Abyssus

Луна стояла высоко над морем, словно серебряное око, следящее за ними. Волны лениво накатывали на берег, шепча на своём древнем языке. Солёный ветер развевал чёрные волосы Гарри, который медленно ступал по влажному песку. Кожа Гарри сверкала влажным блеском, длинные чёрные волосы прилипли к плечам. Он ступал босыми ногами по камням — ноги. Словно сама магия моря, невидимая и живая, позволила ему стать ближе к нему. А Лорд уже ждал. Он стоял в темноте, в плаще, который колыхался за спиной, как крылья чёрной птицы. Его глаза горели. Не просто жаждой — болезненной, опасной одержимостью. — Ты снова здесь, — голос Тома был охрипшим, срывающимся, словно ему не хватало воздуха. — И я снова не в силах сдерживаться, когда вижу тебя. Гарри остановился перед ним, смотрел снизу вверх, его губы дрожали от лёгкой улыбки. — Я здесь, Том. Одного этого было достаточно. В следующее мгновение Том обрушился на него, как хищник. Его пальцы сжали лицо Гарри, их губы столкнулись в жёстком, требовательном поцелуе. Язык Тома ворвался в его рот, исследуя, подчиняя, разжигая огонь. Гарри застонал — мягко, покорно, отдаваясь его дикому порыву. — Я не могу… — выдохнул Том, отрываясь от губ, — я больше не могу. Я думаю о тебе каждый миг. Я не могу спать, я не могу дышать, когда тебя нет рядом. Ты — яд, Гарри. Ты проклятие и благословение. Он снова впился в его губы, будто боялся, что Гарри исчезнет. Его руки рвали застёжки, срывали одежду, оголяя гладкую, светящуюся в лунном сиянии кожу. — Ты даже не понимаешь, — прошипел он, скользя пальцами по его груди, — какой ты красивый. Богомерзко красивый. Неземной. Я хочу разорвать тебя. Утонуть в тебе. Том повалил его на расстелённый плащ. Гарри поддался, его волосы рассыпались по ткани как тёмное пламя. Лорд встал над ним, глядя вниз, как на алтарную жертву. — Я мечтал об этом каждую ночь, — его голос дрожал. — Я жаждал этого тела. Этих губ. Твоего дыхания. — Я твой, Том, — едва слышно прошептал Гарри. — Возьми меня. Волны мягко шипели рядом, будто тоже затаили дыхание. Лорд опустился на него, ладонями раздвигая его бёдра. Его пальцы скользили вниз — требовательно, властно, ощупывая, проверяя, подготавливая. Гарри выгибался навстречу этим движениям, его дыхание стало прерывистым. — Слишком мало… слишком мало, — хрипел Том, скользя губами по его шее, груди, животу, оставляя влажные, пылающие дорожки. — Мне всегда мало тебя. Я хочу захлебнуться в тебе, Гарри. Он облизал его возбуждённый член — медленно, сладостно, ласково и мучительно. Гарри вскрикнул, судорожно сжимая в пальцах его волосы. — Том… — дрожал его голос. — Ещё… прошу… Его стоны сводили Тома с ума. Его одержимость росла как шторм, как прилив. — Боже, как ты сладок, — сдавленно простонал Тёмный Лорд, покрывая его член глубокими движениями губ и языка, доводя до грани. Гарри задыхался, сжимаясь в судорогах наслаждения. Когда он почти кончил, Том отстранился, глаза его горели, губы блестели. — Нет, — прохрипел он. — Я хочу чувствовать, как ты взрываешься внутри меня. Он перевернул Гарри на живот, ладонями разводя его бёдра шире, обжигая кожу горячим дыханием. Его член, пульсирующий, готовый, скользнул к его входу. Том с трудом сдерживал себя — руки дрожали. — Ты готов? — Всегда, — едва слышно выдохнул Гарри. Том медленно вошёл в него. Глубоко. Полностью. Он вцепился пальцами в его бедра, задыхаясь. — Боже… ты обволакиваешь меня… ты пульсируешь вокруг меня… — он судорожно шептал, прижимаясь к его спине, прерывисто вдыхая аромат его кожи. — Ты создан для меня. Только для меня. Он начал двигаться. Сначала медленно, глубоко, чувственно, будто смакуя каждое движение. Потом быстрее. Сильнее. Гарри выгибался под ним, стонал громко, захлёбываясь наслаждением. — Да… — его голос дрожал. — Том… пожалуйста… ещё… Движения стали жёсткими, беспощадными. Том тяжело дышал, задыхался над его ухом. Движения стали жёсткими, беспощадными. Том тяжело дышал, задыхался над его ухом. — Я потерян в тебе, Гарри. Ты мой грех. Моё безумие. Моя зависимость… — Том… я… я люблю тебя… Эти слова сорвали остатки самоконтроля. Том с рыком погрузился в него до конца, обхватил рукой его член, яростно дрочил в такт движениям. Оргазм накрыл их почти одновременно — судороги, дрожь, всхлипы, стоны, влажная вспышка между пальцами. Том рухнул на него сверху, их тела сплелись в единое целое. Долго они просто лежали — слипшиеся, дрожащие, обессиленные. — Я задыхаюсь без тебя, — шёпотом выдохнул Том, обнимая его сзади. — Если ты исчезнешь… я сойду с ума. Гарри слабо улыбнулся, поворачиваясь к нему лицом. — Я не исчезну.