Гончий времени

Междумрак

Юнги не сразу понял, что происходит. Сначала внутри было только странное тепло. Оно медленно растекалось по груди, заставляя сердце болезненно сжиматься. Не от боли — от чего-то другого. От чего-то настолько дорогого, что даже омороченная память не смогла это уничтожить. Перед глазами мелькали обрывки воспоминаний. Неясные. Размытые. Но от них становилось спокойно. От них хотелось улыбнуться. Мин не видел лиц, не слышал слов — только чувствовал. Чувствовал чужое тепло рядом. Доверие. Нежность. Любовь, которую когда-то бережно хранил в своём сердце. И чем сильнее становились эти ощущения, тем труднее было дышать. Потому что вместе с теплом пришло отчаяние. Острое. Пугающее. Такое сильное, что оно буквально разрывало его изнутри. Юнги зажмурился. Что-то было не так, словно он забыл нечто важное. Нечто жизненно необходимое. Его губы дрогнули. — Чимин… — Имя сорвалось само собой. Тихо. Почти неслышно. Но стоило произнести его, как внутри всё перевернулось. Перед глазами вспыхнули рыжие волосы. Упрямый взгляд. Тёплая улыбка. И сердце болезненно сжалось. — Чимин… — снова. Уже увереннее. Юнги прижал ладонь к груди. Страх накатил внезапно — настоящий, живой. Он не понимал, откуда знает это, но был уверен: Чимин в опасности. От этой мысли внутри всё оборвалось. Нет. Нет. Нет. Он не мог оставить его одного. Не мог снова потерять человека, который стал для него всем. Юнги резко поднял голову. И в тот же момент вокруг что-то изменилось. По невидимому пространству побежали тонкие трещины. Сначала одна. Потом вторая. Третья. Словно сама ткань Междумрака начала разрушаться. Это место удерживает лишь тех, кто перестал чего-то желать. Тех, кто сдался. Тех, кто больше не стремится жить. Но сейчас внутри Юнги не осталось ни пустоты, ни безразличия. Только желание вернуться любой ценой. Трещины становились всё шире. По ним пробегал белый свет. Он ломал тьму, разрывал её на части. А Юнги смотрел вперёд и чувствовал, как сердце начинает биться всё быстрее. — Чимин…

5 декабря.

Загородный дом Юнги

18:15

Чёрная волна накрывает Чимина. Он успевает только закрыть голову руками. Со всех сторон раздаётся шипение. Холодные силуэты цепляются за одежду, за волосы, за руки. Кто-то дёргает его назад. Кто-то хватает за плечо. — Чимин! Тэхён бросается вперёд. Тени мгновенно переключаются на него. Несколько существ срываются со стен одновременно. Их когти рассекают воздух. Ким уворачивается от первого удара, отбивает второй и врезается плечом в одну из теней, отбрасывая её к окну. Стекло разлетается осколками, шипение и клацанье зубов разбавляет звон. Тени от этого сходят с ума сильнее. Они лезут со всех сторон: с потолка, из-под кровати, из углов комнаты. Тэхён пробивается к Чимину, который почти исчезает под чёрной массой. — Отойдите от него! Тени не слушают. Они больше никого не слушают. Одна из них мечется вперёд. Удар приходится прямо в живот. Тэхён рефлекторно хватает нападавшего за шею и уже собирается свернуть её, когда вдруг замирает. Что-то не так. Ким медленно опускает взгляд. Из его живота торчит чёрная рука. Она вошла в тело почти по локоть. Тэхён чувствует движение пальцев внутри себя. Боль накрывает мгновением позже. Ким пошатывается. Перед глазами на секунду темнеет. — Тэхён! Голос Чимина доносится сквозь вой теней. Ким поднимает голову. Он видит часть лица омеги между извивающимися силуэтами. Этого оказывается достаточно. В груди поднимается ярость. Та самая, которую он годами удерживает под контролем. Тени чувствуют её сразу. По комнате прокатывается очередной низкий гул. Ким медленно поднимает руку и сжимает пальцы на запястье тени, которая всё ещё удерживает его изнутри. Раздаётся хруст. Существо воет. Тэхён вырывает чужую руку из собственного тела. Кровь брызжет на пол. В следующий миг его глаза вспыхивают алым светом. По коже расползаются тёмные узоры. За спиной раскрываются рваные чёрные крылья. Из-под губ показываются удлинённые клыки. Тэхён уже делает шаг к Чимину, когда тени внезапно меняют своё поведение. Ещё секунду назад они бросались в атаку со всех сторон, пытаясь разорвать любого, кто оказывается рядом. Теперь всё иначе. Существа резко отворачиваются от Тэхёна и устремляются к Чимину. Чёрные силуэты скользят по полу, сползают со стен и потолка. Их становится так много, что они буквально заслоняют собой всё вокруг. Чимин не успевает подняться. Тени окружают его плотным кольцом. Потом ещё одним. И ещё. С каждым мгновением чёрная масса становится всё толще. Тэхён мгновенно бросается вперёд. Он не собирается выяснять причины. Одно крыло сносит сразу несколько существ. Несколько теней отлетают в сторону, ударяются о мебель и стены. Но проход не появляется. На место исчезнувших существ сразу приходят другие. Они движутся слишком быстро и слаженно, будто действуют по одной воле. Тэхён врезается в живую стену плечом. Несколько теней впиваются когтями в пол, удерживая остальных. Другие цепляются друг за друга. Почти всё время тени остаются неосязаемыми. Они способны проходить сквозь стены, мебель и человеческие тела. Но есть исключение: каждый раз, когда тень сама касается чего-то, она становится материальной. Когда хватает, удерживает, пытается ударить или защищает. Тогда её можно коснуться в ответ. Можно ранить или отбросить. Сейчас сотни существ одновременно удерживают друг друга, пол и стены, поэтому барьер становится настоящим. Физическим. Тэхён пробивает ещё одну брешь, но она исчезает, прежде чем он успевает сделать следующий шаг. Ким хватает ближайшую тень за шею и отшвыривает её в сторону. Другая тут же занимает её место. Чёрная масса вокруг Чимина становится только плотнее. Сам Чимин почти ничего не видит — лишь бесконечное движение вокруг. Переплетённые когти. Тёмные силуэты. Мелькающие глаза. Но постепенно он замечает ещё кое-что. Тени больше не проявляют агрессии. Они не пытаются схватить его. Не пытаются причинить вред. Всё их внимание сосредоточено на Тэхёне. Точнее, на том, чтобы не позволить ему пройти. Существа продолжают прибывать со всех сторон комнаты. Они собираются вокруг Чимина всё плотнее и плотнее, словно пытаются спрятать его внутри себя, словно охраняют что-то ценное. И именно тогда Чимин начинает понимать: Юнги приходит в себя. Очередной удар снаружи заставляет барьер дрогнуть. Несколько теней отлетают в сторону, другие мгновенно занимают их место, но на короткое мгновение между чёрными телами появляется просвет. Чимин пытается подняться. Ладонь скользит по полу. Пальцы касаются чего-то влажного. Липкого. Он машинально смотрит вниз. На руке остаётся тёмная вязкая субстанция. Не кровь. Что-то другое. Чимин хмурится и невольно переводит взгляд туда, откуда тянется тёмный след. Между тенями, в нескольких шагах от него, лежит тело одного из существ. Вернее, то, что от него осталось. Тень разорвана почти пополам. Глубокие рваные раны проходят через грудь и живот. Одна рука лежит отдельно. Чёрная субстанция медленно растекается по полу. Чимин замирает. В голове одна за другой вспыхивают недавние картины. Боль в ноге. Тень, первая что бросилась на него. А затем — чёрная масса, накрывшая всё вокруг. Тогда ему казалось, что остальные существа нападают вместе с ней. Теперь он смотрит на разорванное тело и начинает понимать. Нет. Они бросились не на него — они бросились на неё, словно на нарушителя. Словно на угрозу, которую необходимо устранить. Чимин медленно обводит взглядом окружающих его существ. Ни один из них не тянется к нему. Ни одна тень не пытается схватить его снова. Все они обращены наружу. Туда, где Тэхён продолжает пробиваться через живой барьер. И тогда последние кусочки мозаики наконец складываются воедино. С самого начала тени защищают его. Не потому, что он нужен им. Потому что он нужен Юнги. Чимин ещё смотрит на окружающие его тени, когда движение в комнате начинает меняться. Существа внезапно замирают. Не все сразу. Сначала ближайшие. Потом те, что находятся дальше. Словно их внимание переключается на что-то другое. На кого-то другого. Чёрная масса вокруг Чимина начинает расступаться. Тени одна за другой отрываются от пола, стен и потолка. Чимин поднимает голову. У входа медленно поднимается знакомая фигура. Юнги. Альфа опирается ладонью о стену. Его дыхание остаётся неровным. Видно, насколько тяжело ему даётся даже простое движение. Несколько секунд он просто стоит, собираясь с силами. Потом медленно выпрямляется. До конца. Тишина накрывает комнату. Тени больше не обращают внимания ни на Тэхёна, ни на Чимина. Все они смотрят только на своего хозяина, затем начинают тянуться к нему. Первая тень скользит по полу и касается ноги Юнги. В следующее мгновение исчезает. Без следа. За ней вторая. Третья. Десятая. Существа устремляются к нему со всех сторон комнаты. Они растворяются одно за другим, словно никогда не существовали. Через несколько секунд исчезают последние. Комната наконец становится видимой. Разбитая мебель. Кровь на полу. Осколки окна. Следы когтей на стенах. Тэхён медленно опускает крылья. Алое свечение в глазах постепенно гаснет. Он смотрит на Юнги несколько секунд, будто проверяет, не исчезнет ли тот снова. Не окажется ли это очередной иллюзией. Но Юнги остаётся стоять на месте. Живой. В сознании. Тогда Тэхён шумно выдыхает. Напряжение, которое держало его всё это время, наконец начинает отпускать. Он тут же прячет это за привычной насмешкой, слегка вздёргивает подбородок и криво усмехается. — Ну надо же. Я уже начал думать, что ты решил окончательно испортить всем жизнь и остаться без сознания навсегда. Юнги переводит на него усталый взгляд. — Разочарован? Тэхён фыркает. — Безумно. Мин едва заметно качает головой, после чего медленно сползает вниз по стене и садится прямо на пол. Сил на большее явно не остаётся. Мин прикрывает глаза на несколько секунд и только потом снова открывает их. Чимин всё это время смотрит только на него. Сердце колотится так сильно, что становится больно. Юнги здесь. Он пришёл в себя. Мысль оказывается настолько оглушающей, что всё остальное перестаёт иметь значение. Чимин резко поднимается на ноги. Боль тут же простреливает раненую ногу. Он её игнорирует, как и разорванное тело тени возле себя и собственную слабость. Ему нужно только одно — дойти до Юнги. Он делает шаг. Потом второй. Третий. Юнги замечает движение и поднимает голову. Именно в этот момент перед глазами Чимина начинает темнеть. Адреналин, который всё это время удерживал его на ногах, наконец исчезает. В ушах появляется гул. Пол качается. Он пытается сделать ещё один шаг. Не получается - ноги подкашиваются. — Чимин! До него доносится сразу два голоса. Но поздно. Тело начинает заваливаться вперёд. Не долетев до пола, он оказывается в чужих руках. Тэхён успевает подхватить его в последний момент. Ким недовольно морщится, перехватывая омегу удобнее. — Конечно. — Он закатывает глаза. — Конечно, ты решил отключиться именно сейчас. Чертовы люди! Ненавижу… Чимин уже не слышит. Голова безвольно падает ему на плечо. Тэхён смотрит на него несколько секунд, после чего тяжело вздыхает. — Ни одного нормального человека вокруг.

***

5 декабря.

23:42

Чимин спал. Ровно дышал, свернувшись под тяжёлым одеялом на кровати Юнги. После всего произошедшего он смог расслабиться и теперь выглядел удивительно спокойным. Юнги сидел в кресле напротив кровати и не сводил с него взгляда. С момента его возвращения прошло несколько часов, но Мин всё ещё не мог заставить себя перестать думать о произошедшем. Память возвращалась обрывками. Многое оставалось размытым, но главное он уже знал. Знал, чей голос и образ вытянул его обратно. Знал, ради кого он захотел жить. От этой мысли внутри становилось одновременно тепло и тяжело. Юнги медленно обвёл взглядом знакомое лицо. Растрёпанные длинные рыжие волосы. Пухлые розовые губы. Бледная кожа и усталость, которую даже сон пока не может стереть. Ему хотелось подойти ближе. Провести ладонью по волосам. Убедиться, что Чимин действительно в порядке и сильно не пострадал. Но Мин не двигается. Просто смотрит. Рядом раздалось недовольное шипение. Тэхён сидел за письменным столом, закинув ноги на край столешницы. Одной рукой он придерживал край рубашки, второй неторопливо затягивал оставшуюся после боя рану. Несколько секунд он молчал. Потом перевёл взгляд на пол - на Чонгука. Тот растянулся возле кровати в абсолютно неудобной позе и спал так крепко, что явно об этом пожалеет во время пробуждения. Хотя благодаря Чону Тэхен понял, что навыки владения чужим разумом и волей у него прекрасны. Ким задумчиво наклонил голову. — Может, его на кровать положить? Юнги даже не посмотрел. — Нет. — Пол твёрдый. — И что? Тэхён поднял бровь и ухмыльнулся. — Люди вообще-то болеют после такого. Юнги наконец переводит взгляд на Чонгука. Несколько секунд смотрит молча, потом сухо усмехается. Вся нежность, которая была, когда Мин смотрел на Чимина, исчезает. — Так ему и надо. Тэхён уже начал догадываться, к чему всё идёт. — Юнги… — Может, он перестанет бегать за Чимином. Юнги усаживается удобнее, довольно усмехнувшись. Тэхён фыркает. — Ты серьёзно ревнуешь его к Чимину? Ты посмотри, как он лежит. — Очень удобно лежит. Альфа простодушно пожимает плечами и переводит взгляд на Чимина. Именно это заставляет Тэхёна окончательно убедиться, что спорить бесполезно. Ким несколько секунд молча смотрит на Юнги, потом всё же хмыкает и откидывается на спинку стула. — Ладно. Не буду спорить. Юнги никак не реагирует. Его взгляд по-прежнему прикован к Чимину, и в нем столько любви. Тэхён наблюдает за этим ещё немного, после чего спокойно произносит: — Но если Чонгук заболеет, Чимин будет переживать. Юнги медленно переводит взгляд на друга, который сидит и рассматривает свои ногти. — И что? — То, что он начнёт за ним ухаживать. — Тэхён пожимает плечами. — Будет носить лекарства, проверять температуру. Следить, чтобы тот нормально ел. А значит, проводить с ним много времени. В комнате становится тихо. Юнги несколько секунд просто смотрит на Тэхена. Потом его челюсть заметно напрягается. Он переводит взгляд на Чонгука. Тот всё так же спит на полу, даже не подозревая, что стал причиной чужого раздражения. Юнги сжимает кулаки. Тэхён прячет усмешку. Мин ещё несколько секунд смотрит на Чонгука, после чего тихо ругается себе под нос и резко поднимается с кресла. Слабость после Междумрака всё ещё напоминает о себе. Тело отзывается неприятным головокружением, но сейчас его это совершенно не волнует. Он выходит из комнаты. Тэхён провожает его взглядом и тихо хихикает. — Так и знал. Через несколько минут Юнги возвращается. В одной руке у него подушка, в другой — одеяло. Не говоря ни слова, он подходит к Чону и бросает всё это рядом с ним. Подушка падает возле головы. Одеяло сверху. Сам Чонгук даже не просыпается, а Юнги смотрит на него с явным недовольством. Потом наклоняется, хватает край одеяла и начинает оборачивать его вокруг спящего парня без особой аккуратности - слишком туго с одной стороны и свободно с другой. В какой-то момент Чонгук оказывается больше похож на странный свёрток, чем на человека. Тэхён уже откровенно улыбается. — Очень заботливо. — Замолчи. Юнги отпускает край одеяла и выпрямляется. Несколько секунд критически осматривает результат своей работы, после чего всё-таки подталкивает подушку ближе к голове Чонгука. И только тогда остаётся доволен. — Всё. — Теперь то-очно не заболеет. Тэхена это всё веселит. — Надеюсь. Юнги разворачивается и возвращается в кресло. Стоит ему снова посмотреть на Чимина, как раздражение постепенно исчезает. Черты лица становятся мягче, плечи расслабляются. Он устраивается удобнее и некоторое время просто наблюдает за спящим омегой. И Юнги в очередной раз понимает, что ему есть за кого бороться. Измотанный и уставший альфа сам постепенно погружается в сон, понимая, что следующий день будет тяжёлым.