Точка Немо

По здешним часам просыпаться было мучительно, чужая система времени яростно сопротивлялась его внутренним ритмам. Но месяцы шли, и Нил подстроился. Он вставал раньше капитана, приводил себя в порядок и отправлялся на пробежку, пока солнце еще не обрушивало на остров свой зной. Оказалось, он не один нуждался в утреннем ритуале — однажды Нил застал Кевина, выходящего из каюты в одних шортах и легкой рубашке, когда первые лучи солнца едва касались горизонта. Элисон шила для Нила похожий комплект беговой одежды, а пока Кевин великодушно одолжил ему один из своих, который оказался на удивление удобным. С тех пор у них появилось негласное время встречи, и утренние пробежки превратились в маленькую традицию. Они бегали по выверенному Кевином маршруту, а затем, если погода благоволила, окунались в освежающие воды океана. В противном случае они плавали в пещере, где располагалась стоянка «Наутилуса». Сегодняшнее утро обещало быть солнечным, но с порывистым ветром, поэтому Кевин и Нил решили завершить пробежку под сводами пещеры. Спустившись к подземному озеру на лифте, Нил, внезапно сорвавшись с места, на ходу сбросил рубашку и прыгнул прямо со скалистого выступа, чуть поодаль от «Наутилуса». Возмущенное «Эй!» Кевина потонуло под тощей воды, и Нил не успел вынырнуть, как рядом раздался новый всплеск, и гладь озера покрылась рябью. Соревновательный дух, дремавший в Кевине, проснулся за время жизни Нила на острове, и теперь они часто устраивали заплывы на скорость от одного каменного выступа до массивной колонны чуть дальше. Вода здесь, в пещере, была теплее, чем снаружи; ветер не тревожил гладь, а прожекторы делали ее кристально прозрачной, позволяя разглядеть мельчайших рыбок, игриво касавшихся босых ног. Подплыв к каменным ступеням, служившим спуском в воду, Нил прислонился к выступу, опершись подбородком на сложенные руки. Кевин, чуть поодаль, плавал по кругу, увлеченно рассказывая очередную историю. Нил перебирал ногами под водой, чувствуя приятное щекотание маленьких плавников, и смеялся над нелепым происшествием из прошлого Кевина. Тот разговор с Эндрю так и не получил завершения, но Нил не был против такого развития событий. Кажется, капитан всерьез подумывал о том, чтобы открыть Кевину свою осведомленность об отношениях с его близнецом. Нилу казалось мучительным — не иметь возможности прикоснуться или поцеловать того, кого хочется обнимать каждую секунду. Теперь он понимал, насколько это сложно, даже когда они с Эндрю не виделись всего пару часов. Что уж говорить об Аароне и Кевине, которым приходилось сдерживаться и проявлять свою любовь лишь за закрытыми дверями каюты. — Кевин… — Нил едва расслышал булькающее бормотание, доносившееся из-под толщи воды. — Ты не хочешь поговорить с Эндрю и рассказать ему об Аароне? О ваших отношениях? Резкий всплеск разорвал тишину бассейна, возвестив о том, что Кевин вынырнул. Короткий гребок, и он уже плыл рядом с Нилом, зеркально повторяя его позу. Мрачная тень омрачила лицо Кевина, пока с его волос стекали ручейки воды. Он пожал плечами, будто сбрасывая с себя тяжесть невысказанного: — Думал об этом бесчисленное количество раз, — с горечью признался он, пожав плечами. — Я репетировал слова, прокручивал их в голове, повторял дни напролет. Даже записывал на бумаге. Но страх того, что я потеряю лучшего друга, брата по духу, останавливал меня каждый раз. — Но ты ведь не сделал ничего плохого, — Нил теперь лучше понимал сложные отношения между братьями, но постичь их до конца все еще не мог. Кевин издал тихий вздох, бессильно уронив голову на сложенные руки, из-за чего его голос звучал приглушенно и глухо. — Я добивался внимания Аарона еще до того, как мы оказались здесь. Но это было невероятно трудно. Эндрю не отходил от брата ни на шаг, а любая моя попытка приблизиться заканчивалась его убийственным взглядом. И если мне везло, дело ограничивалось лишь этим, но бывало, что доходило и до драки. Не со мной, конечно, но я был свидетелем. — Ты сравниваешь незнакомца и лучшего друга? Эндрю не станет бить тебя, или приставлять нож к горлу. Он доверяет тебе, как самому себе. Неужели он не доверит тебе и благополучие брата? Слова Нила, казалось, достучались до самого сердца Кевина. Нил видел, как он погрузился в раздумья, как в голове разворачивалась внутренняя борьба. Но вскоре на лице Кевина промелькнула тень уверенности и решительности, и Нил невольно улыбнулся. Кевин выглядел так, будто прямо сейчас готов был идти к Эндрю и выложить ему все. Но Нилу пришлось обуздать этот порыв, и они отправились завтракать. С пробежки они обычно возвращались, когда остальная команда просыпалась, и Рене с Эбби уже начинали готовить еду. Кевину и Нилу пришлось спешно прошмыгнуть в каюту, чтобы вытереться, потому что Эбби наградила их сердитым взглядом за мокрые следы на полу. Поздоровавшись с роботами, Нил вошел в каюту и тут же столкнулся с одетым Эндрю. Взгляд скользнул по подтянутому телу, сильным рукам, утонул в невероятной глубине глаз, обрамленных светлыми ресницами — и хищная улыбка сама заиграла на губах. Нил зашел в тот самый момент, когда Эндрю заканчивал застегивать рубашку. Без лишних слов руки Нила легли поверх ловких пальцев, отстраняя их от пуговиц. Вопросительно изогнутая бровь Эндрю говорила о его заинтересованности и нескрываемом согласии. Указательный палец Нила соскользнул с края рубашки ниже, остановившись на кромке штанов. — Да или нет? Нил почувствовал, как Эндрю дрогнул. — Да. Нил опустился на колени, торопливо расстегивая штаны, пальцы судорожно спешили. Жаркая волна удовольствия прокатилась по телу Нила, когда он освободил Эндрю от ткани. Капитан подался вперед, его руки зарылись в волосы Нила, крепко держа его на месте. Каждый вдох, каждый шумный выдох Эндрю подстегивал, заставляя его двигаться быстрее, глубже. Тихая каюта наполнилась их прерывистым дыханием, чавкающим звуком, когда Нил выпускал кончик члена изо рта, его томными стонами и приглушенным шипением Эндрю. К завтраку они, конечно, опоздали.

𓇼 ⋆.˚ 𓆉 𓆝 𓆡⋆.˚ 𓇼

Как и предсказывал Кевин, день выдался ветреным. Неспокойные воды вздымались игривыми порывами, рождая зыбкие волны, но Нила это мало беспокоило. Он бродил по самой кромке берега, выуживая из прибрежной полосы крупных крабов и проверяя ловушки, которые они с Джереми расставили ранее. Когда рука блондина окрепла достаточно, чтобы уверенно держать лук, они с Нилом разделили обязанности: в одни дни Джереми отправлялся на охоту за пернатой дичью, а Нил приходил к океану; в другие — наоборот. Сегодня была очередь Нила. Не спеша прохаживаясь вдоль берега, оставив собранный улов у подножия каменной лестницы, он всматривался в даль, туда, где, как Нил знал, должен заканчиваться невидимый купол. Но как бы ни напрягал зрение, он не мог различить даже намека на его очертания. Устав, он опустился на влажный, прохладный песок, позволяя мелким волнам ласкать его ступни, и невольно предался воспоминаниям. Именно здесь, на этом самом месте, полгода назад он пришел в себя после сокрушительного шторма. Тогда им владел первобытный ужас, тело работало на пределе истощения, а мысли о будущем рождали лишь отчаяние и беспросветность. Нил был уверен, что обречен вечно бежать, жить в тени страха, преследуемый отцовской тенью. Но теперь он здесь. На острове, созданным человеком, который подарил ему безопасность, опору, любовь и семью. Проведя в тишине еще около десяти минут, Нил поднялся, ощущая зов «Наутилуса». Время обеда неумолимо приближалось, и перед тем, как отправиться на борт, Нил с удовольствием присоединился к заботам Рене, помогая собирать сочные фрукты, ловко извлекал маслянистые плоды пальмы вместе с Элисон, и даже рискнул попробовать слепить пару глубоких мисок с Ники. Результат превзошел его ожидания: получившиеся чаши обожгли, превратив в идеальную посуду для салатов. Жан, как Нил заметил, провел весь день в мастерской, а Джереми, едва вернувшись с охоты, поспешил к нему, чтобы беспрерывно флиртовать. В компании Ники, Элисон и Рене они вернулись на «Наутилус», вступая в прохладные, еще не заполненные голосами стены. Воспользовавшись затишьем, они принялись расставлять посуду и приборы, а Элисон поставила в центр стола свежий букет, собранный ими по пути. Девушка, по неведомой причине, была одержима мыслью о триумфе Нила, покорившего сердце Эндрю. А после одной особенно бурной ночи — воспоминания о которой до сих пор заставляли краску стыда заливать щеки — она поздравила Нила, заявив, что он начал следовать её мудрым советам. В ответ на его недоуменный взгляд она кокетливо перекинула светлую волну волос через плечо, смахнув с невесомой ткани платья несуществующие пылинки, и, указав на него своим длинным, отточенным ногтем, провозгласила: — Ты навёрстываешь упущенное, Нил! — Парень закатил глаза, принимая теплую булочку хлеба, протянутую ему Рене из ее плетеной корзины. Благодаря Рене он избежал дальнейших смущающих взглядов Элисон и ее пикантных теорий об отношениях Нила и Эндрю. Вместо этого он схватил длинный нож, который принес Ники, тихо хихикающий над его пылающими щеками, пока Нил начал нарезать хлеб ровными, аппетитными ломтиками. Вскоре явились и остальные. Жан и Джереми возникли следом за Эбби и Ваймаком, что несли дымящиеся чаны с едой, источавшие дразнящий аромат. Нил, не обнаружив привычного юркого хвостика, вечно крутившегося возле Жана, не удержался от вопроса: — А где Элоди? Жан помогал Эбби раскладывать еду, ловко передавая ей пустые тарелки. — Она с Кевином с самого утра. Нил лишь невнятно промычал, набитым свежим лососем ртом, и перевел взгляд на вход в каюту, высматривая своего вечно опаздывающего капитана. Но когда троица наконец-то переступила порог, Жан и Джереми замерли, словно их пронзило ледяным ветром. — А где Элоди? Она позади? — Жан, казалось, всем нутром чувствовал неладное, его голос дрожал, выдавая нарастающую тревогу. Вопрос эхом прокатился по каюте и достиг Кевина, выбив из-под ног опору. Лицо его посерело, предчувствуя неминуемую бурю. — Я не видел ее сегодня. Я думал, она с тобой. Услышав это, Жан рухнул на стул, словно подкошенный, Джереми едва успел подхватить его за руку, не давая упасть. Кевин же застыл у двери, в его глазах плескалась тщетная надежда, будто сейчас из-под стола вынырнет хохочущая Элоди, объявив, что это всего лишь невинная шутка. Но каюта ответила им лишь зловещей тишиной. — Так, без паники, дети, — прорычал Ваймак, пытаясь унять дрожь в собственном голосе, — сейчас же разделяемся и прочесываем каждый угол в поисках этого несносного морского ежа. Живо! Подъем! Обед подождет. Жана решили оставить на борту вместе с Джереми, как страховку на случай, если Элоди все-таки вернется. Роботам Эндрю отдал четкий приказ: прочесать каждый уголок, куда не ступит нога человека. Нил и Эндрю первым делом направились к берегу. Сначала они проверили окрестности Гранитного Дворца, но Нил был там совсем недавно, и никого, разумеется, не обнаружили. Поэтому, обогнув остров, они двинулись к Залу Памяти. Погода, словно сговорившись с их тревогой, окончательно испортилась. Дождь так и не начался, но ветер окреп, с яростью обрушивая волны на берег. Казалось, море решило поглотить остров. Они уже собирались повернуть назад, потеряв всякую надежду, когда Нил заметил едва уловимое движение за валуном. Черная макушка, увенчанная длинными, цвета воронова крыла волосами, едва проглядывала из-за камня. Стоило Эндрю выкрикнуть: — Элоди! Как голова вздрогнула и приподнялась, осторожно выглядывая из своего укрытия. Вместо того, чтобы броситься к капитану, девочка застыла на месте, словно парализованная необъяснимым страхом. Нил, следуя за Эндрю, подбежал к Элоди, чей взгляд был прикован к табличке у ее ног. Сперва Нилу показалось, что она поранила ногу, и теперь, оцепенев от боли, боится двинуться. Но потом он перевел взгляд на Эндрю. Тот, не отрываясь, смотрел на обломок дерева, когда-то, вероятно, бывший частью корабля. Нилу потребовалось мгновение, чтобы осознать подступающую панику Эндрю и Элоди. Он обернулся к капитану, с замиранием сердца ожидая увидеть то же самое узнавание в его глазах. И, как и следовало ожидать, оно там было. — Эндрю?.. Капитан сглотнул, словно ком в горле, подхватил девочку на руки и, едва повернувшись к Нилу, перекрикивая взвывший ветер: — Оббеги всех. Скажи, чтобы немедленно возвращались на борт. Нил судорожно кивнул, но все же ухватился за край капитанской рубахи. — Купол… он?.. Глаза Эндрю были расширены, а руки сжимали Элоди, будто стремясь создать непробиваемый щит от всего окружающего мира. — Его нет. — Рот Нила приоткрылся в немом изумлении. — Если на берег вынесло часть корабля, значит, где-то пробоина, но куда хуже, если купол вообще пропал. — Но это может быть часть старого корабля, на котором был я. Нил знал, что это не так. Где-то внутри, на уровне инстинктов, он это понимал. — Края доски слишком острые. Если бы она долго плавала в океане, вода бы их сгладила. Нил, беги. Беги как можно быстрее. Пусть все вернутся на борт. Кивнув, Нил рванул с места.