Дело о трёх чурбанах

— Еще на древней Руси ходило поверье, что на особенно громкие крики детей приходил водяной. Он забирал детей к себе, а матери отдавал "подменыша" — чурбан, отдаленно напоминающий младенца. В некоторых сказах упоминалось, что матери не сразу замечали подмену, а когда правда вскрывалась, подменыш "умирал". Позже некоторые историки могли предположить, что миф родился от небылиц несчастных матерей, которые топили своих детей и притворились жертвами, видящими в бревне свое дитя. — Поразительное сходство. Но не хотите ли вы сказать, что миссис Роуз утопила младенца, но сошла с ума по-настоящему? — Это бы многое объясняло, согласитесь. — А водяной? — Возможно, вербовщик на утопления, либо сам палач. Даю вам зуб, что это не символ, а вполне реальная личность. Или личности. Перед моими глазами всплыли ужасные образы. Вся информация о сектах, которую я знал понаслышке, неприятно врезалась в мозг. Символы, младенцы, гипноз — какой ужас, если посмотреть на это свежим взглядом. До сего момента я не мог осознать всю кошмарность дела, ведь погружался в него медленно, постепенно привыкая к глубине, но вы, верные вкушатели страниц, обязательно сморщилась бы раньше меня.

***

Седрик Фадригаль был куда более гостеприимен, в отличие от господина из прошлого дома, и не оставил нас со своей супругой наедине. Скажу более: эту загадочную особу мы не видели с четверть часа, пока за очередной чашкой чая уточняли общие детали у бывшего отца. Все слова, все, до самых мелких, подтвердились мужем Рози. На некоторые вопросы, касаемо чувств мадам, Фадригаль отмахивался и говорил короткое "не знаю". Этого, в совокупности с ещё двумя случаями, нам вполне хватало, чтобы не отмести это расследование по причине выдумок жертвы. Странности начались в следующей четверти часа, когда мой друг решил, что с этого мужчины хватит, и теперь ему крайне необходимо увидеть Рози Фадригаль. — Зачем вам моя Рози? Было неловко, что Седрик сделал акцент на слове "моя". — Обычная процедура допроса. Нам нужно многое уточнить. — С самой пропажи она сама не своя: бредит как последняя сумасшедшая, а недавно и вовсе впала в психоз. — Где сейчас миссис Фадригаль? — Да сохранит ее Всевышний, но для блага моей же супруги я привязал ее к кровати. Пусть перебесится, как говорится, может там и в себя прийдёт. Не конец света, в конце концов. Нового родить ещё тысячу раз успеет. — Мне кажется, господин, ей очень нравился и тот ребенок... — я отвёл взгляд. Отец всегда дальше от ребенка, и мне действительно легче воспринимать его мысли, чем мысли госпожи Виетт, но нечто горькое я ощущал во рту после его лёгких смешков: он счёл мои слова за светскую шутку. — Нам немедленно нужно ее увидеть. — А я не позволю. Кто вы такие, чтобы сметь навещать мою жену в таком уязвимом состоянии? — было бы невероятно верно, если бы я не услышал в этом нотки собственничества. — Мы можем увидеться с ней под вашим присмотром? — на вскидку предложил я. Прежде чем Холмс начал демонстрировать свои способности убеждения, хозяин дома поступил благоразумно и дал утвердительный ответ. Тогда втроём мы поднялись в гостевую комнату, где на мягкой перине лежала наша заказчица. Ее руки были призваны к резкому изголовью, а глаза, под которыми пролегли синяки, безотрывно сверлили потолок. — Миссис Фадригаль. Я подошёл к ее кровати и в пол голоса позвал женщину. Рози медленно повернула свою голову ко мне, и тогда я смог понять, что выглядела она намного хуже, чем вчера. Помогла ли ей косметика в прошлый день, либо же это — мгновенные уродства от пережитых страданий, я точно сказать не мог. — Вы помните нас? — продолжил я аккуратно, присаживаясь на стул около кровати. — Помню. Здравствуйте, мистер Холмс, — голос девушки звучал ещё тише моего. Шерлок на ее обращение молча кивнул мадам головой. — Миссис Вариж не помнит вас. Вы уверены, что именно она подтолкнула вас к нам? — Кто такая миссис Вариж? — Одна из тех, кто стал жертвой подмены младенца. — Тогда я прекрасно это помню. — Вы сможете описать ее внешность? Наш недолгий диалог состоял сплошь из простых предложений, чтобы обессиленной бедной женщине было не так тяжело отвечать. На последнее Роуз, однако, и вовсе лишь покачала головой, усиливая мои подозрения. — Почему? — самый подходящий вопрос выронился из моего рта сам по себе. — Все в моей голове перепуталось, смешалось. Я не уверена даже в том, что сейчас передо мной стоите вы, и это не очередной гадкий сон. — Это не сон, миссис Фадригаль... — начал я было бессмысленные утешающие слова, не зная что спросить теперь у настолько потерянной девушки. Казалось бы — тупик, но Шерлок среагировал быстро. — Мой напарник — отличный врач. Думаю, он мог бы дать несколько советов вам по уходу за вашей супругой. Разумеется, бесплатно, так как все в рамках расследования. — Это было бы очень кстати. Я был бы очень благодарен вам, господа. Не думал, что обстоятельства сложатся так удачно, и визит доктора Хьюстона придётся отложить. Детектив любезно улыбнулся. — Разумеется, доктору Ватсону нужно ещё немного времени для выявления точного диагноза. Ряд вопросов очень помогут ему в этом. Не могли бы вы удалиться, буквально на пол часа? Сразу после этого он будет готов дать вам свои рекомендации. Мне пришлось как можно увереннее кивнуть, располагая доверие хозяина. — Я управлюсь за двадцать минут, мистер Фадригаль. Все же, для нас ее ясность ума тоже очень выгодна. Тут Седрику не оставалось ничего, кроме как согласиться. — Двадцать минут, и я буду очень надеяться на вас. Хозяин дома покинул спальню, а мы с Холмсом переглянулись. Я едва кивнул, молча спрашивая: "Ну и что теперь?". На это у него нашелся свой ответ.

***

— Миссис Фадригаль, вы сделали ошибку, — сыщик затеял свою шарманку, и я отошёл на второй план, внимательно слушая. Шерлок присел на край кровати, внимательно рассматривая больную. Взгляд его сделался железным и осуждающим. — Сделала, о чем каюсь каждую секунду. — Вы хотели бы вернуть своего ребенка? — О, если бы это было возможно... Впрочем, я не уверена. — Вот как? — Что с ним, что без него, любви тут не будет. Возможно, я освободила его от несчастной жизни среди запретов. —Вы не думали пойти за ним? —Не вернуть, — голос женщины дрогнул, а на ее глазах навернулись слезы. Мне приходилось проявить свою титаническую волю, чтобы не развязать бедняжку, пусть после этого бы нас погнали в шею. — Вы не думали пойти за ним? — повторил Шерлок ровным голосом. — Не думала. Как же я!... — Попросить "отвести" себя доверенному лицу, который "отвёл" ребенка. Это значило бы воссоединение матери и ребенка. Такую толстую метафору заметил бы даже не догадывающийся ни о чем человек, настолько она была неприкрыта. Я выкрикнул тихое, но возмущенное "Шерлок!", и тут же был заткнут шипящим "тш". — Сейчас вы спите, мадам, а я, как ваше сновидение, все про вас знаю и совершенно не осуждаю. — Вы весьма симпатичное сновидение. — Сегодня ночью вас отвяжут, и тогда вы сможете повидать свое дитя. Пообещайте, что воспользуетесь этой возможностью. — Да... С глаз девушки медленно падали слезы, и мне пришлось достать из внутреннего кармана платок и промокнуть глаза миссис Роуз. От подобного зрелища мое сердце обливалось кровью, и я поклялся потребовать объяснений от своего друга чуть позже. Если бы причина была не настолько уважительной, чтобы решить проблему мадам в один миг, я, возможно, ударил бы Шерлока за ужасы, что он наговорил ей, и был бы однозначно прав. Сейчас я думаю о том, как хорошо, что я был в достаточной степени уверен в своем товарище, и не сделал этого прямиком в гостевой спальне Фадригальдов.