Спартанец штурмует этот прекрасный мир!

— Да в смысле вы меня выгоняете?! — громко возмутился Курт, сделав шаг вперёд и ткнув пальцем в грудь Парна. — Я тут вообще-то самый результативный из всех вас! Без меня вы бы даже до второго уровня подземелья не дошли! — Вот именно! — не менее громко и пафосно возразил Парн, потрясая копьём, будто это должно было прибавить ему веса в споре. — Из-за того, что ты отстреливаешь всех монстров, нам вообще ни опыта, ни нормального лута не остаётся! Да я уже молчу о том, что ты забираешь себе львиную долю награды, как будто ты один тут за всех работал! — А разве не вы сами установили правило, что кто больше монстров убьёт — тому и большая часть вознаграждения? — продолжал кипеть Курт, разводя руками. — И вообще, вас что, совсем не насторожило, что я в одиночку тогда целую стаю лягушек за пару минут перестрелял? А? Или вы думали, что я просто для красоты бронированный? — А может, не стоит его выгонять? — вмешалась высокая блондинка в адамантиевой броне. — Всё же он очень силён, и... — А ты вообще молчи, Даркнес! — оборвал её Парн, сверкнув глазами. — То, что он пинком под зад вытащил тебя из ловушки, в которую ты сама радостно сиганула, ещё не делает его командным игроком! — Вот именно, — устало подхватила Клавина, потирая виски. — Он действует как таран. У него один стиль — «вперёд и всё сжечь». С ним невозможно скоординироваться. Он играет в одиночку. — Может, это вы просто слишком медленные? Или, не дай бог, боитесь крови? — усмехнулся Курт, скрестив руки на груди. — Всё, хватит! — Парн сделал шаг вперёд и громко, почти торжественно провозгласил: — Курт! Ты изгнан из нашей пати! Он сделал широкий, театральный жест рукой, указывая на выход из пещеры, где на камнях до сих пор дымился поверженный василиск, выглядевший как расплавленный омлет после безжалостной атаки Курта. — Ну и ладно! — буркнул тот, резко разворачиваясь. — И не надо! Найду себе новую пати — с блэкджеком и нормальными напарниками! Он уже почти дошёл до выхода, когда внезапно остановился, как вкопанный. Все переглянулись. Курт резко развернулся и, не говоря ни слова, зашагал обратно к группе. Прошёл мимо ошарашенного Парна и остановился у стоящей в сторонке Нами смотрящую на все это отстранённым, даже слегка скучающим взглядом. — Ах да... — бросил он через плечо. — Свою аптечку забираю с собой. Не дожидаясь комментариев, Курт легко подхватил Нами, закинул её себе на плечо, как мешок с картошкой, и уверенно направился к выходу. — Эээ... А может, ты спросишь её мнение?! Мы же только тебя выгоняли! — подал голос кто-то из оставшихся. — Нет, — холодно отрезал Курт. — У нас демократия военного типа. Один голос — и он мой. Нами тяжело вздохнула, но даже не попыталась сопротивляться. — Скатертью дорога! — крикнул вслед Парн. — На дорогу к славе и победе! — громко парировал Курт, не оборачиваясь. И вышел из пещеры, унося с собой не только аптечку, но и всю их реальную боевую мощь. На следующее утро Курт и Нами сидели за деревянным столом в гильдии, завтракали и привлекали к себе взгляды половины зала. Курт, в своей обычной манере, громко чавкал, уплетая тройную порцию яичницы с беконом. Масло стекало по краю его тарелки, а хлебные крошки усыпали стол перед ним настоящим ковром. Нами, уже привыкшая к его варварским привычкам за столом, пыталась сохранять спокойствие. Наконец, она вздохнула и спросила: — Ну и что теперь будем делать? — О чём ты? — промычал Курт с набитым ртом, отрывая щедрый кусок хлебной булки и засовывая его себе в рот целиком. Нами со скрипом сцепила пальцы на столе: — После того, как тебя выгнали из той группы, с тобой больше никто работать не хочет, если ты не заметил, — процедила она сквозь зубы. — Люди тебя сторонятся! Как чумы! Курт лениво пожал плечами и с непередаваемым спокойствием ответил: — Да насрать. Нами в ответ едва не опрокинула свою кружку. — Насрать?! — возмутилась она, стукнув кулаком по столу так, что часть бекона Курта соскользнула с тарелки. — Это всё, что ты хочешь сказать?! Ему, видите ли, насрать, что с ним никто работать не хочет! — Нами, серьёзно, — протянул Курт, ковыряя вилкой в остатках яичницы. — Ты ведь уже должна была заметить, что я тут лютая имба. Так что мне сопартийцы не сильно нужны. Во всяком случае стандартные. Мне нужны в первую очередь те, кто реально мог бы меня как то дополнить. Нами закатила глаза: — Ой, вот только приключенцы, готовые с тобой связываться, как-то в очередь не выстраиваются. Курт ухмыльнулся: — Ничего. Я почему-то уверен, что кто-то точно найдётся... — он выразительно посмотрел на неё, давая понять, кого именно он имел в виду. Нами на мгновение замерла, потом обречённо вздохнула и уронила голову на скрещённые руки. — Ну да, ну да... — пробормотала она себе под нос. Курт, не обращая внимания на её страдания, спокойно доел остатки своей тройной порции, промок уголки рта куском хлеба и громко хлопнул кружкой об стол, привлекая к себе ещё больше ненужного внимания. — Пойду поищу нам квест. Думаю, теперь можно брать что-то посерьёзнее. Надо же оправдывать нашу репутацию. Он неспешно встал, хрустнув суставами, и направился в сторону доски с объявлениями, шаг за шагом расчищая себе путь среди столов, словно корабль — сквозь льдины. Пока он отсутствовал, к столику, за которым осталась Нами, подошёл какой-то хлыщ. Молодой, самодовольный, в сияющих дорогущих доспехах, на которых было больше украшений, чем практичности. Его белоснежный плащ с золотой вышивкой волочился по полу, как у дешёвого актёра на празднике. Он даже не удосужился поприветствовать девушку — просто ухмыльнулся и склонился ближе, будто Нами была его давней знакомой. — Эй, красотка, — протянул он, голосом, от которого хотелось умыться с мылом, — а где твой гигант в чудных доспехах? Надоело за ним прятаться? Его ухмылка стала ещё шире, а глаза скользнули по Нами с неприкрытым интересом. Она медленно подняла голову и смерила его взглядом, полным ледяного презрения. — Отошёл, — спокойно ответила она, поднося кружку к губам. Хлыщ хмыкнул и прислонился к краю стола, ведя себя так, будто уже получил согласие на всю дальнейшую наглость. — Ну тогда ты можешь пойти со мной, малышка, — самодовольно продолжил он. — Тебе явно не по пути с таким неотёсанным быдлом. Зачем тебе драться в грязи, когда можно блистать рядом со мной? Нами молча поставила кружку обратно на стол и уже прикидывала в голове, стоит ли потратить заклинание на то, чтобы выбить этому павлину зубы или просто подождать возвращения Курта. Тем временем хлыщ продолжал щебетать, даже не замечая, как на его затылке начинает метаться тень от подходящего к столику спартанца. На затылке наглеца начала метаться тень от приближающегося к столику спартанца. Тень, нависшая над хлыщом, наконец заставила его замолчать. Он обернулся и увидел стоящего прямо за ним Курта — грозную фигуру в тяжёлой броне, скрестившего руки на груди и смотрящего сверху вниз так, словно выбирал, в какой момент ему будет удобнее впечатать его в ближайшую стену. — Ну и что ты тут хотел, щегол? — глухо осведомился Курт, голосом, в котором звенела ледяная угроза. Хлыщ поднял подбородок, тщетно пытаясь сохранить самоуверенность. — Просто предлагал даме выбор получше, — нагло ухмыльнулся он. — А то зачем такой красотке прозябать рядом с троглодитом вроде тебя? — Выбор получше? — переспросил Курт, шагнув ближе. Хлыщ рефлекторно отступил на полшага. — Что, решил гарем набрать и начал вербовать прямо тут? Или надеялся, что деньги заменят тебе мужество? Толпа, собравшаяся вокруг, прыснула от сдерживаемого смеха. Щегол побагровел от злости. — Слушай сюда, горный тролль! — выкрикнул он, тщетно пытаясь перекричать нарастающий гул. — Я — наследник дома Хазельдорф! Мне достаточно щёлкнуть пальцами, чтобы тебя вообще выкинули из гильдии! Курт фыркнул, как будто услышал особенно дурную шутку. — А кроме как родословной тебе похвастаться нечем? Толпа замерла в ожидании. Воздух между двумя мужчинами словно заискрился. И прежде чем ситуация перешла в драку, из-за стойки раздался звонкий и строгий голос Луны: — Напоминаю! Драки между авантюристами запрещены! Как в здании гильдии, так и в пределах города! Хлыщ, наскоро придумав план отступления, зло процедил сквозь зубы: — Пожалуй я выйду прогуляться за городскими воротами. Надеюсь, ты составишь мне компанию. — Почему бы и нет? — лениво ответил Курт, пожимая плечами. — Небольшая прогулка после еды как раз мне не помешает. Толпа зашумела, обмениваясь ставками и шёпотом. Побледнев, хлыщ молча развернулся и поспешил к выходу, бормоча под нос что-то нечленораздельное. Курт проводил его ледяным взглядом и только тогда повернулся к Нами, которая сидела за столом, с таким видом, будто внутренне готовилась к эмиграции. — Что? — невинно спросил он, словно всё происходящее было делом обычным. — Если ты его убьёшь, — тяжело вздохнула Нами, — то у нас могут начаться проблемы. Ты же слышал, что он какой то там наследник. — Да никто его убивать не собирается, — беззаботно отмахнулся Курт. — Просто язык ему вырву. — Курт! — возмущённо воскликнула Нами. — Ладно-ладно. — Он усмехнулся. — Пошли, посмотрим, насколько он храбрый. Нами обречённо поднялась со стула. — Чувствую, день будет длинным... И они вместе вышли из здания гильдии под взгляды десятков любопытных авантюристов, шепчущихся и уже заключающих ставки. Выйдя за городские стены, перед нашими героями открылась занятная сцена. Хлыщ стоял в окружении трёх весьма эффектных девиц. Одна — стройная русоволосая волшебница в длинном черном платье, с деревянным посохом и тяжёлой кожаной сумкой через плечо, из которой торчала толстая книга с замысловатым узором на обложке. Вторая — высокая, рыжеволосая, мускулистая варварша, облачённая в меховое бикини и вооружённая огромной секирой, которую она держала так, будто собиралась кого-то очень скоро ею располовинить. А третья — миниатюрная лучница с кошачьими ушками, пушистым хвостом и лукаво прищуренными глазами. Курт ошалело уставился на неё, потом ткнул пальцем и громко воскликнул: — Офигеть! В этом мире есть кошкодевочки! Нами закатила глаза и медленно прикрыла лицо ладонью. А Курт, не обращая на её реакцию ни малейшего внимания, восторженно добавил: — И ведь самое смешное — я ведь про гарем-то пошутил! Просто ткнул пальцем в небо… и, чёрт подери, убил грёбаного орла! Нами только закатила глаза и устало обратилась к хлыщу: — Парень, ты даже не представляешь, с кем связался. Разве ты не слышал про Курта Триста Семнадцать? Хлыщ, естественно, проигнорировал её слова, лишь самодовольно усмехнулся, приобняв волшебницу и кошкодевочку, и, глядя на Курта сверху вниз, надменно произнёс: — Впечатляет, да? Вот так выглядит настоящий авантюрист! А не куча грубого железа на ножках! Неожиданно кошкодевочка мило, с капелькой садистского огонька в глазах, прищурилась и, чуть наклонив голову, мурлыкнула: — Если ты свои лапы не уберёшь, я тебе глаза выцарапаю, ня! Варварша же, хмыкнув так, что трава под ногами чуть не пожухла, пробасила, глядя на него с искренним презрением: — Твой папаша платит нам за то, чтобы мы вытаскивали твою задницу из передряг, а не чтобы быть твоими гаремными игрушками. Хлыщ поспешно отдёрнул руки и, кашлянув, попытался вернуть себе вид хладнокровного героя. Курт же, не удержавшись, залился громким, искренним смехом: — Хахаха! Богатенький сынок решил поиграть в профессионального искателя приключений! Какая милота! — А ну заткнись! — заорал Кристоф, выхватывая из ножен дорогой, сверкающий меч, на котором, кажется, больше было драгоценных камней, чем стали. — Я мастер меча Кристоф Терн из великого дома Хазельдорф! Сейчас я преподам тебе урок, дикарь! На это волшебница, до сих пор молчавшая, лениво заметила: — Ну, кстати, фехтовальщик он действительно неплохой... когда трезвый. — А я, — громко ответил Курт, вставая в расслабленную ковбойскую стойку, — Курт Триста Семнадцать! Профессиональный истребитель паскуд и моральных уродов! И сейчас я преподам тебе урок хороших манер! Нами вяло прикрыла лицо рукой, уже предчувствуя, чем всё закончится. Кристоф сделал первый стремительный шаг вперёд, высоко подняв меч для замаха. Но в следующий миг раздался короткий, резкий хлопок — и всё закончилось. Кристоф, взвыв от боли, рухнул на спину. Из его ноги, аккуратно пробитой чуть ниже колена, сочилась кровь. В руке Курта спокойно дымился крупный пистолет M6D. Кошкодевочка, заворожённо наблюдая за происходящим, шёпотом произнесла: — Ня... Быстро... Варварша захохотала так, что эхо разнеслось по окрестностям, а волшебница с нескрываемым удивлением вскинула брови. Курт, не спеша, подошёл к Кристофу, глядя на него сверху вниз с выражением лёгкого разочарования, словно перед ним валялся не враг, а сломанная игрушка. — Вот и весь твой урок, парень, — спокойно сказал он, голосом, полным хищной насмешки. — Запомни: понты не спасают от пуль. Кристоф с трудом сдерживал крик боли, сжав зубы так, что побелели костяшки пальцев. Курт, не торопясь, добавил: — Кстати, у меня тут есть жрица. — Он кивнул на Нами. — Если сейчас искренне извинишься, возможно, она тебя вылечит. Бесплатно. Кристоф злобно вскинул на него глаза, полные ярости и унижения. — Прости… — прохрипел он сквозь зубы. Курт, весело приподняв бровь, наклонился чуть ближе: — За что именно прости? На миг Кристоф замялся, но, видимо, сообразил, что гордость тут не поможет, и сквозь зубы процедил: — Прости за моё неподобающее аристократу поведение в гильдии. Курт довольно кивнул: — Вот видишь, можешь, когда захочешь. Извинения приняты. — Он перевёл взгляд на девушек. — Твои напарницы это слышали, так что в случае чего подтвердят отсутствие претензий ко мне. Хлыщ что-то буркнул себе под нос, но уже не возражал. Курт отмахнулся, словно вычеркивая проблему из памяти: — Ладно, теперь давай глянем, Нами, как работает твоё исцеление. Нами, всё ещё не совсем понимая, что происходит, робко спросила: — А... как именно? Курт обернулся к девушкам: — Да, кстати, как? Она у нас тут новенькая, а я в этих ваших магиях ничего не смыслю. Волшебница пожала плечами, будто объясняя очевидное: — Просто пусть положит руки на него и скажет «Исцеление». Обычно у жрецов это срабатывает. — Просто? — переспросила Нами. — Просто, ня, — поддержала её кошкодевочка с милой улыбкой. Нами осторожно подошла к Кристофу, слегка дрожащими руками положила ладони ему на раненую ногу и негромко произнесла: — Исцеление... Яркая белая вспышка осветила их на мгновение. Рана начала стремительно затягиваться, пока не исчезла вовсе, словно её и не было. Кристоф, недоверчиво моргнув, встал на ноги, осторожно попробовал наступить и, убедившись, что нога цела, кинул на Курта долгий, полный злобного обещания взгляд. Затем, не проронив больше ни слова, зашагал прочь в сторону города, прихрамывая скорее от уязвлённой гордости, чем от боли. К Курту подошла кошкодевочка и, слегка склонив голову набок, виновато промурлыкала: — Вы уж простите его, ня. Он рос в роскоши и привык, что ему все потакают, ня. Варварша добавила, с явной насмешкой в голосе: — Его батя задолбался его нянчить, вот и выкинул в реальный мир. Надеется, что шишек набьёт и авось поумнеет. Волшебница, вздохнув, подвела итог: — Ну а нас нанял, чтобы он не убился на первой же кочке. Курт, лениво почесав подбородок, ухмыльнулся: — Ну, в таком случае удачи вам в вашем нелёгком деле. Похоже, вы настоящие героини в этой истории. Они обменялись короткими кивками и разошлись каждый по своим делам. Курт с Нами некоторое время шли в сторону гильдии молча. Над городом высоко висело солнца, озаряя своими лучами всю красоту этого прекрасного мира. Атмосфера была почти умиротворяющей… если бы не напряжённая тишина между ними. В конце концов Нами тяжело вздохнула, качнув головой: — Курт... когда-нибудь твой способ «решать проблемы» нас точно доведёт до беды. Ты не можешь просто… поговорить, не размахивая оружием? Курт ухмыльнулся, не оборачиваясь, глядя куда-то в даль, будто в том направлении уже мчалась новая проблема: — Беда? — Он хмыкнул с усмешкой. — Беда — это когда работа кончается, а желудок пустой. А я, между прочим, нашёл нам один квест. И не абы какой, а с оплатой повыше обычного. Нами прищурилась, скептически посмотрев на него: — Не скажи... В прошлый раз «не абы какой» оказался логовом крыс-нацистов. — Да ну, — махнул рукой Курт, по-прежнему беззаботно. — В этот раз всё гораздо проще. Мы будем собирать... цветочки. — Цветочки? — недоверчиво переспросила Нами. — Подозрительно звучит. Что-то мне подсказывает, что это не просто букетик для романтического свидания? — Ну, — протянул Курт с хитрой ухмылкой, — если свидание происходит в чаще, где водятся огромные волки, то вполне возможно. Нами остановилась как вкопанная. — Ты издеваешься? — Чуть-чуть, — невинно сказал Курт, наконец оборачиваясь. — Но цветы и правда нужны. Какой-то алхимик заказал редкие светящиеся травы для зелий. Просто… они растут в местах, куда обычно ходят умирать дикие животные. Но зато платят втрое больше обычного. — Угу… — Нами закатила глаза. — И, конечно же, мы случайно встретим что-то, что попытается нас сожрать. — Ну, — пожал плечами Курт с ухмылкой, — Пусть попытаются. А теперь пойдем заберем снаряжение и отправимся в путь. Курт и Нами шли по извилистой лесной тропинке, окружённой плотными зарослями и кривыми деревьями, чьи ветви напоминали когти. Солнечные лучи еле пробивались сквозь листву, оставляя на земле пятна света и тени. Курт тащил за плечами рюкзак размером с бочку — к нему были приторочены котелок, верёвки, топорик, даже маленький складной щит и что-то, напоминающее антенну. При каждом шаге из рюкзака раздавались звяканье, стуки и подозрительные щелчки. Нами же шла налегке — с плетёной корзинкой в одной руке и копьём за спиной. — И зачем ты потащил с собой столько хлама? — с явным раздражением спросила она, перепрыгивая через корень. — Ну мало ли, что может пригодиться, — невозмутимо отозвался Курт, — вдруг придётся ночевать в чаще и строить шалаш. — Ночевать?! — взвизгнула Нами, остановившись. — Ты же говорил, что это лёгкий квест! "Собрать цветочки, вернуться до обеда", помнишь?! — Ну, мало ли, — пожал плечами спартанец. — Природа ведь не по расписанию работает. Всякое может… Он вдруг резко замолчал, застыв на месте, и в одно движение вызвал из ниоткуда штурмовую винтовку, держа её наготове. Его взгляд метался по кустам, деревьям и кронам, сканируя лес. — Что такое? — приглушённым голосом спросила Нами, инстинктивно поднимая копьё. Курт не сразу ответил. Он стоял напряжённо, будто всё его тело превратилось в антенну, улавливающую невидимые сигналы. — Кажется, за нами кто-то наблюдает, — наконец произнёс он медленно. Нами всмотрелась в заросли, но не увидела ничего, кроме беспокойных теней и шороха листвы. Лес казался пустым, но... слишком тихим. — Я никого не вижу. Может, у тебя просто паранойя? Курт не отрывая взгляда от леса, хрипло усмехнулся: — Если у тебя паранойя — это ещё не значит, что за тобой никто не следит. С этими словами Курт сделал шаг вперёд, плавно опуская винтовку и направляя ствол в сторону особенно густой и подозрительно молчаливой рощицы. Его движения были точны, как у механизма. — Будь наготове, — коротко бросил он через плечо, не отрывая взгляда от зарослей. Напряжение повисло в воздухе, и даже птицы будто приумолкли. Нами сжала копьё, готовая метнуть его в любой момент. Время словно растянулось — и вдруг... Из кустов стремительно вылетела… крошечная белочка. Она на миг застыла на месте, посмотрела на них с выражением крайнего недоумения, напоминающим "вы серьёзно?", и молниеносно скрылась в зарослях, оставив за собой только шорох листьев и лёгкое покачивание ветвей. Нами медленно повернулась к Курту и, не скрывая насмешки, произнесла: — Вот это был враг, так враг. Опаснейшая тварь, я прямо чувствую. Курт, не убирая оружие, хмыкнул: — Иногда лучше перебдеть, чем недобдеть. Особенно в лесу, где тебя может сожрать всё, от травы до бабочек. Он ещё несколько секунд вглядывался в кусты, затем чуть расслабился и отозвал винтовку обратно в инвентарь. — Ладно. Пойдём дальше. Если за нами и наблюдали, то теперь ушли. Тут уже недалеко. Они продолжили путь, и вскоре лес расступился, открывая вид на живописную поляну. Солнце пробивалось сквозь кроны, заливая траву мягким светом. В центре поляны росли удивительные цветы — высокие, стройные, с тонкими лепестками, мерцающими в такт ветерку. Они излучали мягкое сияние — смесь лунного света и теплоты свечи. Нами замерла в восхищении. — Вот это... даже красиво. Курт кивнул, но оставался настороже. Его взгляд скользнул по краям поляны — слишком тихо. — Красиво, да. Только вот в таких местах обычно и начинаются проблемы. Цветы слишком редкие, чтобы быть просто цветами. — Ну конечно, — вздохнула Нами. — Даже травинка у нас теперь с подвохом… Однако не успела она договорить, как землю потряс глухой топот. Из ближайших зарослей раздалось рычание, от которого пробежал холодок по спине. На поляну выскочили три гигантских волка — каждое существо размером с молодого быка, с загривком почти в два метра, клыками как ножи и горящими кроваво-красными глазами. Они двигались слаженно, охватывая героев дугой — типичное поведение стаи. Курт сразу встал между Нами и хищниками, скидывая со спины рюкзак и активируя энергетический щит. Из воздуха материализовалась его MA5B Assault Rifle — классическая штурмовая винтовка ККОН. — Курт… — Нами в панике сжала копьё. — Сделай что-нибудь... Курт поднял указательный палец вверх, не сводя глаз с волков. — Брат брата не съест. А если съест — то поступит не по-братски. Волки, как и ожидалось, не оценили философии. Они рванули вперёд — один по центру, двое по флангам. Курт сделал шаг в сторону, прицелился и выдал короткую очередь — точно в левый глаз волка, несущегося прямо. Биомасса разлетелась с хрустом — зверь рухнул, скользя по траве. — Один пошёл спать. Второй прыгнул с правой стороны, намереваясь схватить Курта за плечо. Спартанец резко повернулся, вмазал прикладом по пасти, и следом разрядил полмагазина в брюхо, пока тот не сдох в воздухе. Третий уже был на пути к Нами. — Нами! Укройся! Девушка едва успела отскочить, как Курт метнулся наперерез, выхватил пистолет M6D  и всадил три выстрела в темпоральную долю черепа волка, когда тот оказался в прыжке. Мощное тело с глухим ударом врезалось в землю. Пыль осела. На поляне лежали три мертвых хищника, их тела испаряли тепло, кровь парила на лепестках светящихся цветов. Курт осмотрелся, держа оружие наготове. Убедившись, что больше угроз нет, он подошёл к ближайшему телу и пнул его ботинком. — Не братья вы мне. Гниды волосатые. Нами осторожно вышла из укрытия, сжимая копьё. Её лицо было бледным, руки слегка дрожали, но голос — сдержанный и даже немного сухой: — Это… это было впечатляюще. — Она оглядела тела поверженных волков. — Мерзко, кроваво... и всё же впечатляюще. Не зря тебя там учили. Курт повернулся к ней с широкой ухмылкой, будто только что проделал нечто совершенно обыденное. — Ну а то! Это тебе не однокурсниц в подвале резать. Нами с лёгким недовольством приподняла бровь и повернулась к нему, по-прежнему сжимая копьё. — Одноклассниц, Курт. — Чего? — Это были одноклассницы. Я в старшей школе училась. Курт замер, немного озадаченно, и его взгляд стал чуть более настороженным. — Тааак… — он понизил голос, словно пытаясь скрыть лёгкое беспокойство. — А сколько тебе было лет на момент Вальпургиевой Ночи? Нами чуть склонила голову, откидывая прядь волос с лица, её глаза блеснули от лёгкой иронии. — Восемнадцать. А что? Боишься, что смотрел детское порно? Курт быстро развёл руками, пытаясь оправдаться, но совершенно запутался. — Ну как я говорил, там был дисклеймер, в котором говорилось, что все героини совершеннолетние! — начал оправдываться он, немного теряя уверенность. — И вообще! Это не педофилия, если она в 2Д! Кстати, я вообще-то удивлен, что у тебя в реальности такой цвет волос. Это типа особенность вашего мира? Нами с раздражением закатила глаза, чуть зардевшись от своих воспоминаний. — Нет, кретин! — огрызнулась она. — Мои волосы были чёрные, пока та божественная сучка не решила их перекрасить! А заодно нарядить меня в те фетишистские тряпки! Курт задумался, явно не понимая, что на этот раз он сказал не так. — Значит, это была не ваша форма? — спросил он осторожно. — Нет, конечно! У нас были нормальные строгие костюмы, а не та мечта извращенца! Она выдохнула, снова отпуская напряжение, но вдруг на её лице отразилось что-то более грустное. В её глазах мелькнуло воспоминание, которое она пыталась скрыть. — А потом… потом я ещё собиралась уехать учиться в Оксфорде, — произнесла она, её голос стал мягче, а глаза немного потускнели. — Мне до выпуска было совсем немного. Я планировала. Всё было просто... пока не произошло всё это. В её словах прозвучала лёгкая печаль, но Нами сразу же сжала губы, словно пытаясь заткнуть эту дыру в своём сердце. Всё её прошлое, весь тот мир, который она потеряла, он теперь был так далёк. Курт, заметив эту слабость, на мгновение замолчал. Он не был хорош в утешении, но видел, что Нами старается скрыть свои чувства. Он почесал затылок, не зная, как реагировать. — Ну, с Оксфордом, конечно, не сложилось, — усмехнулся он, стараясь скрасить атмосферу. — Так же, как и с тем, чтобы не стать убийцей и сексуальной маньячкой. Да-да! Я помню твои поползновения в сторону Китами! — Напомнил он ей, но сразу же сменил тон. — Но вот теперь у тебя хотя бы есть шанс сделать что-то действительно хорошее. Постарайся его не просрать. Нами фыркнула, но её взгляд оставался тяжёлым, она всё ещё держала в себе часть той утраты. Но она сделала глубокий вдох и снова вернулась в реальность, стараясь не зацикливаться на прошлом. Курт, в свою очередь, начал рыться в рюкзаке. Он вытащил топорик и нож, с удручённым видом направился к телам волков. Нами посмотрела на него, и её недовольство тут же вспыхнуло. — Ты собираешься отрубить им головы? — удивлённо спросила она, глядя, как Курт приступает к своему делу с небрежной уверенность. — Ага. — Он отрубил голову у одного из волков с лёгкостью, будто это была простая ветка. — Точнее одну голову. А заодно постараюсь содрать одну шкуру. Хочу, чтобы мне из неё сделали крутую накидку. — Варвар! — громко заявила Нами, не скрывая своего недовольства. Она опустила взгляд на цветы, сжав корзинку и решив не продолжать эту тему. — Как ты вообще можешь рядиться в шкуру, как неандерталец? Курт лишь пожимал плечами, продолжая свою работу. — А почему нет? Рядится в шкуры убитых животных славная и древняя традиция . — Он отложил топорик и взялся за нож и резкими движениями начал свежевать другую тушу.  — А ты собирай цветочки, пока я заберу свои законные трофеи. Нами с сожалением взглянула на его работу, но всё же занялась тем, что ей было поручено. Она продолжала собирать цветы, пытаясь не думать о том, что только что видела. В глубине души она всё же испытывала какое-то странное чувство отвращения к действиям Курта, но понимала, что теперь ей придется с этим мирится. Закончив свои дела, Курт и Нами покинули поляну и направились обратно в Аксель. Дорога назад была тихой — травы шелестели под ногами, легкий ветер разносил аромат свежесобранных цветов, а небо понемногу наливалось вечерним золотом. Волки остались лежать на траве, цветы были собраны, и, казалось, всё прошло гладко. Но едва последние шаги героев скрылись за деревьями, как из глубины леса к поляне подошли двое. Первая — высокая женщина с осанкой благородной дамы, в белом платье, украшенном алой лентой на шее. Её коротко подстриженные светлые волосы отливали платиной в лучах солнца. Рядом шёл молодой человек — бледный, почти болезненно худой, с длинными угольно-чёрными волосами и острыми чертами лица. Его чёрный камзол был сшит явно не местным портным — ткань тяжелая, с серебряной вышивкой в виде витиеватых рун, едва заметных глазу. — Что скажешь об увиденном, Гог? — спросила женщина, её голос был спокойным, но в нём слышалось внимание и некое холодное ожидание. — Хм… — Гог нахмурился. — Поначалу подумал, что это какой-то древний голем. Мощный, возможно, еще времён падения Норса. Но теперь не уверен. — Ты прав, что не уверен, — сказала она и подошла к одному из следов, оставленных Куртом. — Это был человек. Человек в броне, но… не из этого мира. Его оружие, его движения — всё напоминает мне технологии… других миров. Моего мира. Гог зябко поёжился, взглянув в ту сторону, куда ушли путники. — А та девка рядом с ним… от неё пахнет Аксисом за версту. — Он поморщился. — У меня от таких сектантов всегда крапивница. Эти психи вечно носятся голыми и кричат "Слава Акве!" на каждом углу. Кроули позволила себе едва заметную улыбку. — В этот раз ты не ошибся. Но… — она медленно провела рукой по воздуху, будто что-то ощущая. — Есть ещё нечто. В той девушке что-то прячется. Старая, тёмная энергия. Очень… знакомая. Гог приподнял бровь. — Знакомая? Не хотите же вы сказать, госпожа Кроули, что она как-то связана с теми... Друзьями-По-Ту-Сторону? Кроули не сразу ответила. Её взгляд стал холодным, отрешённым, будто она на мгновение оказалась далеко за пределами этого мира. — Пока не знаю. Но если это правда… тогда у нас может быть гораздо больше проблем, чем мы думали. Особенно если Орден узнает. При одном упоминании Ордена Гог поник, его плечи опустились. — Ну знаете, госпожа Кроули… если они нас поймают, то вас, возможно, просто казнят. А вот со мной... нененене… Даже думать не хочу. Кроули с усмешкой посмотрела на него. — Значит, нам надо просто не попадаться. И держать ухо востро. — Она на секунду замерла, вглядываясь в пустую поляну. — Этот "человек в доспехах" может стать ключом. Или катастрофой. Она сделала шаг в чащу, растворяясь в тенях деревьев. — Пошли, Гог. Нам нужно будет кое-что уточнить. Гог тихо чертыхнулся и поспешил за ней. Через несколько мгновений лес снова стал пуст. Только лёгкий ветер шумел в листве, будто ничего не произошло.