Под грифом полной луны

Дверь трейлера содрогалась под тяжелыми ударами. - Харрингтон! Вылезай, трусливый щенок! И вытаскивай своего психа-омегу! – голос Джейсона Карвера резал утреннюю тишину, пропитанную яростью и самодовольством. Стив стоял неподвижно, как скала, в полуметре от трясущейся двери. Его альфа-аура, обычно сдержанный фон, сейчас бушевала видимой волной – плотная, грозовая, насыщенная запахом сосны, переходящим в запах озона перед ударом молнии. Это был не просто запах – это было давление. Физическое, подавляющее предупреждение. Его клыки обнажились, глаза сузились до хищных щелочек. "Избиватель" проснулся, и он был готов к бою. Эдди стоял плечом к плечу с ним. Не позади, не в тени. Рядом. Его собственный запах – чистый мыльный шлейф с глубинным, теплым медовым оттенком – смешивался с яростной бурей Стива, создавая странный, но мощный кокон. Его карие глаза горели не страхом, а холодной, острой яростью. Руки сжаты в кулаки, ноги твердо стояли на полу трейлера. - Последний шанс, Карвер! – Стив крикнул, его голос был низким, ледяным, и резал шум ударов лучше любого ножа. - Убирайся отсюда вместе со своим шавками! Сейчас же! Стуки на мгновение стихли. Потом раздался громкий, фальшивый смех. - Ох, как страшно! Альфа-нянька защищает свою игрушку? Или вы там уже... ну, знаете? – голос Джейсона стал грязным, намеренно оскорбительным. - Альфа и омега-урод... это же против природы! Извращение! Слово извращение повисло в воздухе, тяжелое и ядовитое. Эдди вздрогнул, его запах дрогнул, в нем мелькнула острая нота боли и унижения. Стив почувствовал, как его собственная ярость закипает до точки белого каления. Защитить. Уничтожить того, кто причиняет боль его... Его омеге? Его Эдди? - Ты чертовски прав, Карвер, – Стив сказал вдруг тихо, но так, что его было слышно даже сквозь дверь. Его голос потерял ледяной тон, в нем зазвучала опасная, хищная убежденность. - Это против твоей природы. Против природы мелких, трусливых шакалов, которые могут только стаей нападать на тех, кто слабее. А вот моя природа... – он сделал шаг вперед, его аура ударила по двери с такой силой, что та задрожала сильнее. – ...моя природа – разбивать морды таким, как ты. По одной. Или все сразу. Выбирай. За дверью наступила тишина. Смешки стихли. Давление Стива, его абсолютная, неистовая уверенность и готовая прорваться ярость сделали свое дело. Даже задиры Карвера почувствовали инстинктивный укол страха перед разъяренным, доминантным альфой, защищающим свою территорию и... того, кто на ней. - Ты... ты ничего не сделаешь, Харрингтон! – попытался блефовать Джейсон, но в его голосе уже слышалась неуверенность. - Мы просто поговорить пришли! О том, как наш бывший король опустился до... - Р-р-р-р. Низкое, утробное рычание вырвалось из груди Стива. Непреднамеренно. Чистый инстинкт. Предупреждение перед атакой. Звук был настолько первобытным и опасным, что Эдди, стоявший рядом, почувствовал, как по его спине пробежали мурашки. Но не страха. Признания силы. За дверью кто-то нервно кашлянул. - Джейс, может, пойдем? – пробормотал один из приятелей. - Он же... он же реально 'Избиватель'... - Заткнись! – рявкнул Карвер, но его собственная бравада трещала по швам. Он снова стукнул кулаком по двери, но уже без прежней силы. - Это не конец, Харрингтон! И тебе, Урод, еще аукнется! Весь город узнает, какие вы... СКР-Р-Р-Р-ИП! Резкий, пронзительный звук тормозов грузовика отрезал угрозу Джейсона. За окном трейлера мелькнула знакомая, видавшая виды Форд. Дверь кабины захлопнулась. - Что за чертов цирк тут у меня перед трейлером собрался?! – громовой голос Уэйна Мансона пробил утренний воздух. Шаги, тяжелые и уверенные, приблизились к двери. - Карвер? Опять ты? Я же говорил, чтобы ты и твоя шайка держались подальше от моего племянника! Дядя Уэйн предстал во всей своей бета-красе: в замасленной спецовке, с усталым, но грозным лицом, пахнущий машинным маслом, дымом и безусловной, непоколебимой защитой того, что свое. Его бета-аура была как бетонная стена – нейтральная, но непробиваемая. Он одним взглядом окинул переминающихся с ноги на ногу баскетболистов, потом упер взгляд в Джейсона. - Мы... мы просто... – Карвер попытался что-то блеять, но Уэйн махнул рукой, как от назойливой мухи. - Ясно что просто. Убирайтесь. Сейчас. Пока я не позвонил шерифу Хопперу и не рассказал, как вы тут с утра пораньше пытаетесь ломать частную собственность и угрожать моей семье. - Уэйн сделал шаг вперед. Его запах – крепкий табак, металл, усталость – смешался с альфа-бурей Стива и медовой стойкостью Эдди, создавая непроницаемый барьер. - И если хоть одно слово, одна сплетня о моем племяннике выйдет за пределы ваших тупых голов – вы ответите лично мне. Поняли? Угроза, исходящая от спокойного, уставшего беты, была почему-то страшнее ярости Стива. Карвер побледнел, кивнул и, бросая последний злобный взгляд на дверь трейлера, повернулся и зашагал прочь, увлекая за собой притихшую компанию. Грузовик Уэйна, как страж, стоял рядом. Стив выдохнул, напряжение спало волной. Его клыки спрятались, аура схлопнулась до привычного фона, но запах озона еще витал в воздухе. Он почувствовал, как Эдди рядом с ним тоже расслабился, его плечо коснулось плеча Стива на долю секунды – непреднамеренный, но красноречивый жест облегчения. Дверь трейлера скрипнула. Уэйн стоял на пороге. Его острый взгляд мгновенно оценил обстановку: помятый диван, грязную тряпку, пустую тарелку, Стива Харрингтона в центре его жилища, а главное – запах. Смесь альфы и омеги в его трейлере после... очевидно, чего-то очень серьезного. Его глаза остановились на Эдди, и в них мелькнула тревога и вопрос. - Племянник? – Уэйн сказал мягко, но твердо. - Объясни. Сейчас. - Его взгляд скользнул к Стиву. - И ты, Харрингтон. Что ты здесь делаешь? Эдди вдохнул, собираясь с мыслями. Стив видел, как он напрягся, готовый к защите или к отступлению. Но прежде чем Эдди заговорил, Стив сделал шаг вперед. Не загораживая Эдди, а просто... обозначая свое присутствие. - Мистер Мансон, – Стив начал, стараясь звучать максимально уважительно и спокойно. - Эдди... ему было плохо. Очень плохо. Последние несколько дней. Я узнал и... пришел помочь. Привёз воду, еду. Помог пережить пик. - Он не стал врать. Уэйн не дурак, он почуял все нюансы запаха. - Карвер увидел мою машину. Пришел устроить сцену. Уэйн медленно вошел, закрыл дверь. Его взгляд не отрывался от Эдди. - Плохо? Насколько плохо, Эдвард? – спросил он, используя полное имя, что звучало как мерная линейка серьезности. Эдди опустил глаза, потом поднял их, встречая взгляд дяди. - Как... как в прошлый раз, Уэйн. Только... хуже. Сильнее. Я... я не справлялся. - Его голос дрогнул. - Стив... он помог. Он просто... был тут. Помогал. Уэйн внимательно посмотрел на племянника, потом перевел взгляд на Стива. Его глаза сканировали Стива, словно пытаясь прочитать между строк. Альфу, известного "Короля" и "Избивателя", стоящего в его трейлере после ночи, проведенной с его омега-племянником в разгар течки. История пахла скандалом на весь Хоукинс. - Помогал, – повторил Уэйн нейтрально. Он шагнул к Эдди, положил тяжелую руку ему на плечо. - Ты сейчас в порядке? Действительно? Эдди кивнул, на его щеках выступил румянец. - Да. Сейчас... да. Лучше. Гораздо лучше. Уэйн обернулся к Стиву. Его выражение было нечитаемым. - А ты, Харрингтон? Что ты от этого получил? Удовольствие от игры в героя? Или что-то еще? - Вопрос висел в воздухе, тяжелый и прямой. Бета защищал свою семью. Стив почувствовал, как по спине пробежал холодок. Он встретил взгляд Уэйна. - Я получил... уверенность, что с ним все будет в порядке, когда он проснулся. И что Карвер ушел, не сумев его достать. - Он честно держал взгляд. - Больше мне ничего не нужно было получать, мистер Мансон. Молчание. Тяжелое, испытующее. Уэйн изучал Стива, его запах, его позу, его глаза. Альфа-запах Стива был чистым – никакой фальши, никакой скрытой похоти или триумфа, только остатки адреналина и... усталость. И странная нотка ответственности. Наконец Уэйн кивнул, почти незаметно. - Ладно. - Он повернулся к Эдди. - Иди приляг, племянник. Ты выглядишь как смерть. А я поговорю с... твоим помощником. Эдди открыл было рот, чтобы возразить, но Уэйн поднял руку. - Иди. Сейчас. Эдди посмотрел на Стива. В его взгляде была тревога, вопрос. Стив едва заметно кивнул: Все в порядке. Иди. Эдди медленно направился к занавешенному алькову, где стояла его кровать. Уэйн указал Стиву на единственный стул у стола. Сам остался стоять, опираясь на спинку. - Рассказывай. Все. Как было. - Его голос не требовал, но и не оставлял места для возражений. Стив сел. Он рассказал. О вечеринке, о запахе паники и течки, о Карвере, о том, как он просто не смог уйти. О том, как нашел Эдди изможденным на пороге три дня спустя. Об обтирании, о разговорах, о том, как Эдди попросил его остаться. Он опустил детали о своей внутренней борьбе и почти-укусе, но подчеркнул главное: он был здесь, чтобы помочь, а не воспользоваться. И что Эдди сам принял эту помощь в самый отчаянный момент. Уэйн слушал молча, курил свою вечную сигарету, его лицо было каменным. Когда Стив закончил, Уэйн затушил окурок. - Ты знаешь, что это значит для него? – спросил Уэйн наконец, тихо. - Для репутации? Для жизни? Если просочится, что он... что он принял помощь альфы во время течки? Да еще от тебя? Его и так считают изгоем. А тут... это его добьет. - Я знаю, – Стив ответил так же тихо. - И я сделаю все, чтобы это не просочилось. Робин Бакли – единственная, кто догадывается, и она никому не скажет. Карвер и его шавки... они могут болтать, но без доказательств это будут просто слухи. Я... я не позволю ему пострадать из-за меня. - Он посмотрел в сторону алькова, где лежал Эдди. - Он сильный. Сильнее, чем кажется. И он заслуживает... просто нормальной жизни. Без этой травли. Уэйн долго смотрел на Стива. Потом тяжело вздохнул. - Черт возьми, Харрингтон. Ты не тот, за кого я тебя всегда принимал. - Он покачал головой. - Ладно. Спасибо. За то, что был тут. Когда я... когда я не смог быть. - В его голосе прозвучала горечь. - Но запомни: если ты причинишь ему боль... если воспользуесь его доверчивостью или его... его природой... ты ответишь мне. Альфа ты или нет. Понял? - Понял, – Стив кивнул, чувствуя вес этого предупреждения. - Я не причиню ему боли, мистер Мансон. - Уэйн, – поправил старик неожиданно. - Если ты зовешь моего племянника Эдди, то и меня зови Уэйном. - Он махнул рукой в сторону двери. - А теперь вали отсюда, парень. Тебе на работу, а ему – отдыхать. И... наведайся как-нибудь. Проверить, как он. Без повода. Стив встал. Он почувствовал странное облегчение. Разрешение. Не на что-то конкретное, а просто... на присутствие. На возможность быть рядом. Он направился к двери, но остановился у алькова. Занавеска была приоткрыта. Эдди лежал на боку, смотрел на него. Его глаза были огромными в полумраке, полными сложных, невысказанных эмоций. - Я... пойду, – тихо сказал Стив. Эдди кивнул. - Стив... спасибо. За... за дверь. - Он имел в виду не только дверь трейлера. Он имел в виду стену, которую Стив стал между ним и миром. - Без проблем, Эдди, – Стив улыбнулся, впервые за утро по-настоящему. Он повернулся к выходу. - Постой! – Эдди приподнялся на локте. Стив обернулся. Эдди скинул с себя тонкое одеяло, под которым дрожал, и протянул руку к спинке стула, где все еще висела та самая, пропитанная историей куртка Стива. Он взял ее, сжал в руках на мгновение, словно колеблясь, а потом решительно протянул Стиву. - Твоя... броня. Возвращаю. Стив взял куртку. Ткань была теплой от тела Эдди, пропитанной его медовым запахом покоя, смешанным с его собственным, уже выветрившимся запахом сосны. Это был не просто предмет одежды. Это был символ. И Эдди добровольно возвращал его. Не отказывался от защиты. Просто... временно возвращал. - До следующего раза? – не удержался Стив, надевая куртку. Запах Эдди обнял его, знакомый и успокаивающий. - До следующего раза, Харрингтон, – Эдди усмехнулся, слабо, но с искоркой прежнего дерзкого Мансона. Он улегся обратно, отвернувшись к стене, но Стив видел, как его плечи расслабились. - Не проиграй на дуэли с Векной в 'Family Video'. Я в нее вложил душу. Стив вышел из трейлера. Утро было ярким, холодным. Уэйн копался в багажнике своего грузовика, делая вид, что не замечает его. Стив сел в BMW, завел мотор. Он поднес воротник куртки к лицу, вдохнул глубоко. Сосна. Трава. И мед. Глубокий, теплый, живой мед. Дорога в Family Video казалась другой. Мир не рухнул. Карвер был послан куда подальше. Уэйн... не убил его. А Эдди... Эдди вернул куртку. И разрешил прийти снова. Его альфа-инстинкт тихо мурлыкал где-то глубоко внутри, довольный и спокойный. Не потому, что омега был помечен или завоеван. А потому, что омега был в безопасности. И, возможно, не только омега. Возможно, Эдди Мансон. Робин встретила его за прилавком взглядом, полным немого вопроса и тревоги. Стив снял куртку, повесил ее на стойку, позволив знакомому медово-сосновому запаху заполнить пространство вокруг. - Ну что, Стив? – спросила Робин, принюхиваясь. - Выжил? Он выжил? Ты выжил? Мир не сгорел? Стив взял пачку новых кассет для расстановки. Улыбнулся. Не королевской улыбкой, а настоящей, немного усталой, но светлой. - Выжили. Оба. И мир... мир стал немного интереснее, Бакли. Гораздо интереснее. Он поймал ее взгляд и добавил, глядя на висевшую куртку: - И да. Он зовет тебя Векной. Говорит, вложил душу. Так что не облажайся в дуэли. Робин закатила глаза, но усмехнулась. - Мансон и дуэль... конечно. Ладно, король-нянька. За работу. У нас клиенты. - Но в ее глазах читалось облегчение и любопытство. История продолжалась. И Стив Харрингтон, альфа-"избиватель", бывший король, снова стоял за прилавком Family Video, пахнущий сосной, травой и теплым медом. Следующая глава их странного договора была только начата.