Береги(сь) меня

***

      Библиотека Топкапы в этот час была пуста, здесь не было даже слуг, только Махидевран и Хюррем. Солнечные лучи, проникая сквозь витражные окна, рисовали на дубовых стеллажах причудливые узоры из света и тени.             Хюррем осторожно провела пальцами по корешкам старинных фолиантов, отыскивая нужный трактат по медицине. — Ты уверена, что нам разрешено здесь находиться? — Махидевран озиралась по сторонам, будто ожидая, что из-за каждого угла кто-то появится, и застаст их словно за преступлением. — Валиде дала мне разрешение. — Успокоила её Хюррем, но в голосе слышалась легкая дрожь. — Хотя… возможно, она не предполагала, что мы будем здесь вдвоем.       Махидевран невольно улыбнулась. В этом было что-то запретно-притягательное, словно они вдвоем нарушали негласные правила гарема.       Пока Хюррем искала медицинскую книгу, Махидевран бродила между стеллажей, случайно задевая рукой переплеты. Её внимание привлек небольшой том в темно-синем кожаном переплете, выглядевший новее остальных. — Что это? — Она потянула книгу, и та легко поддалась, будто ждала именно её.       Первая страница была украшена изящной вязью: «Диван любовной лирики». Махидевран раскрыла книгу наугад и начала читать строчки.

«Твои глаза — как звезды в час рассвета,

А губы — словно лепестки граната.

Но если б ты знала, как сердце мое стучится,

Когда твои пальцы случайно со мной соприкоснутся…»

      Она резко захлопнула книгу, почувствовав, как кровь приливает к щекам. Недовольно стало стыдно, будто она совершила преступление. — Что ты нашла? — Хюррем появилась за её спиной. — Ничего! — Махидевран попыталась сунуть книгу обратно, но та выскользнула из дрожащих пальцев и с шумом упала на пол.       Хюррем подняла книгу, мельком взглянула на раскрытую страницу и замерла. Это были стихи Сапфо. Она не понимала, как этот запретный плод, такой сладкий и манящий, оказался в дворцовой библиотеке. — Надо убрать на место. — Прошептала Махидевран, прервав тишину. — Да. — Согласилась Хюррем, но пальцы её сжали переплет крепче. — Но сначала… может быть, мы могли бы.       Они мельком переглянулись. — Возьмем её с собой? — закончила мысль Махидевран.       Хюррем медленно кивнула. Книга исчезла в складках её широких рукавов, и взяв в руки то, за чем Хюррем приходила, они покинули библиотеку.       Покои Хюррем были залиты мягким светом заходящего солнца. Она распорядилась, чтобы служанки не беспокоили их, и теперь они сидели на широких подушках у низкого столика. — Ты когда-нибудь читала подобное? — Спросила Хюррем, проводя пальцами по углоблениям на обложке книги. — Я никогда раньше не слышала таких стихов. — Призналась Махидевран. — В гареме нам читали только Коран и наставления для женщин султана.       Хюррем улыбнулась и открыла книгу. Её сладкие губы начали говорить. Сначала негромко, с лёгкой интригой и игрой в голосе.

«Как сладко мне смотреть тебе в глаза,

Как сладко слышать твой смех, нежный и звонкий,

Но слаще всего — когда ты невольно

Прикасаешься ко мне, будто случайно…»

      Голос Хюррем звучал тихо, но каждое слово отзывалось в Махидевран странным теплом где-то под сердцем. — Это же о?.. — Махидевран не успела закончить вопрос. — О любви. — Просто ответила Хюррем. — О той любви, о которой не говорят вслух.       Она перевернула страницу и продолжила читать:

«Я спрячу тебя в складках своего сердца,

Как прячут драгоценный камень от чужих глаз.

Пусть мир не знает нашей тайны —

Достаточно того, что знаешь ты и я…»

      Махидевран почувствовала, как тело пронзила лёгкая, неожиданная дрожь. Стало одновременно тепло, приятно и… Ещё какое-то странное чувство, которое она не могла описать. — Тебе не нравится? — Хюррем осторожно коснулась её руки. — Я не знаю… — Махидевран отвернулась. — Просто… Я никогда не слышала подобного, но это прекрасно.       После каждой строки, строчки о любви к таинственной героине из книги, Махидевран представляла лишь одного человека. И этот человек сейчас находился рядом с ней и читал ей вслух. В животе начинали биться бабочки, когда она представляла, будто это она умирает от страсти и желания, будто у неё подступал к лицу холодный пот от её голоса, будто у неё всё тело дрожало от любви. Хотя, ей и представлять необходимости не было.       Когда Хюррем дошла до середины книги, её голос стал тише.

«Если бы я могла,

Я бы осталась с тобой навсегда в этом мгновении,

Где нет ни султанов, ни гаремов,

Только ты и я, и шепот страниц между нами…»

      Махидевран не заметила, как их пальцы сплелись на странице. Она не отдернула руку, она лишь крепче прижала их.       Внезапно за дверью раздались шаги, а затем звонкий стук по деревянной двери. — Хюррем Султан. — Это была служанка. — Валиде Султан зовёт вас и Махидевран Султан на ужин. — Сейчас. — Ответила Хюррем.       Они встали с подушек и Хюррем, открыв шкаф и раздвинув на самой верхней полке несколько платьев положила туда книгу. — Как тебе стихи? — Спросила Хюррем, закрыв шкафчик. — Очень красивые, но… — Махидевран кивнула в сторону шкафа. — Мы же должны были вернуть книгу. — Как-нибудь, в другой раз. — Ответила Хюррем и ухмыльнулась. — Они мне слишком понравились.