По заветам мистера Принца

— Зоро, ты же шёл позади всех, как ты умудрился нас обогнать?!. Бог свидетель (он же Усопп, как позже выяснилось), насколько в ту секунду Санджи был близок к тому, чтобы потушить окурок раз и навсегда, хотя на будущее он уже давным-давно как отчаялся что-либо загадывать; наблюдая, как говорящий енот в рогатой шляпе с визгом попытался спрятаться от него за штаниной мечника, Санджи впервые в жизни допустил мысль, что Зефф, возможно, вовсе не запугивал, когда орал ему на всю кухню, будто бы белочка приходит не только к алкоголикам. Цокот копыт, который, видимо, существует исключительно в версии заядлого курильщика, утонул в пронзительных криках испуганных девушек, слившихся в единый вопль, полностью идентичному по своей силе тому, что Санджи с каменным лицом успел похоронить внутри себя. Слабое эхо ещё звучало где-то под сводом потолка, когда раздался еле слышный хлопок и со стороны входа вдруг повалил густой белый дым. Все присутствующие моментально устремили свои взгляды туда и, казалось, от неожиданности даже дыхание задержали разом; с тихим свистом дым увеличивался в размерах и с пугающей скоростью поглощал всё больше пространства, ложась на мебель плотным покрывалом и тут же вспучиваясь на ней, полностью скрадывая какие-либо очертания. Некто жутким раскатистым голосом провозгласил на весь павильон: — Возрадуйтесь, ибо на зов о помощи откликнулся великий Усопп, герой из пророчества и ваш спаситель!.. Было сложно не заметить, как мечник поменялся в лице после этих слов; отчётливое выражение тревоги, резко проступившее на физиономии тупого злого камня, Санджи совсем не понравилось. Поэтому он вновь принял позу, и усиливающийся шорох за спиной, звучащий для него громче любого аварийного сигнала, придал ему абсолютной решимости покончить с тем, кого он хотя бы видит. Мечнику его намерение было очевидным. Как и способ бегства, к которому, как Санджи был уверен, тот не станет прибегать: им обоим выгодно держать друг друга на виду как можно дольше. Вопреки тактическому преимуществу и живому талисману на плечах, мечник развернулся и бросился навстречу стремительно растущему облаку, наградив замершего в недоумении Санджи прекрасным видом на свой зелёный затылок. — Усопп, стой! — Прокричал он, и оленьи рога быстро исчезли вместе с ним в дыму, которому и минуты не понадобилось, чтобы занять добрую половину огромного зала. Санджи и моргнуть не успел, как белая завеса достигла и его самого. Ориентироваться теперь можно было только на слух. Если до этого Санджи надеялся, что ему удастся разобраться с зелёным вредителем раньше, чем подоспеет кто-нибудь ещё, то теперь не было никаких сомнений: момент упущен, осады не избежать. Зря он замешкался, обдумывая перспективность ухищрения, логичного, но во всеобщей суматохе ставшего очевидным только сейчас. — ПОСТОРОНИСЬ!.. — Громче самой большой белуги заорала Альвида, и Санджи рефлекторно метнулся вбок, чудом не попав под шквал полетевших в нарушителей чашек и блюдец. Почти сразу же после манёвра он растянулся на полу, неуклюже споткнувшись о тяжёлый край ковра. Он осознал, как ему повезло не получить чем-нибудь керамическим по макушке только после того, как в очередном звучном ударе подле себя благодаря треску и сыпучему шелесту он узнал одну из самых массивных сахарниц среди всех имеющихся здесь сервизов. Санджи подумал, что так низко могла кидать только прелестная Ширахоши. В связи с этим знанием он не смог удержаться и не отметить боулинг как идею для свидания. По звуку, совсем рядом на образовавшемся сахарном метре кто-то мощно, с царапающим уши скрипом, поскользнулся. Устоял. А Санджи, до этого окрылённый светлыми мыслями, по ощущениям рухнул в самые недра подземелий, когда сверху его буквально припечатало громыхнувшим в воздухе раздражением: — КУДА ПОДЕВАЛАСЬ ЭТА ЧЁРТОВА ДВЕРЬ?!. Насколько Санджи мог судить по тянущемуся по полу сквозняку и расположению ковра, на который он так удачно приземлился, выход находился всё там же, в том же направлении, куда всё ещё было повёрнуто его лицо, куда до сих пор продолжала лететь посуда. Значит, мечник (а это был он) не планирует выбраться отсюда, а рассчитывает найти другое — спальни, поэтому и прётся с такой уверенностью в самый центр. Ну, всё, его приговор им же и подписан, за Санджи стало лишь исполнить его. А ведь он почти поверил, что тот потерялся. За подобное вероломство получить подсечку и грохнуться мимо ковра — самое малое, что полагается согласно конституции имени Санджи. — НАЗАД, НАС АТАКУЮТ!.. — Истошно завопил всё тот же неизвестный, только теперь на два тона выше: — ЧОППЕР, ВЫ ГДЕ?.. ПОСЛЕ ЛОЖЕК БУДУТ НОЖИ, Я В ЭТОМ УВЕРЕН!.. В ответ послышался писк, совершенно неразборчивый на фоне воодушевляющей ругани воинственной Альвиды, которая не стала мелочиться и оперативно перешла на низкие мягкие кресла. Зная, что скоро прикрывать его будет нечем, Санджи, не поднимаясь в полный рост, поспешил отступить обратно вглубь павильона, наощупь определяя, куда ему двигаться. — Где Зоро?!. — Санджи невольно запнулся на ровном месте, услышав незнакомый женский голос. Очень сердитый женский голос. Полный возмущения настолько, что Санджи буквально сбило с ног. В тот же миг его подхватили под руки и помогли подняться, и это значило, что он добрался до своих. — Мы нашли его!.. — Воскликнули с обеих сторон с облегчением. — Нами, они нашли его!!! — В полном отчаянии на другом конце павильона. — Болван!.. — Там же, уже более приглушённо. — Вы что наделали?!. Люди из-за вас угробили целое состояние!.. Эти черепки даже мусорщик не купит!.. У тебя есть деньги на компенсацию? Да ты мне месяц отдать долг не можешь, — конец тирады перешёл на разочарованное шипение, в котором можно было разобрать одну лишь интонацию. Пока драгоценная Виви и неподражаемая Реббека вели Санджи к остальным, он успел искренне посочувствовать недоступной сейчас его взгляду ценительнице прекрасного; знать бы заранее, что уничтоженный сервиз так тронет её нежное сердце — тогда он обязательно бы выяснил, есть ли в замке ещё один такой, чтобы в эту самую минуту ей не пришлось так горестно сокрушаться. Он быстро переключил своё внимание на баррикаду из столов и пуфов, едва только сумел разглядеть её неясную и бесформенную тень в дымчатых завихрениях. Снаружи их встретила Альвида, и вчетвером они спешно перелезли через укрепление. На небольшом посту, устроенном перед дверью одной из спален, было совсем мало места — в запале девушки успели выкинуть половину стульев, прежде чем обнаружили, что достойных вещей в пределах досягаемости у них оказалось меньше, чем в действительности было необходимо для надёжного сооружения. Поэтому бдить и прислушиваться к павильону помимо Альвиды и Санджи смогла остаться только Виви — с Реббекой было уже слишком тесно. Пусть Реббека и владела в полной мере гладиаторским ремеслом и была, вне всяких сомнений, полезна, она скользнула в комнату к прячущимся там девушкам. «Чтобы найти и вскрыть тайный ход», — шепнула на ухо Санджи Виви, ощутив его недоумение. Притихнув, они осторожно всматривались в дым, поглядывая поверх пуфов. Кроме взволнованного дыхания Виви и глухого стука собственного сердца Санджи больше ничего не слышал в повисшей тишине. В какой-то момент Альвида извлекла из складок платья флягу. Отпила и сразу выплюнула. — Не предлагаю: в этот раз совсем дрянь получилась, — нервным шёпотом она поделилась разочарованием, со скрежетом завинчивая крышку обратно. Добавила с досадой: — никогда не была в этом хороша. Санджи не успел предложить ей свою помощь и самоличное участие в следующих попытках, так как пришельцы вновь дали о себе знать: — Великий Усопп предупреждает: один мой шаг и… — Ну-ка, стой, где стоишь!.. — В сердцах гаркнула ему Альвида, швырнув флягу в белую пустоту. Тяжёлая жестянка со звоном сбила какую-то вазу, раздался испуганный крик того же невидимки, и опять стало подозрительно тихо. — Мне показалось, или капнуло?.. — Дрожащим голосом спросила Виви. Санджи тоже вдруг почувствовал, как на лицо упало пару капель. Где-то под самым потолком раздался гром?.. Не в силах больше терпеть происходящую чертовщину, Альвида, бранясь, подскочила к двери и распахнула её, случайно впечатав Санджи в пуф. — Живее, душечки, — цедила она, пихая Виви в спину перед собой. Как истинный джентльмен, Санджи ввалился в комнату последним. Он был настроен остаться и держать оборону в одиночку, но Альвида лишила его возможности прикрыть дверь иначе, чем изнутри, вовремя поймав за галстук и без усилий утянув за собой и Виви. Щёлкнул шпингалет, и все двадцать человек услышали, как в зале зашумел самый настоящий ливень. Санджи снял пиджак и заткнул им щель, из-под которой вместе с белёсыми струйками дыма сплошной лужей стала медленно собираться вода. Даже на колени опустился для удобства, чтобы утрамбовать намертво. Под общие вздохи развернулся, не вставая. Хотел посмотреть, что ещё можно было бы использовать для сдерживания воды, но столкнулся нос к носу со знакомым существом, дёрнулся от неожиданности и ударился затылком в дверь. — П-простите, — маленькие трясущиеся копытца потянулись к нему. — Вы не ранены?.. Санджи инстинктивно отпрянул, приложившись тем же местом о дорогое качественное дерево ещё раз. — Этот милый малыш теперь с нами, он никому не причинит вреда, — ответила Ширахоши на его немой вопрос, встретившись с ним взглядом. — Я хороший доктор, — заверила рогатая сущность с синим носом, встав на все четыре. — Правда же, он очень хорошенький?.. — В едином умилении выдохнули ангелы, уместившись на единственной кровати впятером. Будто в подтверждение их слов, зверёк мгновенно вспушился; со своими блестящими оленьими глазами он и в самом деле выглядел необычайно трогательно. Вблизи так особенно. Даже для Санджи, поначалу принявшего его за ожившую галлюцинацию. — И где же только мои глаза были раньше, — не стал отрицать он. Тем не менее, уточнить всё равно было не лишним: — дорогие дамы, вы точно уверены, что ему можно доверять? — Точно, — отозвалась Реббека из-под кровати. — Потому что, как и мы, Чоппер хочет сбежать от этих мерзких пиратов, которые избавились от Дофламинго и теперь бессовестно хозяйничают в замке. Он будет нам помогать. Первое, что Санджи захотел выяснить у оленёнка, так это то, не находится ли в плену у подоспевших к ним пиратов девушка, голос которой он отчётливо слышал. Нами, кажется?.. Потому что Санджи был готов отправиться вызволять её в любой момент, даже не спрашивая. Но, раз появился тот, кто может дать ответ на этот животрепещущий вопрос, стоило разузнать и ещё какие-нибудь подробности. Едва только Санджи открыл рот, чтобы спросить о Нами, как Чоппер, ещё больше надувшись от его пристального заинтересованного взгляда, вдруг неожиданно совсем по-человечьи расплакался.