Победа Теодора Нотта

      Грозовые тучи заполонили небо, и начался сильный дождь, погрузивший стадион в полумрак.       Несмотря на плохой обзор, Скорпиус крепче схватился за метлу, потому что заметил скользкую ухмылку Поттера, который явно задумал что-то недоброе.       — Учишься балету, Малфой? — злобно бросил Джеймс, парящий в паре метров от него на новенькой эксклюзивной «Молнии». — Правда думаешь, что с такими навыками поймаешь снитч? Ты слабак. Просто покинь команду.       Шестерки Поттера — Стивен Финниган и Питер Браун — согласно загоготали, поддерживая очередные колкие комментарии в адрес Скорпиуса. Конечно, он понимал, почему Джеймс выбрал его в качестве личного врага, но легче от этого не становилось. А налаживать контакт, как советовала бабушка, с идиотом Поттером Скорп не собирался.       Скорее ад замерзнет, чем он будет дружить с кем-то из этой семейки.       — Малфой, Поттер, Финниган, Браун, чего столпились в небе? — ругался тренер Фастер. — Снитч сам себя не поймает!       Скорп бросил взгляд на мужчину, затем на Джеймса и, молча сделав крутой разворот, полетел в другую сторону, не желая раздувать конфликт.       — Куда это ты собрался, малыш Скорпиус? — продолжил ехидничать позади него Питер, помчавшись следом.       — Сбрось сынка Пожирателя Смерти с метлы, Пит! — крикнул Стивен.       На мгновение зажмурившись, дабы сосредоточиться, Малфой напрягся всем телом, а пальцы что есть мочи вцепились в черенок.       — Отзови своих псов, Джеймс! — бросил он громко Поттеру, который летел наравне с ним.       — С чего мне это делать? — фыркнул тот. — Твое место вон в той луже.       Скорп невольно перевел взгляд на землю, куда рукой указывал Поттер, и это стало фатальной ошибкой.       Пролетавший рядом Стивен Финниган сильно подрезал его. Скорпиус от неожиданности отпустил метлу и, не успев схватиться за черенок, чтобы вернуть управление…       Сорвался вниз.       Он уже мысленно прощался с жизнью, когда перед глазами возник образ мамы и Виктории.       «Странно. Почему Виктория?»       — Арресто Моментум!       Услышал Скорп прежде, чем разбиться насмерть. Заклинание, к счастью, подействовало — падение замедлилось, но он все равно рухнул в ту самую лужу. Лицом в грязь.       — Мерлинова борода! Малфой, какого драккла? — к нему подбежал тренер Фастер и помог подняться. — Ты сам упал или Поттер снова тебя доставал?       Мужчина очистил его с помощью палочки и присел на корточки, чтобы быть наравне.       Следом приземлились трое задир, которые чуть не убили его.       Джеймс растянул губы в злорадной привычной усмешке, а Стивен провел палочкой по своему горлу, как бы говоря «молчи, а то хуже будет».       — Сам. Не справился с управлением, — соврал Малфой, потупив в землю взгляд.       Его трясло от несправедливости и гнева. Чертов Поттер. Будь он неладен! Как у прекрасной Джинни мог родиться настолько отвратительный сын?       — Третий раз за месяц, — Фастер вздохнул и встал. — Возможно, полеты на метле — это не твое? Знаешь, может, мне стоит поговорить с твоим отцом…       — Нет! Нет, пожалуйста! — запротестовал Скорпиус, вскинув испуганный взгляд на тренера. — Я… Буду стараться лучше. Прошу, не исключайте меня!       После смерти матери единственной его отрадой стали полеты. И если его лишат команды, Скорп просто не справится с тревогой, которая порой накрывала его с головой.       — Малфой, ты славный малый, но…       Вдруг гром разразил небо, и сверкнула странная зеленая молния. Это было похоже на то, будто сработал портключ. Скорп резко вскинул голову, всматриваясь в тучи.       — Вы видели? Молния странная была, — спросил он у Фастера.       Тот задумчиво почесал голову.       — Обычная молния. Ладно, ребятки, давайте по домам. Встретимся через пару дней. Малфой, ты слышишь?       Но Скорпиус, хмуря брови, пялился в небо, пытаясь понять, что за вспышка была ранее.       — Опять завис, — хмыкнул Питер.       — Придурок, — усмехнулся Стивен.       — А ну хватит, — осадил мальчишек тренер. — Малфой, ты чего увидел там? Иди переодевайся. На следующей тренировке дам тебе последний шанс. Последний, уяснил?       Скорпиус наконец-то оторвал глаза от непонятного явления и слабо кивнул.       — Понял.       Затем стадион опустел. И никто не собирался появляться здесь еще целых два дня.

***

      Лишь ближе к полудню Теодор и Гермиона покинули спальню.       — Нет, Тео, — привычно ворчала Гермиона. — Я ее наказываю, а ты собираешься вести в Хогсмид на какие-то аттракционы? Нет и еще раз нет.       — Зануда, — беззлобно бросил он. — И что, она правда будет сидеть дома все дни?       — Теренс читает ей лекции о том, как должны вести себя хорошие девочки.       — Салазар, какой ужас, — деланно поморщился Теодор. — Ты проявляешь излишнюю строгость.       Гермиона вскинула бровь от удивления и хотела было возразить, но к ним на всех порах примчался испуганный Теренс.       — Виктория! Она пропала! — почти кричал он, тяжело вздыхая. — Эльфы, я и даже Таддеус искали ее целый час! Ее нигде нет!       Сердце Гермионы болезненно сжалось. Перед ее глазами внезапно потемнело. Видимо, Теодор заметил ее состояние и, немедля ни секунды, обнял за талию, прижав к себе. Мотнув головой, дабы стряхнуть странное наваждение, Гермиона решила переспросить.       Быть может, ей послышалось?       — Что… Ты сказал? — надтреснутым голосом уточнила она. — Пропала?       Следом за Теренсом появился и Таддеус. Невзирая на грозный вид, он явно был сильно взволнован.       — Я отправил запрос в аврорат, — заговорил он, — мисс Грейнджер, есть варианты, куда она могла пойти?       — Куда девятилетняя девочка, всю жизнь живущая в Австралии, могла пойти? Она ничего и никого не знает. Ну, кроме Поттеров и Уизли, — нервно произнесла Гермиона, теряя связь с реальностью.       Ее начало трясти. Дыхание ускользало, а паника сродни лианам плотно обвила тело, погружая в тесный омут страха.       Тео выглядел едва ли лучше. Гермиона отчетливо видела, как его глаза наполняются ужасом.       — Мы сможем найти ее с помощью ритуала, — он схватил Гермиону за руку и потащил по коридору.       — Что? Куда ты меня ведешь? Нужно позвонить Джинни и Драко, Гарри, Рону, Молли и…       — Любого ребенка семьи Нотт можно найти с помощью кровного ритуала, — поведал Теодор, не оборачиваясь. Он буквально летел вперед. — Нам нужно в библиотеку. Сейчас же.       — Теодор, — обратился семенящий следом Теренс, — ритуал не сработает с бастардом.       Тео вдруг замер на месте. Повернулся к дяде, и Гермиона ошеломилась той ярости, что проскользнула на его лице.       — Это было сделано для того, чтобы всякие… незаконнорожденные дети не смели претендовать на наследство, — чуть слышно отозвался Таддеус. — Да, на гобелене мы можем их увидеть, но вот отыскать…       — Но ведь ты как-то нашел нас, когда Викки только родилась! — голос Гермионы приобрел истеричные нотки.       Теренс кивнул, но затем понурил голову.       — Мне понадобилось около четырех дней, чтобы узнать ваше местоположение, — виновато ответил он.       — Блядь, это слишком долго, — Тео явно терял терпение.       Он отпустил Гермиону, сокрушенно схватился за голову и взъерошил волосы.       — Срочно звони всем, Грейнджер. Я к Малфоям.       — Я в аврорат, — заявил Таддеус.       — Хорошо, — сбивчиво ответила Гермиона, — но я наведаюсь к Уизли и Поттерам. Тоже…       Признаться, она не понимала, куда идти, с чего начать, мысли хаотично метались в голове, и взять себя в руки казалось невозможным.       Заметив застывшую на месте и наверняка бледную как полотно Гермиону, Тео приблизился к ней, бережно взял ее лицо в ладони и мучительно медленно поцеловал.       — Мы обязательно ее найдем целой и невредимой, — сказал он, смотря ей в глаза. — Я клянусь своей магией и жизнью.       У Гермионы не осталось выбора, кроме как поверить ему.

***

      Виктория, потерявшая сознание во время перемещения, очнулась… под лавочкой. Это казалось совершенно необъяснимым. Судя по окружающей обстановке, она оказалась в буфете или школьной столовой.       Страх перед неизвестностью отступал на второй план перед ужасом воспоминаний — страхом быть сожженной собственной семьей. Виктория вылезла из-под лавочки, огляделась и, присев на пол, крепко обняла себя, тихо всхлипывая.       — Неужели они действительно могли бы это сделать? — прошептала она.       Слова Розмари в тот момент казались абсолютной правдой, и Виктория ни на секунду не сомневалась в их искренности. Но теперь, оказавшись в этом странном месте, она осознала, что, возможно, поспешила с выводами.       — Наверное, я ошиблась… — хныкала она, прижимаясь к полу. — Мама… — Виктория подняла взгляд к потолку. — Забери меня, пожалуйста. Я больше так не буду.       В ответ — лишь тишина.

***

      Вечером того же дня, спустя восемь часов после пропажи ребенка, Гермиона и Теодор в окружении друзей и близких размышляли над тем, куда могла пропасть девятилетняя девочка из закрытого поместья.       В гостиной Нотт-мэнора собралось множество людей: Уизли, Поттеры, Малфои и даже Блейз с матерью, узнав о случившемся, прибыли на помощь.       Каждый предлагал разные варианты того, как найти девочку. Часть была адекватной, часть вовсе абсурдной (как думалось Гермионе). Аврорат, по велению Гарри, пребывал в полной боевой готовности. А Теренс даже смог достучаться до австралийского магического консульства.       Несмотря на несметное количество помощников, Гермиона места себе не находила, потому что дело не продвигалось. Теодор же искал способы, как сделать так, чтобы Виктория из бастарда стала законорожденной наследницей. Грейнджер могла поклясться, что впервые видела его настолько взвинченным. К счастью, Драко ему помогал, обложившись книгами. Гермиона же была не в силах читать — паника ее поглотила с головой.       — Все будет хорошо, любимая, — Джиневра ласково обняла ее. — Мы все здесь, чтобы помочь вам найти ее.       — Она совсем одна, — тихо сказала Гермиона. — И непонятно где. Я отвратительная мать. А если… если ее оборотни похитили? Съели? А если грабители пролезли в поместье и убили её, как свидетеля?       Самые ужасные мысли вонзались ей в голову. Гермиона едва могла дышать. Слез не осталось — все выплакала.       — Послушай, — продолжила Джинни, — может…       — Нашел! — вдруг крикнул Драко, и все в гостиной вздрогнули. — Вам нужно пожениться!       Гермиона вскочила с софы и бросилась к заваленному книгами столу. Посмотрела на Малфоя, нервно сглотнув.       — Это точно поможет? — уточнила она, оперевшись двумя ладонями на стол.       Он же, нахмурившись, пробежался глазами по строкам и сухо кивнул.       — Тео, Гермиона, сами прочитайте.       Нотт и Грейнджер обошли стол и буквально вырвали книгу из рук Драко. Не ожидавший столь резкого порыва, Малфой пошатнулся, но все же выстоял. И отошел в сторону. От греха подальше.       — Так, вот тут, — Теодор ткнул на строчку, где выцветшими чернилами была написана банальная клятва: «…все твое — мое, а мое — твое…» и так далее, и тому подобное.       — Поняла. То есть… мы сейчас поженимся? — мысль не то чтобы пугала Гермиону, но…       Нет. Она определенно ее испугала.       Тео уставился на нее с такой печалью в глазах, что Гермионе захотелось провалиться сквозь землю.       «Почему он так смотрит?»       — Ты наверняка не хочешь становиться женой кого-то вроде меня, — произнес он несусветную чушь.       Зал погрузился в тишину. Казалось, все ждали решения Грейнджер.       — Ты в себе? — наконец сказала она. — Быстро бери меня в жены, Теодор Нотт.       Самое идиотское предложение руки и сердца, пожалуй, за всю историю человечества прозвучало сейчас из уст Гермионы Грейнджер.       Через пару мгновений гостиная Нотт-мэнора погрузилась в хаос, потому что каждый принялся готовиться к молниеносному бракосочетанию.       Свечи горели. Пергамент с клятвой был готов. Теодор держал ритуальный нож.       Не так Гермиона, будучи еще девочкой, представляла свою свадьбу. Она мечтала о цветочной арке, белом платье, розовом шампанском, розах… Но ситуация не позволяла думать о празднике, когда на кону стояла жизнь ее дочери.       — Начинай, Теренс, — бросила она другу, сглотнув ком в горле.       Тот странно дернулся и стал зачитывать речь.       — Мы собрались здесь…       — Дальше давай, — терял терпение Теодор.       Гермиона благодарно ему кивнула. Он же ответил ей натянутой улыбкой.       — Согласна ли вы, Гермиона Джин Грейнджер, взять Теодора Таддеуса Нотта в законные…       — Согласна! — она даже не дала Теренсу договорить.       Тот демонстративно прочистил горло и, одарив двух молодоженов укоризненным взглядом, продолжил:       — Согласны ли вы, Теодор Таддеус Нотт…       — Согласен, — немедля ответил он, смотря Гермионе в глаза.       — Да можно мне хотя бы речь сказать? — всплеснул руками Теренс, недовольно цокнув.       — Не время и не место. Потом… Как-нибудь, — осадил его Таддеус. — Возьмите нож, сделайте порез на ладонях, сожмите руку друг друга и капните кровью на пергамент с клятвой, произнося написанные там слова. Только…       Нотт-старший сощурил глаза, многозначительно замолчав.       — Что? — раздраженно спросил Тео.       — Это навсегда. До самой смерти, — завершил свою мысль Таддеус. — Эта клятва очень темная. Нерушимая. И даже касаться других…       — К черту. Я переживу, — огрызнулась Гермиона. — Давайте уже скорее приступим к поиску моего ребенка!       — Нашего, — мягко исправил ее Теодор.       — Я тебе врежу сейчас, Нотт. Режь уже!       Деланно качая головой, Теодор порезал себе ладонь, Гермиона сделала то же самое.       Они схватились за руки. Плотно. Крепко. Кровь обильно капала на бумагу, вокруг замерцало волшебство. Далеко не светлые чары окутали холл, ибо свечи частично погасли, и что-то темное вихрем пронеслось по гостиной.

В тени забытых звезд, под взглядом луны багровой,

Мы связываем души навек клятвой мрачной, кровавой.

И тьма — наш свидетель, и ночь — наши страсти.

Я даю тебе, тебе свою кровь и силу,

В объятьях теней мы будем жить в вечной могиле.

Твоя воля — мой закон, твой гнев — моя боль,

И вместе мы станем сильнее, чем тьма сама собой.

Клянусь тебе своей жизнью и душой,

В вечной тени, в мрачном покое навеки быть с тобой.

      Гостиная погрузилась в кромешную тьму. Все свечи погасли...