Ходячая мертвая девочка.

КРЭ опубликовал расписание на следующую неделю в пятницу. Из «чётной» сетки в «матч смерти» прошли шесть команд, а из «нечётной» восемь. Лисам предстояло дома сыграть с «Дикими котами» Университета Вермонта. Техасский университет встречался с Невадой, а Вашингтонский штат с Бинггемтоном. В «нечётной» сетке Большой тройке чудом удалось избежать встречи между собой. Все они проходили в третий раунд вместе с победителем пары Орегон–Мэриленд. Не имея чем заняться на выходных, старшекурсники договорились устроить киновечер в женском общежитии. Мара провела ночь в художественной студии, фактически прячась от тех опрометчивых друзей, которых успела завести. Когда пришла Лорел, и Мара вспомнила, сколько раз та махала ей во время занятий с Брайсоном, она сослалась на расплывчатую причину и сбежала в столовую. Мара с детства умела оставаться вне поля зрения и мыслей окружающих и теперь воспользовалась этим умением, хотя бы чтобы минимизировать последствия той бойни, которую Брайсон и её прошлое неизбежно принесут. Стресс недели, предшествующей их первому «матчу смерти», сделал это отстранение проще. Паниковали все, каждый по-своему, и Мара чувствовала это так же отчётливо, как слышала тиканье счётчика обратного отсчёта. Дэн пыталась держаться спокойно, но в её голосе слышалось напряжение, когда она руководила командой на тренировках. Элисон при любой возможности шпыняла развалившуюся линию защиты, а Кевин был отвратителен ко всем. Мэтт куда лучше умел сохранять видимость спокойствия, но чем ближе подходила игра, тем более нервным и беспокойным он становился. Даже Рене это ощущала, она с каждым днём выглядела всё усталей. Когда они вышли на поле на свой первый «матч смерти», никто не ожидал той ярости, с которой они сыграют. На сорок пятой минуте игры Дикие коты отставали на три очка. На экранах телевизоров в раздевалке Лисов спортивные комментаторы только качали головами в изумлении. — Я с тобой, Мари. Не до конца понимаю, на кого мы сейчас смотрим и что они сделали с Лисами прошлого года, но я полностью поражён, — сказал мужчина. Мара молча смотрела с лавки, затягивая наручи. Она не вышла в стартовом составе, вместо этого должна была провести весь второй тайм, так что уже изнывала от нетерпения. Маленькая часть её жалела бедолагу, которому выпадет её опека, но ей нужен был выход, а жёсткие силовые приёмы куда лучше, чем выследить Брайсона и распороть его на шесть кусков. — Честно говоря, я не ожидала, что они дотянут до конца сезона, — сказала Мари. — Количество проблем, которое выпало на их долю в этом году, просто невероятно, и я была уверена, что они вылетят ещё в ноябре. Честь и хвала нынешнему составу, что они дошли до этой стадии. Это первые Лисы, которые действительно играют как команда. — И правда, — согласился её коллега. — Это уровень слаженности, который обычно встречается в ведущих школах. Несколько недель назад мы все смеялись, когда первокурсник Нил Джостен сказал, что Лисы жаждут реванша с Воронами. Теперь уже никто не смеётся. Если они смогут удержать этот темп и продолжат играть так, как сегодня, у них есть все шансы пройти в полуфинал. — До конца перерыва осталось десять минут, — сказала Мари. — Счёт десять–семь. Диким котам придётся изрядно постараться, чтобы отыграться. Меньше часа осталось, чтобы узнать, смогут ли Лисы одержать первую победу в «матче смерти». А пока давайте посмотрим лучшие моменты первого тайма, и… Дэн выключила телевизор и встала перед чёрным экраном. Мэтт дал ей минуту, потом коснулся её плеча, чтобы привлечь внимание. Она ответила на его вопросительный взгляд кривой улыбкой. — Странно слышать, как они говорят о нас хорошие вещи. — Давно пора, — фыркнула Элисон. — Давно пора было нам это заслужить, — мягко заметила Рене. Старшекурсники обменялись долгими взглядами, вымотанные, но ликующие. Первый состав Лисов в своё время рухнул через два шага после старта, а к середине сезона они стали посмешищем всего спорта. Девушки приехали в Пальметто, зная, что придётся тяжело работать, чтобы спасти эту гнилую репутацию, и зная, что их единственный союзник – Ваймак. Экси был смешанным видом спорта, но в НССА женщины были в подавляющем меньшинстве. Ещё меньше их доходило до высших и профессиональных лиг. Совет университета утвердил троих девушек по настоянию Ваймака, но даже собственные товарищи по команде превратили их жизнь в ад. И всё же, несмотря на все поражения и преграды, они выстояли и наконец получили признание. — Ладно, — сказала Дэн, отворачиваясь от телевизора. Её взгляд задержался на новинке в раздевалке, стоящей в углу тумбе из красного дерева. В прошлом месяце она сказала, что хочет поставить сюда тумбу под будущий чемпионский кубок. Мара думала, что это просто вдохновляющие слова, но, похоже, ошибалась. Элисон нашла идеальную тумбу вчера вечером, и утром команда вошла в раздевалку уже с ней. Дэн коротко и яростно улыбнулась и оглядела товарищей. — Хочу напрочь испортить Диким котам вечер. Кто со мной? — Погнали, — осклабился Мэтт. — Что у нас, тренер? Ваймак быстро напомнил ключевые моменты первой половины и повёл их обратно на поле, когда прозвучал предупредительный сигнал. Вермонт вышли на подачу с максимальной силой, злясь на результат первого тайма и подогретые тренерскими тирадами. Они стали совсем другим зверем, но Мара просто сосредоточилась на том, что она и Ники могли контролировать на задней линии, оставив остальное остальным. Двадцать минут второго тайма счёт не менялся. Кевин с Нилом не могли пробиться через свежую защиту соперника, а нападающие Вермонта не могли пройти Мару и Эндрю. Игра и раньше не была дружелюбной, но, по мере того как нарастало раздражение и терпение таяло, она становилась всё жёстче. Все чувствовали, драка вот-вот начнётся. Вопрос был только, кто сорвётся первым. Неудивительно, что это был Эндрю. После того как он отбил очередной мяч в сторону, Эндрю стукнул клюшкой о стену и крикнул Ники. Когда мяч через пару мгновений вернулся на их сторону, опекаемый Ники игрок рванул за ним, и Ники выбил его ноги клюшкой. Такая откровенная грубость остановила игру мгновенно, до тех пор, пока нападающий Ники не поднялся. Он кинулся на Ники с кулаками, но Эндрю уже был рядом. Он выставил клюшку поперёк между ними и оттолкнул разъярённого игрока от кузена. Тот едва не решился ударить Эндрю, но опекаемый Марой игрок вмешался, пока его товарищ не успел совершить эту ошибку. К этому моменту на поле уже вышли судьи, а Ники послал им воздушный поцелуй, когда получил красную карточку. Он сошёл с поля как триумфатор, подняв обе руки в победном жесте и сияя до ушей. Его место занял Аарон, и команды приготовились к штрафному броску. Как и ожидалось, Эндрю перехватил удар, а затем, как всегда, отправил отскок туда, где мог достать Нил. Но Нил поймал мяч и оставил его себе, упав так низко, что тот отскочил от стены всего в паре футов от ворот. Вратарь замахнулся, но Нил оказался чуть быстрее, он схватил мяч, вовремя убрал клюшку с линии удара и отправил его в ворота. Остановиться он уже не мог, врезался в стену, но ворота вспыхнули красным, и прозвучал сигнал, что, в сущности, было главным. После перезапуска десять минут спустя Кевин воспользовался нервозностью Диких котов и забил. Те так и не смогли отличиться ни разу, хоть и пытались с отчаянной яростью. Эндрю остановил каждый удар по воротам и пару раз специально отбил отскоки от голов нападающих, чтобы ещё сильнее их раззадорить. Последняя минута на табло прошла в реве трибун. За пять секунд до конца Дэн отбросила клюшку и с разбегу запрыгнула Мэтту на руки. Сигнал прозвучал при счёте восемь–три. Они разгромили соперника в первом «матче смерти» и впервые прошли в третий раунд. Дэн успела снять с Мэтта шлем, когда к ним подбежали Лисы, и поцеловала его под рев толпы. Мара смотрела, не двигаясь, как запасные выскочили на поле и команда собралась в центре. Клюшки стукались, Лисы обнимались, хлопали друг друга и купались в сиянии победы, а Мара просто… смотрела. Смотрела, пытаясь запомнить их сияющие лица, и желала, чтобы мир был добрее. Потом сглотнула, резко развернулась и одна пошла в раздевалку. На ходу пробормотала что-то про кровь в волосах от разбитого носа подопечного, когда Ваймак попытался её остановить, и скрылась в душевых, прежде чем он, Эбби или пресса успели втянуть её в разговор. Когда она вернулась с мокрыми волосами и выжатыми силами, остальные только начали заходить. Когда все помылись и переоделись, Ваймак быстро пересчитал головы и кивнул, убедившись, что все десять на месте. — Помните, я говорил, чтоб вы не строили планов на вечер? — Он кивнул в сторону Эбби. — Мы идём к ней. «Мы» – это все. — Он бросил выразительный взгляд в сторону группы Эндрю. — Считайте это обязательным командным мероприятием. Эбби уже согласилась нас накормить, а я весь день закупал ей шкафы алкоголем. — Это что, было выражение уверенности или подготовка к вечеринке утешения? — Спросила Дэн. — Неважно, — отмахнулся Ваймак. — Пошли. Я умираю с голоду и мне срочно нужна сигарета. Сотрудники охраны помогли им добраться до машин. Пробки сделали дорогу до дома Эбби в пять раз длиннее, чем нужно, но Лисы были в таком хорошем настроении, что им было всё равно. Холодильник Эбби был забит блюдами, которые она приготовила заранее. Она засунула пару противней в духовку, пока Ваймак и Дэн разливали напитки. Кевин остался на кухне, когда Ваймак и Дэн начали обсуждать игру, а Мэтт занял музыкальную систему в гостиной. Пока Ники и Элисон спорили с каждым выбором Мэтта (и между собой), он составил плейлист, полный именно тех песен, которые они яростно отвергали. Мара устроилась в углу дивана Эбби, как можно дальше ото всех, не покидая вечеринку окончательно. Она убеждала себя, что делает это лишь потому, что Ваймак мог посадить её на лавку из чистого упрямства, хотя на самом деле впитывала каждую крупицу счастья команды, прежде чем потеряет их навсегда. В какой-то момент Дэн плюхнулась рядом, держа в руках два стакана. Один протянула Маре, но та покачала головой. Дэн чуть нахмурилась, но эйфория победы не дала этому задержаться надолго. — Мы же выиграли, знаешь? — Сказала она так, будто Мара могла пропустить этот факт. — Я там была, — коротко ответила Мара. Брови Дэн чуть сдвинулись. Она поставила один стакан на столик и повернулась к ней всем корпусом. — Ты в порядке? — Спросила она. — Последние пару дней ты как-то… отстранённая. — Я в порядке, — буркнула Мара. — Начинаешь звучать подозрительно знакомо, — попыталась пошутить Дэн. В ответ Мара только уставилась на неё пустым взглядом. — Серьёзно, Мара, мы начинаем волноваться, — сказала Дэн. — Если это из-за разрыва… — Это вообще ни при чём, — перебила Мара. — Всё равно, если хочешь поговорить… — Я не хочу говорить, — отрезала Мара, вливая в голос яд, как загнанная в угол рептилия. — Не всё в этой жизни нужно обсуждать, Дэн. — Тогда в чём дело? — Спросила Дэн. — Ты ведёшь себя иначе. — Может, я устала от того, что все лезут в мои дела, — тихо, но резко бросила Мара, чтобы не привлечь внимание остальных. — Я приехала в Пальметто играть в экси, а не петь с вами «Кумба-я». Так что, если все будут так любезны оставить меня, блять, в покое и позволить делать своё дело, было бы прекрасно. Она поднялась с дивана, прежде чем её задела чужая обида.

***

Старшекурсники после этого перестали пытаться. Было ли это от усталости из-за бесконечно провальных попыток или Дэн рассказала им об их коротком и натянутом разговоре у Эбби, Мара не знала. И убеждала себя, что ей всё равно. Так было лучше, лучше, если они будут её ненавидеть. Если в конце концов они её возненавидят, то не будут так горевать, как могли бы, если бы вдруг начали её любить. Когда рванёт, хотя бы осколки их не заденут насмерть. Она жила с отсчётом уже девять лет и видела, как песок сыплется вниз, верхняя часть часов пустеет с каждым её вдохом. Может быть, если повезёт, она успеет увидеть, как команда выиграет чемпионат. Увидит, как мир признает Лисов настоящей силой. Увидит падение Рико. Но Мара Вест не доживёт до двадцати. Не успеет помириться с Аароном, если это вообще ещё возможно. Не успеет просить семью о прощении за то, что рубанула их по коленям, когда они всего лишь хотели, чтобы она дала им шанс. Но они будут живы. И этого достаточно. Должно быть достаточно.

***

С третьего раунда правила менялись. До сих пор шансы команды зависели только от количества побед. Теперь и до финала во главу угла ставились очки. Три школы, выжившие в «матче смерти» среди «чётных», предстояло свести между собой в течение трёх недель. Две команды, набравшие больше всего очков за эти игры, проходили во второй раунд на выбывание. Теоретически команда могла проиграть оба матча и всё равно выйти дальше, но такого не случалось годами. Из-за нечётного количества команд Лисы должны были сыграть с Невадой дома 23 февраля, потом неделю отдыхать и 9 марта провести выездную игру против Бинггемтона. Неделя между «матчем смерти» и игрой с Невадой была формально неделей отдыха, но Лисы не собирались сбавлять обороты. Их и вдохновила, и напугала победа в пятницу, и они не хотели терять темп. К счастью, возможности сбавить ход у них и не было, ибо Ваймак держал их на пределе до самого четверга. В четверг днём на Лисье поле приехала съёмочная группа НССА снять сюжет о Лисах, и Мара ненавидела каждую минуту. Ей ненавистно было натянуто улыбаться в камеры. Ненавистно, когда ей в лицо совали микрофоны и засыпали вопросами. Но она прошла медийную подготовку у лучших, так что умела отвечать, не говоря по сути ничего. Нил, конечно, делал наоборот, максимально раздражал Рико, его команду и тренера, с поразительной лёгкостью доводя людей до белого каления. Мара держалась в стороне, несмотря на ужас Кевина и собственный липкий страх перед всей яростью, что обрушится на Нила, если Рико снова до него доберётся.

***

Кенго снова попал в больницу за неделю до следующего «матча смерти». Натан позвонил спустя два часа после массовой рассылки Ваймака, минута разговора, чтобы напомнить о её судьбе, напомнить, что в новой империи Лорда ей уготовано место лишь в качестве предостережения тем, кто осмелится перейти дорогу его палачу. И даже без надвигающегося краха империи и её самой неделя перед матчем с Невадой была изнуряющей. Невада стала жестоким пробуждением. В этот раз Лисы встретились с двумя другими школами, выжившими в «матчах смерти» «чётных». Резкий скачок в уровне игры и сложности едва не сбил их с ног. Красная карточка Ники в игре с Университетом Вермонта оставила его на скамейке на весь матч, но они справились втроём на задней линии, а Эндрю защищал ворота так, словно каждый пропущенный мяч был личным оскорблением. Этого хватило, но едва-едва. Игра закончилась со счётом шесть–шесть, а в чемпионате овертайма не было. Ничьи решались серией бросков. У Невады было семь нападающих, которых можно было чередовать, против двух у Лисов. Серия закончилась победой Лисов в один мяч.

***

Ваймак отменил вечернюю тренировку в четверг, чтобы они могли посмотреть расписание игр. Сегодня проходили последние матчи «нечётной» сетки: Эдгар Аллан против Мэриленда и Пенсильванский университет против Южной Калифорнии. В следующий раунд выходили только две команды из каждой сетки, значит, кто-то из Большой тройки сегодня вылетит. Впервые за шесть лет один из них уходил домой до полуфинала, и Кевину нужно было это увидеть. Как-то так получилось, что вся команда осталась смотреть, дождавшись, пока Ваймак их отпустит. Хитрый составитель расписания сделал так, что Вороны и Троянцы принимали у себя. Разница во времени позволяла Лисам увидеть обе игры подряд. Ваймак заказал им пиццу, но сам на матчи не остался. Он уже определился с шестью игроками, которых хотел завербовать, и сейчас занимался поездками, надеясь подписать их до возвращения Лисов с весенних каникул. Дэн ненадолго выгнала Ваймака с компьютера, чтобы распечатать четыре листа, и приклеила их над телевизором — на них были суммарные очки каждой команды перед сегодняшними матчами. Кевин едва взглянул на них, пока шла игра Воронов, но как только начался матч Южной Калифорниец – Пенсильвания, стал то и дело коситься вверх. Он был ярым фанатом Троянцев, смотрел игру так, будто от результата зависела его жизнь. Троянцы и Львы играли как профессионалы. У них не было безупречного рекорда Воронов, но они были всего на полшага позади Эдгар Аллана. Кевин ещё несколько недель назад предупреждал, что Лисы не готовы против таких школ. На этот раз его холодный приговор прозвучал почти мягким преуменьшением. Дэн выключила звук на рекламе, постукивала пультом по бедру в нервном ритме и сказала: — Так что нам точно нужно поднажать, ребята. Кевин нахмурился. — Даже если бы вы поднажали, когда я сказал год назад, у вас всё равно не было бы шансов их обыграть. Сейчас тем более. Они лучше нас и всегда будут лучше. — Тебя прям прёт быть такой занудой? — Спросил Ники. — Отрицание не пойдёт нам на пользу, — сказал Кевин. — Мы еле справились с Невадой. Как вы вообще рассчитываете пройти Большую тройку? — Калифорнии уже пора на большое землетрясение, — заметил Ники. — С ними это бы проблему решило. — Это немного экстремально, тебе не кажется? — Спросила Рене. — Нам сейчас нужно что-то экстремальное, — сказала Элисон. Выражение Рене оставалось спокойным, а тон ровным, но ей даже не нужно было выглядеть разочарованной, чтобы все поняли посыл. — Троянцы прикрыли нас, когда мы в этом нуждались. Вы правда хотите, чтобы они пострадали, лишь бы мы выиграли? — Просто это несправедливо, — сказал Ники, отводя от неё взгляд. — Пройти такой путь, стерпеть столько и потом вылететь сейчас… — Мы ещё не вылетели, — сказала Дэн, — но точно вылетим, если сдадитесь прямо сейчас. Кевин уже открыл рот, но Нил, стоявший за спиной Эндрю, щёлкнул его по уху, чтобы заткнуть. Кевин от неожиданности замер, потом сузил глаза и обернулся к Нилу. — Никто не хочет это слышать прямо сейчас, — сказал Нил. — Правду? — Уточнил Кевин. — Твой пессимизм, — поправил Нил. Кевин пробормотал себе под нос что-то грязное, но замолчал. Второй тайм начался через несколько минут, и Троянцы и Львы вышли на поле с новыми составами и пугающим мастерством. Ещё одно очко в пользу Троянцев немного сняло напряжение с Кевина, но он расслабился лишь тогда, когда Троянцы наконец победили. С ошеломительными сорока одним голом за три игры третьего раунда Троянцы отправились вслед за Воронами во второй этап матчей на выбывание. — Мог бы выглядеть чуть менее довольным, — заметил Ники, увидев удовлетворённую улыбку Кевина. — Нам ведь придётся с ними столкнуться. — Они этого добились, — сказал он, холодно взглянув в сторону Нила. Дэн закатила глаза и выключила телевизор, и Лисы, наконец, разошлись по домам.