Спартанец штурмует этот прекрасный мир!

Где-то в окрестностях Аксэля, среди поросших мхом руин, хранивших эхо былого величия древнего Норса, кралась эльфийка в подтрёпанном темном плаще. Спустившись в подвал, пропахший керосином и ржавчиной, она замерла. За деревянным столом, заваленным различным хламом, сидел парень в белой мандалорской броне, расписанной золотыми узорами, как будто Сид Вишес искайнулся в «Звёздных войнах». Он аккуратно заливал едкую жидкость в реактивный ранец с почерневшими соплами турбин. Он поднял голову, и шрам через его бровь блеснул в свете тусклого магического кристалла, болтающегося на цепи. — О, привет, Авли! Принесла? — Его хриплый голос звучал как у контрабандиста, только что обогнавшего республиканский крейсер. Авли, фыркнув, скинула капюшон, обнажив рыжие волосы, заплетённые в тугую косу, и швырнула на стол коробку, исцарапанную шипами диких лесов. — Да, — буркнула она, и её тон был холоднее, чем зимняя вьюга. — Двенадцать батарей для твоих… «бластеров». Телепортировали в самую глушь, прямо в паучье логово! Три дня месила грязь, что бы их достать. Скажи спасибо, что я не сдала тебя за награду, псих! Кайл, ухмыляясь шире, чем хатт на базаре, открыл коробку. Энергетические ячейки сияли свежим, как капуста на грядке, светом. Он ловко вставил пару в свои WESTAR-34, и бластеры зажужжали, как Чомуске при виде свежей рыбы. — Эх… Скучаю по далёкой-далёкой галактике, где расходники можно было купить даже на самой захудалой планете, — вздохнул он, убирая стволы в кобуры, висевшие у него на поясе. — А здесь? Чертово фэнтези! Гоблины, драконы, летающая капуста за десять тысяч эрис! — Не ной, — язвительно хмыкнула Авли, скрестив руки на груди. — Всё было бы проще, если бы ты не был самым разыскиваемым психом от Конфедерации до Белзерга! Напомни, сколько стрижей ты завалил за три года? Кайл расхохотался, и его смех эхом отразился от стен, как выстрел из бластера по жестянке. — А ты думаешь, мне нравится, что твои ушастые сородичи из Эльфинажа назначили за мою голову гигантскую награду? — Он ткнул пальцем в её сторону, чуть не опрокинув бутыль с керосином. — И не забывай, из-за чего мы их всех поубивали! Авли закатила глаза, её уши раздражено дёрнулись. — Горные эльфы не родственники лесным! — рявкнула она. — Эльфинаж обрёк моих предков на изгнание в горы и теперь хочет перекроить мир под свою зеленную власть! Мы, горные, за железо и прогресс, а не за их лесную муть! — Это да, — хмыкнул Кайл, проверяя ранец. Он щёлкнул переключателем, и сопла выпустили искры, осветив подвал, как маяк на Набу. — Кстати, как там наш спартанец? Авли нахмурилась, её пальцы сжали плащ. — Курт, да? — Она понизила голос, оглядываясь на тёмный проход. — Я следила за ним. Силён, как целая армия. Берёт только самые опасные задания — броневепри, вампиры, големы, а недавно даже дракона завалил. В таверне глушит виски литрами, а его команда — жрица, мазохистка и пироманка. Тот ещё цирк. Королевский двор и Орден уже суют нос в его дела. И, похоже, он здесь, чтобы убить Владыку Демонов. Парень присвистнул, отложив ранец. Его глаза заблестели, как у хатта, почуявшего выгодную сделку. — Серьезная цель для серьезного воина. Думаю, он сможет помочь в нашей операции «Цех». Но пока у нас новый заказ. Он активировал голограмму на запястье, и в воздухе замерцал портрет хоббита с пышными бакенбардами. — Ксавье Форстли, — коротко сказал Кайл, и его голос стал твёрдым, как сталь. — Хоббит алхимик исследующий то, что не нравится Эльфинажу. Завтра прибывает в Аксель с караваном. Нам нужно перехватить его, пока стрижи не добрались. Авли прищурилась, её уши напряглись, как у Чомуске перед прыжком. — Стрижи? Опять эти лесные ассасины? — Она хмыкнула. — Если Курт такой крутой, может, нам стоит попросить его о помощи? Парень отрицательно покачал головой. — Боюсь это пока не вариант. Он слишком громкий и прямолинейный. А нам нужно действовать тихо. Авли фыркнула. — Тихо как в Эрукане, когда ты утопил корабль? Или как тогда в Конфедерации, когда сжёг табачную плантацию? Или как... — Да хватит мне это все припаминать! - Возмщенно перебил ее парень. На берегу бурлящей реки, окружённой ивами, пропахшими сыростью и остатками летающей капусты, команда Курта затеяла очередной безумный квест. Посреди реки, на шаткой деревянной платформе, покачивалась железная клетка. Внутри неё радостно сияла Даркнес, прижимаясь к прутьям, её тяжёлая броня крестоносца позвякивала, а глаза горели мазохистским восторгом, словно она попала на праздник. Нами, стоя на берегу, сверлила Курта недовольным взглядом, её копьё дрожало от ярости. Мегумин, лениво опираясь на свой посох, хихикала, а Чувак стоял рядом с ней и лениво жевал лист лопуха. Сжимая снайперскую винтовку Курт выглядел так, будто был готов расстрелять всю реку. — Чёртов салат-айсберг, — прорычал Курт, проверяя затвор винтовки. — Какого чёрта он стоил в два раза дешевле летающей капусты?! Мегумин расхохоталась, её посох качнулся, чуть не задев Нами, которая с ворчанием отскочила в сторону. — Да хватит уже об этом ныть, спартанец! — язвительно бросила пироманка, её алые глаза сверкнули. — Ну подумаешь, что ты отстрелил не капусту, а салат айсберг. И вообще, за того дракона тебе отвалили кучу монет! И теперь ты можешь хвастаться своей драконьей головой, герой! Нами закатила глаза, её пальцы сжали копье так, что хрустнули суставы. Она уже устала от безумств Курта, но этот квест бил все рекорды. — Это не план, а сплошной цирк! — рявкнула она. — Сначала ты заставил Мегумин выманивать дракона взрывом из пещеры, теперь Даркнесс в клетке, как наживка для крокодилов! Если её сожрут, то виноват будешь ты! — Сожрут? — Курт отмахнулся, ухмыляясь, как мошенник, сбывший тухлый товар. — Она в этой клетке, как в танке. Выдержит и крокодилов, и твои вопли, Нами. Расслабься. — Расслабься?! — взвизгнула Нами, топнув ногой так, что брызги грязи полетели в Чувака, который не обратил на это никакого внимания. — Эта клетка воняет, как тухлая рыба! Где ты вообще её взял? У какого-то гоблина? — В гильдии арендовал, — спокойно ответил Курт. Он кивнул на Даркнес, которая напевала что-то про «зубы и цепи», её голос дрожал от восторга. — И, судя по её визгу, крокодилам будет весело. Река забурлила, и из воды вынырнула чешуйчатая морда крокодила размером с тележку, его глаза сверкали дикой злобой. За ним всплыли ещё две рептилии, их зубы блестели, как лезвия. Даркнес взвизгнула от восторга, прижимаясь к прутьям клетки, её броня звякнула, как колокол. — О да! Грызите меня, чудовища! — завопила она, её голос был слаще мёда. — Пусть ваши клыки царапают мою броню! Это так… восхитительно! Крокодилы, разъярённые, вцепились в прутья, клетка зашаталась, а Даркнес завизжала ещё громче, словно выступая перед толпой. Река бурлила, выбрасывая брызги на берег. Четыре крокодила — огромные, как автобусы, с зубами-кинжалами — кружили вокруг, хлеща хвостами и вгрызаясь в прутья. Курт на берегу сжимал в руках винтовку MA5C, его лицо было мрачным. Нами с опаской смотрела на этих тварей. Мегумин, опираясь на посох, еле сдерживая себя от взрыва, а Чувак просто безразлично на все смотрел. Грохот выстрелов разорвал воздух, пули пробивали чешую первого крокодила. Тварь взревела и рухнула, подняв фонтан брызг. Второй крокодил вцепился в клетку, и она накренилась. Спартанец выстрелил, пуля попала в глаз, тварь взмахнула хвостом и утонула. Не теряя времени, он прикончил третьего крокодила одиночным выстрелом. Четвёртый, ревя, вцепился в прутья. Но пуля пробивала и его голову, вода окрасилась алорй пеной. Курт опустил винтовку, схватил цепь и, скрипя зубами, потянул клетку к берегу. — Ещё! — кричала Даркнес. — Хорош! — рявкнул Курт, вытаскивая клетку с такой силой, что цепь зазвенела, как церковный колокол. Клетка с треском врезалась в берег, разбрызгивая грязь и водоросли, и Даркнесс выскочила из неё, сияя, как свежевыловленная рыба . Её доспехи были покрыты тиной и водорослями, но она гладила прутья клетки, как любимую игрушку, с нежностью, достойной королевы страданий. — О, это было восхитительно! — провозгласила она, и её голос дрожал от мазохистского экстаза. — Клыки крокодилов, скрежет железа… Курт, давай ещё раз! — Ещё раз?! — Нами швырнула копьё в землю с такой яростью, что оно вонзилось по самую рукоять, а её глаза метали молнии, способные спалить деревню. — Ты могла утонуть, мазохистка! Курт, твои планы — чистый хаос, тебе надо быть адекватнее! — Какая трогательная забота о ближнем, — фыркнул Курт, доставая из сумки, висящей на спине Чувака, ржавый нож с выщербленным лезвием. Вомпус лениво зевнул, его пушистый хвост мотнулся, не обращая внимания на окружающую суету. — Ты пока займись очисткой водоёма, а я сдеру одну из шкур. Давно мечтаю о крокодильей куртке! Хихикая, Мегумин ткнула посохом в мутную воду, где покачивались туши крокодилов, поднимая волны и брызги. — Ну, теперь с очисткой проблем не будет! — протянула она, водя концом посоха по воде, словно дирижируя оркестром хаоса. — Хотя с драконом было куда веселее. Мне доверили «Взрыв», и пещера обрушилась как карточный домик! —Если тебе так хочется, то мы можем взорвать какие ни будь руины по пути домой! — сказал волшебнице Курт, размахивая ножом, чтобы отогнать рой мошкары, слетевшихся на запах крови. Он вошёл в воду и направился к первой туше, поднимая волны мутной воды. Нами застонала, хватаясь за голову. — Вы все сошли с ума! Как я буду чистить этот гадюшник!? — Она долбанула копьём по поверхности воды и брызги накрыли Чувака. Впрочем ему было пофиг. — Да ладно, Нами, ты же высокоуровневая жрица! — не скрывая веселья, пропела Мегумин, её алые глаза сверкали, как факелы на гоблинском празднике. — Для тебя это должно быть проще простого! Ну или, если тебе так не хочется использовать «Очищение», мы можем просто посадить тебя в эту клетку и… — Она хихикнула, указывая на ржавую рухлядь, которая всё ещё оседала в песок. — Ни за что! — взвизгнула Нами, и её голос мог бы разбудить даже спящего дракона. Она опустилась на одно колено перед водой, скривив лицо от отвращения, и неохотно погрузила правую руку в мутную жижу. Свет её заклинания забурлил, разгоняя грязь и водоросли, пока водоём медленно очищался, оставляя за собой чистую, но подозрительно мерцающую поверхность. Через некоторое время шкуры были содраны — Курт орудовал ножом, как мясник на рынке, а Чувак, вомпус, лениво дремал рядом, не обращая внимания на брызги крови. Курт довольно оглядел проделанную работу: туши исчезли под водой, а водоём сиял, словно его отскребли гоблины за эрис. Он ухмыльнулся и взвалил свёрнутую шкуру на спину Чувака. Вомпус лишь фыркнул, его пушистый хвост дёрнулся, но он даже не открыл глаз, словно это был его ежедневный груз. — Ну, дело сделано, — довольно произнёс Курт, потирая руки и оглядывая команду. — Теперь можно возвращаться в город. — Ага, сделано, — проворчала Нами, вытирая правую руку о шерсть Чувака. Впрочем, он отреагировал на это примерно никак. — И теперь моя рука воняет тиной! Спасибо, спартанец! Мегумин расхохоталась, тыча посохом в воду, где последние пузырьки лопались с комичным звуком. — О, Нами, теперь ты прям грязнуля-жрица! Может теперь искупаешься в чистой водичке? — предложила она, её голос дрожал от смеха. — Ещё слово, и я сама тебя «Призывом воды» окачу! — рявкнула Нами, припомнив один из своих недавно приобретённых навыков. Даркнесс, всё ещё сияя от остаточного мазохистского экстаза, подошла к клетке и погладила прутья. — Жаль, что квест закончился… — мечтательно вздохнула она. — Может, оставим клетку на следующий раз? Крокодилы были такими милыми… — Ни за что! — Нами повернулась к ней, и её глаза снова метали молнии. — Эта ржавая куча отправится обратно в гильдию, или я сама её утоплю! Закончив свои дела, отряд направился обратно в Аксель, оставив после себя чистый водоём. По пути Мегумин, не удержавшись, направила посох на заброшенный замок, окружённый зарослями и мхом, и выпустила долгожданный «Взрыв». Камни разлетелись в стороны, пыль поднялась столбом, а пироманка, сияя от счастья, наконец-то обрела полное удовлетворение, любуясь разрушениями, пока остальные качали головами. Гильдия встретила отряд взволнованным шумом, словно в таверне объявили о прекращении продажи эля. Воздух дрожал от криков искателей приключений, запах дешёвого пойла смешивался с пылью, а столы гудели от споров. Курт, всё ещё с грязными пятнами на броне после речного приключения, уверенно протиснулся к стойке, где Луна, каноническая регистраторша с усталым, но цепким взглядом, оживлённо беседовала с незнакомым воином. Тот, потрёпанный, в рваной куртке и с дикими глазами, размахивал руками, словно описывал битву с целой армией демонов. — Да! На наш караван напали какие-то разбойники! — выпалил воин, его голос дрожал от восторга. — Очень странные. Быстрые, как тени, и дрались, как обученные солдаты. А потом появился ОН! — Кто «он»? — спросила Луна, приподняв бровь и скрестив руки на груди, явно не веря и половине рассказа. — Летающий Рыцарь! — продолжил воин, указывая на потолок, где висела потрёпанная карта Акселя. — Клянусь, он перебил этих бандитов огнём из своих рук! А потом схватил того хоббита, что ехал с нами, и взмыл в небо на огненных крыльях, оставив за собой дымный след! — О ком это ты? — спросил Курт, нахмурившись и опёршись на стойку, его взгляд скользнул по воину. Луна вздохнула, потёрла виски и ответила: — А вы не в курсе? Летающий Рыцарь — самый разыскиваемый преступник в мире! Объявление о квесте по его поимке появилось на доске только сегодня. Награда — целое состояние, если верить слухам. Курт медленно подошёл к доске объявлений, проталкиваясь сквозь толпу зевак, которые уже спорили о том, демон это или бог войны. Его взгляд упёрся в плакат: на нём был изображён человек в знакомой мандалорской броне с золотыми узорами, шлеме и реактивном ранце за спиной — образ, который напомнил ему кадры из «Звёздных войн» из его первой жизни. Спартанец оцепенел, его руки невольно сжались в кулаки, а в голове закружились воспоминания о мандалорских наёмниках, — Да что за безумие творится в этом прекрасном мире!? — возмутился Курт, стукнув кулаком по стене так, что Луна вздрогнула и уронила перо, а толпа авантюристов вокруг затихла, ожидая шоу. — Сначала крысы-нацисты! Потом ведьма из хентая! Потом государства, явно созданные попаданцами! А теперь ещё и сраные Звёздные войны! Нами, услышав его крик, подошла ближе, её брови приподнялись, а копьё в руках слегка дрогнуло от удивления. — Что такое, Курт? — спросила она, пытаясь заглянуть ему через плечо. Курт развернулся, указывая на плакат с изображением Летающего Рыцаря. — Да вот посмотри сама! Тебе это ничего не напоминает? И не отпирайся! Я знаю, что ты смотрела «Империя наносит ответный удар»! — рявкнул он, его голос эхом отразился от стен гильдии. Нами замялась, бросив быстрый взгляд на объявление, где человек с реактивным ранцем и шлемом смотрел угрожающе. Её щёки слегка покраснели, и она пробормотала: — Ну… да, он похож на Бобу Фетта. — Вот именно! — Курт ткнул пальцем в плакат, чуть не задев Нами. — Похоже, тут орудует мандалорец, который умеет летать и обожает воровать хоббитов! Ну что за бред! Мегумин, привлечённая шумом, подскочила с посохом в руках. Она покачивалась на всё ещё слабых после недавнего разрушения замка ногах, но это не остановило её энтузиазма. — Ого, Летающий Рыцарь? Фига себе награда! Давайте поймаем его? — задорно предложила она, чуть не споткнувшись о собственный посох от нетерпения. Даркнес тоже подошла ближе и взглянула объявление. — Надо же! Его заметили в окрестностях Акселя! — удивилась она, её голос дрожал от восторга, как будто она уже представляла себе эпическую битву. — Ты о нём что-то знаешь? — спросил Курт, нахмурившись и скрестив руки, его взгляд еще раз скользнул по плакату. — Ну да. Летающий Рыцарь появился где-то три года назад. За это время он успел отметиться многочисленными похищениями людей и вандализмом. Причём очень масштабным — топил корабли, рушил мосты, даже однажды поджёг плантацию ради забавы! Суммарный ущерб от его действий трудно посчитать. Поэтому его и хотят поймать во всех государствах Побережья. — Она замялась, глядя на Курта. — Ладно, ребята, мне тут надо кое-куда отойти… наверное, помолиться о его поимке. — А я, пожалуй, пойду прилягу, — зевнула Мегумин, потирая виски. — Тот шикарный взрыв меня утомил, а то ещё грохнусь посреди гильдии. — Она поковыляла к лестнице, шатаясь, как гоблин после попойки, оставив за собой след из мелких искр. — А теперь, Курт, мы с тобой поговорим, — сурово произнесла Нами, её голос стал холодным, как зимний ветер, а копьё в руках задрожало от напряжения. — О далёком тёмном будущем, в котором всё очень, очень плохо. — Почему бы и нет, — пожал плечами спартанец, пряча удивление за равнодушием, и кивнул в сторону двери. Они направились в комнату Курта, где не было лишних ушей — только потёртый стол со стаявшими на нем графином с виски и парой стаканов, кровать, кресло и шкаф с многочисленными трофеями. Тем временем в гильдии гул не утихал: авантюристы спорили о Летающем Рыцаре, кто-то уже ставил ставки на исход квеста, а Луна, качая головой, записывала новые заявки, явно жалея, что ввязалась в эту работу. — И так, — Курт взял потёртый графин и наполнил один из стаканов, оставив другой пустым. — Виски будешь? — спросил он, приподняв бровь с лёгкой ухмылкой, словно предлагал сделку с демоном. — А ты много пьёшь, — сказала Нами, сверля его пристальным взглядом, её копьё опёрлось о стену рядом с трофейным шкафом, а лицо выражало смесь раздражения и любопытства. — Полагаю, это значит «нет», — ответил он, усевшись в скрипящее кресло с видом победителя, сделал глоток и насмешливо добавил, — Ну а чего ты хотела? Я же во Вьетнаме воевал. Пусть и новом. — Он махнул рукой, будто отгоняя призраков прошлого, оставив на столе влажный след от стакана. — Расскажи мне всё, — потребовала Нами, скрестив руки и подавшись вперёд, её тон стал резким, как удар её копья, а глаза не отрывались от его лица. — Что «всё»? Конкретизируй давай, — ответил Курт, откинувшись назад и сделав ещё один глоток, его взгляд скользнул к трещинам на стене, где плясали тени от свечей. — Про свою жизнь. А точнее про обе свои жизни. Ты ведь уже один раз реинкарнировал, — сказала Нами, её голос смягчился, но в нём чувствовалась стальная настойчивость, а пальцы сжали край стола. Курт замер на мгновение, стакан завис у губ, а затем он тихо хмыкнул, поставив его на стол с лёгким стуком. — Две жизни, говоришь? Ну, первая была… — Курт замялся, покрутив в руках стакан с виски. — Типичная жизнь московского офисного планктона с задротовскими увлечениями. Работа переводчиком, бухло в баре по пятницам, игры за компом по выходным — короче, скука смертная. А вот вторая… — Он сделал ещё один глоток, смакуя напиток, как редкий трофей. — Ну… она была куда насыщеннее. — Погоди! Ты жил в Москве? — перебила его Нами, её глаза расширились, а копьё слегка дрогнуло в углу комнаты. — Так ты товарищ из Советского Союза? — Ну, как тебе сказать… СССР уже не было, когда я жил и работал, — ответил Курт, усмехнувшись, и тут же спросил, прищурившись: — Погоди, а в каком году ты откинулась, раз не знаешь о распаде Союза? — В 1989-м, — ответила Нами, удивлённо моргнув, и её голос дрогнул от неожиданности. — Хм. Надо же. Пропустила всё веселье в мире, — протянул он, наклоняясь ближе с лёгкой иронией, пока свечи отбрасывали тени на его лицо. — Ну да. Крах Союза — это очень весело и приятно, — злорадно сказала Нами, скрестив руки на груди. — А ты-то чего злорадствуешь, японка? — раздражённо ответил спартанец, стукнув стаканом по столу. — Мы, может, и стали пятнадцатью отдельными государствами, а вы как были под американской оккупацией, так и остались! — Хватит! — перебила его Нами, которой эта тема явно начала сильно не нравиться, и её голос зазвенел, как натянутая струна. — Лучше расскажи про вторую. С самого начала. — Эх, жаль. А я уже настроился на разговор о политике, — насмешливо сказал Курт, откинувшись в кресле с театральным вздохом. — Ну, в общем, меня закинуло в тело новорождённого младенца. На планету под названием Айсбрейхер. Это ледяной мир, богатый рудами, и местная экономика построена вокруг их добычи. И мне повезло. Очень повезло. Отец был аж целым губернатором. — Губернатором одной из провинций Айсбрейхера? — уточнила Нами, прищурившись и сжав пальцами край стола. — Губернатором ВСЕГО Айсбрейхера! — сказал Курт, подняв стакан в победном жесте. — А мама вообще была большой шишкой в местной горнодобывающей корпорации. Я был несказанно рад. Правда, меня очень огорчил один факт, когда я узнал, в какую вселенную меня закинуло. Все же я знал, что скоро прилетят злые пришельцы. Нами нахмурилась, её взгляд стал серьёзным. — Пришельцы? Ты имеешь в виду Ковенант? Помню ты про них рассказывал. Но как ты оказался в такой мясорубке с таким происхождением? Курт хмыкнул, потирая шрам на щеке. — А вот тут начинается самое интересное. Меня забрали в шесть лет, когда отец и мать погибли в теракте. Ну а так как моя родня буквально испарилась, то под шумок меня уволокли в программу «Спартанец 2» сэкономив на моем клоне. И вот я уже бегаю по тренировочным лагерям на планете Рич. После успешного прохождения обучения, когда мне было четырнадцать, в качестве своего боевого крещения, я получил путёвку на Новый Вьетнам, где какое то время выжигал гуков. А после него меня уже забрал к себе Язов. Хочешь ещё подробностей? Нами кивнула, её лицо было серьёзным, а за дверью послышался приглушённый гул гильдии, где искатели приключений всё ещё спорили о Летающем Рыцаре, что добавляло абсурдности их разговору. — Командор Язов… — протянул Курт, поигрывая бокалом виски, свет из окна отражался в янтарной жидкости. — Очень интересный человек. Был. — И под его командованием ты служил на «Гневе Божьем»? — спросила Нами, её голос дрогнул о том ужасном человеке из сна. — Да. Это был корабль класса «Феникс». С этими кораблями вообще забавная история была, — ответил Курт, откинувшись в кресле с лёгкой усмешкой. — Изначально их строили как колонизационные посудины, чтобы тащить людей на новые миры. Но потом какая-то гениальная башка в высшем командовании решила, что из них выйдут отличные боевые платформы для долгосрочных планетарных операций. И вот — вместо колонистов теперь солдаты. — И на таком ты и полетел… — Нами слегка замялась, подбирая слова, её пальцы нервно постучали по краю стола. — В Галактический Крестовый Поход против эволютеров? Ну, если судить по Новому Вьетнаму, кажется, я догадываюсь, что там было. — Хех! Это ты ещё Каркасон не видела, — усмехнулся Курт, сделав глоток и поставив бокал с громким стуком. — Да и к тому же я просто выполнял приказы. Не я же придумывал, что нужно палить по повстанцам! — Те, кого судили на Нюрнбергском трибунале, тоже просто выполняли приказы, — злобно сказала Нами, её глаза сузились, а тон стал резким, как клинок. — А ты, кстати, очень похож на идеального арийца с этими светлыми волосами и квадратной челюстью. — Хахахаха! Японка попрекает меня Нюрнбергом! — рассмеялся Курт, его смех эхом отразился от трещин на стенах, и он чуть не пролил виски. — Может, фраза «Я выполнял приказ» и не ахти оправдание, но вот кто приказал тебе, а? — Что? — не сразу поняла Нами, её брови взлетели вверх, а лицо омрачилось. — Кто приказал тебе, госпожа Козоно, домогаться до Китами? — начал наседать Курт, наливая себе новую порцию виски с театральным размахом, словно дирижировал оркестром хаоса. — Кто приказал тебе потом натравить на неё гопоту, чтобы те пустили её по кругу? Кто приказал тебе пырнуть её ножиком? Кто приказал тебе перерубить тех девок в подвале? — Он наклонился ближе, его голос стал низким, как рычание зверя, а глаза блеснули вызовом, пока стол между ними дрожал от напряжения, грозя развалиться. Нами побледнела, её руки сжались в кулаки, ногти впились в ладони, и она резко вскочила, опрокинув стул с грохотом, эхом отдавшимся по комнате. — Откуда ты… — начала она, но осеклась, её взгляд метнулся к двери, за которой гудела гильдия, а свечи затрепетали, словно в предчувствии бури. Курт откинулся назад, ухмыляясь, но в глазах мелькнуло что-то тёмное, что-то злорадное. — Все оттуда же, Нами, все оттуда же. У меня есть время, виски и терпение. А ты и сама накопила пару скелетов в шкафу. Так что — кто был твоим начальником? — Спартанец сделал ещё один глоток, не дожидаясь её ответа, и продолжил, наклонив голову. — Кстати, вот что мне ещё интересно. У тебя были какие-то чувства к Мочиде, или она была просто твоим спортивным снарядом для секса? — То, что было между мной и Мочидой, тебя не касается! — огрызнулась Нами, её голос звенел от гнева, а щеки покраснели, как после неудачного заклинания. Ей уже очень сильно не нравилось, куда уводит этот разговор, и она сжала кулаки ещё сильнее. — Боюсь, что уже коснулось, — усмехнулся он, ностальгически прикрыв глаза, словно вспоминая юность. — Я ведь когда-то давно всё же посмотрел «Чёрную Библию». Эх, помню, как в девятом классе ещё в первой жизни я стоял в магазине с пиратскими дисками. Взял себе пару игрух — «Halo 2» и «Dawn of War: Soulstorm», а потом мой взгляд упал на полку с дисками для взрослых. Там была обложка, которая меня зацепила. Я зажал диск между играми, надеясь, что безразличный продавец не заметит. И ведь не заметил! Золотые были времена… — Так ты был малолетним извращенцем, ищущим порнуху! — взревела Нами, её голос мог разбудить даже спящего дракона, а стол задрожал от её удара по нему. — Это называется хентай! И это искусство! — парировал Курт, подняв палец, как учитель перед классом. — К тому же я не думал, что один из персонажей оттуда будет сейчас пытаться меня допрашивать. И то, что встреча будет немного… разочаровывающей. — В каком смысле «разочаровывающей»? — злобно спросила Нами, её глаза сузились, а дыхание стало тяжёлым. — Ну, — Курт окинул её сверху донизу с преувеличенной задумчивостью, — ты там была выше, и сиськи у тебя там были больше. — Извращенец! Хам! Подонок! Да как ты смеешь меня тут отчитывать! Кто ты такой, чтобы читать мне мораль! — Нами продолжала гневаться всё сильнее, её голос поднимался до крика, а свечи затрещали от её энергии. — Ты всего лишь проклятый военный преступник из космоса! — Знаешь что, госпожа Козоно, если тебе мораль читает военный преступник из космоса, — Курт подался вперёд, пристально глядя на Нами, его голос стал холодным, как лёд Айсбрейхера, — то ты явно в своей жизни сделала что-то не так. Так что можешь считать мою компанию своим персональным адом. — Он сделал ещё один глоток, ухмыляясь. Нами замерла, её лицо исказилось от ярости, но в глазах мелькнуло что-то похожее на страх — тень, которую она пыталась скрыть. Она шагнула к двери, готовая выбежать из комнаты, но остановилась, сжав кулаки так, что побелели костяшки пальцев, а ногти впились в ладони. В комнате воцарилась тишина, напряжение повисло в воздухе, пропитанном запахом виски и пыли с потрепанного кресла. Курт, всё ещё сжимавший в руке стакан, насмешливо смотрел на жриц, но не успел ничего сказать, как резкий скрип открывающейся двери разорвал тишину. В комнату, словно ураган с рынка воров, ворвалась Крис. Её короткие белые волосы с фиолетовым отливом растрепались, шрам на щеке выделялся на бледной коже, а в руках она сжимала какой-то маленький фонарик с разбитым стеклом.. Она споткнулась о порог, фонарь выскользнул из рук и с грохотом покатился к ногам Нами, а Крис, ловко перекувырнувшись, выпалила: — Курт! Даркнесс похитили! Курт поперхнулся виски и закашлялся так сильно, что капли разлетелись по столу, оставив мокрые пятна на потёртой поверхности. Прокашлявшись, он резко вскочил из-за стола, опрокинув стул, и выкрикнул: — Что?! Кто посмел тронуть нашу мазохистку? (Некоторое время назад, где-то в подворотнях Акселя) Даркнесс уверенно шла по безлюдной подворотне Акселя, прижимая к груди мятый бумажный пакет, из которого торчал уголок подозрительно знакомой книги. Вдруг из тени, словно вороны на падаль, на неё набросились три фигуры в закрытых тёмных одеждах, и с маленькими фонариками святившимися зеленым светом у них на поясах. Двое схватили её за руки, вырвав пакет, который с громким шорохом упал на мостовую, а третий с ловкостью уличного грабителя прижал к её лицу пропитанный платок, распространяя сладковатый удушливый запах. Даркнес дернулась, как дикий зверь в клетке, её адамантиевая броня звякнула, и она пнула нападавшего с такой силой, что тот отлетел назад, сбив с пояса маленький фонарик, светящийся зловещим зелёным светом. Фонарик зашипел, выпуская клубы дыма, и с треском развалился на камнях, оставив лишь искры. — Чёртова железная дева! — прохрипел первый, потирая ушибленный живот, но быстро извлёк из недр своей чёрной одежды запасной такой же фонарик и маленькую зелёную свечку, похожую на детскую игрушку. Вставив её и чиркнув спичкой, он зажёг фитиль. Фонарик перестал снова загорелся зелёным светом, а Даркнес, выбившись из сил, потеряла сознание, и её тело обмякло в руках нападавших. — Хорошо, что я взял с собой запасную Свечу Ночи, — сказал он, вытирая пот со лба. — А то бы я сейчас сгорел, как просмолённая солома! — А девка-то крепкая оказалась, — произнёс второй, с вожделением принюхиваясь к запаху Даркнес, как торговец к свежему сыру. — М-м-м… Девственница, да ещё и аристократка! Жаль, заказчик потребовал доставить её невредимой — могли бы угостится деликатесом. — А что это у неё в пакете было? — спросил третий, пнув упавший пакет и вытащив из него книгу с обложкой, украшенной цепями и изображением эльфийской воительницы. — «Рабство эльфийской воительницы»? Какое бесстыдство! — Он ухмыльнулся и сунул книгу за пазуху. — Заберу себе, пригодится для… гм, исследований. После чего, нападавшие переглянулись, один из них подхватил Даркнес, перекинув её через плечо, как мешок с картошкой, и они быстро скрылись в переулках, оставив после себя лишь разбитый фонарик, мигающий зелёным светом с потухшей свечой. (Настоящее время) Курт, нахмурившись, смотрел на разбитый фонарь, всё ещё шипящий зелёным дымом у ног Нами, и уже собирался расспросить Крис, когда из динамиков гильдии, как гром среди ясного неба, раздался голос Луны — усталый, но резкий, как удар молотка по гвоздю. — Внимание всем авантюристам! Общий сбор у городских ворот! Замечен Дулахан Вердия! Курт, не раздумывая, призвал свою броню, которая с шипением покрыла его тело золотыми узорами, и, выхватив штурмовую винтовку, выбежал из гильдии вместе с толпой искателей приключений, которые, словно стая голодных гоблинов, бросились к воротам. У ворот их ждало зрелище, достойное театральной постановки: безголовый всадник в чёрных доспехах, восседающий на угольно-чёрном коне, чьи глаза горели, как угли. В руках он держал отрубленную голову, ухмыляющуюся с мрачной уверенностью. Оглядев толпу авантюристов, Дулахан Вердия заметил Курта, и его голова заговорила, поворачиваясь к спартанцу с пугающей плавностью. — Я Дулахан Вердия! Генерал Владыки Демонов! Я пришёл, потому что… — Он сделал драматическую паузу, глядя на Курта. — Потому что твоя красноглазая малявка взорвала мой замок! — А, так это была твоя хижина? — насмешливо бросил Курт, держа на изготовку автомат. — И что дальше? Подашь на меня в суд? Вердия стиснул зубы, и его голос прогремел, как раскат грома: — Нет! Я давно наблюдаю за тобой, Курт. Я знаю, насколько ты опасен. Поэтому я предлагаю тебе прийти ко мне и сразиться на моей территории! — Он поднял руку, и в воздухе замелькала иллюзия: Даркнес, закованная в цепи, с сияющими глазами и довольной улыбкой. — Курт! Он меня похитил! — радостно завопила Даркнес из иллюзии, прижимаясь к цепям, как к любимой игрушке. — О, я представляю, как он будет пытать меня своими ужасными инструментами! Да ещё на глазах у своих приспешников! — Хватит, женщина! — выкрикнул смущённый Вердия, размахивая рукой и развеивая иллюзию, словно отгоняя назойливую муху. — Короче, Курт. У тебя есть неделя, чтобы прийти в мой замок и сразиться. Я буду ждать! С этими словами он развернулся, его конь заржал, и Дулахан ускользнул в тень, оставив за собой шлейф чёрного дыма и гул толпы. Нами, сжимая копьё, шагнула вперёд, её голос дрожал от гнева: — Этот псих забрал Даркнесс, а ты что собираешься с этим делать?! Курт, опустив автомат, хмыкнул, глядя на удаляющуюся фигуру Вердии, чей чёрный конь растворился в тенях, оставив за собой шлейф пыли. — Я собираюсь спасти нашу мазохистку. — сказал он, ухмыляясь, как торговец, сбывший тухлый товар. — У меня уже есть отличный план. — То есть безумный? — уточнила Нами, прищурив глаза и сжимая копьё так, что захрустели суставы. Её голос дрожал от предчувствия очередного безумства. — Да. (На следующий день) — Да что же ты за злодей такой! Ни пыток! Ни унижений! Ни страданий! — громко возмущалась Даркнес, сидя в железной клетке и тряся решётками так, что ржавчина сыпалась на пол, как конфетти на празднике. — Женщина, хватит! — громко потребовал Вердия, его безголовая фигура напряглась, а отрубленная голова в руках стиснула зубы от раздражения. — Если ты не прекратишь, я прикажу отрезать тебе язык! — О да! Наконец-то! Хоть что-то! — завопила Даркнесс, прижимаясь к прутьям, как к долгожданному подарку, её голос дрожал от предвкушения. — Я так счастлива, что наконец-то дождалась от тебя хотя бы угроз! — О тьма… — устало простонал Вердия, потирая виски несуществующей рукой, и его голос сорвался, как у учителя перед непослушным классом. — Надо было приказать похитить ту жрицу… В этот момент дверь с грохотом распахнулась, и в комнату влетел один из вампиров, организовавших похищение, — его бледное лицо было покрыто сажей, а чёрный плащ дымился по краям. Он рухнул на колени перед Вердией, тяжело дыша: — Господин Вердия! Курт появился возле замка! С ним отряд авантюристов и баллиста, которую обслуживают несколько хоббитов! — И что они делают? — спросил Вердия, его голос дрогнул, а голова в руках повернулась к вампиру с мрачной надеждой. — Они обстреливают стены замка кувшинами со святой водой! — выпалил вампир, его глаза расширились от ужаса, а с потолка посыпалась пыль от близкого взрыва. — Что!? — взревел Вердия, его конь заржал в углу, а Даркнес захихикала, подпрыгивая в клетке. — Ну все, ребятки, вам хана! — пропела она, предвкушая как Курт ворвётся в замок, кроша все на своём пути.