жар на ягодице, но не дрогнула, не издала даже звука. Кевин проводил девушку взглядом, улыбаясь и закусывая губу от удовольствия. — Понравилась? — Ричард-Лев, сидевший по соседству, ухмыльнулся. — А как же твоя дорогая супруга? — К чёрту эту стерву, — буркнул Кевин. — Она давно выдохлась. Джон-Орёл вынул из внутреннего кармана белого пиджака портсигар, достал из него сигару и поднёс к ней зажигалку. Щёлк. Поджёг и сделал первую затяжку. — Кх-кх... Ух, крепкая штука, — скривился Джон, выпуская облако дыма. Ирэн занимала место рядом с Алехандро. Прямо напротив, по другую сторону стола, сидел Ин Хо. Дженнифер с лёгкой улыбкой скользнула на соседний с Ведущим стул. Она расправила чёрное платье, в котором не так давно придавалась плотским утехам с главным мужчиной острова. Ирэн едва заметно нахмурилась, поглядывая на пару напротив. Пантера же, устроившись поудобнее, бросила на Фронтмена довольный взгляд. Алехандро взял бутылку выдержанного красного вина и наполнил бокал госпожи Монтальбан. В этот же момент Дженнифер, играя с ножкой своего бокала, кокетливо повернулась к Ин Хо: — Господин Ведущий, будьте так любезны, — она легонько подтолкнула к нему свой пустой бокал. Фронтмен молча протянул руку в чёрной перчатке к бутылке и наполнил бокал рядом сидящей девушке: — Прошу, госпожа. — Благодарю вас, — Дженнифер улыбнулась и с наслаждением пригубила вино, её взгляд скользнул в сторону Ирэн, будто проверяя произведённый эффект. Ирэн, наблюдая за обменом, слегка поджала губы. Её подозрения, роившиеся в голове, постепенно начали обретать чёткие контуры. Его не что-то задержало. Его задержал кто-то. И этот кто-то сейчас сидел с самодовольной улыбкой попивая вино, которое он ей налил. Дверь в их импровизированную беседку открылась, впуская внутрь Офицера в чёрной форме. Тот приблизился к Ведущему, наклонился и прошептал: — Мы готовы, господин. Фронтмен, не поворачивая головы, так же тихо ответил: — Начинайте. Офицер вежливо кивнул, развернулся и вышел, отдавая приказы в рацию. Через пару секунд начал опускаться экран, заняв центральное место над столом. На экране появилась трансляция из общежития игроков, где началось голосование. Один за другим игроки подходили к пульту. Первым стал игрок 007. Палец Ён Сика, дрогнув, нажал на кнопку «Х». Ричард-Лев, небрежно пережевывая кусок экзотического фрукта, обвёл присутствующих взглядом: — Ну что, дамы и господа, мы увидим следующий раунд? Как думаете? — Следующий раунд будет, — произнёс Фронтмен, не отрывая взгляда от экрана. — После ночной драки погибло много тех, кто голосовал за выход из Игры. Баланс значительно сместился. Кевин-Бык усмехнулся: — Получается, это голосование — чистая формальность. Дай челяди думать, что она что-то может решать. — Мне нравится, — Ричард отпил вина. На экране игрок 230, Танос, прошёл вприпрыжку к пульту, остановился перед кнопками и с силой двинул кулаком по кнопке «О», затем развернулся к толпе игроков: — Банда круж-о-о-о-к! — выкрикнул он, показывая руками круг. — Задавим их! Из группы «О» раздались одобрительные возгласы. Дженнифер-Пантера, наблюдая за этим, с лёгкой усмешкой провела пальцем по краю бокала: — Смотрю, некоторые вошли во вкус. Кевин-Бык, развалившись на стуле, фыркнул: — Думаю, этот псих дойдёт до финала. — Если с дозой не переборщит, — холодно добавила Ирэн, не глядя на экран. Её внимание было приковано к Джону, который с театральным вздохом откинул длинную прядь волос, падавшую ему на лицо. — Не думал подстричься? Тебе не идёт. Джон-Орёл, вместо того чтобы обидеться, самодовольно улыбнулся: — Напротив, дорогая. Мне говорили, что я похож на Иисуса. Ирэн-Лиса приподняла бровь: — Тогда, чудотворец, преврати-ка этот стакан с водой в вино. Удиви нас всех. Джон с вызовом посмотрел на Лису, затем протянул руку и взял её стакан с водой. Он сделал широкий, пафосный взмах рукой, выплеснув жидкость через плечо на изумрудный ковёр за спиной. Затем схватил бутылку дорогого красного, наполнил опустевший бокал и с торжествующим видом протянул его Ирэн. — Вуаля! — провозгласил Джон. Ричард, наблюдавший за этой клоунадой, фыркнул, с трудом сдерживая смех: — Да ты волшебник, Джонни! Дженнифер с Ирэн синхронно закатили глаза и поджали губы. Их немая сцена была громче любых слов. На экране игроки, с лицами полными отчаяния или надежды, продолжали один за другим подходить к пульту для голосования. Алехандро, откинувшись на стуле, устремил на Фронтмена пристальный взгляд: — Скажите, Ведущий, почему именно детские игры? Неужели для цирка не нашлось ничего посерьёзнее? Гладиаторские бои, к примеру, — он улыбнулся, будто бросал вызов оппоненту. Все взгляды за столом мгновенно переметнулись на Фронтмена. Ведущий медленно повернул голову в сторону Алехандро, даже сквозь маску чувствовалась его ледяная невозмутимость: — Мои Игры дают шанс каждому игроку выиграть. Равный шанс. Современный мир уже имеет установленные, многовековые правила. Он требует связей, образования, унаследованного капитала, удачи при рождении. По определению он несправедлив. А детские игры... — он слегка кивнул в сторону экрана, где мелькали испуганные лица. — Их знает каждый. Богатый наследник и бедняк из трущоб, нобелевский лауреат и отсталый глупец. Универсальный и простой язык. Алехандро хотел что-то сказать, но Фронтмен продолжил: — Вы ищете сложности, господин Гарсия, тогда как вся глубина человеческой натуры проявляется именно в простоте. Дайте двум голодным один кусок хлеба и посмотрите, станет ли кто-то из них делиться. Посадите двух отчаявшихся людей в комнату с одним пистолетом и скажите, что выйдет только один. Детские игры — это тот же пистолет. Тот же кусок хлеба. Только обёрнутый в яркую бумагу ностальгии, чтобы было легче проглотить горькую пилюлю истины. — Истины? — перебил Алехандро, его тон стал жёстче. — Истины о чем? О том, что люди — животные? — О том, что система, которую мы называем цивилизацией... Это лишь тонкий слой лака, — спокойно парировал Фронтмен. — Игры призваны этот лак снять. Показать дерево под ним. Гнилое оно или нет. Это место не заставляет игроков становиться монстрами. Лишь предоставляет условия, в которых они могут выбрать — остаться людьми, по их собственному определению, или сбросить маску, — Фронтмен горько усмехнулся. — И вы не поверите, как часто они выбирают второе. Алехандро на мгновение замер. Он хотел унизить Ведущего, выставить его сумасшедшим, но столкнулся с железной, продуманной до мелочей философией. Фронтмен снова повернув маску к экрану, продолжая наблюдать за одним из самых жестоких экспериментов над человечностью. На экране Чон Бэ медленно подошёл к пульту. Его рука чуть подрагивала, он сжал её в кулак и с силой нажал на кнопку «Х». Затем отошёл и встал в малочисленную группу «Х». В его голове проносились обрывки воспоминаний. «Прятки». Тёмная комната, где на стене был нарисован дом, трава и солнце в углу, словно рисунок ребёнка. Молодой парень в синем жилете, не больше 25 лет, зажался в углу с широко раскрытыми от ужаса глазами. Он не боролся, просто прятался, надеясь переждать бойню. А Чон Бэ... Когда таймер подходил к концу, ему пришлось это сделать, чтобы выжить. Влажный хрип, липкое тепло на пальцах. Он никогда не забудет этот ужасный момент. А сегодня... «Третий лишний». Вновь выбрал себя. Задушил мужчину, пока Ки Хун смотрел на него с ужасом и отвращением. Тяжёлый моральный выбор? Инстинкт загнанного в угол зверя? Цепочка поступков, которая начала медленно тянуть его на дно? Взгляд Чон Бэ медленно поднялся и уставился на копилку под потолком. Пачки денег за стеклом казались единственным маяком в этом аду. Его шанс. Единственный. Расплатиться с долгами. Прекратить кошмар, который затащил его на эти Игры. Остановить охоту кредиторов. Они уже приходили к его бывшей жене с дочерью, пугали их, угрожали. Возможно... просто возможно... если он выберется отсюда. С огромными деньгами. У него будет шанс всё исправить. Вернуть доверие. Вернуть семью. Или хотя бы искупить свою вину перед женой и дочерью, дать им безопасность и покой. Эта мысль была единственной соломинкой, за которую Чон Бэ цеплялся, пытался найти оправдание крови на своих руках. Он сглотнул ком в горле и сжал кулаки, всё ещё глядя на мерцающие купюры. В столовой Джон-Орёл, развалившись на стуле и небрежно пережевывая кусок экзотического фрукта, нарушил минутное молчание: — Ну, чем займёмся после голосования? — он обвёл сидящих за столом взглядом. — Приглашаю на свою яхту, — произнёс Алехандро. — Она как раз стоит у острова. Подышим свежим морским воздухом. Сменим обстановку, — он посмотрел на Фронтмена. Это был не просто жест гостеприимства, а тонкий намёк на то, что всем присутствующим, запертым в этом бетонном бункере, давно пора глотнуть свободы. — Отлично! — сразу же поддержал Ричард-Лев. — Поддерживаю, — отозвался Кевин-Бык. Взгляд Ирэн, скользнув по рядом сидящему Алехандро, тут же устремился к неподвижной фигуре во главе стола. Она решила перехватить инициативу, превратив приглашение испанца в своё собственное. — Присоединяйтесь к нам, господин Ведущий, — произнесла Ирэн, смотря в прорези чёрной маски. — Вы организовали для нас это... незабываемое мероприятие. Будьте же нашим почётным гостем на этот вечер. — Буду рад, госпожа, — Ин Хо вежливо кивнул ей. — Благодарю за приглашение. Ирэн улыбнулась чуть шире, её глаза блеснули торжеством. Она поймала взгляд Ин Хо и держала его, будто между ними протянулась невидимая нить. Алехандро, сидевший рядом с Лисой, едва заметно поморщился. Его пальцы непроизвольно сжали салфетку. Он внезапно оказался в роли простого владельца яхты, на которой Ирэн устраивала свой личный приём для другого мужчины. Дженнифер, наблюдая за этим немым обменом, прикрыла улыбку ободком бокала. Её взгляд скользнул с довольной Ирэн на напряжённого Алехандро и задержался на маске Фронтмена. Этот вечер обещал быть куда более интересным. — Игрок 456, голосуйте! — раздался голос из трансляции. Ки Хун твёрдым шагом прошёл к пульту и без малейших колебаний ударил ладонью по кнопке «Х». Затем поднял голову, его взгляд устремился прямо в объектив камеры в углу общежития. Это был не просто взгляд. Наполненный ненавистью вызов. На другом конце экрана, в роскошной беседке, Фронтмен смотрел на экран. Маска скрывала всё, кроме лёгкого наклона головы. Он видел, как искра бунта в его главном подопытном не угасла, а превратилась в устойчивое, холодное пламя. Ин Хо слегка улыбнулся упорству Ки Хуна. — Ух, — свистнул Джон-Орёл, откладывая сигару. — У 456-го такой тяжёлый взгляд. Прямо в душу смотрит. — Это ведь победитель одной из Игр? Верно? — уточнил Ричард, с интересом глядя на Ведущего. — Это так, — ответил Ин Хо, не отводя взгляда от экрана, где Ки Хун наконец отошёл от пульта. — Он победитель 33-х Игр. Алехандро нахмурился: — Вы что, не дали ему денег за победу? — Нет, — Фронтмен повернул голову к испанцу. — Он получил все 456 миллиардов вон. — Похоже, потратил всё! — воскликнул Джон-Орёл. — Во даёт мужик! Кевин-Бык, быстро прикинув в уме, произнёс: — Это где-то... 38,5 миллионов долларов. Ему мало? — Денег много не бывает, — ответил Ричард-Лев. — Амбициозный мужик. — Или проиграл на ставках в казино, — с холодной усмешкой добавила Дженнифер. — Не справился с богатством. Типичная история для таких неудачников. — Кстати о ставках! — оживился Джон. — Где моя 222? Я на неё поставил. Ричард, отхлёбывая виски, поперхнулся: — На беременную? Серьёзно? — Рука дрогнула, я тогда много выпил, — отмахнулся Джон. — Ну так где она? Ирэн-Лиса перевела взгляд на Ин Хо: — Умерла. Вместе с ребёнком. — Игрок 222 выбыл, — подтвердил безразличным тоном Фронтмен. В комнате повисла тишина, нарушаемая лишь потрескиванием сигары Джона. Ложь была произнесена с таким ледяным спокойствием, что не вызвала сомнений. Вот только на самом деле Чжун Хи была благополучно доставлена в одну из лучших частных клиник Сеула. Её жизнь и жизнь её новорождённой дочери были вне опасности. А в графе «плательщик», в медицинской карте и счетах за лечение, значилось имя, которое ей ни о чём не говорило: Хван Ин Хо. Анонимный акт искупления, о котором не знал никто. Кроме одного человека, чей проницательный взгляд из-под маски лисы сейчас изучал Фронтмена.

♟♙ ♚♛ ♙♟

      Был тихий прохладный вечер. Солнце медленно погружалось в море. По длинному деревянному причалу, чуть скрипящему, процессия VIP-гостей во главе с Алехандро двигалась к впечатляющему судну, которое покачивалось на лёгкой волне. Гарсия, остановившись у трапа, с гордостью обвёл рукой яхту: — Добро пожаловать на борт «Ave Maria». Взоры гостей устремились к изящной латинской надписи на белоснежном корпусе — «Ave Maria». — Ах, красотка! — воскликнул Ричард, с тоской глядя на яхту. — Скучаю по своей «малышке». Она, кстати, очень похожа на твою, только на пару метров длиннее. Кевин, не выпуская из объятий подобранную по дороге официантку в чёрной маске, грубо похлопал её по бедру. Девушка едва заметно подрагивала — от холода или от страха, было непонятно. — «Ave Maria»? — улыбнулась Дженнифер, поднимаясь по трапу. — Как поэтично. Не ожидала от тебя такой сентиментальности, Алекс. Испанец улыбнулся, но его взгляд обратился к Ирэн, которая на миг залюбовалась закатом на причале: — На самом деле, имя ей дала госпожа Монтальбан. Ave Maria. Для постороннего это звучало как намёк на католическую молитву к Деве Марии, глубокую философию или просто эстетичное выражение. Но для Ирэн в этом не было ни святости, ни поэзии. Ave Maria — Радуйся, Мария. Марией звали её мать. А яхта была куплена в тот самый год, когда Ирэн похоронила отца. «Радуйся, Мария. Ублюдок, который сгубил нашу семью, теперь кормит червей». Алехандро, взойдя на борт, как гостеприимный хозяин, придерживал трап, пропуская гостей. Ирэн с Ин Хо шли последними. В этот момент лёгкая волна чуть сильнее качнула яхту, и узкий трап дрогнул под ногами. Ирэн на высоких каблуках пошатнулась, но её мгновенно подхватила крепкая рука в чёрной кожаной перчатке. Ирэн повернула голову к мужчине: — Спасибо, caro, — прошептала она, её пальцы на мгновение задержались на его предплечье. Ин Хо лишь кивнул и, не выпуская её руки, помог ступить на устойчивую палубу. Алехандро, наблюдавший за этим, лишь раздражённо сжал челюсти, прежде чем его лицо вновь приняло бесстрастное выражение. — Отчаливаем! — скомандовал Гарсия своему экипажу. — Море спокойное. Прогуляемся. Борт «Ave Maria» плавно отошёл от причала, рассекая волны. Алехандро провёл гостей в главный зал — просторное помещение с полированным красным деревом, мягкими кожаными диванами, баром с подсветкой и массивным бильярдным столом. Через панорамные окна открывался захватывающий вид на бескрайнее море и закат, окрашивающий горизонт в золотые тона. — О-о-о, я знаю, чем мы займемся, — Ричард с видом знатока потянулся к киям у бильярдного стола. Алехандро снял свою золотую маску волка и небрежно бросил её на ближайшее кресло: — Можем снять маски, — объявил он, обводя взглядом гостей. — Здесь все свои. Ну... почти все, — его взгляд скользнул по фигуре Фронтмена, всё ещё скрытой под чёрной маской и серым плащом. Один за другим гости последовали примеру испанца. Джон с облегчением стряхнул маску орла, Кевин снял свою, не выпуская из рук талию официантки. Дженнифер медленно освободила лицо от маски пантеры. На кресле лежало шесть золотых масок. Алехандро уставился на Фронтмена, его голос прозвучал с вызовом: — А вы, господин Ведущий? Ирэн нахмурилась, бросив на испанца предупредительный взгляд. Она понимала, насколько важна анонимность для человека в положении Ин Хо. Но Фронтмен медленно начал снимать сначала свои чёрные кожаные перчатки, они легли на барную стойку. Затем рука поднялась к затылку, нащупала застёжку. Щёлк. Снял чёрную маску. Под ней оказалось лицо с резкими чертами, пронизывающим взглядом и аурой холодной власти. Его лицо было непроницаемым и спокойным, будто он только что снял шляпу, а не символ своей анонимности. Ин Хо так же невозмутимо положил маску в общую кучу с золотыми масками VIP-гостей. Алехандро, стараясь не выдать своего раздражения, мысленно прошипел, смотря на Фронтмена: «Азиат? Ненавижу азиатов». Джон, скинув белый пиджак, подошёл к бару, за которым сияли ряды бутылок с экзотическими этикетками: — Неплохая подборка, Гарсия, — он с видом знатока изучал коллекцию, выбирая бутылку. Алехандро подошёл к бару и с лёгкой ухмылкой снял с полки две бутылки: — Позволь предложить нечто особенное. «Macallan M» для истинных ценителей, — он поставил на стойку тёмный графин, — и испанский херес «El Maestro Sierra», ровесник моего деда. Джон довольно облизнул губы в предвкушении, смотря на бутылки. В углу помещения Кевин устроился в глубоком кожаном кресле и притянул к себе на колени официантку в чёрной маске: — Давай-ка снимем это, — прошептал он девушке, потянувшись к ремням её маски. Маска легко поддалась, открыв миловидное лицо молодой кореянки, на вид не более 25 лет. Она избегала смотреть на мужчину. Кевин наклонился к её уху, и его шёпот потонул в джазовых аккордах, льющихся из скрытых динамиков зала. — Не бойся, девочка... Я могу подарить тебе такой мир... Драгоценности, которые будут сверкать ярче, чем звёзды за окном... — он положил ладонь на её голое колено и двинул рукой вверх, устремляясь под юбку. Ирэн, сняв туфли, опустилась на низкий диван у панорамного окна, поджав под себя ноги. Она положила руку на кожаный подлокотник, и её пальцы лениво отбивали в ритм лёгкого джаза из колонок. Дженнифер, с бокалом шампанского, присела рядом, её поза была такой же расслабленной. Тем временем Ричард подошёл к бильярдному столу из тёмного дерева. Он провёл рукой по идеально ровному сукну, затем поставил на него шар. Несмотря на отчётливую вибрацию яхты, передававшуюся через палубу, шар не двигался с места. Стол оставался неподвижным. — Любопытно. Даже не катится, — пробормотал Ричард и наклонился, чтобы посмотреть под стол. Алехандро, заметив его интерес, отошёл от бара и приблизился: — Гироскопический стабилизатор, — пояснил он с гордостью в голосе. — Система компенсирует крен до 15 градусов. Можно играть даже в лёгкий шторм. Воздух в салоне был прохладным, и Ирэн, сидя на диване, слегка поёжилась, проводя ладонями по обнажённым предплечьям. Ин Хо подошёл к испанке. Ничего не говоря, расстегнул свой серый плащ, затем снял его с плеч. — Возьми, — произнёс Хван, развернул плащ и накинул на Ирэн, слегка укутывая. Девушка замерла на секунду, её брови чуть приподнялись от искреннего удивления. Этот жест был настолько неожиданным, что на мгновение сбил её с толку. — Спасибо, — прошептала Ирэн, и в её голосе прозвучала неподдельная благодарность, лишённая обычной насмешки или заигрывания. Ин Хо лишь коротко кивнул, затем развернулся и направился к бильярдному столу, где Ричард и Алехандро готовились к игре. Дженнифер, наблюдая за сценой между Монтальбан и Ведущим через край своего бокала, подняла бровь, и на её губах заиграла едва заметная насмешливая улыбка. Она перевела взгляд с закутанной в серый плащ Ирэн на спину удаляющегося мужчины, явно находя в этом обмене нечто весьма забавное. Алехандро, стоя у бильярдного стола, посмотрел на Фронтмена, приближавшегося к ним: — Решили присоединиться? — бросил он, перекладывая кий из руки в руку. — Да, — коротко ответил Ин Хо, вставая рядом с Ричардом. Его пальцы принялись расстёгивать пуговицы на манжетах чёрной рубашки. Затем он закатал рукава, обнажая крепкие предплечия. — Тогда нас трое, — констатировал Ричард, вращая в руках кий. — Нужен ещё один и сможем разделиться на команды. Алехандро сделал шаг в сторону, чтобы выглянуть из-за двух мужчин: — Ирэн? — спросил он, и в его голосе прозвучала лёгкая надежда. Но она тут же сменилась удивлением, а затем и скрытой досадой, когда он разглядел её. Серый плащ Фронтмена, в который она была закутана, выглядел раздражающе уместным на ней. Алехандро нервно облизал губы. — Без меня, — мягко ответила ему Ирэн. Она старалась держаться непринуждённо, но рана на руке, скрытая под плащом, начала напоминать о себе тупой, ноющей болью. Она старалась не шевелить рукой и не показывать своего дискомфорта. В это время Джон, покачиваясь в такт джазу, подошёл к дивану, на котором расположились девушки: — Ну что, может быть потанцуем, хмурая моя? — он протянул руку к Пантере. Дженнифер медленно подняла на мужчину взгляд, её губы поджались в тонкую ниточку: — Конечно, — сказала она, и лицо Джона озарилось торжеством. — Когда солнце встанет на западе и сядет на востоке, — продолжила Дженнифер с обманчивой сладостью в голосе. Джон замер в ступоре, пытаясь осознать её слова. — Да-да, — томно протянула Дженнифер, — хорошенько подумай над этим. Может, дождёшься. Ричард, наблюдая за этой сценой и бросая взгляд на Кевина, который всё так же был занят шептанием на ухо своей официантке, махнул рукой Джону: — Иди к нам, Джонни. Будешь четвёртым. Джон фыркнул и направился к бильярдному столу, бросая на ходу: — Хорошо. А то меня там, — он кивнул в сторону дивана с девушками, — явно не любят. Мужчины у бильярдного стола образовали две команды и принялись играть. Алехандро встал в пару с Джоном. Против них — Ричард с Ин Хо. Немного поодаль, в углу салона, Кевин уютно устроился с молодой официанткой. Он налил ей в бокал золотистого виски и мягко вложил бокал в её чуть дрожащие пальцы: — Выпей, согрейся, — его голос был обманчиво нежным. Они тихо разговаривали, и девушка, хоть и смущённая, постепенно расслаблялась под напором его бархатного баритона и обещаний мира, о котором она и мечтать не смела. На диване у панорамного окна Ирэн сидела, закутанная в серый плащ. Дженнифер, наблюдая за ней, склонила голову набок: — Что-то ты напряжена. Ирэн оторвала взгляд от играющих мужчин и посмотрела на рядом сидящую девушку: — Есть предложения? — Смотря в каком формате хочешь, — Дженнифер сделала небольшой глоток шампанского. — Есть нечто лёгкое... но и кое-что потяжелее. — Тяжёлое — сразу нет, — отказалась Ирэн. — Почему? — Дженнифер рассмеялась. — Не хочешь снова танцевать голой на бильярдном столе? Я бы не против посмотреть ещё разок. Ты тогда превзошла сама себя. — Я потом неделю приходила в себя, — поморщилась Ирэн. — После этого ни грамма дури. — Зря. Это было незабываемо, — Дженнифер достала из внутреннего кармана пиджака изящную серебряную коробочку. — Сначала ты устроила эротичный стриптиз на бильярдном столе, распевая испанские песни под караоке, а закончила тем, что размахивала своим лифчиком, утверждая, что это флаг. — Кошмар... — прошептала испанка, закрывая лицо ладонью. Дженнифер достала из коробочки два косяка и протянула один Ирэн: — Лёгкое. Далеко не улетишь, но расслабишься. — И, кстати, это ещё не всё, — Дженнифер подожгла зажигалкой оба их косяка и сделала затяжку. — Твой Гарсия, — она понизила голос до шёпота и кивнула в сторону испанца у бильярдного стола, — одиноко сидел в углу за столом и не сводил с тебя глаз. Весь красный, с закушенной нижней губой... А его рука... — она сделала многозначительную паузу, — ритмично двигалась под столом. Я уверена, бедняга отчаянно дрочил, наблюдая за обнажённым выступлением своей госпожи Монтальбан. — Кх-кх...! — Ирэн закашлялась при очередной затяжке, широко распахнув глаза. — Dios mio. Ты серьёзно? — выдохнула она, смеясь и кашляя одновременно. — Конечно, — кивнула Дженнифер. — Он смотрел с таким обожанием и желанием тупого самца. Потом, правда, тебя вырвало на тот же бильярдный стол... но это уже детали. — Надо же, — возмущённо фыркнула Ирэн. — А мне он читал лекции о достоинстве и самоконтроле после того случая. — Ну, в тот вечер его «самоконтроль» явно находился в его правой руке, — усмехаясь заметила Дженнифер, выдыхая дымок. — Ха-ха, — испанка откинулась на спинку дивана, чувствуя, как травка расслабляет и притупляет ноющую боль в руке. Через пару секунд она поднялась с дивана, скинув с плеч серый плащ и аккуратно сложив его на подлокотник. Надевая туфли, оставленные у дивана, она почувствовала лёгкое головокружение от травки, но устояла на ногах. Затем направилась к бильярдному столу, где разворачивалась напряжённая партия. — Господа, как насчёт сменить обстановку? Сыграем в покер? — Ирэн остановилась напротив бильярдного стола, смотря как Ин Хо прицелился, замер и сделал точный удар кием, загоняя шаг в лузу. Джон, опиравшийся на кий, усмехнулся: — Оу. На раздевание? — оглядел её с ног до головы. Ирэн снисходительно улыбнулась, затем медленно подошла к Джону, зажимая дымящийся косяк между двумя пальцами. Она положила ладонь мужчине на плечо, приблизила губы к его уху и томно прошептала: — Только в твоих влажных мечтах, Джонни, — она сделала лёгкую затяжку и выпустила дым ему в лицо. Джон закашлялся, а по залу прокатился сдержанный смешок Ричарда. В этот момент Алехандро, видя, что их с Джоном партия проиграна, произнёс: — Хорошо, дайте мне секунду, — он поскидывал оставшиеся несколько шаров в лузы, затем ловко нырнул под стол, где послышался металлический скрежет — он дёрнул несколько скрытых рычагов. Стол слегка зашатался. Алехандро вылез и нажал пару кнопок на торце. С лёгким звуков механизмов массивная столешница начала переворачиваться. Изумрудное сукно и лузы скрылись, открыв идеальную поверхность для покера из тёмного дерева с разметками и углублениями для фишек. Ричард присвистнул: — Чёрт возьми, я хочу такой же стол. — Кину номер мастера, — довольно улыбнулся Гарсия. — Он гениален. Мужчины расставили вокруг стола стулья. В этот момент Ин Хо почувствовал лёгкую вибрацию на поясе. Он снял рацию, взглянул на дисплей, молча развернулся и вышел через дверь на прохладную палубу. Гости уселись за стол. Алехандро взял колоду карт и начал их ловко тасовать. Джон в это время расставил перед каждым по стопке и наполнил их текилой. Все с недоумением посмотрели на него. Джон плюхнулся на свой стул, его лицо расплылось в ухмылке: — Что? Я просто решил совместить приятное с полезным. Будем параллельно играть в «Правда или действие». Только я правила немного... модифицировал. Вместо того, чтобы говорить правду, — он указал на стопку, — пьём. До дна. Все продолжали смотреть на него. — Эй, я хочу понять, что изменилось с нашей последней встречи! — Джон развёл руками, оглядывая всех. Алехандро, закончив раздачу карт, положил колоду. Перед каждым, кроме пустующего места Фронтмена, легли две карты. Дверь салона мягко закрылась. Ин Хо вошёл и проследовал к бару, взял тяжёлый хрустальный стакан, налил в него два пальца виски. Покачал жидкость, сделал неспешный глоток, лишь затем его взгляд скользнул по собравшимся за столом. Он не присоединился к ним. Вместо этого выбрал глубокое кожаное кресло в нескольких шагах от стола. Место позволяло ему наблюдать за всеми. Он откинулся на спинку, расслабленно закинул ногу на ногу, положил локоть на подлокотник, и стакан в его руке казался неотъемлемой частью этой позы. Джон, тем временем, разглядывал свои карты, и на его лице расплылось довольное выражение. Комбинация была более чем перспективной. — Что ж, я начну, — провозгласил Джон, откладывая карты рубашкой вверх. — Итак, вопрос... кто побывал на оргии? — с этими словами он взял свою стопку с текилой и опрокинул её в рот одним движением. Поставил пустой бокал на стол с громким стуком и уставился на остальных. Его взгляд скользнул по Ричарду, Дженнифер, Ирэн и Алехандро. Повисла тишина. Затем, почти синхронно, четыре руки потянулись к стопкам. Ричард хмыкнул и выпил с видом бывалого тусовщика. Дженнифер, не моргнув глазом, опрокинула текилу, будто пила воду. Ирэн взяла свой бокал и сделала большой глоток. Алехандро выпил последним. Джон медленно обвёл взглядом компанию, на его губах играла торжествующая ухмылка: — Ну надо же какая сплочённость! — он протянул руку с текилой и наполнил всем стопки. — Твой ход, Рики. Ричард взял свои карты, ещё раз оценил их, а затем бросил их в центр стола рубашкой вверх: — Пас, — произнёс он, откидываясь на спинку стула. Его взгляд скользнул по каждому за столом. — Вопрос. Убивали ли вы когда-нибудь... просто для удовольствия? Все за столом на мгновение задумались. Рука Дженнифер схватила стопку и одним движением опрокинула текилу в горло. Уголки губ Ирэн дрогнули в загадочной улыбке, в которой не было ни капли веселья. Она выпила до дна. Джон свистнул, его взгляд блуждал между двумя женщинами: — Ух, кровожадные дамы... — выдохнул он с примесью восхищения и лёгкого страха. Стопки мужчин — Джона, Ричарда и Алехандро — остались нетронутыми на столе. Джон повернулся к Дженнифер: — Джен, твой ход. Дженнифер подвинула в центр стола стопку фишек: — Поднимаю. А вопрос... Привлекает ли вас кто-нибудь из присутствующих в этой комнате? Джон посмотрел на двух девушек, слегка пьяная ухмылка растянула его губы: — О да! — он схватил свою стопку и выпил до дна, громко стукнув пустым бокалом о стол. Взгляд Алехандро на секунду задержался на Ирэн, затем он резко опрокинул текилу и отодвинул свои карты: — Пас. Сама Ирэн перевела глаза на Ин Хо, сидевшего в кресле недалеко от их стола. Он не играл с ними. Его пальцы покачивали стакан с виски. Поймав её взгляд Хван лишь медленно поднёс стакан к губам и сделал небольшой глоток, будто отвечая на вопрос из их игры. Ирэн, не отводя от него взгляда, выпила свою текилу. Ричард отодвинул от себя нетронутую стопку. Ирэн заметила этот жест и подняла на него бровь: — Что? Нет? Ричард вежливо улыбнулся, смотря на Дженнифер с Ирэн: — Вы, дамы, безусловно прекрасны. Но я... предпочитаю более покладистых. И молчаливых. Джон, тем временем, уже наполнял новые стопки: — Джен? — позвал он, подталкивая её к ответу на свой же вопрос. Но Дженнифер не потянулась к бокалу. Вместо этого она отставила свою стопку в сторону и, откинувшись на спинку стула, произнесла: — Я лучше покажу. Ирэн повернула голову к сидевшей рядом подруге. Дженнифер развернулась к ней, и на её губах расцвела загадочная улыбка. Она наклонилась так близко, что их лица оказались в сантиметрах друг от друга. Ирэн слегка приподняла бровь, в её глазах читался вопрос и любопытство. — Устроим маленькое шоу? — прошептала Дженнифер так, чтобы услышала только подруга. Губы Ирэн тронула понимающая улыбка. Этого было достаточно. Дженнифер сократила оставшееся между ними расстояние и захватила её губы в поцелуе. Страстный французский поцелуй девушек заставил всех в комнате замереть. Джон, вытаращив глаза, воскликнул: — О-у-у! Дамы, вы... — Заткнись, — оборвал его Ричард, не скрывая наслаждения от представления. Алехандро замер, его широко раскрытые глаза на мгновение отразили шок, прежде чем в них застыла сложная смесь ревности и невольного интереса. Ирэн мягко положила ладонь на щёку Дженнифер, та в ответ впилась пальцами в тёмные волосы испанки, притягивая её ещё ближе. Глубокий стон вырвался из груди Ирэн, когда язык Дженнифер смело исследовал её рот. Ин Хо, сидя в глубоком кресле, сделал медленный глоток виски. Его аналитический ум уже всё расставил по полочкам: алкоголь, травка, жажда адреналина и вечное стремление этих женщин быть в центре внимания. Чистой воды игра на публику. Даже Кевин, до этого полностью поглощённый своей «куколкой», оторвался от её шеи, чтобы не пропустить ни секунды этого неожиданного представления. Девушки медленно, словно нехотя, оторвались друг от друга. Дженнифер томно облизнула губы, смакуя вкус. Ирэн провела большим пальцем по своему краю рта, стирая размазанный алый след помады. — Я даже возбудилась... — тихо, так, чтобы слышала только Дженнифер, прошептала Ирэн. Дженнифер усмехнулась и прошептала в ответ: — Может, нахер этих членоносцев? — она обвела презрительным взглядом всех мужчин в комнате, на секунду дольше задержавшись на Алехандро и Ин Хо. Ирэн тихо рассмеялась, и приобняла Дженнифер. Они поправили растрёпанные волосы и платья, снова превращаясь из участниц страстного шоу в холодных и уверенных в себе женщин. Ирэн обвела взглядом мужчин, которые, затаив дыхание, пялились на них: — Ну что? Вам понравилось, мальчики? — Ох, дорогие мои, у меня встал, — откровенно признался Джон, поправляя неудобную позу на стуле. — Повторите? Ну, знаете... для закрепления... И вообще, я бы с удовольствием присоединился к вам. Дженнифер и Ирэн синхронно, с одинаковым выражением брезгливости, отмахнулись от него, как от назойливой мухи. Джон вздохнул и вновь наполнил всем стопки. Ирэн передвинула всю стопку фишек в центр: — Поднимаю, — она медленно обвела взглядом стол, и на её губах расцвела хитрая улыбка. — А вопрос... будет таким. Трахались ли вы с кем-то из присутствующих в этой комнате? За столом повисла пауза. Джон вздохнул, его взгляд жадно скользнул по Ирэн и Дженнифер. Он не притронулся к своей стопке. Правда, которую он не хотел раскрывать, заключалась в том, что ему здесь никто не отдавался. Ричард также оставил свой бокал нетронутым. Алехандро схватил стопку, его взгляд впился в Ирэн, и он опрокинул текилу в глотку одним движением. Ирэн наблюдала за испанцем с невозмутимым спокойствием. Затем её пальцы обхватили её собственную стопку. Она поднесла её к губам и выпила длинным, демонстративно медленным глотком, опустошив бокал до дна. Ей можно было бы выпить и две стопки сразу — за двух мужчин в этой комнате. За того, что сидел с ней за столом и за того, который покачивал виски, удобно устроившись в кресле. К своей стопке внезапно потянулась Дженнифер. Она поймала взгляд Ирэн, и на её лице расплылась загадочная улыбка. Не говоря ни слова, она так же медленно выпила свою текилу. Ирэн на мгновение удивилась, затем перевела взгляд на Ин Хо, сидевшего в стороне, но тот был спокоен и невозмутим. Она отбросила эту мимолётную мысль. Дженнифер всегда любила провокации. Наверняка, это была просто одна из них. Кевин наконец оторвался от кореянки, чьё тело слегка обмякло в его объятиях от количества выпитого алкоголя. Решив, что «закуска» готова, он поднялся, крепко обхватив девушку за талию, чтобы та не упала. Алехандро, следивший за парой отрывисто ткнул пальцем в сторону — прямо, а затем направо, явно указывая направление к каютам. Он прекрасно понимал, что сейчас эту глупенькую девочку разложат на первой же попавшейся кровати. Кевин кивнул испанцу, лицо его расплылось в похотливой ухмылке. Он плотнее прижал к себе девушку и повёл её в указанном направлении. Ричард, наблюдавший за всей сценой, медленно поднялся из-за стола: — Я, пожалуй, присоединюсь к ним, — заявил он, поправляя манжеты белой рубашки. — Не скучайте, — его взгляд скользнул по сидящим за столом. Ричард неспешно последовал за Кевином, на ходу облизывая губы. Намерение двоих мужчин было очевидно. Утром эта девушка проснётся в незнакомой каюте, в лучшем случае. Или её внезапное исчезновение станет ещё одной мрачной тайной, скрытой тёмными водами под яхтой. Джон поднялся из-за стола и направился к бару, явно намереваясь утопить остатки сознания в очередной порции элитного алкоголя. Ирэн повернулась к Дженнифер: — Есть сигареты? — Пойдём, — Дженнифер кивнула в сторону того самого дивана, где на бархатной обивке лежал её чёрный пиджак и аккуратно сложенный серый плащ. Они переместились на диван. Дженнифер сунула руку во внутренний карман пиджака и достала оттуда пачку сигарет. Щелчком зажигалки прикурила сначала Ирэн, потом себе. — Смотрю, травка тебя всё-таки расслабила, — заметила Дженнифер, затягиваясь и наблюдая за подругой. Ирэн кивнула, выпуская струйку дыма: — Скинешь потом поставщика. Дженнифер усмехнулась, но в этой усмешке было нечто новое: — Знаешь, после раунда Игры я тоже немного... расслабилась. И даже без всякой травки. — И как же? — Ирэн подняла на неё заинтересованный взгляд. Дженнифер медленно, с наслаждением облизнула губы, собираясь сбросить бомбу, которую припасла: — Трахнулась с господином Ведущим, — выдохнула она вместе с дымом, её взгляд скользнул к сидящему в кресле Ин Хо, который явно не слышал их разговора. Ирэн замерла. Словно её только что окатили ледяной водой. Сигарета застыла у её губ. Дженнифер наклонилась ближе сладко шепча: — Видишь полосы на его шее? Над воротником рубашки? — кивнула в сторону Фронтмена. — Моя работа, — она сделала паузу, наслаждаясь выражением лица Ирэн. — У него, кстати, хороший член. Ирэн сидела неподвижно, уставившись в пустоту перед собой. Внешне — идеальная статуя, ни единой морщинки на лице, ни малейшей дрожи в пальцах, сжимавших сигарету. Но внутри... внутри бушевал шторм. Слова Дженнифер прозвучали не просто как пощёчина. Они вонзились, как заточенный кинжал, прямо под ребра, в самое незащищенное место. Возникла острая боль, от которой на мгновение перехватило дыхание. Кобель. Просто воспользовался ситуацией. Что в этом такого? Но рациональные доводы разбивались о волну ярости и чего-то более опасного — той самой боли, которую Ирэн поклялась никогда больше не чувствовать. И в этот миг на неё обрушилось осознание. Она заигралась. Она входила в эту игру с холодным расчётом: соблазнить, подчинить, поиграть этим мужчиной и отшвырнуть, как делала бессчётное количество раз. Это была её защита и оружие. Никогда. Никогда никому не позволять подобраться достаточно близко, чтобы ранить. Но Ин Хо... подобрался. Незаметно. Пока она строила стратегии и расставляла ловушки, пока наслаждалась его ревностью и пыталась вывести его из равновесия, он сам стал её уязвимостью. Чувства. У неё возникли к нему чувства. Это была не просто проблема. Это был приговор. Любовь — это слабость. Любовь — это оружие, которое всегда повернуто против тебя самого. Она знала это лучше кого бы то ни было, выучила на предательстве своего отца. Взгляд Ирэн, всё ещё остекленевший, медленно скользнул к профилю Ин Хо. Он сидел в кресле, спокойно попивая виски. А на его шее были явные полосы от ногтей. Нож в сердце провернулся. Эту проблему нужно решить. Немедленно. Уничтожить. Вырезать. Ирэн медленно поднесла сигарету к губам и сделала глубокую затяжку. Дым заполнил лёгкие, но не принёс облегчения. — Вот как, — её собственный голос прозвучал для неё чужим. Ирэн смотрела прямо перед собой, но больше не видела ни Дженнифер, ни роскошного салона яхты. Она видела только работу, которую предстояло сделать. Хирургическую, без анестезии. Выжечь это чувство калёным железом. Разорвать эту связь. Убить в себе ту часть, что посмела дрогнуть.

♟♙ ♚♛ ♙♟