Призрачный детектив

***

      Джон сквозь боль запрокинул голову. Напряжение пронзительно тянуло от затылка, между лопаток и даже куда-то по ребрам. Хреново. Надо снова сделать МРТ и, может быть, на массаж. С другой стороны, больше трех часов смотреть только вниз в его-то возрасте … Знакомый тихий шорох колес по кафелю. Джон повернул голову, поморщившись от резкой боли в шее и затылке. Его ночной пациент в стабильном, хоть и тяжелом состоянии. Он сделал все, что мог. Взгляд зацепился за темные кудри на подушке и… мужчину, решительно шагающего рядом буквально в паре шагов от кровати.       — Как он? — хриплый голос Эда вырвал его из задумчивости. Джон опустил взгляд на протянутый стаканчик кофе.       — Спасибо. — отозвался он. — Стабилен. Но только время покажет. Сейчас он потерял слишком много крови, и я даже не знаю, стоит ли его тревожить, хотя по-хорошему я бы сделал ему МРТ от макушки до пят и, наверное, на голову еще КТ и…       — У вас есть подозрения? — уточнил парень, приваливаясь к стене.       — Мне кажется, он выпал из окна. Уж не знаю, как и с какой высоты, но…       — Ну да! Столько осколков! И как я не подумал! — Эд хлопнул себя по лбу. Джон усмехнулся.       — Иди домой, Эд. — мягко сказал Ватсон, делая глоток того, что сложно было назвать кофе, но оно было горячим, густым, и настолько сладким, что Джон был готов поклясться, там сахара больше чем воды.       — Да… мы с вами пропустили рассвет, вы в курсе? Джон не был «в курсе». Джон не был уверен, что хотел знать такие страшные вещи. Мученический стон так и не сорвался с губ только потому, что на него не было сил. Еще заполнить документы, еще передать смену…

***

      — Наверное, на сегодня всё, доктор Ватсон? — знакомый голос вырвал его из сосредоточенной задумчивости. Джон недоуменно осмотрелся, понимая, что уже сорок минут пишет и перепроверяет карты, стоя за стойкой ресепшена на входе, где, собственно, и получил папки от Барбары. Он осмотрелся, понимая, что, видимо, медсестры ушли на пересменку, а значит, и он уже полчаса как должен был все закончить. По правую руку от него стояла Мэри. И это был единственный живой человек в холле. Даже включая самого Джона.       — А! — неловко гаркнул он, вместо приветствия. — Ты сегодня в ночь?       — Нет, но у меня смена в интенсивном. — хмыкнула она. — А вы нам как раз подкинули новенького. Джон вздохнул и попытался улыбнуться.       — Тяжелая смена? Сегодня к нам не заглянешь? — приглушенно уточнила она. Улыбку согнал тяжелый выдох. Вот из-за такого поведения все считали, что у них тайный роман! Мэри уже полгода работает в этой больнице, и все полгода она единственная позволяет себе комментировать поведение «этого странного доктора Ватсона» прямо ему в лицо, еще и… вот так! С другой стороны, Джон тоже был виноват в подпитке слухов. Ведь зачем бы еще ему почти после каждой смены, какой бы она ни была, заходить в отделение интенсивной терапии, даже когда там нет его пациентов? Зато он действительно часто приходил, когда там Мэри. Не то, чтобы специально, девушка работала в интенсивной терапии почти на две ставки, да и ..       — Даже не знаю, — честно сказал Джон, впрочем, он каждый раз так говорил. — Вначале надо разобраться со всем и нормально передать смену. И, может, еще один стаканчик кофе не повредит. Мэри смешно скривилась. Это девушка действительно была весьма приятной и умной. Джон никогда не испытывал к ней негатива. Но на работе не должно быть чего-то слишком личного. Это правило нерушимо. Слишком уж дурацкие были его попытки в этой сфере жизни. Он не мог себе позволить, чтобы подобное могло помешать работе.       — Ну да, такая дрянь мертвых из могилы поднимет. Ладно, буду ждать, Джон. Ватсон только обреченно вздохнул, возвращаясь к бумагам. Там осталось-то немного, стои́т он удобно, вроде никому не мешает. А тащить все это в кабинет — только тратить время.       — Присмотри за новеньким, хорошо? — крикнул он ожидающей лифт Мэри.       — Конечно, — ответила она с другого конца коридора. — хотя ему и так хватит внимания: его разместили в вип-палате. Кто-то уже успел настучать главврачу, даже среди ночи поднял всех на уши.       — Ради подобранного на улице? — нахмурился Джон. Мэри только пожала плечами и прошла в лифт, нажимая на кнопку.       — Возможно, всё не так просто. — сказала она, и лифт закрылся.

***

      Джон, перекинувшись только сухими рабочими фразами с врачом дневной смены, поспешил передать документацию медсестрам. Спать хотелось неимоверно. Голова напряженно гудела. И любой нормальный человек пошел бы сразу домой, но… Джон убедил себя, что ночной пациент — все-таки теперь его пациент и стоит хотя бы одним глазом взглянуть на показатели за последние пару часов. Да и у Мелани Пирит должны были прийти анализы… Чертыхнувшись, он резко развернулся в коридоре, зашагав в сторону интенсивной терапии.       — Сэр, ваша смена кончилась полтора часа назад! — настиг его удивленный возглас знакомой медсестры.       — Я знаю, — отмахнулся Джон, стараясь выглядеть как можно меньше похожим на психа или несвежий труп. — только загляну к нашему ночному гостю, и сразу домой. Ватсон даже умудрился выдавить улыбку. Явно не слишком убедительную, судя по лицу женщины, но этого хватило, чтобы пресечь дальнейшие расспросы. По смежной палате мимо белых ширм Джон прошел нарочито быстро, останавливаясь в конце коридора у стеклянной двери. Тело его пациента лежало неподвижно, накрытое белой простыней, вокруг мониторы, аппараты, на тумбочке заранее собранный набор для оказания экстренной помощи. Ему становилось хуже за это время? А вот мужчина в пальто активно нарезал круги по палате. Явно не в духе. Джон сдержал хмык, просившийся от этого каламбура. Боже, ему точно нужно было поспать! Каждый стремительный разворот — весьма театральный взмах пальто. Джон еле удержался, чтобы не закатить глаза. Кем бы ни был его пациент — это определенно была крайне неординарная личность. Джон вошел, и мужчина снова резко крутанулся на месте. Ватсон подошел к изножью кровати, опираясь и всматриваясь в показатели аппаратов. Он опустил взгляд и взял планшет с картой, наскоро пробегая глазами по записям. Потом отошел, присаживаясь на стул слева.       — Кто же ты такой?.. — задумчиво протянул доктор себе под нос. Мужчина снова развернулся и приблизился к стулу, но Джон не отреагировал упрямо, смотря только в бесстрастное лицо.       — Моё имя Шерлок Холмс. И мне нужно … Проклятье! — громко выругался Шерлок, осознав, что Джон не смотрит на него. — Я не могу тут лежать! Я обязан поймать его! Экспрессивно всплеснув руками, Шерлок снова отошел от Джона, кружа вокруг лежащего посередине палаты тела. Джон только усилием воли не дал себе проследить за движением Шерлока, вперив взгляд в карту. Потом решительно положил папку на край тумбочки и встал, осматривая тело перед ним.       — Тебя нашли на улице… — продолжил «думать вслух» Джон. — в какой-то подворотне, истекающего кровью. Если ты наркоман…       — Да я завязал! — зло прорычал Шерлок мгновенно. — Как это вообще относится к происходящему? Открой ты глаза!       — Множественные колотые раны… — продолжал задумчиво говорить Джон.       — Не все! Боже, ты такой же идиот, как и все остальные! Некоторые были от стекла, а некоторые от ножа! Это же видно по краям раны! Ты же их сшивал! Джон поджал губы, голова почти не работала от недосыпа.       — Так, может, тебя просто прирезали за дозу? — хмыкнул Ватсон безразлично.       — Да как ты смеешь?! — голос Шерлока был пронизан праведным гневом. Но Джон не обращал внимания на метания, а подошел ближе к телу. Проверил локтевые сгибы, кисти, между пальцев, потом ноги, бедра.       — Еще пах проверь! Какое унижение! — драматично взвыл дух. Джон бесстрастно проверил паховые вены, деликатно оставляя ткань на интимном месте.       — Значит в завязке. — вынес он вердикт. — При себе никаких документов…       — Конечно, нет! Я был под прикрытием! У доктора дрогнула бровь, но остальное выражение лица не изменилось. Джон поправил простынь, которой было укрыто тело, и снова сел на стул, продолжая буравить взглядом бессознательное тело.       — В подворотне, бывший наркоман, в хорошей одежде, но без опознавательных документов и совершенно один. Полицейский?       — Что?! — взвился Шерлок по ту сторону кровати. — Не смей сравнивать меня с этими дилетантами! Я — тот, к кому дебилы в форме бегут, когда что-то их ставит в тупик. А это происходит практически всегда. Все полицейские — некомпетентные идиоты!       — Но тогда сюда бы уже нагрянули копы. — продолжал пространственно рассуждать Джон.       — Неужели мне правда придется думать и за тебя?! — рявкнул Шерлок, потом отошел ко входу в палату. Джон не отреагировал, понимая, что Шерлок вряд ли сможет выйти в любом случае. Но дверь в палату открылась. Ватсон успел подумать, что это невозможно, но не обернуться.       — Ох! Доктор Ватсон! Вы меня напугали! — задорно сказала Мэри из-за его спины. Джон усмехнулся. Точно. Значит, всё как обычно. Первые сутки призрак не мог отойти от тела достаточно далеко и не умел взаимодействовать с материальными предметами. Мир еще не сошел с ума.       — Прости, Мэри. Рад тебя снова видеть. — добродушно отозвался Джон.       — Кому-то же нужно здесь работать. — с улыбкой сказала девушка, подходя и почти задевая призрак Шерлока, который резко отпрянул, раздраженно посмотрев на нее, потом с силой отряхнул рукав пальто, а после и вовсе снял, повесив на стойку у входа. — Пока никаких новостей по этому красавчику? Джон усмехнулся, все продолжая сверлить взглядом тело пациента. Да, под этой синюшной бледностью, кровоподтёками, слипшимися от крови волосами, которые еще не успели вымыть, и трубками от аппаратов более чем угадывалось, что Шерлок хорош собой. Да и призрак… Хотя Джон пытался не смотреть на него, как обычно.       — Ничего нового. — покачал головой Джон. — Всё пытаюсь понять, как его угораздило.       — Джесси сказала, раз ему не пошли опиаты, быть может, он наркоман? — заинтересовалась Мэри, забирая с тумбочки историю болезни и вешая у изножья кровати.       — В брендовых шмотках, которые мы с него срезали, и без единого следа уколов? — Джон покачал головой. — Даже если и был - он в завязке.       — Может, тогда золотая молодежь побаловалась? — хмыкнула Мэри, опираясь на изножье, как Джон пару минут назад. Ватсон вздохнул. Откуда бы ему знать?       — Бога ради! То, что у меня есть трастовый фонд, не значит, что я прожигаю свою жизнь, будучи бесполезным для общества! — надменно фыркнул Шерлок.       — Возможно. — хмыкнул Джон, если уж он столь гениален, как утверждает, неужели нельзя догадаться, что тебя не услышат? Или для него нормально все время говорить самому с собой? Шерлок мерил призрачными шагами помещение, но потом просто завалился в кресло для посетителей в дальнем углу палаты, закинул длинные ноги на край подоконника, вытягиваясь по диагонали на весь угол, и сложил пальцы рук домиком.       — Мне просто необходим хотя бы никотиновый пластырь! — рыкнул он. — Мне нужно подумать! И выбираться отсюда! Джон мысленно подивился такой реакции, на его памяти призраки обычно были гораздо менее деятельны и, по большей части, находились в шоке достаточно долго, пока не встречали других обитателей больницы.       — Выглядишь безумно уставшим. Даже наш красавчик поживее тебя будет. — хмыкнула Мэри, но потом сочувственно вздохнула. — Тебе бы домой. Джон только кивнул, не в силах что-либо ответить. Он с кряхтением поднялся из кресла, размял шею и мельком посмотрел в сторону расположившегося Шерлока. Тот лежал с закрытыми глазами, будто спал. Хотя призраки не спят. Джон развернулся и пошел на выход, неосознанно по дуге обходя повешенное пальто. Шерлок сжал губы в тонкую линию, опустил ноги с подоконника и подошел к выходу из палаты, упорно смотря в спину Джона. Он взял в руки пальто, обернулся к заправляющей капельницу отработанными движениями медсестре, размахнулся и накрыл. Призрачная ткань прошла сквозь девушку, та никак не отреагировала. Шерлок резко обернулся в сторону, куда ушел Джон, но тот уже покинул отделение.       Джон поймал такси на улице, хотя ненавидел передвигаться таким образом. В Лондоне это удовольствие недешевое, да еще и весьма сомнительное. Как говорится, лучше не рассказывать окружающим, что ты медик, иначе тебе не дадут спокойной жизни. А его обычный маршрут — это либо из больницы, либо до неё же. Но Джон был выжат на все сто процентов. До абсолютного нуля. До вакуума. Его тело действовало буквально на автопилоте. Джон сел на заднее сидение притормозившей машины, называя адрес. Некоторое время он еще держался, но потом просто откинулся назад и позволил себе провалиться в сон, понадеявшись на то, что не проснется, как его давешний пациент, в подворотне без бумажника и телефона. Перед тем как провалиться в дрему у Джона промелькнула еще одна мысль: все равно странно, что не нагрянула полиция. Или они просто придут в течение дня? Мысли лениво плавали на поверхности, растворяясь в уставшем сознании. Желудок излучал легкий по сравнению со всем остальным телом дискомфорт, и Джон попытался вспомнить, употреблял ли он вообще что-то, кроме кофе, за последние шестнадцать часов, что он провел в больнице, но в голову не приходило никакой вразумительной мысли. Такси притормозило, и Джон насилу разлепил глаза. Перед его расплывающимся взором был знакомый вход в дом.       — Спасибо. — хрипло отозвался Джон, игнорируя внимательный взгляд водителя. Он сел ровнее, глянул на счетчик на приборной панели и полез в бумажник. Отсчитав нужную сумму, он честно зацепил еще пару фунтов сверху и протянул водителю. Потом пробормотал что-то на прощанье и пошел домой. Было нечто ненормальное в том, что, через одиннадцать часов ему снова на смену. Фактически, в последние плюс минус сутки он действительно провел в больнице больше времени, чем дома. Может, Майк прав? Легче поселиться уже там? Джон вошел в аномально тихое из-за рабочего утра здание.       — Доктор Ватсон? — неуверенно поприветствовал его юноша, стоящий у входа. Джон устало кивнул.       — Здравствуй, Билли. Ты всё тут?       — А куда я денусь, доктор Ватсон? — как-то иронично безрадостно отозвался парень. Джон с тоской проводил взглядом спину юноши, явно слишком тощего для его роста. Мулат, навскидку ему всего-навсего лет девятнадцать, может и того меньше, одежда словно из старых фильмов об отелях, из-под дурацкой шапочки, на которой по кругу красовалась надпись "лобби-бой", слегка топорщились усердно зализанные волосы. Наверное, единственное напоминание о том, что когда-то, около ста лет назад, этот дом был гостевым, где сдавались квартиры, чаще посуточно из-за высокой цены. Билли привычно отбежал к лифту и нажал на кнопку. Кнопка моргнула светом, но погасла. Парень раздраженно поморщился.       — Ничего, Билл, ты же знаешь, я и сам могу. — пробормотал Джон, вызывая старинный лифт.       — Тяжелый день, доктор? — услужливо продолжил светскую беседу парень. Джон тяжело вздохнул и все-таки посмотрел прямо в знакомое юное лицо. Пухлые губы, выдающие смешанную расу, острые скулы, широкий нос, большие крупные глаза… Билл был бы весьма симпатичным парнем, если бы чуть выше бровей, прямо посередине лба, не красовалось пулевое отверстие. Джон постарался смотреть только в глаза призраку мальчишки-портье.       — Все нормально, Билли. Просто устал. Хорошего дня. — скомкано произнес он, входя в приветливо звякнувший открывающимися дверями лифт. Джон вспомнил, как его привели смотреть квартиру. Девушка явно очень нервничала, все время оглядывалась. Этот дом был далековато от центра, у него специфическая история, да и местные обитатели не давали никому покоя. Раньше, еще в прошлом веке, тут любили собираться гангстеры, бандиты, и когда-то район был весьма криминальный, а это место было его сердцем, от которого тянулись жилы по всему Лондону. И до сих пор тут не спешили селиться. Приехать как турист и посмотреть, где произошло то или иное жуткое преступление или разборка, — да, но жить мало кто решался. Хотя в большинстве своем власти очень постарались облагородить это место. Большую часть зданий снесли или отреставрировали, щедро добавили инфраструктуры для удобства, однако здесь все равно селились только те, кто не мог никаким образом позволить себе жилье ближе к центру города, но категорически не хотел жить дальше. Потому аренда была более чем приемлемая. С другой стороны, для Джона это был главный аргумент, а призраки, что ж… к тому моменту он уже почти смирился.       — Джонни! Это ты? — старушечий голос, казалось, достиг его еще раньше, чем раскрылся лифт.       — Да, миссис Чарльз. Вы снова что-то потеряли? — смиренно уточнил Джон, выходя из лифта и осматриваясь.       — Да, милый, ты не знаешь, где опять моя нога? Джон подавил дурацкий смешок. И этот дурдом — его жизнь. Ватсон со вздохом осмотрелся. Миссис Аделаида Чарльз была прекрасной певицей в довольно известном по тем временам заведении неподалеку. Оно сияло во времена сухого закона, как и сама миссис Чарльз, она и ее брат владели небольшим кабаре, на грани законности и криминала. Тогда она была еще Ада Смит. Уже позже, когда дело пошло на спад, она вышла замуж за моряка Эдмунда Чарльза и от него же заразилась сифилисом. Джон с нечитаемым лицом подвинул большой горшок с искусственной пальмой, стоящей поодаль от лифта.       — Она здесь, миссис Чарльз, вы, видимо, опять споткнулись о цветок.       — О! Леди явно преклонного возраста, при этом с аккуратной прической примерно из шестидесятых, ярким макияжем, тоже из того времени, и в платье с пайетками, придерживая шляпу, почти ловко для ее почтенного возраста пропрыгала вдоль стены к Джону. Платье задорно поблескивало, она изящно поправила высокие перчатки и опустилась. Джон только отметил скрытое большим количеством косметики пятно изъязвления около кончика губ и на шее прямо под челюстью, к сожалению, хорошо видное, если знать, куда смотреть. Наверняка, судя по тому, что одна нога была ампутирована, а платье кое-где собиралось от примочек, сифилис был серьезно запущен. Джон прочистил горло и, развернувшись, прошел к своей квартире.       — Всего доброго. — буркнул он вежливо, закрывая за собой дверь. Он мог бы сейчас выть в небеса с вопросом, когда, черт побери, его жизнь пошла по наклонной, но Джон, точно знал, когда. Взгляд острых светлых глаз, утопленных в морщинах смуглой кожи, растрепанные темные волосы в россыпи жгучего песка Афганистана, крик, выстрелы... всё это до сих пор стояло перед его внутренним взором. Джон повесил плащ, разулся, тут же ныряя ногами в домашние тапочки. Нужно постараться успокоиться и отдохнуть за это время. А потом у него работа. Возможно, стоит прийти пораньше, он ведь так и не взглянул на анализы Мелани, да и загадка Шерлока Холмса теперь занимала его ничуть не меньше. Что ж, только пара часов сна, и он вернётся. К сожалению или к счастью.