Ходячая мертвая девочка.

В июле лотерея выбрала университет Блэквелл в качестве хозяина осеннего банкета. Для Лис это было относительно удачное совпадение, ибо добираться всего несколько часов, но никто из них не чувствовал особого энтузиазма, когда они садились в автобус. Особенно Мара. Банкет задумывался как двухдневное мероприятие, чтобы оправдать затраты и время в пути для дальних команд, но Лисы единогласно проголосовали уехать в ту же ночь. Шести часов, проведённых среди команд, которые неоднократно и с нескрываемым удовольствием поливали их грязью в прессе и лично, было более чем достаточно. На этот раз Мара села рядом с Кевином, они делили между собой последние крохи душевных сил. Рико ждал их. Но дело было не только в нём, там должны были быть все Вороны. И хозяин тоже. Предстояла долгая, очень долгая ночь. Блэквелл показался не сразу, но два стадиона было видно издалека. Футбольный и экси поля располагались по разные стороны кампуса, словно массивные книжные подпорки. — Эй, эй, — позвал Эндрю из-за спин Мары и Кевина, перегнувшись через спинку сиденья. — Если будешь так дышать, порвёшь себе что-нибудь, Кевин. Кевин не ответил, уткнувшись лицом в сгиб локтя. — Посмотри на меня, — сказал Эндрю. — Всё будет хорошо. Ты же веришь мне, да? — Верю, — ответил Кевин, голос его был глухим и напряжённым. — Врёшь, — фыркнул Эндрю и чуть подался вперёд, чтобы выглянуть в окно Кевина. Они приехали не первыми, но и не последними. Мара подняла голову и сразу нашла три чёрных автобуса, которые привели её кошмар. Единственным пятном цвета на них было тёмно-красное пятно вокруг силуэта ворона. Ваймак припарковался как можно дальше от автобусов Эдгара Аллана. Он вынул ключ из зажигания, вытащил из-под сиденья дорожную сумку Эбби и пошёл по проходу к задней части автобуса. — Все выходим, — бросил он, и команда покорно встала и потянулась к выходу. Ваймак вытащил из сумки бутылку водки и протянул её Кевину: — У тебя десять секунд, чтобы выжрать из этого всё, что сможешь. Я засеку. Пошёл. Ужасно, сколько может выпить человек, когда ему нужен эмоциональный костыль. Когда Ваймак отобрал бутылку обратно, Кевин провёл рукой по губам и уставился в окно. Автобусы Воронов отсюда видно не было, но по его лицу было ясно: он и так их чувствовал. Когда Нил вышел из автобуса, Ваймак повернулся к Кевину и Маре: — Вы справитесь? — Они справятся, тренер, — сказал Эндрю. — Побольше веры. Ваймак не ответил, не отводя глаз от двух поломанных Воронов, что теперь числились в его команде. Мара сглотнула, пытаясь подавить тошноту. — Мы справимся, — голос её был таким же выжженным, как и она сама. Ваймак вздохнул: — Сделаю вид, что поверил. Эндрю повёл их к выходу. Ваймак отдал Эбби её сумку, дождался, пока Мара, Кевин и Эндрю переоденутся, и запер двери автобуса. У ворот их уже поджидали охранники, они сверили их со списком, один остался на посту, второй проводил команду до раздевалки. Домашнюю раздевалку в этот момент занимал Мэдисон, так что Лисам пришлось обойти стадион до гостевой. Мара пошла с остальными девчонками переодеваться, двигалась быстро и механически. Руки у неё дрожали, когда она попыталась закрепить на голове прядь волос. — Хочешь, я сделаю? — Предложила Рене, голос её был мягким. Мара хотела рявкнуть сама справлюсь, но лишь кивнула, не в силах совладать с голосом. Рене быстро и ловко заколола ей волосы. — Мы все здесь ради тебя, — прошептала она так тихо, что ни Элисон, ни Дэн не могли услышать. — Только скажи, и мы придумаем, как свалить. У Дэн талант к правдоподобной имитации пищевых отравлений. Мара втянула воздух сквозь стиснутые зубы. — Спасибо, — выдавила она. Рене улыбнулась на одну часть ободряюще, на три утешающе. — Конечно. Девушки вышли последними. Мара подошла туда, где ждали Кевин и Эндрю. Она всё ещё не верила по-настоящему, что эта пятиногая заноза может защитить её от Рико и его связей, но сегодня она примет любую и всякую защиту, хоть мнимую. Возле Ники Аарон бросил на неё вопросительный взгляд, осторожный, чтобы не привлечь внимания ни Эндрю, ни Кевина. Он будто спрашивал: ты в порядке? Мара сглотнула и чуть заметно кивнула, настолько незаметно, что поверить в это не мог бы даже Аарон. Одна из кладовок в главном зале была отмечена табличкой «Университет Пальметто». Они заперли там личные вещи, а Ваймак убрал ключ в карман. Быстро пересчитал головы и посмотрел на Кевина. Не сказал ни слова, только перевёл взгляд на Эндрю. Тот в ответ оскалился. Ваймак кивнул и повернулся к Нилу: — Ты, — сказал он, — постарайся в этот раз вести себя нормально. Без драк с ним сегодня. — Есть, тренер. Ваймак посмотрел на него с сомнением, но спорить не стал. — Ну что, вперёд. Стадион Блэквелла был пугающе тихим. Все, кто уже приехал, находились на поле. Полированный паркет накрыли толстыми мягкими матами, чтобы ножки столов и стульев не поцарапали покрытие. Свет горел весь, но табло висело тёмное. Мара прислушалась, вроде как играла музыка, но она поняла это наверняка, только когда зашла внутрь. Четырнадцать команд – это около двухсот пятидесяти игроков, плюс ещё человек девяносто сопровождающие, персонал, партнёры. Ваймак открыл дверь на поле и подтолкнул Лисов вперёд. Рядом у двери уже ждали несколько тренеров. Один из них взял мегафон и громко объявил прибытие Лисов. Разговоры по залу стихли, скрипнули стулья, когда на них обернулись. Ваймак посмотрел на Дэн, кивнул, без слов приказав двигаться дальше, и отошёл к коллегам, играть в доброго тренера. Эбби осталась с ним, напоследок бросив на Кевина обеспокоенный взгляд. Места на поле были распределены заранее, на спинках стульев развешаны ленты с цветами и талисманами школ. Найти короткий ряд оранжевых кресел оказалось несложно, а найти Воронов ещё проще. Две команды сидели за одним столом, друг напротив друга. У Мары похолодело в груди. — Мудаки, — процедила Дэн вполголоса, но с таким жаром, что Мара расслышала без проблем. Та даже не замедлила шаг. — Как банально, — сказал Эндрю с явным удовольствием. — Может, всё-таки будет весело. Пошли, вы двое. Не будем заставлять их ждать. Желая скорой смерти, Мара заставила себя идти. Вороны не привели никого с собой, как всегда. И цвета не привели тоже. Все двадцать два человека были в чёрном с головы до пят. Двадцать мужчин в одинаковых рубашках и брюках, две женщины в одинаковых платьях. — Рико, — сказала Дэн, отодвигая стул прямо напротив него. — Дэн Уайлдс. Рико протянул ей руку в снисходительном жесте рукопожатия, как лорд, ожидающий, что вассал поцелует ему костяшки пальцев. Дэн вложила свою ладонь в его и сжала. Рико улыбнулся, когда она отпустила. — Я знаю, кто ты, — сказал он. — Кто здесь не знает? Ты – женщина, которая капитанит команду первого класса экси. Ты, признаю, добилась неплохих результатов, несмотря на свои... недостатки. — Какие недостатки? — Ты правда хочешь, чтобы я начал их перечислять? — спросил Рико. — А мероприятие-то всего на два дня, Хеннесси. — Осторожнее, Рико, — сказал Мэтт, голос жёсткий. Дэн коснулась его руки, чтобы успокоить, и опустилась на своё место. Старшие игроки сели по одну сторону от неё, с Элисон, аккуратно усевшейся между Рене и Мэттом. Группа Эндрю вытянулась справа: Аарон, Ники, Нил, Мара, Кевин и сам Эндрю. У Мары кожа ползла от того, насколько близко к ней находился Рико, но она знала: с этим ничего не поделаешь. Он хотел, чтобы ей было не по себе, так значит, она не даст ему этого. Жан встал, как только Лисы расселись, и пошёл вдоль стола за Воронами, пока не оказался напротив Нила. Два пальца на плече Саванны Абернати, и она тут же освободила ему место. Жан сел в тишине. Сразу же после этого Вороны разом вышли из застывшей позы, но лишь для того, чтобы синхронно откинуться на спинки стульев. Единственным, кто продолжал сидеть прямо, был Рико, а Жан подался вперёд, рассматривая Нила. Под столом руки Мары напряглись до онемения. Они не могут знать, убеждала она себя. Хозяин сообщил им о смерти её брата, Рико издевался над ней из-за этого месяцами. У них нет причин подозревать, что Натаниэль жив. Что он — это Нил. — Ты мне кого-то напоминаешь, — сказал Жан, и надежда Мары рассыпалась в прах. — Если ты смотрел шоу Кэти, то, скорее всего, видел меня там, — сказал Нил. — Ах, да, ты прав. Наверное, оттуда. Как тебя звали? Алекс? Стефан? Крис? Нил уставился на него, напряжённый, потом глубоко вдохнул: — Нил. — Мм? — Жан склонил голову набок, словно от этого увидит лучше. — Не выглядишь как Нил. — Виновата моя мать, — сказал Нил. — Это она меня так назвала. — Как она, кстати? — Спросил Рико. Формально вопрос был адресован Нилу, но взгляд скользнул в сторону Мары и ударил точно в цель. Блять. Нил посмотрел на Рико, но Дэн заговорила раньше: — Не задирай мою команду, Рико. Здесь не место. — Я был вежлив, — сказал он. — Ты ещё не видела меня в «антагонистичном» режиме. Жан перевёл взгляд на Мару. Возможно, в его глазах мелькнуло извинение, но она не была уверена. Она вообще больше не была уверена, узнаёт ли в нём того Жана, каким помнила. Интересно, он меня узнаёт? — Привет, Мара, — сказал Жан, затем посмотрел на Кевина. — Кевин. — Жан, — тихо отозвался Кевин. Жан лениво улыбнулся, но в его серых глазах было мёртвое, холодное льдиной выражение. Эндрю подался вперёд: — Жан, — сказал он. — Эй, Жан. Жан-вальжан. Эй. Привет. Здрасьте. Жан раздражённо вздохнул, но всё же посмотрел на него. Эндрю протянул руку, и Жан совершил ошибку, пожав её. Костяшки Эндрю побелели, сжимая его пальцы. Жан не смог полностью скрыть вздрагивание, и его спокойное лицо треснуло от раздражения. Эндрю лишь шире улыбнулся, увидев это. — Я Эндрю. Мы ещё не встречались. — И слава богу, — сказал Жан. — Лисы – позор для первого класса экси, но ты своим существованием просто перечёркиваешь этот вид спорта. Вратарь, которому плевать на пропущенные голы, не имеет права держать клюшку в руках. Тебе следовало остаться на скамейке запасных, как той дешёвой пиар-затеей, какой ты и был. — Перебор, не находишь? — Мягко сказала Рене. Саванна громко фыркнула: — Если тебя заменил вот такой, ты, видимо, совсем никакая. Не дождусь, когда посмотрю один из ваших матчей. Это будет убогое зрелище. Мы бы даже сделали из этого игру на выпивку, да боимся, что откинемся с алкогольным отравлением. — О, нет, это было бы так... жалко, — процедила Дэн с тяжёлой иронией. — Это ведь первый раз, когда наши команды встречаются, — всё с тем же спокойствием произнесла Рене. — Может, не стоит начинать с такого уровня? — Почему нет? Вы же со всем остальным справляетесь не лучше, — сказала Саванна. — Вам вообще весело быть настолько отстойными? — Думаю, у нас веселья побольше, чем у вас, — ответила Рене. Мара слышала улыбку в её голосе. Ей было непонятно, как Рене удаётся сохранять такой тон, ведь сама она с трудом сдерживалась, чтобы не рассыпаться на глазах у Воронов. — Веселье для детей, — бросил Жан, отводя взгляд от Эндрю. Он хотел было добавить что-то ещё, но осёкся, когда действительно взглянул на Рене. Эндрю отпустил его руку, воспользовавшись заминкой, но Жан не сразу это заметил. Рико едва заметно дёрнулся, но Мара, чутко настроенная на его присутствие, не пропустила даже это. Жан тоже. — На этом уровне важны навыки, а у вашей команды с этим, увы, беда, — заговорил Жан снова. — Вам не место рядом с нами. — Тогда не стоило переходить в наш округ, — сказал Мэтт. — Никто вас здесь не ждал. — Вы забрали то, что вам не принадлежало, — сказал один из Воронов, второкурсник по имени Лукас, Мара его узнала. — Вы сами навлекли на себя унижение этого года. — Мы ничего не забирали, — ответила Дэн. — Кевин и Мара сами захотели быть здесь. Ворон, сидящий напротив Рене, усмехнулся: — Только не говори, что ты в это всерьёз веришь. Кевин пришёл к вам, потому что кто-то должен был научить вас, как вообще выглядит экси на поле. Если бы он остался помощником тренера, может, ещё как-то сносил бы вашу жалкую бездарность. Но теперь он снова в команде, долго он с вами не продержится. Как и Мара. Мы знаем их лучше, чем вы когда-либо сможете. Мы знаем, как сильно их раздражает ваше бессилие. Кевин наконец обрёл голос: — Они знают, как я к ним отношусь. Но одними словами ничего не исправить. Команда, которой нужно столько работы, требует куда большего. — Ты всё равно не останешься, — сказал Жан. Звучало это не как предсказание, а как приказ. — Подумай ещё раз над нашим предложением, прежде чем мы окончательно его отзовём. Твоя... зверушка – это балласт. Была и остаётся. Пора бы уже... — Что? — Эндрю повернулся к Кевину с округлёнными глазами. — У тебя есть зверушка, и ты не сказал нам? Где ты её держишь, Кевин? Жан раздражённо глянул на него: — Не перебивай меня, Доу. Звук, который издал Ники рядом с Нилом, был оскорблённым и острым, но Эндрю, напротив, расплылся в довольной улыбке: — О, за попытку плюсик, но не трать воздух. Маленький совет: ты не можешь ударить того, кто уже валяется в канаве. Только зря тратишь время и моё, и своё. — Хватит, — резко сказала Дэн, щёлкнув пальцами. — Прекратите. Это окружное мероприятие, здесь полно официальных представителей. Мы собрались, чтобы познакомиться, а не поубивать друг друга. Не можете сказать что-то хорошее – не говорите вообще. Это касается обеих команд. — Вот почему ваш новый щенок сидит так тихо? — Спросил Рико, кивнув в сторону Нила. — Ему нечего сказать «хорошего»? — Оставь его, — сказал Мэтт. — А в прошлый раз он был весьма... эмоционален, — сказал Рико. — Или это было только шоу для публики? Эй, я с тобой разговариваю. Ты правда собираешься меня игнорировать? Мара схватила Нила за запястье, в молчаливом предупреждении, ногти оставили на его коже полумесяцы. Не вздумай, идиот. — Трус, — протянул Рико с преувеличенным разочарованием. Он повернулся к Маре с приторной, тошнотворной улыбкой. — Весь в мать. Рука Мары обмякла. А за ней и самоконтроль её брата. — Знаешь, я тебя понимаю, — сказал Нил. — Расти как звезда должно быть, реально тяжко. Всегда товар, никогда человек. Ни одному члену семьи на тебя не плевать вне поля... да, звучит дерьмово. Мы с Кевином постоянно обсуждаем твои бесконечные и изысканные загоны насчёт папаши. — Нил, — отчаянно прошипел Кевин. Нил проигнорировал его: — Я понимаю, что ты не совсем виноват в своей нестабильной психике и в этом маниакальном бреде величия. И понимаю, что у тебя физиологически нет способности вести хоть какой-то внятный разговор, как это делают нормальные люди. Но, знаешь, ни один из нас не обязан терпеть твоё дерьмо в таких объёмах. Жалость – штука ограниченная, и ты свою квоту исчерпал примерно шесть оскорблений назад. Так что, пожалуйста, просто заткнись и отвали от нас к чёрту. Челюсти падали вдоль всего стола; симметрия Воронов треснула, когда они в ступоре уставились на Нила. Выражение Рико могло бы заморозить сам ад. Нил подался вперёд и посмотрел в конец стола на Дэн: — Я же сказал «пожалуйста». Я пытался быть вежливым. — Мэтт, — выдавила Дэн, голос осёкся. — Мэтт, тренера. Приведи тренера. О господи. Мэтт сорвался с места мгновенно. — Ты не можешь так говорить, — сказал Жан, в ужасе. — Тогда он не должен был втягивать меня в разговор. Меня всё устраивало, когда я молчал. Жан повернулся к Кевину и заговорил по-французски быстро и яростно: — Что, чёрт возьми, здесь происходит? — У него просто сложный характер, — сказал Кевин. — Мы стараемся с этим жить. — Жить с этим? Нет! Ты должен был приструнить его сразу, как он начал. Мы доверяли тебе. Почему он до сих пор не знает своего места? — У Нила нет места в играх Рико, — сказал Кевин. — Он Лис. — Он не Лис! — Забавно, — сказал Нил по-французски. Жан резко на него посмотрел. — Кажется, в контракте, который я подписывал, было написано: Университет Пальметто. — Контракт не меняет фактов, — сказал Жан. — Ты забыл, кто тебя купил? — Жан, прошу, — Мара едва дышала от ужаса. — Купил меня? — Переспросил Нил. — Никто меня не покупал. Кевин нахмурился, сбитый с толку: — Жан, о чём ты? Жан будто камень проглотил. Он уставился на Мару с ужасом: — Они не знают? — Пожалуйста, — умоляла Мара. Жан перевёл взгляд на Кевина: — Как ты можешь не знать? Зачем бы ты ещё его пригласил, Кевин? — У него есть потенциал, — сказал Кевин. Смех Жана прозвучал истерически: — Да спасёт вас бог, вы оба – бесполезные идиоты. Больше вас уже никто не спасёт. Как вы вообще до сих пор живы с таким уровнем идиотизма просто уму непостижимо. Голос Ваймака заставил Мару вздрогнуть: — Какого хрена здесь происходит? Мара подняла глаза, Ваймак стоял прямо за Нилом. Мэтт вернулся к своему стулу, но не сел. Жан проигнорировал Ваймака, развернулся к Рико и сказал по-японски: — Кевин и Нил не знают. Мара им не сказала, и Кевин не помнит. И вот тут ледяная маска Рико впервые дала трещину. Он метнул пристальный взгляд от Нила к Кевину: — Понятно. Они ещё тупее, чем я думал. Кевин метался глазами между Жаном, Рико и Марой. Осторожно спросил: — О чём вы гов... — На ноги, — оборвал его Ваймак и махнул Лисам. — Эбби договаривается с организаторами, чтобы нас пересадили. Жан наклонился к Нилу, пока тот задвигал стул: — Рико найдёт пару минут для тебя позже, — сказал он по-французски. — Лучше бы ты с ним поговорил, если не хочешь, чтобы все узнали, что ты – сын Мясника. Звук, который вырвался у Кевина, был задавленным, почти захлёбывающимся. Мара вцепилась ему в руку, и тревога осела внутри, как снег на мёрзлую землю. — Это неправда, — сказал Кевин, сипло. — Заткнись, — бросил Нил. — Ни слова больше. — Беги, — сказал Жан. — Это ведь у тебя лучше всего получается, не так ли? Ваймак остался разбираться с Эдгаром Алланом, а Лисы выметались со своего места так, будто от этого зависела их жизнь. На них уставились почти все, кто был в зале, но Лисам было плевать, они следили за Марой, Кевином и Нилом. Эбби и тренер Блэквелла проводили их к новому столу, теперь они сидели на окраине зала, но вряд ли кто-то из них жаловался бы на это. Расселись, как и прежде, но Кевин развернулся боком, чтобы видеть Нила через Мару. Он протянул руку, схватил Нила за подбородок и повернул его лицо к себе. Мара увидела, как в нём просыпается узнавание. Он открыл рот, чтобы сказать что-то, но Нил опередил его: — Нет, Кевин. Не здесь. Завтра поговорим. Кевин колебался, глядя то на брата, то на сестру: — Эндрю знает? — Только куски. Имя он не знает. — А кто ты знает? — Я сказал нет, — Нил вырвал его руку. — Мы здесь это не обсуждаем. Кевин ещё мгновение смотрел на него, потом резко встал, стул едва не утащился за ним. Эбби сразу оказалась рядом, лицо её было тревожным. Кевин ничего не сказал, просто жестом попросил её следовать и пошёл к выходу. Эбби шагнула за ним, но на полпути замерла, растерянная. Мара хотела бы последовать за ними. Но осталась. Приклеенная к стулу. Парализованная. Сможет ли Кевин её простить? Сможет ли снова ей доверять? А должна ли она была вообще рассказывать ему? Если она сама едва могла признать это вслух? — Иди, Эбби, — сказал Эндрю, отмахиваясь обеими руками. — Верни его обратно пьяным. А с Нилом мы разберёмся. Да, Нил? Нил кивнул. Эбби поспешила за Кевином, но перед тем, как скрыться, замахала кому-то. Мара проследила взгляд, это был Ваймак. Он шёл к ним с лицом грозовой тучи. — Нил, — сказала Дэн, усаживаясь на место Кевина рядом с Марой. — Ты в порядке? — А по-твоему, он похож на того, кто в порядке? — Вмешался Эндрю. Дэн метнула в него яростный взгляд, но его ухмылка ясно дала понять, что её злость его совершенно не впечатляет. Эндрю вцепился в край стола и откинулся назад, уравновесив стул на задних ножках. Прикрыв рот рукой, он даже не попытался говорить тише: — Я же говорил. — Сядь, Миньярд, — рявкнул Ваймак, подойдя сзади к стулу Мары. Эндрю драматично вздохнул и поставил стул обратно на все четыре. Ваймак переключился на Нила: — Ты говорил мне, что не будешь устраивать драку. Это так или нет? — В защиту Нила… — Начал Ники. — Я тебя не спрашивал, — перебил Ваймак. — Нил, говори. Нил смотрел в сторону выхода, словно пытаясь прикинуть, как лучше сбежать. Мара не могла понять, почему именно: из-за детского страха потерять брата? Из-за злости от одной мысли, что он может снова сбежать? Или из-за паники перед возможностью потерять последнего из своей семьи? Она резко протянула руку и схватила его за запястье так сильно, что это, наверное, должно было быть больно. Нил отвёл взгляд от двери и встретился с ней глазами. — Не убегай. — Мара и сама не поняла, это был приказ или мольба. Ваймак перевёл взгляд с одного на другого, затем сказал: — Нил, если ты не можешь тут оставаться — так и скажи. Эбби отведёт тебя куда-нибудь, пока не надо будет уезжать. Проветрись. У Мары перехватило горло. В голове снова и снова эхом звучал её детский, истошный крик: не уходи, не уходи, не уходи… — Нет, — сказал Нил. — Я знал, что так будет. Просто оказался не готов. Всё нормально. Мара смогла снова дышать. Она отпустила его запястье. — Что я могу сделать? — Спросил Ваймак. Нил посмотрел на него: — Не знаю. — Узнаешь – скажи. — Есть, тренер. Появление ещё одной команды помогло отвлечься. Кевин вернулся чуть позже, выглядя куда бодрее, в его системе, похоже, плавало нечеловеческое количество водки. Когда собрались все четырнадцать команд, тренер Блэквелла выступил с короткой речью о сезоне. Персонал начал выкатывать еду, и команды ели под звуки смеха и разговоров. Без давления игрового вечера им было проще вести себя спокойно. Главное не вспоминать про вражду и напряжение. Тринадцать тренеров заняли изначальные места Лисов рядом с Воронами. Лисам пришлось общаться с другой половиной зала. Дэн и Кевин тянули разговор на себе: Дэн с заразительным энтузиазмом, Кевин в пьяном благодушии. После ужина поле начали освобождать. У столов были складные ножки, их собрали и сложили в стопки по три у стены. Стулья громоздили друг на друга, пока те не начали угрожающе раскачиваться. Когда середина корта освободилась, там устроили пару игр-знакомств. Команды перемешались и распались, перебегая от одного развлечения к другому. В дальней части включили стереосистему, заиграла какая-то модная попса, половину поля тут же заняли танцующие. — Вперёд, — сказал Ваймак Лисам. — Развлекайтесь. Или не развлекайтесь. Мне всё равно. Только больше без драк, ясно? Большинство Лисов не стали ждать повторения. Дэн и Мэтт поспешили к волейбольной команде. Ники потащил своего кавалера на танцпол. Элисон начала заметно шататься, так что Рене увела её с поля перевести дух. Остались Нил, Эндрю, Мара, Кевин и Аарон. Ваймак оглядел их: — Вам повторить или вы всё услышали? — О, тренер, — Эндрю вскинул руки в бессильном жесте. — Вы даже представить себе не можете, насколько весело нам прямо сейчас. Это просто через край. Дайте нам минутку отдышаться, а то сердца повзрываются. — У вас тридцать секунд. Кевин не стал ждать и двадцати, он сразу пошёл вперёд. Мара едва удержалась от удивлённого вздёргивания бровей, когда он зацепил её под руку. Она не знала, для чьей пользы он это сделал, но вцепилась в него, как в якорь, и он позволил ей. Может, у них ещё был шанс. Он обошёл корт, заглядывая к каждой команде, кроме Воронов. То, что о Лисах думали на самом деле, не имело значения: Кевин мог разрушить любую беседу одним только появлением. Он не особенно старался быть вежливым, но хотя бы сдерживал привычное презрение. Мара говорила по минимуму, стараясь при этом не быть нарочито стервозной. Всё должно быть к месту, а сил устраивать конфликты у неё не осталось. Это было не весело, но… интересно. А с Кевином рядом разговоры быстро накалялись. Некоторые особенно заводились, когда заходила речь о прошлых матчах и профессиональных лигах. Время ускользало, и Мара вскоре перестала за ним следить. Недолго музыка играла, Вороны снова появились. — Эндрю, — позвал Нил у неё за спиной. — О, наконец-то, — сказал Эндрю. — Кевин, Мара, смотрите. Гости пожаловали. Мара подняла взгляд: Вороны пересекали поле, выстроившись клином, как перелётные птицы, направляющиеся на юг, в беспощадную зиму. Она сильнее сжала Кевину руку, оба напряглись. — Извините, — сказал Кевин брекенриджским Шакалам, с которыми они разговаривали. Мара уловила напряжение в его голосе и надеялась, что Шакалы – нет. Она с Кевином подошли ближе к Эндрю, и Мара почувствовала, как рядом с ней встал Нил. Аарон завис рядом с братом, пристально глядя на приближающихся Воронов. Рико остановился немного в стороне, остальные же обошли Лисов, развернув свой клин, пока те не оказались окружены. Мара окинула взглядом чужие лица в поисках первого движения. И оно пришло из самого неожиданного угла. Рене возникла будто из воздуха рядом с Эндрю и протянула руку Жану: — Жан, верно? Меня зовут Рене Уокер. Раньше мы так и не поговорили. Маска спокойствия на лице Жана дрогнула, сменилась замешательством и лёгким дискомфортом, но он принял рукопожатие. — Жан Моро. — Нил Джостен, — произнёс один из Воронов, переключая внимание Нила на себя. Тот обернулся, но Мара не осмелилась отвести глаз от Рико. С малых лет она знала: от хищника нельзя отворачиваться. Иначе вцепится без предупреждения. Хозяин не заставил себя долго ждать. — Кевин Дэй, — пророкотал он. — Мара Вест. Мара сглотнула подступившую к горлу тошноту и с трудом заставила себя посмотреть на приближающегося мужчину. Её так называемый опекун. Тот, кому её отдали на попечение после того, как отец был вынужден "продать" её в утешение. Он превратил её жизнь в Гнезде в сущий ад, избивал до полусмерти за малейшую провинность. — Хозяин, — отозвался Кевин, и голос у него предательски дрогнул. — Давненько… Хозяин сделал знак Воронам, и те наконец разомкнули строй. Чёрные костюмы, холодные лица, они сомкнулись вокруг Лисов, заполнив все бреши. Хозяин протянул руку, и Кевин дёрнулся, отрываясь от Мары. По-военному выпрямившись, он послушно вложил левую ладонь в протянутую. Тэцудзи поднял её, чтобы рассмотреть застарелые белые шрамы. — Мясники, — сказал кто-то сзади. Это был Жан. Мара резко обернулась, почувствовав, как то же самое делает Нил. Жан обошёл круг и теперь стоял чуть поодаль. Он наклонил голову, приказывая, и Мара проследила за его взглядом, Рико уже сходил с поля. Мара вновь вцепилась в руку Нила. Ей лучше было знать – ослушаться нельзя. Она могла сбежать из Капкана, но его хищные следы никогда её не отпустят. И, словно проклятые, следующие за дьяволом, близнецы двинулись за Рико.