Победа Теодора Нотта

      Добираться до дома Блейзу пришлось самым неординарным способом — на «Ночном рыцаре». Содержимое желудка мгновенно оказалось на асфальте, стоило ему выйти из чертовой бандуры.       — Пиздец, кто в здравом уме пользуется этим транспортом? — покачал он головой, прислоняясь к кованным воротам своего маленького английского поместья.       Раздался хлопок.       — Хозяин, — недовольно протянул Франц, — синьора очень зла на вас. Франц всё утро защищал хозяина от гнева синьоры.       Блейз, признаться, устал от домовиков за это утро.       — Передай маме, что я увижусь с ней через пару часов. Ну… или вечером. Мне нужно вспомнить, что было вчера, и вернуть свою палочку, — зачем-то поведал он эльфу о своих делах.       — Хозяин потерял палочку? О мама мия! Синьора будет ругаться…       — Франц, свали уже куда-нибудь. Дай мне зайти в собственный дом, а не стоять у своей рвоты на улице.       — Жениться нужно хозяину. Жениться! Тогда хозяин перестанет пить и посещать злачные места!       Скуксившись, домовик топнул ногой напоследок и растворился в воздухе. Забини бы его наказал, что Франц служит их семье лет двести, но мама утверждала, что прав у этого эльфа больше, чем у Блейза.       — Так, — оттолкнулся он от ворот, — теперь осталось прошмыгнуть в спальню.       Благо, у него получилось. Пройдя по мощеной тропе, Блейз влез в свою комнату через окно.       — Зелье памяти. Было где-то…       Медленно шарясь по шкафам, он выбрасывал из ящиков всё содержимое. Да, Забини не заботился о порядке в вещах. Должен же быть минус у столь идеального человека, как он, не так ли?       — Вот оно! — тихо воскликнул.       Наконец-то флакон с нужным зельем попал ему в руки. Блейз откупорил пробку и влил жидкость в себя.       А дальше… Дальше началось самое интересное. Воспоминания, как вереница из бесчисленных событий, принялись врываться в сознание, а стыд охватывал тело с каждым просмотренным.       Ибо спор… Спор с той самой официанткой, Роуз Смит, странной светловолосой ведьмой, казался неимоверно легким, а он все равно ей проиграл.       Позорище. Пропить собственную палочку!       Блейз начал продираться сквозь воспоминания, погружаясь всё глубже.       Были танцы, был стриптиз-клуб в Лютном, песни на каком-то Мерлином забытом мосту, а потом, цепляя танцовщиц из уже другого волшебного клуба, они аппарировали — как их не расщепило? — к Теодору. Удивительно, но ни Малфой, ни Нотт не занимались сексом с подобранными ими женщинами. Блейз видел, как те жестко оборвали все женские потуги вступить с мужчинами в интимную связь прямо в шатрах. Прямо вчетвером.       А почему Забини спал в розовых кустах? Потому что вспомнил Роуз. Ту, что его, пьяного, наглым образом обокрала.       — Значит, Роуз Смит. Наверняка какая-то грязнокровка, — поморщился он.       При всем искреннем уважении к Грейнджер, Блейз недолюбливал магглорожденных по одной-единственной причине — те никогда не поймут их, чистокровных волшебников. И мысль о том, чтобы строить семью с такой ведьмой, ему неимоверно претила. Но он никогда не осуждал тех, вступал в брак с грязнокровками.       Просто для него это было табу. И дело даже не в крови. А в укладе жизни.       — Франц! — крикнул он. — Блядь, так не хочу аппарировать, но выбора нет. Франц! Твою мать, где ты, старый хрен?       Домовик появился с громким треском.       — Хозяин звал Франца? — раздраженно выплюнул тот.       — В «Кабанью голову» меня перенеси, — игнорируя эльфийскую ярость, приказал Блейз.       — О, горе, — схватился за морщинистые длинные уши Франц, — синьора, моя бедная синьора! Хозяин стал алкоголиком!       — Блядь, замолчи и перенеси меня. Сейчас же.       Совсем эти домовики распоясались.

***

      Конечно, «Кабанья голова» была закрыта. Кто в здравом уме пойдет в караоке-бар в — плюс минус — полдень?       Но их гостиница, благо, была открыта. Блейз направился туда и, о чудо, воровка Роуз Смит была там.       — Мисс Смит, какая встреча, — ехидно протянул Блейз и, опираясь плечом о стену, скрестил руки на груди. — Доброе утро.       Блондинка оторвала взгляд от бумаг, которые перебирала, стоя на ресепшене, и…       Ухмыльнулась. Едко так и очень самодовольно.       Да как она смеет так нагло и самоуверенно на него глазеть? Блейз невольно стиснул зубы и напрягся.       — Мистер Забини, я отдам вам палочку только при одном условии, — не тратя время на приветствия, произнесла Роуз. У нее преобладал ярко выраженный американский акцент.       Значит, воровка прибыла из Штатов. Интересно.       — Мисс Смит, вы знаете, что азартные игры, тем более на такие вещи, как волшебная палочка, запрещены в волшебной Британии?       Блейз надеялся, что угроза подействует. Роуз же смотрела на него расслабленно. Без каких-либо признаков страха. К сожалению.       Он мимолетно отметил, что воровка была очень даже симпатичной. Правда, эта черная подводка вокруг глаз и непрезентабельная маггловская одежда все портили. Но красная помада была ей к лицу. Девушка стояла в безразмерной футболке и прорванных в районе коленей джинсах.       «Теперь ясно, почему она меня обокрала. У нее нет денег даже на нормальные брюки».       — Мистер Забини, вы дали мне клятву, — подмигнула она. — Ой, а вы не помните?       Иронией была пропитана ее речь. Вот ведь… маленькая сучка. Блейз непроизвольно подался вперед, оттолкнувшись от стены.       — Клятва? Что за…       Но сознание пронзила воспоминание, где он, скользя ладонью вдоль талии Роуз, мягко ей шептал на ухо: «Клянусь своей магией, что наша игра останется тайной». Глаза его ошеломленно расширились, когда как воровка Роуз Смит растянула свои красные губы в победной улыбке.       — Ну что, будете палочку отрабатывать?       Блейз зажмурился, сжав кулаки. Чертова ведьма. Говорил ему отец давным-давно: никогда не связываться с американками. Почему не послушал?       «Был пьян, очевидно».       — Буду, — выплюнул он, открыв глаза. — Но больше никакого литр-бола. Другая игра.       — Поверьте, мистер Забини. Нет желания пить в двенадцать дня, — театрально приложив руку к сердцу, заявила воровка Роуз Смит. — Есть кое-что интересное…       Взгляд Роуз говорил, что она задумала нечто очень… слизеринское.       — И что ты хочешь?       — Прикинься моим парнем, — заявила Роуз, подкуривая сигарету. — Мой дедушка, Персиваль, очень переживает, что я никогда не выйду замуж.       — Персиваль? Персиваль Грейвс? Тот известный аврор?       — Ага, — кивнула она. — Мое настоящее имя Розали Грейвс, и моя семья, типа, очень парится о всяком этом чистокровном дерьме. Поэтому я свалила в Лондон. Подальше от них, — вздохнула Роуз и вновь спросила: — Так что? Прикинешься?       Блейз свел брови к переносице. Снова окинул воровку с ног до головы долгим неприязненным взглядом.       — Когда?       — Через два дня.       — Я не буду два дня без палочки ходить!       — Ну, я тебе ее отдам. Но ты поклянешься, что придешь на ужин в шесть вечера в тот пафосный ресторан в Косом переулке.       Роуз выпустила клубы дыма, ожидая его вердикта. Снова дать клятву? Ей? Эта ведьма была чересчур опасна.       Но палочка… ему просто необходима.       — Ладно, — Блейз протянул ей руку.       — Заключим клятву. Я прикинусь твоим парнем, а ты прямо сейчас вернешь мне мою палочку.       Подпрыгнув на месте от радости, Роуз счастливо рассмеялась.       — С тобой приятно иметь дело. Любимый.       Блейз нутром чуял, что пожалеет.

***

      Джиневра Уизли искренне считала себя очень терпеливым человеком. Будучи матерью троих детей, сестрой шестерых братьев и некогда одержимой Темным лордом, Джинни вырабатывала навык — она с легкостью принимала патовые ситуации и без труда справлялась с ними.       Если только данные ситуации не касались Драко Малфоя. Ее бывший жених поедал завтрак, не отрывая от нее взгляда. Джинни вроде как его бросила и, по сути, не имела права на ревность, но жгучее чувство обуяло ею и захватило разум. Хотелось перетянуться через стол и как треснуть по этой чересчур красивой, но неимоверно наглой морде. Встряхнуть. Сказать банальное драматичное «как ты мог? Я же тебе верила!» и уйти с гордо поднятой головой.       Но были и здравые мысли, говорящие, что ей давно не двадцать, а больше тридцати, и рубить с плеча — удел истеричек.       — Благодарю за завтрак, — Джинни решила сбежать, — хорошего дня.       Она направилась прочь с террасы. Все равно она хотела навестить сегодня Лили в дальнем лагере, купить мальчикам принадлежности, да и Скорпиус просил отвести его в Косой переулок…       А может ли она теперь общаться со Скорпиусом? Мальчик к ней привязался, да и она испытывала к нему ответные чувства.       Джинни погрузилась в размышления и очнулась лишь когда две мощные руки крепко обвили ее талию, обняв со спины.       Тело невольно напряглось, и Джин шумно выдохнула.       — Снова нравятся британки?       — Ты лучше меня знаешь, что я бы никогда тебе не изменил.       — Ты проснулся с другой женщиной пьяный в саду, Драко. И меня это немного злит, смешит и бесит, потому что я думаю, что ошиблась в выборе партнера.       Она чуть обернулась к нему и заметила лукавую усмешку на его губах.       — Захотел экзотики.       — Тебе треснуть?       — Не надо, — он мазнул губами по ее щеке. — Я знаю, что ты бросила меня из-за давления семьи. Или детей. И я понимаю твои чувства, но я хочу спросить в последний раз, Джиневра. Ты окончательно решила расстаться или готова спустя столько лет наконец-таки забить на мнение окружающих и стать счастливой? — тихо спросил Драко, положив подбородок ей на плечо.       — Я в первую очередь мама. И как мать я должна думать о благополучии своих детей. Нам давно не двадцать и даже не тридцать. Мы взрослые люди. У нас есть обязанности. И как бы занудно это ни звучало, мы не можем идти на поводу у своих хотелок.       Драко провел носом ей по щеке.       — Ты же понимаешь, что Джеймс и Альбус не принимают меня лишь потому, что свято верят в невиновность Поттера? Думают, будто ты просто так ушла от него.       — Я не буду разрушать образ отца в их глазах, — отрезала она.       — Верно. Пора бы Поттеру взять ответственность, — заявил Драко. — Я сегодня же отправлюсь к нему и…       — Не смей! — завопила Джинни.       Она убрала его руки и резко к нему обернулась.       — Ты не понимаешь…       — Нет, это ты не понимаешь, Джиневра, — он встал вплотную, — не понимаешь, какого это — терять любимых людей раз за разом. Я тоже имею право на счастье. И мне кристаллически похуй на репутацию Поттера. Уж извини, — он развел руками, деланно хмыкнул, скривил губы и пошел в противоположную сторону.       Джинни окаменела, не зная, куда ринуться. Бежать за ним и требовать остановиться или…       Прислушаться к Драко?       — И почему я думала, что после тридцати подростковых драм не бывает? — покачала она головой и направилась в каминный зал. — Пусть Малфой делает, что хочет.       И внутри себя она знала: он сделает то, что ей не под силу.

***

      Драко Малфой искренне считал себя здравомыслящим человеком, но когда дело касалось Джиневры Уизли, хваленое здравомыслие куда-то девалось. Так повелось еще со школьной скамьи.       И сейчас, приведя себя в порядок, Драко отправился на площадь Гриммо, 12.       Три стука в дверь, и на пороге появилась сонная Пэнси.       — Драко? — отозвалась она. — Ты откуда тут? — Я к Поттеру, — ответил он твердо, намеренно делая свой тон холоднее.       Пэнси полностью открыла дверь и, пожав плечами, тихо проговорила:       — Проходи.       — Кто там, милая?       В прихожую вышел Поттер, и стоило ему наткнуться на Малфоя, сразу же посмурнел. И Драко решил не играть в вежливость.       — Есть разговор.       — Убирайся, — резко ответил Гарри, вынимая палочку.       Молли наверняка уже сообщила Поттеру радостную новость об отмене свадьбы, и тот, будучи несомненно ключевым лицом в давлении как на Уизли, так и на детей, вознамерился избежать последствий.       Драко же решил поставить очкастого на место. Он вынул палочку, и Пэнси, вздрогнув, отскочила к стене. Удивленно посмотрев на древко в руках Малфоя, Гарри вытащил свое и принял.       — Немедленно перестаньте! — завопила Пэнси.       Шаг, и Драко бросил:       — Экспеллиармус!       Гарри невербально отбил заклинание и бросил что-то зловредное в ответ. Чертов избранный. Драко едва успел выставить щит, и тот с трудом, но выстоял.       Дуэль завязалась нешуточная. Прямо в прихожей. И Драко стремительно сокращал дистанцию между ними. Одолеть главу аврората вряд ли представлялось возможным, но эффект неожиданного появления сыграл на руку Малфою, и Поттер все-таки выронил палочку.       Драко мгновенно приблизился и, схватив его за грудки, со всей силы толкнул к стене. Прислонив палочку к шее, он почти вонзил кончик в шею Гарри, прижимая его спиной к стене.       Зеленые глаза под очками сузились.       — Нападение на главу аврората карается законом… — процедил он.       — Ты не при исполнении, Поттер, — отрезал Малфой.       — Драко, прекрати сейчас же! — взмолилась Пэнси, но не осмелилась приблизиться к ним.       Мужчины словно не замечали ее, сосредоточенно глядя друг на друга.       — Клянись, что расскажешь Джеймсу и Альбусу правду, — потребовал Драко, сильнее вдавливая острие в шею. На коже выступили первые капли крови.       Поттер самодовольно усмехнулся.       — Драко, разуй глаза и посмотри, кому ты угрожаешь.       — Клянись, я сказал, — прорычал Малфой, впиваясь взглядом в лицо напротив.       — Нет.       Драко оскалился, прищурившись.       — Тогда жди себя на первой полосе. Лаванда поделилась снимками вашего с ней романа.       Глаза под очками расширились от шока, и Гарри беззвучно открыл рот.       — Да, представь себе, Поттер. Нужно думать, куда суешь свой член. Лав-лав — та еще штучка, не так ли?       — Ты не посмеешь!       — Еще как, кусок дерьма, посмею. Расскажешь мальчикам правду. Пусть узнают, почему их мать ушла от святого Поттера к плохому Малфою.       Нарочито брезгливо отстранившись от Гарри, Драко резко отпрянул.       — И если еще раз ты будешь втирать Молли всякую гадость обо мне или мешать мне и Джинни, я воткну палочку тебе в глотку. Ты меня понял?       Гарри, нахмурившись, едва заметно кивнул.       Новоиспеченная миссис Поттер смотрела на тяжело дышащего, красного от ярости Гарри с нескрываемым разочарованием.       — Гарри, это правда? Джинни отменила свадьбу… с твоей руки? Ты снова давил на Молли?       — Удивительно, не так ли, Пэнси? Святой Поттер у нас тот еще интриган, — Драко похлопал ее по плечу и, усмехнувшись, направился к выходу.       Уже на улице он почувствовал долгожданное облегчение. Осталось дождаться результата.       Еще после войны и смерти Астории Драко решил, что не станет таким же безучастным, как Люциус, и будет бороться за счастье.       До крови, если понадобиться.