Жесткие ходы
18 сентября 2025 г., 15:42
В старом доме, что служил укрытием их группы, Эва сидела за картой Хогвартса, линии и заметки сияли чарами. Нат стоял у окна, играя кинжалом в руках.
— Мы слишком долго играем в белых, — сказал он с холодной усмешкой. — Дамблдор ещё думает, что мы всего лишь интриганы, которые двигают слухи и сплетни.
Эва подняла глаза, её лицо было спокойным, словно вырезанным из камня.
— А пора напомнить, что я была генералом армии. И ты был моим заместителем. Мы умеем действовать жёстко.
Нат вскинул бровь.
— Значит, пора лить кровь?
— Пора. Ход, который ударит по самому сердцу его авторитета. — Эва ткнула пальцем в карту: башня прорицаний. — Сивилла Трелони. Она для Дамблдора символ, но для нас — слабое звено. Уберём её, и все будут считать, что Волан-де-Морт отнял у него прорицательницу. Он потеряет доверие, а мы — ни при чём.
Нат хищно улыбнулся.
— Ты снова та, кого я знал. Холодная, расчётливая… генерал.
Эва в ответ только кивнула.
***
Ночь была безлунной. Замаскированные под тени, Эва и Нат скользили вдоль стен замка, обходя чары охраны. Они двигались так легко, словно знали каждый камень. В башне прорицаний пахло ладаном и дешёвым вином. Сивилла дремала в кресле, уронив голову на грудь. Её стеклянные очки блестели в свете свечей. — Жалко? — тихо спросил Нат. — Нет, — твёрдо ответила Эва. — Она пешка, и мы снимаем её с доски. Заклятие было быстрым и безболезненным — Сивилла не успела даже вскрикнуть. Они оставили тщательно продуманные улики: следы чёрной магии, символы Пожирателей, и намёки, ведущие прямо к Волан-де-Морту. Нат колдовал с привычной лёгкостью, а Эва проверяла каждый штрих. — Дамблдор увидит то, что захочет, — прошептала она. — Он обвинит Тома. А никто даже не подумает, что это могли сделать мы. Нат усмехнулся: — Вот за это я тебя и люблю, генерал. Ты умеешь ставить ловушки, в которые враги прыгают сами.***
На следующий день замок гудел, словно улей. Новость о смерти Сивиллы разлетелась мгновенно. Ученики шептались в коридорах, преподаватели бледнели. Альбус Дамблдор стоял в коридоре башни, его лицо было мрачным, взгляд тяжёлым. — Это работа Тома, — сказал он, сжимая кулаки. — Он лишил нас прорицательницы, чтобы поколебать веру в наше будущее. Волна недоверия к нему уже ползла по школе и за её пределы. Эва и Нат наблюдали издалека. — Он проглотил наживку, — заметил Нат. Эва холодно усмехнулась: — А мы только начали играть в настоящую войну.***
Особняк Лестрейнджей был полон холодного свечного света, когда в зале собрались Пожиратели. На длинном столе сидел Волан-де-Морт — красивый, всё ещё сохраняющий свою прежнюю притягательность, но его глаза сверкали льдом. — Дамблдор уверен, что это моя работа, — произнёс он мягко, почти ласково. — Но я не приказывал трогать Трелони. В зале воцарилась тишина. Беллатриса нахмурилась, Антонин переглянулся с Рабастаном. — Мой Лорд, — осторожно начал Люциус, — возможно, это чья-то самодеятельность? Волан-де-Морт ударил ладонью по столу так, что пламя свечей дрогнуло. — Никто из вас не посмел бы действовать без приказа! Он поднялся, медленно проходя вдоль стола, и его голос стал тише, но ещё опаснее: — Значит, на доске появился новый игрок. Кто-то, кто умеет ставить ходы так, чтобы винить меня. После совета Лорд задержал Регулуса, позвав его в тень коридора. — Ты умён, Регулус. — Его голос был почти дружеским, но глаза смотрели, как змеиные. — Скажи мне: кто мог совершить это? Регулус, сдерживая волнение, поклонился. — Лорд, мне кажется, это хитрый ход Дамблдора. Он ищет способ стравить вас с миром магов, выставив убийцей невинной женщины. Волан-де-Морт задумчиво прищурился. — Возможно. Но… — он наклонился ближе, почти касаясь лица юноши. — Я чувствую чужую руку. Тонкую. Холодную. Женскую. У Регулуса перехватило дыхание, но он не дрогнул. — Возможно, это уловка Макгонагалл, — сказал он твёрдо. — Или даже тех, кто скрывается в тени ордена. Волан-де-Морт долго смотрел на него, потом отступил, позволив губам изогнуться в хищной улыбке. — Может быть… но я узнаю. И тогда этот новый игрок будет моим.***
Эва и Нат в тот же час обсуждали новости. — Он начал подозревать, — сказал Нат, развалившись в кресле. — Его чутьё слишком острое. Эва спокойно подлила себе вина. — Пусть подозревает. Пока он ищет невидимого врага, мы выигрываем время. Нат усмехнулся, склонив голову. — Ты играешь с Лордом, как с равным. Не боишься? Эва посмотрела на него холодным, решительным взглядом. — Я не боюсь ни Дамблдора, ни Волан-де-Морта. Я боюсь только одного: проиграть.
