Гончий времени

2025 год

15 ноября

В комнате полумрак. Будто кто-то нагнал тьму в это место. Но нет: это всё из-за серой погоды, которая стала такой привычной. В ноябре дни становятся короче, а ночи длиннее. Чимин открывает глаза, и первое, что видит — белый, местами кривой потолок. «Я дома…» Он снова прикрывает глаза, делая глубокий вдох. На удивление, запах сигарет не чувствуется совсем, а казалось, от него невозможно избавиться. Вместо этого комната наполнена приятным ароматом сандала. Чимин мягко улыбается самому себе, мысленно начиная хвалить себя. «Наконец избавился от этого». Он переворачивается на бок, потягиваясь, издавая то ли кряхтение, то ли мычание. Хорошо сейчас. Ведь всё то, что было в ванной, кажется просто галлюцинацией невыспавшегося человека. Подмяв под себя подушку поудобнее, он решает, что можно ещё немного отдохнуть. Где-то совсем рядом слышится шорох. Чимин тут же подскакивает, пытаясь оглядеть комнату, но из-за резкой смены положения тела в глазах темнеет. Он начинает моргать, чтобы избавиться от темноты. И вот, когда зрение восстанавливается, он начинает взглядом обводить комнату в поисках источника звука. — Никогда так не вставайте больше. Может стать плохо. Чимин взвизгивает и быстро отползает на другой край дивана. Он смотрит большими глазами на альфу, что сидит на полу, опершись спиной о стену. И классический костюм совсем не мешает. — Что вы тут делаете? Чимин узнаёт Юнги по двум шрамам, из-за которых левый глаз покрыт белой плёнкой — это хорошо выделяется в полумраке. — Вы забыли? Вы позвонили мне и назвали свой адрес, чтобы я приехал и помог вам. Чимин прикусывает губу, начиная вспоминать всё, что было до того, как он потерял сознание. — Вы приехали, но как зашли? — У вас была дверь открыта. К слову, это небезопасно, учитывая то, что было в музее. Вы так не считаете? Лицо Юнги наконец выражает хоть какую-то эмоцию. И Чимин её сразу улавливает. Это ирония, смешанная с волнением. Чимин сжимает кулаки и бросает взгляд на часы: «16:37». — Стоп! А… А когда, во сколько вы приехали? Он подскакивает на ноги и подбегает к окну. За ним бушует непогода. — В полвосьмого утра, если не ошибаюсь. Вы спали, когда я пришёл, поэтому не стал будить. Чимин испуганно начинает ощупывать своё тело. Он пытается понять, есть ли странные ощущения, что могли бы говорить о том, что с ним что-то сделали. Но нет, ничего нет, даже головной боли, усталости и подавленности. Юнги хмыкает под нос и отводит взгляд от Чимина, тихо говорит: — Я не делал ничего с вами. И в мыслях не было. — Он встаёт, поправляет одежду и разминает плечи. — Только самый низкий и порочный человек подумает о том, что можно воспользоваться спящим человеком. Это неправильно. Чимин, смущённый чужими словами, поворачивается лицом к Мину. Ему становится неловко, что сам позвал, так теперь ещё и подозревает в чём-то. — Простите. Я не хотел вас оскорбить. — Всё хорошо, хотели или нет — это сейчас неважно. Лучше расскажите, что вас так напугало. Чимин уже открывает рот, чтобы ответить, но вовремя замолкает, отводя взгляд. — Мне показалось. Простите, что побеспокоил вас. Стыдно говорить о таком. Вдруг Юнги решит, что Чимин сумасшедший, и доставит его нужным людям, которые будут кормить его таблетками, руша разум сильнее, превращая тем самым в овощ — человека, который не сможет нести за себя ответственность. — Если бы вам показалось, вы бы не заикались и не плакали. У вас что-то серьёзное случилось. За окном слышится гром. Он звучит довольно долго, а потом резко стихает, и наступает гробовая тишина, от которой даже в ушах звенит. — Я… я, — за спиной Юнги мелькает тень. Чимин вздрагивает. — Включите свет! Юнги тяжело вздыхает на эти слова и подходит к выключателю, начинает им щёлкать, показывая, что питания нет. — Из-за погоды электричество выключили. Чимин делает неуверенный шаг к Юнги. Сейчас дом, который раньше казался уютным, вселяет страх. Будто кто-то сидит за углом и ждёт подходящего момента, чтобы напасть. Стало некомфортно тут находиться. «Это всё из-за последних событий» — сам себя успокаивает Чимин и топчется на месте, нервно поглядывая в самые тёмные углы комнаты. — Если вам тут некомфортно, пойдёмте тогда в какое-нибудь заведение. Я почему-то уверен, что вы совсем ничего не ели. Чимин быстро начинает кивать. — Да, пойдем скорее. Он хватает свой телефон и прямо в пижамных штанах и кофте быстро идёт в коридор, натягивает обувь на голые ноги, накидывает пальто и защищает шею тёплым шарфом. Юнги молчит насчёт чужого внешнего вида. Он всё понял и без слов идёт следом. Чимин открывает входную дверь, и сердце снова начинает быстро стучать. В подъезде стоит густая непроглядная темнота. Он пятится назад, но наталкивается спиной на грудь Юнги, который будто совсем не испугался. — Не бойтесь, я с вами рядом. Никто… никто, — повторяет Юнги уже более настойчиво, будто обращается не к тому, кто перед ним, а к кому-то, кто притаился в темноте, — вас не тронет. Юнги аккуратно, чуть наклонившись, берёт Чимина за ладонь и первым ступает во тьму. Чимин как зачарованный идёт за ним, напоследок толкает дверь, и та с громким хлопком закрывается. От стен отражается эхо. Все соседи, что были у себя дома, точно это слышат. — Вы боитесь темноты? — Чимин идёт рядом, спускаясь по ступеням, достаёт из кармана телефон и включает тусклый фонарик, чтобы хоть чуть-чуть осветить себе дорогу и не упасть из-за какой-нибудь кривой или разбитой наполовину ступени. — Нет. — Почему? Этот вопрос вызывает у Юнги лёгкий смешок, отчего Чимин краснеет: ему снова становится стыдно за своё странное поведение и вопросы. — А чего её бояться? Если страшно, в ней можно спрятаться. Ведь не думаю, что монстры, которые там живут, что-то видят. А если включить фонарик — вы показываете всем своё местоположение. По спине пробегают мурашки от слов Мина, но выключать фонарик Чимин не собирается, ведь почему-то слепо верит, что рядом с Юнги всё будет хорошо. — Вы верите в монстров? На этот вопрос Юнги не смеётся. Он только грустно хмыкает себе под нос и на удивление честно отвечает: — Верю. Я верю, что есть в этом мире помимо людей, животных и птиц ещё кто-то. Чимин смотрит на профиль Мина и не замечает никакой ухмылки. Спустившись на первый этаж, Юнги открывает подъездную дверь. Чимин тут же ёжится от холода. Дождь крупными каплями поливает землю. — Я зонт не взял. Мы промокнем. Чимин смотрит по сторонам, продолжая держать альфу за руку, стоя под козырьком, хотя даже так холодные капли затекают под небольшое укрытие. — Я на машине. Ничего страшного, она недалеко. Юнги достаёт ключи из кармана пиджака, и всего одна кнопка на брелке заставляет припаркованный автомобиль отреагировать. Фары с двух сторон вспыхивают и тут же гаснут. Только сейчас Чимин замечает, что на Юнги нет верхней одежды. — Вы что, так пришли? Юнги опускает взгляд на свою одежду и понимает, о чём тот говорит. — Да. Моё пальто в машине. Пойдёмте скорее, пока не замёрзли и не промокли. Юнги быстрым шагом направляется к машине. Осанка его остаётся всё такой же идеально ровной, будто он идёт не под дождём, а под солнечными тёплыми лучами. Чимин остаётся стоять на месте до момента, пока Мин не открывает дверь для него. Только тогда он срывается с места и бежит, закрывая голову руками, чтобы меньше намочить и так растрёпанные волосы. Юнги закрывает дверь и обходит автомобиль, усаживаясь на водительское сиденье. С тёмных волос на лицо и плечи стекает дождевая вода, но он этого будто не замечает. Чимин достаёт из кармана пальто небольшую, давно забытую пачку сухих салфеток. Он аккуратно начинает промакивать и вытирать волосы Мина. Это, конечно, особо не помогает, но всё же лучше так, чем никак. — Вы можете заболеть, если не высохнете в ближайшее время. Юнги заводит машину, включает кондиционер на тёплый воздух и только после всего проделанного смотрит на Чимина. — Тогда вытирайте мне волосы тщательнее. Он достаёт из кармана свой платок, который каждый уважающий себя альфа носит с собой. Чимин смотрит на платок, потом на волосы Мина и кивает, начиная промакивающими движениями вытирать чужие волосы. — Мне нужно вернуться, я… я взял только телефон, а кошелёк там оставил. — Не нужно. Деньги — не проблема. Да и пригласил вас я, чего заморачиваться? Я всё оплачу. Чимин кивает, и как только большая часть влаги впитывается в платок, аккуратно раскладывает его на панели. — Мне неловко, но спасибо. — Пристегнитесь, я в своих умениях уверен, но в чужих — нет. Чимин послушно пристёгивается и удобнее усаживается на сиденье. В боковом зеркале он встречается со своим отражением. Он хотел было уже отвернуться, но понимает, что всё хорошо, а значит, можно теперь рассмотреть свой внешний вид. Который, мягко говоря, не очень. Растрёпанные волосы, красные припухшие глаза, и одет он в пижаму. О каком приличном заведении может идти речь? Чимин незаметно, как он считает, начинает пальцами расчёсывать волосы, заплетает их в плотную косичку, и это более или менее помогает. А вот что делать с одеждой и красными глазами — он даже не представляет. — В какое заведение поедем? У вас есть предпочтения? Юнги отъезжает от старой четырёхэтажки. Чимин поджимает губы, смотря на старый дом, в котором снимает квартиру. Ничего, кроме смешанных чувств, он не испытывает. — Нет. На ваше усмотрение. Юнги кивает и разворачивает автомобиль, заезжает в небольшой проулок, чтобы потом попасть на главную трассу. — Что ж, раз так, то ладно. Чимин переводит взгляд с зеркала на Юнги. И снова в глаза бросаются шрамы на чужом лице. В голове возникает логичный вопрос: «Как он водит машину со слепым глазом?» — Вы можете обращаться ко мне на «ты». Юнги выворачивает на главную дорогу, замечая, что Чимин зациклился на его лице. — Хорошо. Раз так, то почему «ты» не задаёшь вопрос? Чимин моргает и тут же отворачивается, понимая, что нарушил личное пространство человека. — Какой же? Чимин решает, что лучше всего будет сделать вид, что ничего не понял. — О моих шрамах и о том, что я слепой на один глаз. Чимин тянется рукой к губам и снова начинает царапать мелкие ранки, срывая тонкую кожицу. — Просто считаю, что это некорректно. Мы плохо знакомы, и я считаю, что такое спрашивать сейчас глупо. — Плохо знакомы… — повторяет Юнги и тихо смеётся, останавливает машину у светофора и включает дворники. — Да, плохо знакомы, — Чимин кивает сам себе, ведь вспомнить, что этот человек присутствовал в его жизни, не может. — Поэтому хотел бы узнать вас хотя бы немного. Юнги сжимает руль до побеления пальцев, но Чимин этого не замечает. — Поверь, ты знаешь обо мне доста… — альфа замолкает резко и тут же прочищает горло. — Кхм. Что именно ты хочешь обо мне узнать? Чимин хмурится от слов Мина, но решает пока это пропустить мимо ушей, ведь цепляться за чужую странность в данной ситуации глупо, поскольку сам ведёт себя не лучше. — Имя я ваше знаю. Хотелось бы узнать, сколько вам лет, что любите делать в свободное время. А дальше, думаю, разговор сам завяжется. Юнги какое-то время молчит, как будто не знает, что ответить. И только через некоторое время он всё-таки решает заговорить. — Мне тридцать, — с губ его срывается тяжёлый выдох, будто говорить ему об этом не очень приятно. — В свободное время я люблю читать. Я художник и историк. От последней фразы у Чимина глаза загораются. — Художник и историк? Юнги утвердительно кивает, плавно поворачивая автомобиль в нужном направлении. — Да, — подтверждает он с лёгкой улыбкой на губах, будто вспомнил что-то очень приятное. — А… А могу я как-нибудь посмотреть ваши работы? Чимин забывает в этот момент обо всём. Ему становится плевать на то, что было утром в ванной, на картину с человеком, который похож на него. С этим можно разобраться потом. А сейчас ему становится интересен только его спутник. — Сможешь. Но это потом. Сейчас мы покушаем. Юнги заезжает на парковку, глушит машину и выходит. Чимин хотел было уже тоже открыть дверь и выйти, но Юнги оказывается рядом и помогает ему. — Спасибо. Чимин поправляет пальто, чтобы хоть как-то скрыть свои штаны. Но это, конечно, не помогает. Мин это замечает, берёт его под руку и кладёт его ладонь на свой локоть. — Не стесняйся. Какая разница, что подумают другие? Если вести себя уверенно, то все будут думать, что так оно и должно быть. — Вы так говорите, будто каждый день ходите куда-то с омегой, который одет в пижаму. Юнги смеётся, смахивая прядки волос, которые собрались в сосульки. — Нет. Но, как видишь, я промок, и мой внешний вид далеко не лучший. Альфа открывает дверь в заведение. В глаза тут же бросается винтажная обстановка. Люди в дорогих костюмах и платьях проходят мимо, совсем не обращая внимания на прибывших. — Добрый вечер, могу ли я вам помочь снять верхнюю одежду? Чимин вздрагивает, удержавшись от того, чтобы не вскрикнуть от испуга. Юнги аккуратно касается чужих пальцев на своём локте, привлекая внимание. — Давай помогу, — мягко предлагает он, дабы не напугать ещё больше. Чимин прикусывает губу. Тут столько красивых и состоятельных людей, а он в таком виде. — Да. Спасибо. Чимин сначала разматывает шарф и отдаёт его миловидному парню-омеге, который встречает гостей. Хостес поправляет белые перчатки, прежде чем взять его одежду, и вешает шарф себе на руку. Чимин снимает пальто, прикусывая язык, замечая на лице работника смятение от его одежды. — Простите, но у нас в таком виде нельзя. Чимин готов провалиться сквозь землю здесь и прямо сейчас, чтобы не испытывать этот стыд. Он смотрит на Юнги, пытаясь понять, что делать дальше. Но того будто совсем не напугали и не поставили в замешательство эти слова. — Хм. Не думал, что ваше заведение судит людей по одежде. — Юнги, пойдёмте отсюда. Вы выбрали не то место, — тихо шепчет Чимин. Он хочет, чтобы его слова услышал только его спутник. Но, к сожалению, хостес это тоже слышит. Мин не обращает внимания на слова омеги, продолжая смотреть на работника сверху вниз. — Нет, господин, что вы. Просто чтобы не выделяться на… — Михёк, что тут происходит? Чимин смотрит в сторону говорящего, который приближается твёрдым, уверенным шагом. Хостес последовал его примеру и тоже повернулся, поклонившись. — Господин Ким. Тут проблема… Высокий длинноногий омега, одетый в широкие бежевые брюки и белую свободную рубашку, смотрит сначала на Юнги, потом уже на Чимина. — Не вижу проблемы. Господин Мин пришёл в прекрасной компании. И неважно, как его спутник одет — мы должны заботиться в первую очередь о комфорте наших посетителей. А комфорт начинается с чего? Сотрудник замялся, не зная, что ответить. Он бегает взглядом от своего начальника до Юнги, пытаясь подобрать ответ. — Правильно! С их внешнего вида. Разве может быть что-то комфортнее лёгкой и простой одежды? Ким решает ответить за хостеса, чтобы тот не мучил себя и не тянул время. — Да… Да, вы правы. Прошу прощения, господин. — Юнги, проходите, там есть отдалённый столик. Скоро подойдут официанты. Юнги кивает, снова берёт Чимина под руку и ведёт его в зал. Тот чувствует себя некомфортно, когда на него то и дело поглядывают посетители, и не с презрением, а с интересом. — Что это за омега был? — Это Тэхён, хозяин этого места. — Юнги подходит к свободному столику, отодвигая Чимину стул. — Прошу. Чимин, не привыкший к такой заботе и вниманию, чуть краснеет, но всё же садится. — Спасибо, — он поправляет косичку, убрав её за спину. — Вы с ним знакомы? Юнги берёт меню и, даже не рассматривая его, протягивает омеге. — Да. Он мой очень давний друг. — Насколько давний? Чимин смотрит на цены, от количества цифр которых кружится голова. — На цены не обращай внимание: я заплачу, сказал же. — Юнги поправляет запонки — те же, что и в первую их встречу. — А так, мы с Тэхёном очень давно знакомы, лет десять точно. Чимин откладывает меню, поджимая губы. — Я не могу так. Всё слишком… Мин не дослушивает, поднимает руку, тем самым подзывая официанта. — Можно нам все блюда в небольших порциях? Мой спутник хотел бы попробовать всё, чтобы определиться с тем, что ему больше нравится. — Конечно, господин. Какие-нибудь напитки принести, чтобы скрасить ваше ожидание? Пак в непонимании уставился на Юнги, который, в свою очередь, ведёт себя так, будто попросил консультанта в простом супермаркете принести ему батон, так как сам найти не может. — Чимин, предлагаю красное полусухое вино, чтобы расслабиться и отвлечься. Чимин вздыхает и решает, что пусть всё идёт так, как идёт. — Думаю, это хорошая идея. Официант быстро делает заметки в маленьком блокноте, кланяется и уходит. Чимин провожает его взглядом, и как только тот скрывается из поля зрения, Юнги начинает говорить. — Тебе нужно попробовать тут каждое блюдо. Здешний повар безумно вкусно готовит. Чимин кивает и поправляет рукава кофты, в которой спит. — Я в этом не сомневаюсь, но всё же это очень дорого. — Чимин, ты вообще думаешь не о том. Плачу я, а не ты. Поэтому просто наслаждайся моментом. Юнги пожимает плечами, а Чимин только недовольно фыркает, но ничего не отвечает. Как только принесли вино и он его пробует, он выдыхает с облегчением, как будто с алкоголем стало легче воспринимать сегодняшний день. Чимин смотрит на свой фужер, прокручивая в голове то, что происходит с ним в последнее время. Также в голове всплывают воспоминания о картине, которую вчера привезли в музей. Он пытался узнать о ней хоть что-то, но каждый сайт твердит одно и то же: «информации нет». — Господин Мин, раз вы историк, не могли бы вы мне помочь узнать об одной картине?