Одна ошибка

Вечер в доме был тихим, почти обманчиво спокойным. Джим уже стоял у двери надевая куртку, когда Эмбер выглянула из своей комнаты. — Ты сегодня поздно? — спросила она, опираясь на косяк. — Скорее всего, да, — ответил он, проверяя карманы. — Не жди меня. Ложись спать, у тебя завтра рано утром занятия. Она кивнула чуть нахмурившись, но ничего не сказав. — Будь на телефоне, — добавил он уже мягче. Она коротко кивнула и вернулась в комнату.

***

Место сбора было на окраине, тёмная, почти пустая парковка. Там его уже ждали 4ро "коллег". Разные, но чем-то похожие, уверенные и чересчур спокойные. Кто-то кивнул ему, кто-то коротко пожал руку. Сегодня он впервые работал не один. — Цель — пиццерия, — сказал один из них, проверяя оружие. — Там собираются люди, которые решили поиграть против босса. Джим молча кивнул. Он знал это место, даже слишком хорошо. Он был там пару раз с Эмбер. Тёплый свет, запах теста, шум разговоров, вкуснейшая пицца.. Обычное место - сегодня цель. Они вошли быстро и без предупреждений. Первый выстрел разрезал пространство, как нож. Потом ещё один. И ещё. Раздались крики и грохот падающей мебели, звон разбитого стекла. Джим двигался вместе с группой чётко и слаженно, без лишних движений. Люди пытались бежать, но их догоняли. Пытались спрятаться, но находили. Всё длилось около получаса, а внутри казалось, будто прошло намного больше. Всё стихло будто в один момент. Столы были перевёрнуты. Стены были испачканы. Тишина была тяжёлая, прожжённая порохом и запахом крови. — Чисто, — коротко сказал кто-то из ребят. Они вышли через чёрный ход, и вот тогда это произошло. Из окна соседнего дома высунулась старушка. Маленькая, в халате, с недовольным лицом. — Да что вы творите там?! Совсем совесть потеряли?! — начала она ворчать, не до конца понимая, что происходит. Один из парней мгновенно поднял оружие. — Стой, — резко сказал Джим, перехватывая его руку. — Она ни при чём! Но уже было поздно. Произошёл короткий громкий выстрел. Женщина исчезла из окна. Тишина снова вернулась, но уже другая. Кто-то хлопнул Джима по плечу. — Забей. Она была свидетелем, ты привыкнешь. Но слова прошли мимо. — По машинам, — бросил другой. И они уехали.

***

На базе всё было как обычно. Переодевание в чистую одежду, шутки и чуждая Джиму лёгкость. Все вели себя так, будто ничего не произошло. Джим только закончил переодеваться в чистую одежду, когда к нему подошёл один из людей Ковальского. — Босс хочет тебя видеть. В кабинете было тихо. Мистер Ковальский уже ждал. Он сидел на диване, чуть расслабленно, держа в пальцах сигарету. Дым медленно поднимался вверх, растворяясь под потолком. — Проходи, Джим. Садись. — сказал Ковальски, указывая на диванчик перед собой. Джим сел напротив. Несколько секунд молчания были неловкими для Джима, ведь Ковальский изучал его взглядом до ужаса внимательно. — Мне сообщили, что ты пытался остановить устранение свидетеля, — сказал он спокойно. — Она была ни при чём. — не стал отрицать Джим. Ковальский слегка наклонил голову, будто раздумывая. — Я понимаю, — сказал он наконец. — Тебе всё ещё тяжело. Он затянулся и выдохнул дым в сторону. — Но на такой работе свидетели - это риск. Даже если это старушка, и даже если она просто выглянула в окно. Пауза была короткой, но достаточной дабы уловить суть его слов. — Исключение только одно - дети. Детей трогать нельзя. Ковальски посмотрел прямо в глаза Джиму. — Ты должен относиться к этому серьёзнее. Эмоции, сомнения, жалость.. всё это мешает работе. На войне ты ведь не думал о том, хороший перед тобой человек или нет. Между ними повисла долгая, тяжёлая тишина. Слова о войне отразили в глазах Джима тяжёлые воспоминания. — Здесь то же самое, — добавил Ковальский наконец прервав тишину. — Или ты делаешь работу, или она делает тебя. Он стряхнул пепел в цветную пепельницу с цветочками, вылепленную явно из какой-то дешёвой глины. — Я не сомневаюсь в твоих способностях, Джим, но тебе нужно собраться. Когда Джим вышел из кабинета, внутри было тяжело. Он понимает, если он хочет выжить в этой системе, то ему придётся адаптироваться под неё. У него нет другого выбора, не он тут главный.