Береги(сь) меня

***

      Солнце только начало подниматься над куполами Эдирне, окрашивая небо в нежные персиковые тона. Дворец ещё спал, даже служанки не шевелились в своих комнатах, и только лёгкий ветерок шевелил занавески в покоях Хюррем.       Она лежала с открытыми глазами, прислушиваясь к тихому постукиванию ветки о мраморный подоконник. Сегодня у неё было странное чувство, будто что-то должно случиться. Что-то хорошее. Тихонько приподнявшись, она увидела на полу у двери сложенный листок бумаги. Подняла его, развернула, и губы сами растянулись в улыбке. «Одевайся тихо. Встречаемся у задних ворот через полчаса. Только ты и я. Никого больше.»       Почерк Махидевран был лёгким, воздушным, будто и сама записка была частью какого-то заговора.       Хюррем быстро накинула простое льняное платье — не султанское, без вышивки и драгоценностей, такое, в котором её никто не узнает. На ноги мягкие кожаные сандалии, удобные для долгой ходьбы. Волосы собрала в простую косу, лишь слегка прикрыв лёгким шарфом.       Задние ворота дворца вели в запущенный сад, откуда узкая тропинка спускалась к реке. Здесь не было охраны или слуг, только тишина и природа. Махидевран уже ждала её, прислонившись к каменной арке. На ней было простое голубое платье, подпоясанное тонким серебряным шнурком, а в руках — плетёная корзина, прикрытая льняной салфеткой. — Ты пришла. — Прошептала она, и в её глазах вспыхнули искорки. — Ты же знала, что я приду. — Улыбнулась Хюррем.       Когда Хюррем подошла к ней она посмотрела по сторонам, и убедившись, что никого нет поцеловала Махидевран в щеку. Махидевран протянула ей руку, и Хюррем взяла её, ладонь была тёплой, кожа очень нежной от розовой воды, словно у младенца.       Тропинка петляла между старых платанов, их листья шелестели на ветру, пропуская лучи солнца. Под ногами хрустели мелкие камешки, где-то в траве стрекотали кузнечики, а возле цветов пархали бабочки. — Я здесь уже была. — Вдруг сказала Махидевран, слегка сжимая пальцы Хюррем. — Вчера, когда разведывала место. Там, за поворотом, есть маленький заливчик, вода тихая, и никто не ходит. Хюррем кивнула, но в душе её охватило странное волнение. Она столько лет жила за высокими стенами, где бы она ни была её всё время сопровождала стража, что даже эта простая прогулка казалась приключением.       Тропа внезапно оборвалась, и перед ними открылся небольшой песчаный берег, почти полностью скрытый от посторонних глаз зарослями ив. Вода здесь была прозрачной, почти стеклянной, и мелкие рыбки пугливо шныряли у самого берега.       Махидевран расстелила на песке мягкое покрывало, и стала доставать из корзины принесенную еду. — Лепёшки с мёдом и орехами, виноград, лукум, сыр… И вот это. — Она торжествующе подняла маленький кувшин. — Гранатовый шербет, как ты любишь. — Ты что, украла это все у дворцовых поваров? — Рассмеялась Хюррем. — Нет. — Махидевран сделала серьёзное лицо. — Я сказала, что это для султанши. А значит не вру.       Они обе засмеялись, и этот смех был таким лёгким, будто они не две женщины, связанные дворцовыми правилами, а просто две подруги, решившие сбежать от всего на свете.       Вскоре солнце поднялось выше, и вода заблестела, как расплавленное серебро. Хюррем, сняв сандалии, опустила ноги в воду, она была прохладной, но приятной. — Я не помню, когда в последний раз так… ничего не делала. — Задумчиво сказала она. — Без присмотра стражи или служанок.       Махидевран, отламывая ягоду от ветви винограда, улыбнулась: — Потому что ты всегда должна кем-то быть. Султаншей, матерью, хозяйкой. А сегодня ты — просто Хюррем. — Махидевран протянула ей ягоду и положила в рот, а после добавила. — Моя любимая Хюррем.       Хюррем протянула ей кусочек сыра, и их пальцы на мгновение соприкоснулись. — А ты — просто Махидевран. — Прошептала Хюррем. — Моя любимая Махидевран.       Она наклонилась к ней и их губы слились в короткий, но такой нежный поцелуй. Это было мгновение, которое хотелось остановить.       Потом они молчали. Слушали, как вода плещется о камни. Как где-то в камышах крякает утка. Как ветер шевелит их волосы. Махидевран вдруг наклонилась и подобрала с песка гладкий нежно-розовый камешек. — Смотри какой. — Она провела пальцем по его поверхности. — Как будто кто-то специально отполировал.       Хюррем взяла камень, повертела в руках, а потом неожиданно швырнула его в воду. — Эй! — Засмеялась Махидевран. — Он же был красивый! — Зато теперь он свободный. — Ответила Хюррем. — Как мы с тобой сегодня? — Да, как мы с тобой.       Их взгляды встретились, и в этом взгляде было что-то намного большее, чем просто дружба. Затем их губы слились в сладком поцелуе с привкусом винограда и лёгкости от этого утра.       Солнце уже встало высоко в небе, когда они собрали корзину. Обе знали — скоро их начнут искать. — Мы ещё вернёмся сюда? — Спросила Хюррем.       Махидевран улыбнулась и, вместо ответа, крепко сжала её руку. И этого было достаточно.       Они шли обратно по тропинке, и тени деревьев ложились им под ноги, будто провожая.       А в кармане платья Хюррем лежал маленький камешек — второй, который Махидевран подобрала для неё перед уходом, на память об этом счастливом дне в Эдирнах.