Light my fire

      — Бродяга! Бродяга! — звал Сириуса Джеймс, активно тряся того за плечо. — Твоя очередь.       — М? Что?       — Говорю, можешь начать удивлять нас своими успехами в невербальных заклинаниях.       Друзья стояли у дальней стены в кабинете Защиты от темных искусств в компании других студентов, решивших пойти в авроры. Остальные что-то бормотали, взмахивали палочками, отрабатывали заклинания на манекенах, но Сириусу было совершенно плевать.       Потому что одна проклятая змея никак не выходила у него из головы.       Она ведь просто взяла и стала меня игнорировать!       Такое отношение раздражало Сириуса до зубного скрежета. От одного взгляда на холодное и отрешенное лицо Марсо ему злость грудную клетку разрывала на части. Марсо просто взяла и одним махом перечеркнула весь прогресс, которого он успел достичь на отработке.       Сириусу не нравилось, что она отрицает очевидное. Сам он никогда не прятал своих эмоций. Радость, гнев, похоть, раздражение — всё шло наружу, выплескиваясь на окружающих. Жить наполовину Сириус не видел смысла.       Именно поэтому он никогда не умел бросать начатое. Если увлекался чем-то — эмоции тут же брали верх над телом и разумом. И с Марсо это было особенно опасно.       После долгих раздумий Сириус решил не применять к ней проверенный метод «меньше показывай интерес — и она сама к тебе прибежит». Возможно, это сработало бы. А возможно, все те эмоции, что Марсо прятала глубоко внутри, а он ловко вытащил наружу, пропали бы зря. А они были прекрасны.       Несколько ночей он безвылазно провёл в спальнях более-менее симпатичных студенток, пытаясь разжечь в них то же пламя, из которого состояла Марсо. Но они не были на такое способны. Не оказывали сопротивления, не дерзили, не шипели. Только потом хныкали, что он был «слишком груб». С ними было слишком скучно. А скуку Сириус не переносил на физическом уровне.       Для настоящей игры всегда нужны были двое. И ему было необходимо как можно скорее придумать способ, как содрать с Марсо маску ледяной королевы. Только сделать это оказалось не так-то просто.       На занятиях девушка принципиально садилась к другим слизеринцам, по коридорам ходила только вместе с ними, да и поймать ее в каком-нибудь укромном уголке Хогвартса стало невозможно. Марсо всё свободное время проводила в гостиной Слизерина, изредка выбираясь на уроки или в библиотеку. Словно молча насмехалась над ним.       Иногда, глядя на безэмоциональное лицо Марсо, ему казалось, что всё, что было между ними, ему просто причудилось. Приснилось во влажном сне, как прыщавому подростку. И тогда он смотрел на свои руки.       Бинты Сириус снял только тогда, когда последний символ на его ладонях зажил — объяснять друзьям их происхождение он не собирался. Но стоило признать, изобретательности Марсо было не занимать.       Жаль только, что ей это не поможет.       — Бродяга! — Джеймс щёлкнул пальцами перед его лицом. — Земля вызывает Блэка! Что ты там завис?       — Ничего, — отмахнулся тот. — Просто думаю, как сексуально на мне будет выглядеть форма аврора.       — Горе-любовник, колдуй давай, — закатил глаза Джеймс.       Сириус вытащил палочку и уставился на манекен в дальнем конце класса.       Концентрация. Нужна полная концентрация…       — Инсендио, — мысленно произнес он, но ничего не произошло.       Может, подстроить все так, чтобы снова попасть с ней вместе на отработку?       Сириус сжал палочку сильнее, нахмурившись.       Или подловить ее после очередной вечеринки у Слизнорта? Но рядом могут быть Эйвери или Нотт…       Он снова сосредоточился, прицелился. Вдох. Выдох.       Какого черта за ней вообще таскается Регулус? Что он задумал?       — Инсендио, — повторил про себя Сириус, но заклинание опять не получилось.       Почему она боится птиц? Что они ей сделали?       — Ты что представляешь вместо манекена голую красотку? — фыркнул Фенвик, наблюдающий со стороны за его потугами.       — Нет, твою мамочку, — огрызнулся Сириус.       — Да брось, Бродяга, Бенджи просто пошутил, — удивился Джеймс. — Что с тобой сегодня?       Ну просто великолепно. Теперь я даже не в состоянии сотворить простое заклинание!       — Инсендио! — рявкнул Сириус, потеряв терпение.       С конца его палочки сорвался огромный огненный шар, который с такой силой врезался в манекен, что тот раскололся на несколько частей.       — Удивительная сила магического ядра! — воскликнул Хортон, одобряюще кивнув Сириусу. — Только, мистер Блэк, в слушающий раз сделайте это молча.       — Обязательно, профессор, — буркнул тот.       С Марсо нужно было срочно что-то делать. Иначе в один момент он разнесет замок на кусочки.       После занятий у Хортона Сириус оставил Джеймса одного и решил прогуляться вдоль озера. Прохладный ветерок приятно развивал волосы, и он неспешно шел рядом с кромкой воды, держа в зубах сигарету. Когда он заметил вдалеке Марсо, что-то внутри него радостно встрепенулось.       — Бегаешь от меня? — спросил он, подойдя к ней поближе.       Но девушка ничего ему не ответила.       — Так и будешь делать вид, что меня не существует?       Ну давай же, посмотри на меня…       — Эй, Одноглазка, ты что оглохла?       Тяжело вздохнув, девушка повернулась, скрестила руки на груди и пробежалась по нему холодным взглядом.       — Что тебе нужно?       Почему я до этого никогда не замечал, какие у нее кристально-голубые глаза?       …Цвета океана, в котором можно утонуть.       — Будто ты сама не знаешь, — ухмыльнулся Сириус, гоня прочь лишние мысли. — Спорим, что каждую ночь перед сном ты думаешь о нашей отработке? Что вспоминаешь, где были мои губы и руки?       — Я не думала, что проклятие ещё и на мозг действует, — закатила глаза она.       — Вот, уже лучше. Даже не прикасаясь к тебе, я могу заставить тебя гореть, — его губы изогнулись в нахальной улыбочке.       — Уйди с дороги, — скомандовала Марсо, пройдя мимо по направлению к замку.       Сириус уже хотел схватить ее за руку, но вовремя себя остановил. Он не мог быть уверен, что не вляпается в очередное проклятие. Лучше потерпеть, чем выслушивать новые нотации Поттера. Держась от девушки на расстоянии вытянутой руки, он пошел следом за ней, заваливая ее вопросами.       — Почему ты бегаешь от меня?       — Я от тебя не бегаю, — отрезала она.       — Врешь.       — Если я скажу, что ты мне противен, ты наконец отстанешь от меня?       — Мне кажется, мы уже выяснили, что я на самом деле жуткий извращенец, — мило улыбнулся он. — И такое меня только заводит.       — Это уже твои проблемы.       Мои? Да ни черта подобного!       — В игру всегда играют двое, — поравнявшись с ней, протянул Сириус. — Правила везде одни.       — С чего ты взял, что я хочу играть в твои игры? — она резко развернулась и задрала подбородок. — Я не такая, как остальные твои девицы…       — Да, не такая, — кивнул он, наслаждаясь, как у Марсо чуть глаза на лоб не полезли от его слов. Но уже через секунду её лицо вновь перестало выражать что либо кроме ледяного презрения.       — Вот и не приравнивай меня к ним, — отчеканила она, сделав шаг в сторону.       Хрипло рассмеявшись, Сириус наклонился вперед и с невинным видом покачал головой:       — Это не делает тебе менее аппетитной.       Марсо замерла и обреченно вздохнула. Она уже окончательно поняла, что с ним разговаривать — будто биться головой о каменную стену.       — У меня и без тебя забот хватает. Найди себе кого-то другого, — буркнула она.       — А если я не хочу? — не отставал Сириус.       — Ладно, — девушка вдруг остановилась и с абсолютно серьезным видом объявила: — Раздевайся. Сделаем это прямо тут.       Сириус оторопел. Сигарета чуть не выпала из пальцев.       — Что, когда я не сопротивляюсь, уже не так весело? — фыркнула Марсо. — То, что случилось между нами, было ошибкой. И поверь, я уже пожалела о ней.       — Пожалела? — он криво усмехнулся. — Ты снова врёшь.       — Просто я умею делать выводы.       С этими словами девушка ускорилась и, не оборачиваясь, вошла в замок. Сириус остался стоять один. Сигарета в его пальцах почти догорела, но он даже не почувствовал, как горячий пепел обжег его пальцы.       Вот же… ледяная стерва.       Но тут ему в голову пришла гениальная идея. Осталось только дождаться, когда эта змея выползет на обед или ужин, и тогда он сделает так, что она вновь обратит на него внимание. А он будет смотреть и наслаждаться.

***

      На следующий день за обедом Сириус не съел ни кусочка. Он почти не слышал, что говорят Джеймс и Римус — всё его внимание было приковано ко входу в Большой зал. И вот наконец, белая копна волос вплыла туда в компании Нотт и Эйвери и села за стол Слизерина. Недолго думая, он достал из кармана палочку и положил ее на стол.       — Что ты задумал? — сразу нахмурился Римус.       — Не бери в голову, сладкий, — отмахнулся Блэк. — Маленькая шалость еще никого не убивала.       Подождав, когда Марсо пододвинет к себе тарелку с супом, он направил на нее палочку и негромко произнес:       — Авис!       Из конца палочки, щебеча и хлопая крыльями, вырвалась стайка маленьких пёстрых птиц. Они взвились под потолок, описали изящный круг и резко метнулись в сторону слизеринского стола. Начался настоящий хаос: кубки полетели на пол, студенты подскочили со своих мест, в панике отбивая от себя щебечущих созданий, так и норовивших клюнуть кого-нибудь за нос.       Привстав, Сириус облокотился руками на стол и вытянул голову, в попытке отыскать среди других змей белую макушку Марсо. Он уже представлял, как она подбежит к нему, выплюнет прямо в лицо что-нибудь гадкое, а он будет ликовать, что наконец вывел ее на эмоции.       Но все обернулось совсем не так, как он себе представлял.       Когда часть слизеринцев, устав бороться с птицами, выбежала из зала, он увидел ее. Марсо сидела на коленях прямо на каменном полу, закрывала руками голову и сильно подрагивала. Рядом с ней суетился Эйвери, что-то негромко нашептывая девушке на ухо.       И что это?! Она должна была наброситься на меня, а не упасть в объятия этой змеи!       — Что здесь происходит?! — прорезал воздух голос профессора Макгонагалл.       Женщина подошла к гриффиндорскому столу, одним взмахом палочки превратила всех птиц в конфетти и стала сверлить Сириуса возмущенным взглядом.       — Мистер Блэк, неужели вам мало было прошлой отработки?       — Простите профессор, — с невинным видом ответил тот. — Я просто трачу каждую свободную минуту на тренировки.       Макгонагалл еще что-то пробурчала и, кажется, сняла с Гриффиндора десять баллов, но Сириус смотрел только ей за плечо. Эйвери уже помог Марсо подняться, и явно хотел проводить ее в гостиную, но та грубо отпихнула его в сторону и со скоростью снитча выбежала прочь из Большого зала.       — Мерлин, какой же ты придурок, — простонал Римус, вставая из-за стола. — Зачем ты это сделал?       — Да уж, Бродяга, — подхватил Джеймс. — Это было совсем не смешно.       — Просто у вас нет чувства юмора, — отмахнулся тот.       — Чего ты вообще хотел добиться?       — Не важно.       В его душе на секунду проснулась совесть, но Сириус быстро ее заглушил.       Такой реакции он, понятное дело, не ожидал. Но с другой стороны, подумаешь — испугалась. Пара часов, и она отойдет.       Но Марсо не появлялась на занятиях следующие два дня. Ни на обедах, ни на ужинах её тоже не было видно. Со слов разозленной его выходкой Эванс, Сириус узнал, что Марсо всё это время провела в Больничном крыле под присмотром мадам Помфри, окружённая пузырьками с Умиротворяющим настоем.       Сириус был уверен, что все это просто игра на публику, удобный повод прогулять занятия, выставить себя жертвой и в который раз привлечь его внимание.       Эта выходка просто была безобидной шуткой. Разве нет?       Эти слова он мысленно повторял раз по десять, когда не находил ее взглядом среди других слизеринцев.       Чтобы доказать всем свою правоту, Сириус выклянчил у Джеймса Мантию, прихватил Карту и, дождавшись начала комендантского часа, выскользнул из башни.       Кроме Марсо, в Больничном крыле не было ни души. Даже мадам Помфри, судя по тусклому свету из-под двери её кабинета, наконец позволила себе отдохнуть.       Пригибаясь, чтобы из-под Мантии не торчали его лодыжки, Сириус прошел мимо ряда коек и ширм в дальний угол помещения, в котором обосновалась девушка.       Марсо сидела на кровати, закутавшись в тонкое одеяло. На её коленях лежала толстая книга. Рядом пузом кверху развалилась белая пушистая кошка, которую девушка периодически поглаживала. На тумбочке подле кровати громоздилась гора пустых пузырьков от зелий и подозрительная фляжка с серебряной крышкой, вряд ли прописанная мадам Помфри.       Сириуса аж передернуло — он с детства ненавидел кошек. Его мамаша всегда была заядлой кошатницей. Персидские, сиамские, британские вислоухие, и все в ошейниках с дорогими камнями и характерами точь-в-точь как у Вальбурги. Разодрать маггловскую одежду, которую он в тайне проносил в дом? Выдать его громким мяуканьем, когда он пытался спрятаться после очередной выходки? Нагадить прямо ему на постель? Всегда пожалуйста.       Смерив белое усатое чудовище презрительным взглядом, он приблизился и стал рассматривать Марсо.       Вид у нее был жуткий. Изможденное серое лицо, темные круги под глазами, искусанные губы и неопрятный пучок на голове. Складывалось впечатление, что с его выходки в Большом зале она не спала ни минуты.       Ладно, возможно, я и правда немножко переборщил.       Но она сама в этом виновата!       Тихие шаги, неожиданно раздавшиеся за его спиной, заставили Сириуса вздрогнуть. Он обернулся, ожидая увидеть мадам Помфри, возмущенную тем, что ее единственная пациентка отказывается соблюдать режим, но увидел… Регулуса.       — Доброй ночи, Люсилия, — шепотом поздоровался он.       — Как ты сюда пролез? — озвучила Марсо вопрос, что мгновенно возник и у Сириуса.       — Соблюдал осторожность.       — И что тебе нужно?       — Я тебе кое-что принес, — он достал из внутреннего кармана фляжку. — Думаю, твоя уже опустела.       — А днем это нельзя было сделать? — буркнула девушка, но все же взяла фляжку из его рук. — Я спать хочу.       — По твоему лицу не скажешь, что ты вообще спишь, — хмыкнул Регулус и, не спрашивая, опустился на стул у её кровати. — У меня к тебе разговор.       Сириус насторожился.       — Ну так говори.       — Как скоро ты закончишь с амулетом?       Вот это новости. Неужели Марсо создает что-то для этого засранца?       — Скоро, — ответила девушка, откладывая в сторону книгу.       — Мне кажется, ты уделяешь ему недостаточно внимания.       — Мне плевать, что тебе там кажется.       Пропустив ее язвительные слова мимо ушей, Регулус устроился поудобнее на стуле и продолжил:       — Хотя, должен признать, то, что ты сделала с Сириусом, достойно восхищения. Охранные чары, я полагаю?       Марсо ничего не ответила, но ее губы на секунду изогнулись в довольной улыбке.       Вот же гадины… оба!       — Но не советую тебе больше на него отвлекаться, — подытожил Регулус. — Поверь, в этом замке полно куда более достойных пассий.       — Тебя это вообще не касается! — вспыхнула она. — Между мной и этой свиньей ничего нет!       Сириусу на мгновение стало обидно. И не потому что слова Марсо его задели — девушка снова пылала, как живое пламя, вот только направлено это буйство эмоций было на Регулуса, а не на него.       — Как скажешь, — пожал плечами Регулус и встал со стула. — А теперь тебе нужно отдохнуть. Слизнорт устраивает на Хэллоуин прием, и ты обязана туда придти.       — Попробуй заставь, — пробурчала Марсо, откидываясь на подушки.       — Не волнуйся, Люсилия, для тебя там будет просто море бесплатного алкоголя.       И не обращая внимание на то, что девушка чуть не задохнулась от возмущения, Регулус вышел из Больничного крыла также бесшумно, как в нем и появился.       Все это было слишком подозрительно. Начиная от таинственного амулета, заканчивая вылазками братца из замка, скорее всего, по тайным проходам, неизвестным Мародерам. Решив, что если прижать Регулуса к стенке, тот наверняка струхнёт и сам всё выложит, Сириус бесшумно выскользнул из Больничного крыла вслед за ним.       Он выждал, пока брат отойдёт на безопасное расстояние, затем быстро сбросил Мантию-невидимку и сунул её в карман. Догнать Регулуса оказалось проще простого — тот шагал по коридору с такой самоуверенностью, будто ему было наплевать, заметит ли его кто-нибудь или нет.       — Ночной променад? — окликнул его Сириус. — Или опять кошмар приснился, а мамочки рядом нет?       — Я хотя бы не возвращаюсь к себе после того, как переспал с какой-нибудь грязнокровкой.       — Со мной хотя бы не отказываются спать, — ухмыльнулся он, подходя ближе.       — Поверь, я наслышан о твоих похождениях.       — Завидуешь?       — Сириус, что тебе нужно? — процедил Регулус, резко разворачиваясь.       — Разве я не могу поболтать с любимым младшим братом? — Сириус заложил руки за спину, делая шаг вперёд. — Как там дома? Мамаша или кто-нибудь из кузин еще не подохли?       — Еще раз спрашиваю, что тебе нужно?       — Ответы, Регулус, ответы, — оскалился Сириус. — Какие дела у тебя с Марсо? Что у вас за сделка? Что ты забыл в Хогсмиде посреди недели, да ещё и один? И учти я хочу получить ответ на каждый из своих вопросов.       — Это не твое дело, — отрезал тот, прищурившись.       — Не хочешь говорить? А если я возьму и расскажу кому-нибудь из преподавателей о твоих темных делишках?       — Осторожнее, Сириус, — Регулус гордо поднял голову. — У тебя слишком много друзей-грязнокровок, чтобы угрожать мне. Мало ли что может случиться с ними… в пустых коридорах.       — У тебя кишка тонка! — рыкнул тот.       — Умные люди никогда сами не марают руки, — победно улыбнулся Регулус, отходя в сторону.       — Я все равно узнаю, что ты задумал, мелкий засранец!       Но младший Блэк только тихонько рассмеялся и направился дальше по коридору в сторону подземелий.       Сразу в башню возвращаться не хотелось. Регулус мастерски умел выводить его из себя, как впрочем, и… Марсо. Сириусу вдруг с такой силой захотелось её увидеть, что аж свело мышцы челюсти. А лучше все-таки заставить наорать на него, чтобы у него было полное право впиться ей в губы.       Чёрт с ним, с больничной койкой — не хуже любой кровати.       Но когда он вошел обратно в Больничное крыло, Марсо уже спала. Мирно свернувшись калачиком, она лежала на боку, спрятав одну руку под щёку. Глаза были закрыты, и длинные ресницы отбрасывали тени на бледную кожу. Губы, обычно поджатые в насмешливую или злую усмешку, сейчас были мягко разомкнуты. Лицо безмятежное. Совсем не такое, каким он привык его видеть — не напряжённое, не насмешливое, не враждебное.       А просто… спокойное.       Сириус остановился у её кровати и замер. Минута. Две. Он не знал, сколько времени прошло. Ноги словно приросли к полу, а глаза жадно скользили по её растрёпанным волосам, по линии шеи, по медленно опускающейся и поднимающейся груди. Внутри всё бушевало, требуя разбудить, прикоснуться и взять своё. Ему стоило колоссальных усилий сдержать себя и не наброситься на неё.       Только этой ночью я дам тебе поспать спокойно, змейка…       Поддавшись порыву, он присел на край кровати, медленно наклонился и на секунду прижался к её губам. Еще немного понаблюдав за спящей девушкой, Сириус накинул на себя Мантию и вышел прочь из Больничного крыла.       3:2, Марсо.