Цветок на шраме

      Удар обрушился сверху с неотвратимостью падающего метеорита. Ты едва успел разорвать дистанцию, уходя перекатом. Металлический пол под ногами вздыбился, скрежет рвущихся плит заглушил на мгновение гул проклятой машины «К’тарр».       Хранитель больше не был ослеплен. Его багровое око сфокусировалось на Алии — источнике света, который причинил ему боль. Монстр совершил немыслимый для своих габаритов рывок. — Щит! — рявкнул ты, бросаясь наперерез.       Золотой купол вспыхнул перед девушкой, но для Хранителя он стал лишь хрупким стеклом. Чудовищная конечность врезалась в барьер. Свет разлетелся мириадами осколков. Алию отбросило ударной волной — она пролетела несколько метров и с глухим стуком впечаталась в решетчатую переборку. Девушка сползла на пол, судорожно хватая ртом воздух. Золотое сияние, окружавшее ее всё это время, начало стремительно угасать, сжимаясь до тусклого, прерывистого мерцания. — Алия! — твой голос потонул в реве турбин.       Времени не было. Хранитель уже разворачивался к тебе. Обезглавливатель в твоих руках стал тяжелеть иначе — он начал терять плотность. Жар от работающего механизма Зодчих высушивал воздух. Влаги катастрофически не хватало, чтобы поддерживать такую массу льда. Бирюзовые руны на предплечьях обжигали кожу, сигнализируя об истощении. Твое внутреннее «озеро» маны мелело на глазах. Обычной чистой силы было недостаточно, чтобы пробить эту тварь.       Тогда ты опустил взгляд.       Пол вокруг был завален разорванными телами шаманов и элитных гоблинов. Вязкая, темная кровь заливала металлические решетки, смешиваясь с сукровицей и внутренностями.       Если вода — это основа жизни, то кровь — это ее концентрат.       Внутренний аватар, твоя темная половина, заворочался в подсознании, издав одобрительный рык. Пора было отбросить чистоплюйство. Правила изменились.       Ты закрыл глаза на долю секунды и потянулся маной не в пустой, сухой воздух, а вниз. В саму смерть.       Руны на твоих руках дернулись, меняя цвет с чистого бирюзового на грязно-багровый. Ты почувствовал, как влага откликается. Но это была не вода. Это была чужая кровь. Она начала подниматься с пола красной взвесью, с шипением стягиваясь к лезвию Кубикирибочо.       Черный лед с жадностью впитывал эту скверну. Меч на глазах менял структуру — он стал еще массивнее, покрылся жуткими зазубринами, с которых капала ядовитая, незамерзающая черно-красная слизь. Магия перестала быть искусством. Она стала грязным инструментом выживания.       Хранитель бросился на тебя, но внезапно споткнулся.       Сбоку, прямо под его ноги, проскользнул Мусорщик. Монстр зацепил киборга по касательной: с отвратительным скрежетом когти Хранителя сорвали целую пластину грудной брони Мусорщика, обнажив искрящие провода и синтетические мышцы.       Но Мусорщик не отступил. Игнорируя урон, он вогнал свой бронированный кулак, на котором мерцал оголенный плазменный резак, прямо в открывшееся сочленение на опорной ноге божества. — Жри, тварь! — прохрипел вокодер.       Разряд синего тока прошил ногу монстра. Хранитель взвыл, его движения мгновенно стали дергаными, а красные энергетические нити, регенерирующие его броню, с треском погасли. — Я замкнул ему контур регенерации! — проорал Мусорщик, откатываясь в сторону от ответного удара. — Руби его, мать твою! Сейчас!       Ты поднял кроваво-ледяной Обезглавливатель. Твои глаза уже не видели ничего, кроме уязвимой шеи монстра.