Ходячая мертвая девочка.

Дэн проиграла пари Рене на следующий день. Мара сидела, уткнувшись в учебник по истории искусства, когда Дэн опустилась на журнальный столик прямо перед ней. Мара подняла взгляд, приподняв бровь. — Да? — Что там у Аарона с Эндрю? — Спросила Дэн. Мара закатила глаза. — Спроси у них. — Мы обе знаем, что они мне ничего не скажут, — парировала Дэн. — Что бы между ними ни происходило, это рушит наши шансы сплотить команду. А без этого нам не обыграть Воронов. Мара прикусила язык, чтобы не напомнить, что даже если бы они были самой слаженной командой Первого дивизиона, вряд ли смогли бы победить Воронов. Вместо этого она сказала: — Это, вообще-то, не твоё дело, и не моё. — Чушь, и ты это знаешь, Вест, — отрезала Дэн. — Эндрю с тех пор, как вернулся, делает вид, что ты для него не существуешь, хотя ещё в прошлом семестре он был готов встать между тобой и Рико. — Всё меняется, — холодно ответила Мара. — Меняется, — согласилась Дэн. — Моя догадка: изменилось то, что Эндрю узнал про тебя и Аарона. И ему это не нравится. Это было мягко сказано, но Мара промолчала. — Аарон никогда не относился к остальным в команде как к кому-то большему, чем к коллегам, — продолжила Дэн. — Он вёл себя как мудак с первого дня в Пальметто, и только когда Эндрю не было, стал другим. Так что что бы ни мешало ему общаться с нами, это связано с Эндрю. — Я же сказала, — процедила Мара, — это никого не касается, кроме них. — Мара, — настойчиво сказала Дэн. — Я хочу, чтобы команда добилась успеха. И мы можем, но не если эти двое будут нас тормозить. Мы не станем командой, пока они даже не пытаются. — Даже если бы ты знала о них всё, ты бы не заставила их заботиться о команде, — ответила Мара. — Но Аарону небезразлична ты, верно? — Сказала Дэн. — И не отрицай, мы видели вас, когда Эндрю здесь не было. Мы даже не думали, что Аарон способен заботиться о ком-то, кто ему не родственник, но, оказывается, ошибались. Мара отвела взгляд. — А теперь ты снова прячешься, — продолжила Дэн. — Аарон и Эндрю ненавидят друг друга, так почему же Аарону так важно угодить Эндрю, что он готов отодвинуть тебя на второй план? — Они не ненавидят друг друга, — возразила Мара, стараясь не выдать, как больно задели слова Дэн. — Ты ведь не можешь в это поверить. Дэн вздохнула: — Ну ладно, может, и не ненавидят, но у них всё… сложно. И это осложняет жизнь всей команде. Что у Эндрю на Аарона, что он его слушается? Мара едва не зарычала от раздражения. — У него ничего на него нет, он… — Она вздохнула, сдаваясь. — У них уговор, ладно? Дэн сразу оживилась: — Какой ещё уговор? Мара закрыла глаза. — Держаться вместе, — сказала она. — Только вдвоём, никаких друзей, никаких девушек. Всё, довольна? Разумеется, у Дэн появились новые вопросы: — И Аарон просто это принимает? Что он вообще получает взамен? Мара посмотрела на неё так, будто та сказала глупость: — Он получает брата. — Брата, который так с ним обращается? — Недоверчиво переспросила Дэн. — И это того стоит? — Ты единственный ребёнок в семье, — пробормотала Мара. — Тебе не понять. Дэн нахмурилась: — Ты тоже. Мара едва заметно дёрнулась. — У меня есть Кевин, — сказала она. Это была не совсем ложь, но на вкус всё равно неприятная. — Я достаточно понимаю. Дэн уже открыла рот, чтобы сказать что-то ещё, но телефонный будильник Мары её спас. Она схватила телефон и выключила сигнал. — У меня пары. Она подхватила рюкзак, закинув один ремень на плечо. На выходе обернулась и сказала: — Передам Рене, что ты должна ей сотню.

***

На следующее утро Мара снова занялась тем, чтобы скрыть синяки Нила от посторонних глаз. Пока она тянулась за другой кисточкой, Нил потянулся к пластырю на лице, скрывавшему клеймо Рико на щеке. Он встретился с ней взглядом, в котором был и вопрос, и предупреждение, и зажал между пальцами край ленты. Мара сглотнула, покосившись на Элисон, сидящую на журнальном столике и чередующую взгляды на её работу с быстрым набором сообщений в телефоне. Мара вздохнула и кивнула. Нил сорвал пластырь. Тройка была такой же резкой и чёрной, как Мара помнила, такой же, как её собственная в первые недели после того, как её накололи. Девушкам понадобилось полсекунды, чтобы понять, что они видят. В следующее мгновение Элисон уже вскочила на ноги с пронзительным: — Ты издеваешься?! Дэн была на кухне, а Рене в спальне, но обе выбежали на её крик. Дэн увидела первой и замерла лишь на секунду, прежде чем пересечь комнату и встать прямо перед Нилом. — Это шутка, — сказала она, схватив его за подбородок. — Нил? — Он велел мне перевестись к Воронам, — сказал Нил. — Сказал, что я могу доучиться этот год у Лис, но осенью перейду в Эдгар Аллан. Они накололи меня заранее, и я не смог их остановить. Я хотел, чтобы вы знали, если Рико вдруг скажет что-то об этом. Я всё равно Лис, что бы он ни говорил. Я не подписывал его бумаги. — Сними это, — сказала Дэн. — Это татуировка, — сказала Мара. — Она навсегда. Слова Мары привлекли внимание Дэн, и Мара заметила момент, когда та поняла, что их с Нилом татуировки совпадают. — Он дал тебе номер Мары, — ошеломлённо произнесла Дэн. — Чт… почему он это сделал? Мара встретилась взглядом с Нилом всего на секунду. Потом сглотнула. — Разве не очевидно? — Сказала она. — Он пытается заменить меня. — То есть он просто так откажется от мысли вернуть тебя? — Фыркнула Элисон. — Ага, как же. — Ты знала об этом? — Спросила Дэн. — Знала, да? Ты и Кевин. — Это неважно, — сказал Нил, не дав её злости разгореться. — Это было моё решение, не их. Но Дэн не унималась: — Ты позволила ему пойти к Рико, — обвинила она Мару. — Думаешь, я не пыталась его остановить? — Резко сказала Мара. — Кевин и Мара тут вообще ни при чём, — сказал Нил. — Речь шла не о них. Такого поворота Дэн не ожидала. Растерянность чуть остудила её гнев. — Ты сказал, что Рико пытался добраться до Кевина. — Я сказал, что Рико сосредоточился на мне из-за моей связи с Кевином, — ответил Нил. — Но я не говорил, что из-за этого пошёл к нему. Я просто хотел, чтобы вы знали об этом до начала сезона. Дэн дала ему подняться, но схватила за локоть, не давая уйти. Нил посмотрел на неё, но она смотрела куда-то в сторону. Минуту она молчала, а потом заговорила: — Ты ведь никогда не собирался ехать домой на Рождество, да? Вся эта история про дядю, который летит в Аризону, ты её выдумал, чтобы мы не задавали лишних вопросов и не удивлялись, почему ты не едешь с Кевином в Нью-Йорк. — Да, — сказал Нил. — Я понимаю, что ты нам не полностью доверяешь, — сказала Дэн. — Мне это не нравится, но, думаю, мы довольно неплохо справлялись весь год. Мы не давили на тебя, не требовали рассказывать больше, чем ты готов, и не спрашивали, почему ты такой. Не поступай с нами так. Не сиди тут и не ври нам в лицо. — Она наконец подняла на него взгляд, уголки рта дёрнулись от сдерживаемого раздражения. — Мы твои друзья. Мы заслуживаем лучшего. — Если бы ты всегда получала то, что заслуживаешь, ты бы не была одной из Лисов, — сказал Нил, вырываясь из её хватки. Она отпустила без борьбы, чуть ошарашенная. — У меня никогда не было друзей. Я не знаю, как это работает. Я стараюсь, но мне нужно время. Только вот времени у Нила не было.

***

Библиотека стала для Мары и Аарона убежищем. По понедельникам и средам после тренировки, до того как Мара шла на занятия с репетитором, а Аарон на лекцию по химии, у них было немного времени, и они использовали его, чтобы встретиться в одном из немногих мест, куда Эндрю никогда добровольно не заходил. Казалось бы, семестр только начался, но у Аарона уже был привычно бешеный темп, а Мару заставили взять курс по математическому анализу для закрытия обязательного требования, так что дел хватало. Но они могли сидеть за одним столом, в своём маленьком пузыре тишины, не опасаясь, что Эндрю их заметит и положит этому конец, и этого было более чем достаточно. В библиотеке было относительно пусто: всего несколько студентов, разбросанных по просторному залу, кто пытался забежать вперёд, а кто уже изо всех сил пытался не отстать от программы. Ближайший к ним человек сидел футах в пятидесяти, так что они могли свободно перекидываться репликами между делом, не боясь получить окрик «Тише!». — Клянусь, этот профессор с самого начала на нас взъелся, — сказал Аарон, перечёркивая строку из заглавных букв и крошечных цифр сердитым росчерком карандаша. — И ведь он ведёт только у второкурсников, так что не то чтобы он нас раньше знал и у него была причина нас ненавидеть. — Может, он просто мудак, — предложила Мара. — Не всем нужна причина, чтобы быть злыми. — Она ткнула его в плечо. — Живой пример. Аарон фыркнул, с намёком на улыбку: — Если кто из нас и злой, так это ты. — О, я прекрасно знаю, что я стерва, — сказала Мара с такой же кривой усмешкой. — Поэтому мы так хорошо и ладим. Его губы изогнулись уже в настоящей улыбке, мягкой, такой, что Мара не могла ни заслужить, ни повторить. В груди стало чуть слишком тепло, и Мара прикрыла его улыбку ладонью. — Крутость убывает с каждой секундой, пока эта штука на твоём лице. Она почувствовала, как его щека ещё сильнее напряглась, и возненавидела то, как это вызвало в её рёбрах что-то незнакомое и слишком желанное. — Ты краснеешь, — сказал он приглушённо из-под её ладони. Мара опустила руку. — Клевета, — заявила она. — Могу подать в суд за порчу репутации. — Не подашь, — сказал он, всё ещё улыбаясь. Она закатила глаза: — Ты ужасен. Он смотрел на неё ещё пару секунд, и улыбка постепенно сменилась чем-то более серьёзным. Мара игнорировала его взгляд полминуты, прежде чем вскинуть бровь: — Хочешь что-то сказать, Миньярд? — Я люблю тебя, — выпалил он. Мара моргнула. Вау. — Ты не обязана отвечать, — поспешно сказал он в секунду повисшей тишины. — Я знаю, что это… слишком рано, просто… хотел сказать. Хотел, чтобы ты знала. Он глянул на часы, явно ища способ сбежать: — Мне пора на лекцию, — сказал он, почти в панике сгребая книги, пока Мара всё ещё сидела, ошеломлённая. Аарон уже почти ушёл от стола, когда Мара всё-таки двинулась, встала и схватила его за руку, останавливая. Он посмотрел на неё, с таким открытым выражением лица, что Маре стало почти больно это видеть. Мара сглотнула. Она могла бы ответить так легко, ведь всего три слова. Три слова, которые ей никогда не говорили. Три слова, которые значили всё и ничего. Это не была бы ложь, но сказать она их всё равно не смогла. Вместо этого она поцеловала его. И он поцеловал её в ответ, с таким явным облегчением, что она почти почувствовала его вкус на его губах. — Увидимся на тренировке, — сказала Мара, когда они отстранились. Аарон кивнул, чуть ошарашенный: — Ага… увидимся. Мара проследила его путь до дверей и обернулась к столу только тогда, когда он скрылся из виду. Ей дали всего пару секунд переварить случившееся, прежде чем её репетитор, третьекурсник по имени, прости господи, Брайсон, возник рядом, с неестественно яркой и раздражающе приветливой улыбкой. — Привет, Мара! — Сказал он чересчур бодро для человека, который собирался пытать её полтора часа математическим анализом. Но прежде чем Мара успела ответить, Нил появился словно из воздуха, плюхнувшись на стул напротив, на тот самый, куда уже собирался сесть Брайсон. — Нам нужно поговорить, — сказал он вместо приветствия. Мара уставилась на него: — Я занята, — сказала она, махнув в сторону Брайсона. Нил скосил взгляд на пустой лист перед ней: — Математика подождёт. — Простите, — начал Брайсон. — Это важно, — настаивал Нил. — Ты… — Мара вздохнула, покачав головой. — Извини, Брайсон, нам нужно пару минут. Брайсон моргнул, явно оскорблённый: — Я… — Он вскинул руки. — Ладно. Но с места не сдвинулся. Тогда Нил наконец взглянул на него, подняв брови: — Ты не против? Тут личный разговор. Брайсон пробурчал себе под нос что-то недоброе и поплёлся к пустому столу неподалёку. Мара скрестила руки на груди, откинувшись на спинку стула: — Чего тебе, Нил? — Нам нужно поговорить об Аароне, — сказал Нил. — Нет, не нужно, — ответила Мара. — Ему нужна помощь, — продолжил Нил, будто её слов не было. — Ему нужно поговорить с Эндрю. Мара фыркнула: — Даже если так, ты же знаешь, он этого не сделает. — Он должен, — настаивал Нил. — Они нужны друг другу. Просто не знают, как сделать первый шаг. Вот тут ты и вступаешь. — Это Дэн тебя подослала? — Спросила Мара. — Я сам попросил её с тобой поговорить, — поправил Нил. — Лезешь не в своё дело, — пробормотала Мара. — Зачем тебе вообще это, Нил? Тебе же плевать на Аарона. — Плевать, — согласился Нил. — Но мне не плевать на команду. Мы не выиграем без близнецов. — И как ты предлагаешь их вообще заставить поговорить? — Спросила Мара. — Бетси готова провести для них совместные встречи, — сказал Нил. Мара фыркнула: — Групповая терапия? Аарон на это не пойдёт. Да и Эндрю, скорее всего, тоже. — Может, пойдёт, если ты его попросишь, — сказал Нил. — Ты убедишь Аарона, а я Эндрю. — И как, по-твоему, я, блять, должна его убедить? — Спросила Мара. — Не знаю, — сказал Нил. — Пригрозить, что расстанешься с ним, если он не пойдёт? — Абсолютно нет, — рыкнула Мара. — Я не стану использовать наши отношения против него. — Тогда придумай что-то другое, — раздражённо ответил Нил. — Слушай, я не смогу уговорить Эндрю за одну ночь, так что у тебя есть время подумать. — Тут не о чем думать, — резко сказала Мара. — Есть, — настаивал Нил. — Когда Эндрю будет готов, тебе придётся выбрать сторону. Постарайся выбрать правильную.