Ходячая мертвая девочка.

Лисы свалили от Эбби ещё до полудня, но компания Эндрю не направилась обратно в Башню. Вместо этого они поехали на ранний обед. Аарон, Ники и Кевин были слишком похмельные, чтобы нормально есть, и вяло ковырялись в тарелках. Эндрю, как всегда, оставался равнодушным и не проявлял ни капли сочувствия. К тому моменту, как они закончили, троица выглядела немного бодрее, так что Ники отвёз их в магазин вечеринок в пятнадцати минутах езды от кампуса. Хэллоуин в этом году выпадал на вторник, а значит, Райские Сумерки устраивали вечеринку в пятницу перед этим. Мара узнала об этом только потому, что Ники уже неделю не затыкался. — Нам, по-моему, уже поздно наряжаться в костюмы, — заметил Нил, выбираясь из машины. — Явиться на хэллоуинскую тусовку без костюма – моветон, Нил, — сказал Ники. — К тому же бармены наливают по бесплатной порции тем, кто пришёл в образе. — Я не пью, — ответил Нил. — Тогда отдай свою порцию мне, ты, жадный ребёнок, — заявил Ники. — Знаю, ты клялся, что больше никогда не поедешь с нами за покупками, но мы делаем тебе огромную услугу, что потащили с собой. Ты ведь не доверил бы мне выбирать тебе костюм, да? А то я бы тебя, глядишь, в наряд французской горничной всучил. Пошли уже. В передней части магазина теснились украшения: от упаковок паутины до рюмок в форме черепов и наклеек с привидениями на окна. Они миновали ряды с париками, масками и целыми полками с гримом и броским макияжем. Вся задняя половина магазина была отдана костюмам. Вся шестёрка разбрелась между вешалками в поисках подходящего. Мара пристроилась за Кевином, не имея ни малейшего понятия, что вообще искать. Её родители никогда не были из тех, кто водит детей по домам собирать сладости и устраивает хэллоуинские вечеринки. Их обычная жизнь и так была достаточно ужасна, чтобы праздник показался избыточным. Мара перебирала ряд женских костюмов, и чем больше она видела, тем мрачнее становилась. Клоуны, полицейские, монахини, хиппи и всё это с вырезами до пупка и декольте, от которого ей хотелось сбежать. — А ты в чём будешь? — Спросил Кевин, перебирая костюмы в нескольких метрах от неё. Мара пожала плечами и вытащила ярко-красный комплект: — Вроде как... демон. Через проход Аарон фыркнул: — Вообще-то по смыслу нужно наряжаться в того, кем ты не являешься. Мара приподняла бровь: — То есть «антисоциальный мудак» тебе не подойдёт? Он закатил глаза: — Ха-ха. Кевин посмотрел на них обоих, а потом сказал: — А я буду... — он вытащил длинный тёмный костюм. — Жнецом. — Веселись, — буркнула Мара, пока он отходил к отделу с декорациями. Аарон достал костюм врача. — Креативно, — мрачно прокомментировала Мара. Он скорчил ей рожу и подошёл ближе: — Ты что-нибудь выбрала? — Нет, — пробормотала она. — Всё какое-то тупое. — Это Хэллоуин, конечно оно тупое, — сказал он. — Разве ты не наряжалась в детстве? — Почти нет, — ответила Мара. — Моя семья не про такое. — Моя, считай, тоже, — сказал Аарон, рассеянно трогая блестящий костюм. — До недавнего времени. Мара вздохнула. Наугад вытащила костюм вампира. Платье было коротковато, но без вырезов на животе и с куда более скромным декольте по сравнению с остальными. Аарон взял его у неё из рук: — Без клыков и крови, — заметил он. — А это обязательно? — Приподняла бровь Мара. — Если хочешь, чтобы выглядело правдоподобно, — сказал он. — А кто, блять, говорил про правдоподобие? — Возмутилась она. — Бармены не наливают за халтурные костюмы, — спокойно ответил Аарон, не обращая внимания на её стон. — Пошли, они, наверное, у декораций. Мара позволила ему отвести себя к аксессуарам и схватила первые попавшиеся клыки и тюбик с искусственной кровью. Остальные всё ещё выбирали себе костюмы, так что Мара и Аарон бродили без цели, дожидаясь остальных. — Я пойду в библиотеку поработать над рефератом, когда вернёмся, — сказал Аарон. — Если хочешь, присоединяйся. — Ты делаешь домашку в субботу? — С усмешкой спросила Мара. — Вот уж ботаник. Он закатил глаза: — Так ты идёшь или нет? — Ладно, — сказала Мара, покручивая в руках пластиковый скелетик. — Только сначала заскочу в мастерскую. Я там скетчбук забыла. Он кивнул. Несколькими проходами дальше Нил сказал: — Надо позвать остальных с нами. Ники уставился на него: — Что? Аарон тоже повернулся: — Нет, — сказал он. — Мы не тусуемся с ними. — Но они нам нужны, — сказал Нил, не сводя взгляда с Эндрю. — Один только талант нас до полуфинала не дотащит. Если бы этого хватало, вы бы прошли в прошлом году. Хватит рвать команду пополам. — Я ничего не должен, — отозвался Эндрю. — Я не прошу тебя с ними дружить, — сказал Нил. — Я прошу тебя сделать хотя бы шаг навстречу. — Дашь палец – откусят по локоть, — буркнул Аарон. — Ты серьёзно думаешь, что у них хватит духу забрать у Эндрю хоть что-то? Что он им позволит? — Нил покачал головой, когда Аарон попытался возразить. — Кевин сказал Рико, что мы увидимся с ними снова в полуфинале. Я бы хотел, чтобы мы начали играть как команда до реванша, а не после. Без уважения и понимания мы далеко не уедем. Можно начать хотя бы с этого. — Они всё равно откажутся, даже если мы их пригласим, — пробормотал Ники. — Мы сожгли тот мост в прошлом году. — Ты имеешь в виду Мэтта, — сказал Нил, глядя на кузенов. Ники отвёл взгляд, и тогда Нил снова посмотрел на Эндрю. — Эбби упомянула об этом в мою первую ночь здесь. Она боялась, что ты сделаешь со мной то же, что сделал с ним. Когда тренер на тебя наорал, ты сказал, что это другое. Так что случилось с Мэттом? — Спроси у него, — ответил Эндрю. — Я спрашиваю тебя. — Я бы предпочёл услышать, как он это расскажет, — сказал Эндрю. Он закинул тюремную полосатую робу себе на плечо и прошёл мимо Нила к выходу. Когда тот открыл рот, чтобы продолжить спор, Эндрю подцепил его подбородок пальцем и без усилия закрыл ему рот. — Спроси у него. А потом передай сплетникам, что пусть приходят, если осмелятся. Ники аж рот разинул: — Ты серьёзно? Улыбка Эндрю была широкой и презрительной. Он продолжил идти, будто ничего не слышал. — Это ничего не изменит в итоге. Но узнай это сам. Ники с Аароном обменялись ошарашенными взглядами. Ники в немом вопросе приподнял бровь, словно хотел убедиться, что не ослышался. Аарон только покачал головой. Ники почесал затылок, ещё раз взглянул вслед Эндрю и вернулся к вешалкам. Мара приподняла бровь, глядя на брата: — С каких это пор ты стал таким командным игроком? — А тебе бы не помешало тоже стараться, — сказал Нил вместо ответа. — Может и так, — пожала плечами Мара. — Но это ещё не значит, что я стану. Остальные давно нашли себе костюмы, а Нил всё никак не мог определиться. В какой-то момент Ники понял, что тот просто тянет время, и с тяжёлым вздохом отогнал его руки от вешалки. — Забей. Я сам тебе что-нибудь подберу. — Наряжусь студентом, — сказал Нил. — Нет, — отрезал Ники, раздвигая вешалки. — Ты будешь зомби-ковбоем. — Ты это придумал, — скептически заметил Нил. — Тшшш, — сказал Ники, стянув костюм с вешалки и закинув себе на руку. — С тобой совершенно невозможно. Я, пожалуй, вообще запрещу тебе ходить с нами по магазинам. — Я сам себе запретил в прошлый раз, — напомнил Нил. — Видимо, не сработало. Наконец, они собрали всё, что им было нужно, и направились к кассе.

***

Понадобилось немного ловкости и секретности, но Мара с Аароном умудрились выскользнуть от своих соседей по комнате и встретиться у Башни Лисов, и всё это без ведома Эндрю. — Может, ну его, эту затею с колледжем и спортом, и податься в шпионы? — Сказала Мара, когда они направились к Джонсон-холлу за её скетчбуком. — Только не говори такое при Кевине, — фыркнул Аарон. — Он ещё разревётся. Мара закатила глаза: — Я просто говорю, у меня уже неплохо получаются все эти прятки устраивать. Хоть какая-то польза от того, что мы скрываем это от Эндрю. Аарон не ответил, и она бросила на него взгляд. Лицо у него было мрачным, будто кто-то сообщил, что его любимая собака смертельно больна. Она слегка толкнула его плечом: — Я же шучу, — сказала она. — Это ты мне сам говорил, что мне не помешает чувство юмора. — Прости, — тихо ответил он. — За то, что не понял шутку? — Спросила Мара. — Ладно, прощаю. Он покачал головой: — Не за это. Я просто… жаль, что мы вообще должны прятаться. Мара засунула руки в карманы, в основном чтобы не думать, куда их деть: — Это не совсем твоя вина, — пробормотала она. — Эндрю –0 вот кто был бы против. — Я сам заключил с ним эту сделку, — проворчал Аарон. — Тогда мне казалось, что это правильно. Я… — Ты хотел брата, — тихо закончила Мара. — Только вот даже брата не получил, — сказал он. — Не по-настоящему. И от этой сделки, похоже, толку никакого. Мара отвела взгляд. Она попыталась представить себе вселенную, где между Аароном и Эндрю нет никаких условий, где она может держать Аарона за руку, не боясь, что увидит его брат. Но всё расплывалось в тумане невозможного. Она толкнула дверь в Джонсон-холл и пошла по направлению к мастерской. — Даже если бы не Эндрю, — сказала она, — есть ещё Рико. Аарон посмотрел на неё: — И что с ним? Она едва не усмехнулась: — Ты же видел, что он сделал с Сетом. — Ты не знаешь… — начал было Аарон, но она его перебила: — Аарон, — тихо сказала она. — Ты же знаешь, что это была не случайность. — Я… — Он осёкся. Мара толкнула дверь в мастерскую и включила верхний свет. Профессор Клайн оставлял студию, закреплённую за ним и его студентами, открытой круглосуточно, так как здание можно было открыть только с картой допуска, которая была только у студентов-художников и преподавателей. Учитывая, что была суббота, внутри никого не оказалось. Завтра, наверное, кто-то придёт, ибо проект нужно было сдать к следующему занятию. — Если Рико узнает про нас, он примется за тебя так же, как за Сета, — сказала она. — Последнее, чего он хочет – чтобы я была счастлива. Он сделает всё, чтобы сломать меня через тебя. Она подошла к столу, за которым работала, и достала спиральный скетчбук из отсека под ним. — Пытки, что ли? — Спросил Аарон, переходя через комнату. — Да, — прямо ответила Мара. Она отвернулась и сглотнула. — Он опасен, Аарон. Честно говоря, тебе было бы безопаснее, если бы мы прекратили… всё это. — А ты хочешь? — Спросил он. — Прекратить… всё это? — Нет, — призналась Мара, положив скетчбук на стол и повернувшись к нему лицом. — Но тебе было бы безопаснее, если бы мы так поступили. Он уже открыл рот, чтобы что-то сказать, но взгляд его упал на раскрытый скетчбук. Он нахмурился: — Это… я? Мара вспыхнула, увидев, что оставила блокнот открытым на странице с набросками Аарона и его брата. — Это было для класса, — поспешно объяснила она. — Портреты по памяти. Ничего особенного. Он взял скетчбук, и она не остановила его. — Я и Эндрю? — Уточнил он. Мара неловко пожала плечами: — У меня оставалось время. Захотелось челленджа. — А где я? Мара приподняла бровь: — Серьёзно? — Мы идентичные близнецы, — сухо заметил он. — Но вы же не клоны, — сказала Мара. Она указала на набросок. — Вот ты. Веснушек больше, брови гуще, и кудри у тебя менее выраженные. Видишь? Он уставился на рисунок. Это было не совсем как в зеркало, но как для работы по памяти, Мара, по её мнению, справилась на отлично. Он положил скетчбук обратно. Мара ожидала какой-нибудь комментарий или критику, но вместо этого он её поцеловал. Это было неожиданно и тем более приятно. И закончилось куда быстрее, чем ей бы хотелось. — Я тоже не хочу, — тихо сказал он. — Прекращать… это. — Поцелуи? — Чуть насмешливо уточнила Мара. — Всё, — прошептал он. — Совсем. Мара долго молча смотрела на него. — Кажется, мы облажались с этим «ничего серьёзного». — Ага, — кивнул он. — Мы это уже давно прошли. — Я… — Она облизывала губы. — Я никогда не была в настоящих отношениях. Ни открытых, ни тайных. Я не знаю, как это делать. — Мне нравится то, что у нас сейчас, — сказал он. — А тебе? Мара кивнула. — Тогда мы... продолжаем, — сказал он. — А если Эндрю или Рико узнают... Мара сглотнула: — Разберёмся, — прошептала она. — По ситуации. Он кивнул: — Меня это устраивает. На этот раз поцеловала она, приложив ладонь к его щеке, тёплой и живой.